Между разных миров

Удивлению Гарри не было предела, когда он прочёл посвященную началу Турнира трёх волшебников статью Риты Скитер. В ней не оказалось ничего компрометирующего! Сохранив своё привычное остроязычие, скандальная журналистка даже в сторону Министерства магии не слишком кидалась обвинениями. Так, пара шпилек, что изъятый из небытия Кубок Огня шалить вздумал. В сравнении с ожиданиями Гарри — ничто. Как и его фотография на первой странице газеты вместе с Виктором Крамом. Такое внимание не сулило никаких проблем. Пара фраз в духе: «Гарри Поттер не боится трудностей и с оптимизмом смотрит на предстоящие испытания» — туда же. Про него не могли не упомянуть — вот, написали. При этом никаких трагических взглядов, фантомных страданий о встрече с Волдемортом во младенчестве и тем более намёков на нечестную игру. Даже не верилось, что Рита Скитер могла написать подобное. Вспомнив, что Люциус с ней о чём-то шептался, Гарри едва сдержал порыв немедленно бежать выяснять подробности. Остановиться заставило понимание, что без знания подобных секретов вполне можно обойтись, а дела насущные сами себя не сделают. А именно, Гарри предстояло сблизиться с лже-Грюмом. Пока это дело шло тяжеловато, а от осознания общения с больным на голову Пожирателем смерти становилось тошно. Кроме выстраивания контакта с профессором защиты от тёмных искусств, предстояло ещё проверить — выяснить, как обстоят дела с драконами и не заменили ли чем-то это испытание, а после рассказать об этом Невиллу. Простота и ясность этого плана начала идти наперекосяк, стоило отложить ежедневный «Пророк» в сторону. Однокурсники и друзья не собирались предоставлять его самому себе. Если вчера всеобщий ажиотаж скрался суматохой и официозом, то сегодня дал о себе знать в полной мере. От Гарри настойчиво требовали объяснений. Блейз даже не пытался скрыть завистливые огоньки в глазах. Впрочем, большой злонамеренности от него пока тоже не ощущалось. — Как собираешься выпутываться из передряги? — вопросил он, скалясь во все зубы. Гарри оценил попытку: очень по-слизерински убедить себя, что не слишком-то и хотелось, да и вообще не достижения, а проблемы одни. Памятуя, какого было в прошлый раз, Поттер даже внутренне улыбнулся такому положению дел. Блейз, как и навострившие уши Теодор и Драко, хотя бы попробовали его поддержать на словах. Это много больше, чем Гарри от них ожидал. — Понятия не имею, — развёл руками в разные стороны он. — Не скромничай, в жизни не поверю, что ты решил пустить дело на самотёк, — вмешался в разговор Тео. Захотелось ляпнуть, что Нотт путает его с собой. Это их ядовитый тихушник всё и всегда держит под контролем и планирует на десяток шагов вперёд. Гарри ни тем, ни другим похвастаться не может. — Для начала нужно понять, какими будут испытания, — продолжил как будто бы отпираться Поттер. — Тогда, может, стоит поговорить с профессором Грюмом? — вмешалась в мужской разговор Дафна Гринграсс. После истории с диадемой она перестала быть отвратительно высокомерной зазнайкой, став просто зазнайкой с высокомерными замашками. Не сказать, что теперь Гарри с удовольствием с ней общался, но немногочисленные контакты выносить стало намного проще. — Думаю, можно попробовать. — Профессора по защите от тёмных искусств обычно тебя любят, — добавил Драко, ещё раз озвучивая разумность такого подхода. — Не напоминай. У меня от Локхарта до сих пор изжога. Да и проникновенные взгляды Люпина аукаются. — Хорошо, что не укусы чешутся, — не сдержался Драко. Для щепетильного и брезгливого Малфоя даже малейшая вероятность заразиться ликантропией была неприемлема и вызывала нервный зуд даже при обсуждении. После того как он увидел мучительное и неконтролируемое превращение Ремуса, дело обстояло особенно остро. — Это точно. С профессорами нам не везёт. Пока легендарный аврор тоже хорош больше на словах, чем на деле, — протянула Дафна. — Не скажи, — заметила до сих пор молчавшая Медея. — Он довольно эффектен, да и от чувства собственной важности не раздувается, скучать на занятиях тоже некогда. — Он меня пугает, — созналась Дафна. — Никогда не знаешь, чего от него ожидать. Мне кажется, ещё немного, и он начнёт непростительные на уроке демонстрировать. — Мне кажется, даже для него это слишком, — попробовал успокоить девушку Нотт. Гарри же оставалось лишь молча удивляться чужой прозорливости. Пусть догадка Дафны и была, скорее всего, случайной, менее правильной она от этого не стала. Совсем скоро им предстоит пережить безумный урок от Пожирателя Смерти. — Может сменим тему? — пришла на помощь Медея, уже слышавшая от Гарри о сомнительных методах преподавания Барти Крауча младшего. — Например, поговорим о высоченном парне из Дурмстранга, с которым ты вчера болтала? — нашла где вставить свои пять сиклей Панси Паркинсон. По тому, как на лице Драко заиграли желваки и как довольно после этого ухмыльнулась Паркинсон, Гарри понял, к чему была эта фраза. — Он мой родственник, — с тяжелым вздохом в духе «как же Вы достали» ответила Медея. — Что не делает его менее симпатичным, — подмигнула разряжая обстановку Дафна. — И если мы будем сидеть здесь дальше, делая вид, что завтракаем, то опоздаем на занятия. Из каких побуждений Гринграсс взялась тушить начинающийся конфликт, Гарри не знал, но был рад возможности закончить разговор под благовидным предлогом. Последнее, в чём ему сейчас хотелось бы погружаться с головой — это тёрки друзей и однокурсников. Гораздо важнее было сейчас придумать, как привлечь внимание замаскированного Крауча и сделать это не слишком в лоб. Идея, как объединить эту необходимость с разведкой содержания первого этапа, возникла неожиданно и удивила своей простотой: попасться. Уже вторую жизнь подряд Гарри с завидной регулярностью нарушает школьные правила. За это время, особенно утратив репутацию постоянного нарушителя спокойствия и заполучив Снейпа в союзники, перестал попадаться с поличным. После перерождения применённые к нему дисциплинарные меры можно было пересчитать по пальцам одной руки, и ни одно из них не значилось за по-настоящему серьёзные провинности. И… Гарри привык к такому положению дел как к обыденности и норме. Из-за чего мысль, что его схватят за руку, сначала показалась дикой и неправдоподобной, но отчего бы и не дать Краучу капельку правдивой информации, дав повод для более личного общения, связав их таким секретом. В конце концов, речь об отношениях, в которых невозможно что-либо изменить своими поступками или манерой общения. Барти Крауч собирается возродить Волдеморта, он фанатично верен своему патрону, и Гарри необходим ему как жертва в тёмномагическом ритуале. В возможность не оказаться на кладбище в финале турнира трёх волшебников Гарри мало верил, пусть и очень хотел бы от этого отбиться. Увы, но противник был много умнее и хитрее него. Если не случится нечто непрогнозируемое, выводящее младшего Крауча из игры заранее, враг воплотит свой план частично или полностью. Тем же вечером Гарри вооружился картой мародёров и постарался понять чужое расписание, а вместе с ним и возможность подгадать будущую встречу. Если испытание с драконами не отменили, то их привезут в школу в ближайшие дни. Отследить кроме Крауча ещё и Хагрида — вот и ответ на интересующий вопрос, даже к Снейпу за помощью обращаться не придётся. Замечательно. Не успел Гарри как следует порадоваться своей находчивости, как перед ним предстал хмурый Малфой. — Рассказывай, что задумал, — потребовал Драко. — Зависть грызёт? — философски вопросил Гарри. До сих пор вроде как друг ничего не говорил по поводу турнира и участия Поттера в нём. — Прекрати, — оборвал Малфой. — Я не Забини или ты, чтобы предаваться браваде, и даже не Кор, которому на всё плевать. — Ой ли, — сощурил глаза Поттер. Драко действительно был осмотрительнее большинства его знакомых, но вовсе не лишен мальчишеской бравады и стремления доказать своё превосходство над окружающими. — Может быть, — смутился Малфой, поняв очевидный намёк. — Но только не зная, что придётся столкнуться с драконом и русалками ещё и после битвы с василиском. Я не хочу быть участником турнира и помогу тебе чем смогу, поэтому рассказывай, что задумал. Про подмену Грюма я помню. — С привлечения его внимания и собираюсь начать. И раз уж на то пошло: не сдать ли тебе ему меня с потрохами? Гарри не ожидал, что доживёт до момента, когда на предложение наябедничать Малфой будет смотреть на него с чувством оскорблённого достоинства. — Мне нужно, чтобы Крауч-младший поймал меня за разведкой. Чем не повод для более близкого знакомства? — Когда собираешься идти? — уже спокойно и по-деловому уточнил Драко. — Через пару дней, как только станет понятно, что драконов доставили. — Дай мне знать, я не пойду докладывать профессору сам, но сделаю так, чтобы он обо всём узнал. — Переживаешь, что тебя не поймут, если откроется такая подстава с твоей стороны? — постарался подначить друга Гарри. — Думаю, что противник не идиот и обо всём догадается, если буду действовать лично. С этим Гарри был вынужден согласиться. Об этом он, предлагая Драко свой план действий, подумать не успел, а следовало бы. Крауч — это ни разу не простодушный Люпин. Особенно при относительно близком общении. Даже только согласно собственным воспоминаниям Гарри — Барти Крауч был невероятно пугающим человеком. По рассказам Люциуса всё было ещё страшнее: почти гениальный человек, не знающий, как и куда себя применить, а оттого связавшийся с Волдемортом. Гарри понимал, что, несмотря на опыт в прошлой жизни и знакомство с в чём-то похожим Альтаиром Малфоем в этой, с подобными испытаниями он ещё не сталкивался. Противостояние с Краучем требовало знаний и навыков, в которых Гарри привык себе отказывать. В том числе считая их аморальными и неприемлемыми. Рассуждая простым образом: если он будет интриговать и действовать в тёмную, то чем он лучше Малфоя и ему подобных. На этой уверенности гигантским пятном красовалась история с Сириусом, где Гарри цинично и подло сдал любимого крёстного в руки родни. Даже не попытавшись проработать план спасения, отличный от предложенного Люциусом. И вот снова национальный герой оказался перед испытанием на хитрость… Большого желания, что же это за выверты судьбы такие, не было. Пока хватало придуманной не бог весть какой обманки и обещания поддержки от Драко. — Медея снова развлекает гостей? — решил уточнить Гарри. — Нет, просто не горит желанием общаться, — нахмурился Драко. — Странно, мне казалось, вашу неразлучность мало что может пошатнуть. — Давай без этого, не хочу обсуждать её ни с тобой, ни с кем угодно другим. Лучше разберёмся с Краучем, турниром и что там ещё готовит будущее. — Ладно. Спорить дальше не было смысла. Если высказать сомнения, что раздосадованный Малфой натворит дел на эмоциях, станет только хуже. Драко чуть ли не больше всего на свете не выносил сомнения в его сдержанности. В отличие от склонного дурачиться и выставлять себя шутом Альтаира и плевавшего на любое, кроме своего собственного мнения Корвуса, Драко было важно, какое впечатление он производит и чтобы окружающие не замечали те его стороны, которые он считал недостойными, а то и позорными. Из-за чего с завидной регулярностью впадал в эдакую социальную паранойю, где стороннему наблюдателю в лице Гарри стоило оставить Драко в покое и не сообщать ему об очевидном. Иначе можно было нарваться на плохо контролируемую вспышку гнева, более разрушительную как для Драко, так и для окружающих, чем предыдущие самокопание и сетование на личные несовершенства. И тем не менее, когда дошло до дела, Драко не подвёл. Крауч поймал Гарри ровно в нужном месте и в нужное время. Как именно Малфой добился требуемого результата пока было неочевидно, но откладывать вопрос в дальний ящик Гарри не собирался. Тем более Крауч наверняка даст ему возможность узнать, как обстояли дела. — Что вы здесь делаете, мистер Поттер? — прохрипел голос лже Грюма. — Пытаюсь узнать, что меня скоро ждёт, — выдохнул Гарри. — То есть мухлюете, — фыркнул якобы бывший мракоборец. — Если это даст чуть больший шанс выжить, отчего бы и нет. Да и много проку от того, что я увидел драконов, как с ними сражаться всё равно непонятно. — Вы считаете, что студент четвёртого курса может победить дракона? — Скорее нахожу вероятным выжить, если подготовиться заранее. Крауч вновь неопределённо хмыкнул и сделал вид, что задумался. Впрочем, может и в самом деле решал, как поступить с таким кадром. От последней мысли Гарри даже злорадство брало: выкуси, Пожиратель, как тебе такое. Сможешь подстроиться или ты только ничего не подозревающими подростками горазд манипулировать? — А наличие несправедливого преимущества над оппонентами вас не смущает? — попробовал ещё раз воззвать к чужой совести профессор. — Это соревнование в магии, а не в честности, — пожал плечами Гарри, делая вид, что так и нужно. — Хорошо, и что же вы знаете о драконах? — Магические существа, из которых чего только не делают, характер скверный, дышат огнём. Гарри мог назвать ещё с десяток таких же общеизвестных фактов, включая уязвимость в области глаз, но решил, что и без того выдал достаточно. — Карточки от шоколадных лягушек читали, замечательно, — кивнул Крауч. — Идёмте, так и быть, дам пару советов, а вы мне расскажите о своих планах на турнир. В другой ситуации Гарри бы воспротивился, а то и встал на дыбы в ответ на такое предложение, но избранному образу такая реакция не соответствовала, да и зарубить собственный план из-за такой глупости тоже не хотелось. — Профессор, а откуда вы узнали, что я планирую подсмотреть задание первого тура? — попробовал завязать дальнейший разговор Гарри. Само собой, он мог расспросить Малфоя, но так же информация из уст Крауча приобретала совсем другую ценность. Преподаватель защиты от тёмных искусств довольно хмыкнул, прежде чем ответить. — На каждого хитрящего слизеринца найдётся праведный гриффиндорец, жаждущий возмездия. Вы как-то особенно насолили мистеру Уизли. — Аааа, — в этот раз пришла очередь Гарри многозначительно вздыхать. И как он мог забыть о таком факторе, как Рон, ещё и подкреплённом фамильной враждой Малфоев и Уизли. Мимо которой Драко никогда не собирался проходить мимо. Как именно он подкинул требуемую информацию доносчику, стало неинтересно. — Как я и думал, вы не удивлены. — Мы не в самых хороших отношениях, — подтвердил Гарри. — И что же вы не поделили? Также как сам Гарри хотел узнать побольше о Крауче, тот искал повод для контакта. — Скорее разошлись во мнениях и не собираемся сходиться. Как лучше объяснить, отчего с некогда лучшим другом в этот раз не заладилось, Гарри не знал, да и не слишком хотел. — Бывает. Позволил сменить тему профессор, чем Поттер немедленно воспользовался, смещая обсуждение на более актуальное — о испытании с драконами. На чём план по сближению с лже-Грюмом можно было считать выполненным. К сожалению, ценой этого станет обязательный публичный скандал с Роном, но ничего страшного. Когда Гарри смущала перспектива с кем-то подраться или поссориться? Особенно когда оппонент сам нарывается и ведётся на простые провокации. Если одновременно с этим получится предупредить Невилла, будет совсем замечательно. Не придётся делать этого позже, и даже останется время помочь товарищу с подготовкой. В конце концов сам Гарри рискует много меньше, наверняка зная, что справится, и опережая сверстников в боевой магии. Сказать тоже же о Невилле было невозможно, кроме того он всё ещё ходит ни живой ни мёртвый от ужаса. Едва ли сможет быстро сориентироваться и хоть что-то придумать.