Со вкусом яблочного сока

Громкая музыка больно била по ушам, своей динамичностью загоняя в пятки мою мелочную душонку. Я никогда не была в барах, более того, даже не думала, что когда-нибудь по своей воле окажусь в подобном месте. Но судьба - конечно, она, на кого мне ещё остаётся пенять? - распорядилась иначе. Загнанной в угол этой ужасной ситуацией, морально раздавленной предательством лучшей подруги, обескураженной тем выбором, перед которым стою, мне больше не куда было пойти. Наверное, как-то воровато оглядевшись и помявшись с минуту на входе, я нерешительно двинулась к большой барной стойке, за которой со скучающем выражением лица копошился светловолосый парень. С трудом усевшись на высокий табурет и удостоверившись, что через мгновение не свалюсь с него (ну правда, не привычно на таком сидеть), я прислонилась плечом к так удачно оказавшейся рядом со мною стенке и попыталась, как это бывает в фильмах, завязать неторопливую беседу с довольно хмурым барменом: — Здравствуйте. — Здрасте-здрасте, — поднял на меня глаза, судя по бейджику, Алексей. — Что заказывать будете? Всё пошло не по плану, оказалось не так, как я видела это вчера в кино: вместо того, чтобы начать знакомиться и положить начало моему задушевному рассказу, юноша просто попросил меня сделать заказ. Что ж, это, скорее всего, было довольно предсказуемо. Для того, кто по таким местам часто шастает, а не только по телевизору на них смотрит. — Яблочный сок. Пожалуйста. — Яблочный сок? - удивился парень. В его глазах блеснула тень заинтересованности. — Обычно люди приходят сюда не для того, чтобы сока попить. — А я вот, видите, исключение, — мой локоть как-то сам собой опустился на приятно холодящую барную стойку, кулак подпёр подбородок. — Сока я хочу. Сока дайте. Алексей вопросительно поднял брови и скривил губы, как бы всем своим видом показывая, что не понимает моего решения, но всё же смиренно полез за нужной упаковкой, лёгким движением открыл её и за секунду наполнил моим любимым нектаром один из стаканов, который всего спустя миг я взяла в правую руку. — Точно не хотите чего-нибудь покрепче? — с наигранно-милой улыбкой поинтересовался бармен, начиная протирать пивные кружки. — Могу Вам предложить замечательное... — Нет, спасибо, — резко перебила его я. Терпеть не могу, когда мне пытаются что-то "втюхать". — Не пью алкоголь. Совсем. — Ну, как знаете, — пожал плечами он, погружаясь в свою монотонную работу. И замолчал. Надолго так замолчал, на целых пять минут. Нет, ну что за люди пошли, скажите мне? Не то что в телевизоре... Я ему уже и так, и эдак намекала, что душу свою излить хочу. То взглядом по углам шарить начинала, то на стуле ёрзать (стараясь не думать о том, что могу всё-таки грохнуться на пол), то вздыхать грустно, как наша учительница по русскому языку, Нина Борисовна, когда диктанты проверяет, то кашлять, громко, будто у меня бронхит совсем запущен... А этому бессердечному хоть бы хны! Тоже мне, ещё барменом называется... — Давай, спроси, что со мной, — не выдержав, прошептала себе под нос я. — Пожалуйста! — Вы что-то хотели? — на этот раз искренне улыбнулся Алексей, очевидно, услышавший эту мою реплику. — Хотела, — сокрушённо призналась я, стыдливо опуская голову, позволяя, из-за освещения в баре ставшим медового оттенка, волосам прикрыть мои наверняка залившиеся румянцем щёки. — Пожаловаться Вам хотела. — Мне? — он даже кружки вытирать перестал. — На кого?! Сначала мне захотелось провалиться под землю. А потом в голову пришла одна умная мысль, с которой я тут же поспешила согласиться. И правда, пришла говорить, так говори! Чего тут вселенскую скромницу строить? — На жизнь свою, — вопреки собственным ожиданиям, ровным голосом произнесла я. — Вы даже не представляете, в какой я сейчас ситуации. И... И поговорить о ней мне не с кем. — Чёртовы стереотипы! — ухмыльнулся Алексей. — Почему все думают, что я должен выслушивать их "душещипательные" истории? Мне заняться больше нечем?.. Бармен - это ещё не приговор. Нашли себе бесплатного психиатра. — То есть, вы не выслушаете меня, да? — разочарованно пробормотала я, пробежав по парню грустным взглядом. Ну пожалуйста, ну разжалобись. Умоляю тебя! Мне просто необходимо кому-то выговориться. — Хорошо, — тяжело вздохнул он, снова принимаясь за протирание кружек. — Я обычно не делаю исключений. Но для такой красивой девушки... Рассказывай. И давай начнём с того, почему ты не можешь поведать эту интересную историю кому-нибудь другому. Допустим, лучшей подруге. — А нет у меня больше лучшей подруги, — пожала плечами я. — Вот так вот. Была, и нет. Представляешь? — Не представляю. Я вообще крайне тупой индивидуум без какого либо воображения. Подруги у неё больше нет... Инопланетяне украли? О Боже, спасайся, кто может, НЛО наступает... Парень раздражённо передёрнул плечами. На лице его отразилась мысль, что он уже пожалел о своём согласии. — Прекрати! — гаркнула я, оскорблённая таким отношением к своим переживаниям. — Ты что ли друзей никогда не терял? — Терял, — кивнул Алексей. — Но только потому, что их с самого начала выбирать нормально надо. А не жалеть потом о каждом придурке. — Друзей искать что, по-твоему, так легко? К тому же, Вика была замечательной подругой. Даже не понимаю, почему она... Я запнулась о собственные так не кстати всплывшие воспоминания и решила списать появившуюся паузу на жгучее желание утолить жажду яблочным соком. Плотно прижав стакан к ненакрашенным губам, отпила находившейся в нём прозрачно-янтарной жидкости. Во рту почувствовался приятный кисло-сладкий вкус. — Знаешь, многие потом не понимают... И вообще, с чего ты взяла, что она была замечательной подругой? Что в вашей дружбе было хорошего? — Да всё, — небрежно бросила я. А в голову начали скорпионами заползать картины моего счастливого прошлого. "Когда я была маленькой..." - ухмыляясь, прочитала про себя я. Неплохое начало для сочинения двенадцатилетней девочки. Пожалуй, его стоит прочитать внимательно, а не так, как все остальные. Может, ещё чего интересного найду. Мы с Викой сидели в кабинете русского языка и литературы почти час. Хотя, может быть, уже и два. Я не засекала, но, судя по ощущениям, это было именно так. Нам (мне как всегда, а вот моей лучшей подруге... для неё, не ожидающей такой "подставы", эта несправедливость была шоком) ужасно не повезло: Нина Борисовна поймала нас после уроков, прямо в тот момент, когда мы шли к раздевалке, и до омерзения слащавым голоском попросила помочь ей проверить несколько тетрадок, сказала, что "это займёт у нас не больше пяти минут". Ну, мы, зная её злопамятность, и согласились. Теперь-то я понимаю, что лучше бы она нас сразу на эшафот отправила. Нет же, эта ведьма решила организовать нам личный костёр инквизиции, гоняя по всем этажам школы со своими поручениями и добавив ещё листочков сорок с непроверенными сочинениями к той "парочке тетрадей" — "вам ведь не трудно, правда, девочки?". — Ты уже сколько проверила, Ань? — пихнула меня локтём Вика. — Аня! Анюта! Онегин, приём! — Да не сплю, — улыбнулась я. — Не сплю, слышишь? Ты давай тоже в мир сновидений не отправляйся. А то сейчас эта грымза вернётся и за то, что мы "отлыниваем", ещё нам работы притащит. — Ой, да ладно тебе. Подумаешь... Тогда напомним ей, что крепостное право уже отменили. Я ухмыльнулась: — Вик, она такая старая, что его, наверное, при ней отменяли. Дочитав до конца работу той шестиклассницы и не найдя в ней больше ничего забавного, красной ручкой поставила оценку. Перешла к проверке следующего сочинения. — Это точно, — вздохнула подруга. — Ань, я тут что подумала... Ты мне немного не поможешь? — С чем? — взяв в зубы ручку, я подпёрла щёку кулаком и в таком вот смешном положении начала читать то, что написал какой-то там Вася. Какой - не знаю, и не спрашивайте. Я вообще не люблю фамилии читать потому, что постоянно их случайно коверкаю. И в подобные моменты чувствую себя косноязычной, честно. А это ощущение всё-таки немного неприятно, не находите? — С этими работами, — вкрадчиво отозвалась Вика. — Боюсь их неправильно проверить. Я так устала, что не то что мозгами, конечностями шевелить не могу... К тому же, у тебя играть роль учителя получается гораздо лучше. Правда! Это я от всего сердца говорю. Искоса взглянув на свою лучшую подругу, я улыбнулась. Она разлеглась рядом со мной на парте, вытянув вперёд руки, и скорчила невероятно милую мордашку. Прохвостка! Поражаюсь её волшебному умению хорошо выглядеть. Даже сейчас, измученная, растрёпанная, ссутулившаяся, Вика все равно была необычайно симпатичной и притягательной. Вот родилась бы парнем, женилась бы на ней, честное слово! Она всегда была очень хорошей: вечно улыбчивой, красивой, приветливой со всеми. Можно сказать, что из-за этих её качеств мы и подружились. Я перешла в эту школу в начале восьмого класса. И именно в это время моя заботливая мамочка заставила меня носить брекеты. Сказала, что это уже последний момент, и если я сейчас завредничаю, то всю жизнь буду ходить с кривыми зубами. Естественно, такая перспектива меня не прельщала, поэтому я особо и не сопротивлялась. Но только жутко стеснялась своего нового "изъяна", не хотела из-за него говорить с одноклассниками (а вдруг кто-нибудь бы заметил и начал обзываться?). А потом ко мне подошла Вика и моментально пленила своим обаянием. Мы сразу начали вести себя как лучшие подруги: я бескорыстно помогала ей делать домашнее задание, писать самостоятельные и контрольные, а она в ответ дарила мне хорошее настроение и, что самое главное, свою прекрасную улыбку. Конечно, её "подарки" доставались не мне одной, другие тоже могли радоваться им. Но думаю, было бы некрасиво с моей стороны "забирать" всё себе. Вика же подружила меня с ещё несколькими хорошими людьми (я вообще постоянно удивлялась и, признаюсь, завидовала её умению быстро заводить друзей). В общем, говоря короче, и не было бы у меня никого без неё. — Ну так что, Ань, ты мне поможешь? — осторожно, словно боясь спугнуть мой положительный ответ, поинтересовалась подруга. Я ещё раз внимательно посмотрела на неё, и, растянув кончики губ в тёплой улыбке, кивнула: — Конечно, помогу. — Солнце, я тебя обожаю! — кинулась обнимать меня Вика. Я весело засмеялась. Как всё-таки приятно! Подруга пододвинула свою стопку тетрадей и листочков к моей. Я заметила, что за всё это время она проверила только три работы. Да, от неё толку совсем никакого... Лучше и правда всё сама сделаю. — Ань, а хочешь, я тебе анекдоты почитаю? — послышался весёлый голос рядом со мной. — Ой, блин, точно... Тебе же нельзя отвлекаться. Вот всё проверишь, тогда и почитаю, договорились? Я кивнула. Да, нельзя Аню отвлекать, когда она работает. Дело, Вика, говоришь! А она, впрочем, больше и не отвлекала. Только ржала истерично, как конь, а так совсем не отвлекала, нет... Ну да ладно. Ей и это за её улыбку можно простить. — И это один из "хороших моментов"? — со скептицизмом спросил Алексей. Я фыркнула. Сидящий за ближайшим к нам столом мужчина как-то странно на меня покосился. Я фыркнула ещё раз. — Да. А что, тебе не нравится? Ты просто её улыбки не видел! — Хорошо, что не видел... Я подозреваю, что эта твоя подруга была прототипом Медузы Горгоны. Предыдущая композиция закончилась и, будто специально, в баре так же громко, как и прошлая, послышалась одна довольно медленная песня. Моя любимая, кстати. — Это как? — Один раз на неё посмотрел - и всё, мозги превратились в статую и перестали функционировать. — Идиот! — я зло сощурила глаза, сильно сжала стакан. Пусть мы больше уже и не дружили с Викой, но мне до сих пор было неприятно, когда её оскорбляли. К тому же, в душе ещё теплилась надежда, что она всё как-то исправит, и мы снова станем лучшими подругами. Я уже слишком сильно привыкла к ней. — Сама такая... Давай дальше рассказывай. Вот как же такая "прелестная" девушка перестала быть твоей лучшей подругой, а? — Ну, слушай...