Freckles

Скука - страшная вещь. Леня, как личность активная, всегда любил разнообразие, и поэтому как-то вечером сразу, зайдя в гостиную, предложил: - Давай попробуем что-нибудь необычное? Дима посмотрел на него поверх очков, оторвавшись от очередной книги. - Что-что? - Парень игриво улыбнулся, окидывая рыжего изучающим взглядом с ног до головы. Леня замялся, но уверенно повторил: - Необычное. Разнообразим интимную жизнь. И вот теперь он стоял посреди комнаты в мамином облегающем черном платье, которое она оставила здесь на всякий случай. Мамин гардероб вообще был распихан по многим квартирам знакомых, чтобы она всегда имела возможность хорошо выглядеть - например, возвращаясь на работу после грандиозной попойки. Помимо платья на Лене были мамины же туфли на шпильке и черные капроновые чулки. Казалось, что родительница оставила столь гармоничный комплект здесь именно для таких целей. - Можно, я переоденусь? - заскулил парень, оттягивая вниз слишком короткое платье. Дима, вальяжно развалившись в кресле, отрицательно покачал головой и продолжил разглядывать рыжего с плутовской улыбкой. - Ну какая радость смотреть на мои волосатые ноги в капроне? - О, ты даже не представляешь, как хорошо смотришься, - чуть насмешливо протянул Дима. - Иди сюда. Леня сделал пару шагов и покачнулся, расставив в сторону руки. На таких ходулях равновесие держать было просто невозможно. Все мысли были вытеснены из головы инстинктом самосохранения. Следующий шаг был еще более неудачным. Нога подвернулась, и парень завалился на пол, размахивая руками и костеря адскую обувь на чем свет стоит. Совсем не изящно расставив ноги в стороны, Леня стянул лакированные туфли и со злостью запустил их в дальний угол. Скорее всего, к маме они вернутся не в лучшем виде. Ну, сама виновата. Дима, даже не подняв свою пятую точку, дабы помочь любимому, тщетно пытался скрыть рвущийся наружу смех. - У тебя чулки порвались. Рыжий яростно зыркнул на парня и, поднявшись, медленно подошел к креслу. Угрожающе это сделать не вышло из-за боли в щиколотке. Уперев руки в подлокотники, обитые кремового цвета вельветом, Леня навис над Димой. - Я врежу тебе. - Ага. - С наглой улыбкой Дима провел ладонью по ноге парня вверх и, остановившись у небольшой дырки в капроне, засунул в нее палец. Ненавязчивое прикосновение к коже вызвало табун мурашек и приятный импульс, зародившийся в районе груди и скользнувший вниз, к паху. Леня сглотнул. - Грязный прием. - Ага, - повторил Дима, скользя рукой выше, под платье, обхватил рыжего за бедра и потянул на себя. Леня залез коленями на кресло, усаживаясь верхом, и, завороженно глядя в горящие желанием глаза, облизнул пересохшие губы. Дима провел пальцами по спине, обтянутой шершавой блестящей тканью, отчего рыжий чуть прогнулся вперед. Пальцы нашли "собачку" молнии и потянули вниз. Леня неторопливо стянул платье через голову и кинул куда-то назад. "Испачкается", - мелькнуло на задворках сознания, но мысль не задержалась в голове надолго. Сняв очки, Дима припал губами к шее парня, плавно водя сухими теплыми ладонями по его напряженной спине. Леня понимал, что выглядит нелепо в боксерах и винтажных чулках, но это уже не раздражало, а даже... заводило. Дима крепко прижимал рыжего к себе, покрывая поцелуями его шею и плечи. Внешне он казался спокойным, но прерывистое дыхание выдавало волнение и возбуждение. - Погоди, - выдохнул Леня и, встав с кресла, подошел к комоду. То, что он искал, лежало в самом нижнем ящике, поэтому пришлось наклониться. Хитро улыбнувшись, парень покрутил задом и добился нужного результата. - Быстро сюда, - послышалось сзади. Хриплый голос вызвал новую волну возбуждения, и Леня нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Выудив из-под стопки постельного белья пузырек со смазкой, парень поспешил вернуться. Выхватив из его рук бутылочку, Дима положил ее в кресло рядом с собой и, скользнув пальцами по гладким бокам рыжего, потянул резинку боксеров вниз. Леня освободился от белья и снова забрался на парня верхом. Для пробы проведя пару раз рукой по стоящему члену рыжего, Дима на ощупь нашел пузырек и выдавил на ладонь немного смазки. Леня облизывал губы и глубоко дышал, пытаясь не сорваться на мольбы. Сладко запахло малиной, и это было лишним, но мало волновало обоих. Влажные пальцы скользнули по члену вверх, и Леня шумно втянул воздух сквозь зубы, вцепившись пальцами в спинку кресла. Не убирая руки, Дима схватил другой парня за загривок и потянул его голову вниз. Поцелуй получился жестким и даже болезненным, но это лишь распаляло сильнее. Дима непроизвольно начал двигать языком и рукой в одном темпе, вырвав у рыжего жалобный стон. Краем глаза Леня заметил, что дырка на чулке пустила длинную стрелку, и даже такая мелочь возбуждала неимоверно. "Я долбаный извращенец. И мать осталась без вечернего комплекта". Парень усмехнулся, прикрыв глаза, но тут же забыл, о чем думал. Его заставили встать на коленях, крепко держа за бедра. Тонкой чувствительной кожи коснулось жаркое дыхание, и рыжий, зашипев, до боли сжал грубую обивку кресла. Когда член погрузился в горячий рот, Леня перестал сдерживать рвущиеся наружу стоны. Сопровождая каждый толчок прерывистым мычанием, парень подавался вперед. Он просто терял голову от яркости ощущений. У них каждый раз был, как первый. Когда головка ткнулась в небо, и Дима инстинктивно сглотнул, Леня не выдержал и кончил, протяжно застонав. Снизу вверх на него смотрели пронзительные голубые глаза. В уголке припухших губ белела вязкая капля. Рыжий вернулся в сидячее положение и слизнул эту каплю, затем утянув парня в глубокий, неторопливый поцелуй. Штаны Димы многозначительно топорщились, и Леня, переведя дух после оглушительного оргазма, накрыл бугорок ладонью и слегка погладил. Дима прикрыл глаза и подался бедрами навстречу ласке, но рыжий тут же убрал руку. Испачканная в смазке бутылочка скользила в руках и удушающие благоухала лесными ягодами. Леня обильно смочил два пальца в сладко пахнущей жидкости, и они влажно заблестели. Захотелось облизать, но парень знал, что аппетитный запах не показатель съедобности. Заведя руку за спину, рыжий раздвинул собственные ягодицы и, прогнувшись, ввел в себя указательный палец. Удовольствие и предвкушение большего тянуще обволакивало все тело и концентрировалось во вновь встающем члене. Эффект усиливал взгляд Димы, неотрывно следящего за его действиями. Сдув с глаз мокрую челку, Леня улыбнулся и добавил второй палец, изо всех сил стараясь сделать лицо как можно более пошлым. И, кажется, перестарался. Дима рывком стянул домашние штаны вниз и, схватив парня за многострадальные бедра, подтянул его ближе. Рыжий уперся в спинку кресла руками и прохрипел: - Смазать... Запах малины стал невыносимым, когда Дима выдавил на ягодицы Лени полпузырька и стал размазывать липкую жидкость между ними. Было жарко, невыносимо жарко, мокро, скользко и грязно, но рыжий сходил с ума. Еще немного, и он кончил бы второй раз, не дойдя до главного. Эта мысль заставила парня резко насадиться на член Димы, и сделал он это слишком неаккуратно. Поясницу прострелило болью, анал нестерпимо защипало, но Леня лишь поморщился и продолжил двигаться. Дима, придерживая его за бока, задавал темп, но ситуацией все-таки владел рыжий, и это чувство власти опьяняло. Не прошло и пары минут, как Леня содрогнулся, выгибаясь до боли в мышцах. Дима стал двигаться быстро, отрывисто, потом замер, запрокинув голову и, шумно выдохнув, расслабился. По ногам начали стекать теплые капли, и это было бы противно, если бы на месте Димы был кто-нибудь другой. Леня довольно заулыбался и лизнул губы парня. Тот устало улыбнулся в ответ и запустил липкие пальцы под кружевные резинки чулков. - Тебе идет. - Попрошу у мамы еще.