Freckles

Я шлепал по мокрому асфальту, направляясь к зданию метрополитена. Мои планы были такими: сесть на скамеечку и греться там до самого закрытия. С собой у меня были тетрадь и ручка, а также плеер в боковом кармане, так что не должно было быть скучно. "А если сильно повезет, - думал я, - еще и Шинджи встречу. Поговорю с ним, объясню ситуацию, выясню, почему он сбежал". Заходя в метро, я испытывал сильное волнение от возможной встречи с этим парнем. Было стыдно перед бабушкой: в такой ситуации думать о другом человеке - кощунство, но я просто не мог не думать о нем. Сам не заметил, как стал почти физически зависим от него. Ведь я едва знаю Шина, но уже чувствую его частью себя самого. Он колдун, не иначе. Кто его знает, азиата, что у него на родине творится... Конечно, я понимал, что магия тут ни при чем. Красивая внешность, приправленная тайнами, поцелуй и пара томных взглядов - все, что нужно для завоевания сердца. А раз я так просто поддался ему, значит, голубые наклонности были во мне уже давно. Но мне никогда не нравились парни, я не засматривался на своих друзей и не смотрел гей-порно. Хотя, и обычное порно я тоже не смотрел, и не интересовался девушками, оправдывая это придирчивостью и излишней избирательностью. Воротил нос от всех. Возможно, я всю жизнь ждал только Шинджи. Улыбнувшись своему глупому выводу, я присел на скамейку. За размышлениями и не заметил, как спустился вниз. Теперь оставалось только ждать, прислонившись к холодной стене. Сначала я действительно терпеливо ждал, слушал музыку, делал зарисовки в тетради. Потом это все начало надоедать. Я достал мобильник: время - 16:49. Записал это на полях, чтобы не забыть. Потом начал думать, как же скоротать время: пробовал всматриваться в прохожих, искал глазами стройную высокую фигуру в черном пальто. В итоге, глаза устали, а я так и не нашел Шина. Толпы людей начинали раздражать. В голову пришла идея позвонить ему. В телефоне уже давно был сохранен номер Шинджи. Однако дозвониться ему я так и не смог: минут пять слушал длинные гудки, а потом бросил трубку. Захотелось с кем-то поделиться переживаниями, и я подумал о Диме. Надо было попросить у него прощения за грубое поведение, а заодно спросить совета. Его номера у меня не было, так что пришлось звонить Льву. После нескольких гудков мой бывший друг радостно протянул в трубку: "Приве-ет!" Я поморщился от этого слащавого голоса, как от зубной боли. Непривычно было слышать столько лести в голосе вечно холодного Льва Николаевича. - Здравствуй. Мне нужна твоя помощь. - Да все, что угодно, друг! Для тебя даже горы сверну! - Прекрати этот цирк. Слушай, у тебя остались номера народа из той компании, где еще Оля была? - Ну да, а что?.. - Лев насторожился, ожидая подвоха. - Скажи мне номер Димы. - Кого? - Высокий парень в очках, он еще меня до дома провожать ушел. В трубке послышалось сопение: Леву мучила совесть, он-то знал, из-за кого Диме пришлось провожать меня. - Да, помню такого. Сейчас поищу и перезвоню. Я вздохнул и потер висок. Начинала болеть голова, и вообще все было очень, очень плохо. Через пару минут мобильник завибрировал, я ответил на звонок, предчувствуя, что Лев ничего не нашел. - Да? - Прикинь, он у меня под "Педиком" записан! - Лева разразился громким ржанием, а у меня болела голова. Я скривился и отвел телефон подальше от уха. Получается, все знали об ориентации Димы. Как интересно. - Да, очень забавно, номер диктуй! - 8... 921... Я записал в тетрадь ряд цифр и имя их владельца. - Все, спасибо. - Ну что, придешь завтра? Я себе такую игрулю установил!.. - Лева, ты сейчас меня хорошо слышишь? - Ага... - Пошел в жопу, Лева. - Эй, ты чего?! Я не стал слушать излияния этого козла и просто бросил трубку. Пусть чувствует себя использованным. Я злобно захихикал: воображение рисовало опешившего медведя, до которого медленно допирало, что его сейчас подло нае... обманули. Он-то думал, что я так легко простил его! Наивный. Немножко позлорадствовав, я начал набирать новый номер. Для начала сохранил его в контактах, назвав "Сенсей", а потом уже позвонил, надеясь, что Дима оправдает это звание. Сначала ответом мне были только длинные нудные гудки, я уже хотел бросить трубку, когда сонный голос промычал что-то вроде "Слушаю?". - Эээ... это Гриша, мы встречались у Льва, ты меня еще до... - Да-да, я помню. Что случилось? Давай быстрее, а то я сейчас немного занят. - А, да, конечно! На самом деле, я хотел с тобой просто поговорить. Ты занят, так что я, наверное, позже перезвоню. - Позже я буду спать, говори сейчас. - А сейчас ты не спал? Я думал, что разбудил тебя... В трубке послышался тихий смех, иногда перебиваемый чьим-то чужим голосом. Дима был не один, с другом, возможно. - Нет, я не спал. И тут я начал собирать в своем невинном разуме мозаику: сонный голос, но он не спал, тогда голос... томный? И чей-то мужской голос на заднем плане. А Дима как раз... Да, я не ошибся, он был со своим любовником, партнером, парнем... Не знаю, как назвать. - Ох, до меня только что дошло, прости, что потревожил в такой важный момент! - Да ладно, у нас таких важных моментов по пять раз на дню бывает. - Дмитрий фыркнул в трубку, а на заднем плане раздался гомерический хохот. Я, честно говоря, смутился, ну не привык я еще к таким вещам. Как только представил Диму в неглиже в постели рядом с другим парнем, сразу покраснел как помидор, напрягся весь. - Хорошо... Мне просто нужен твой совет. - Насчет того японского красавчика? Я услышал, как другой мужской голос громко завопил: "Чего?!", на что Дима засмеялся и ответил, что объяснит все потом. - Я снова с тобой. Этот крендель такой нервный, ревнует меня ко всему, что движется и не движется. На заднем плане опять послышались злобные крики и звуки глухих ударов. После непродолжительного смеха и пререканий в трубке, кажется, воцарилось спокойствие. - Ок, все, начинай повествование. - Мы недавно целовались... - Ого! Это когда ты его охмурить успел?! - Все было не совсем так. Он вернулся за шарфом, вел себя очень странно: сначала обнял и расплакался, а потом начал грубить. А потом... К стенке припер и поцеловал... И ушел. Повисло молчание. - Чего молчишь? - Я нервно постукивал ногой по полу. - Перевариваю. Знаешь, я думаю, что у него очень много секретов. И единственный способ узнать их - втереться к нему в доверие. - Моя главная цель - не узнать его секреты, а привязать его к себе! - Мне кажется, что он уже никуда не денется. - Да? С чего ты взял? Дима пропустил этот вопрос мимо ушей, в трубке опять стало тихо. - В любом случае, сейчас тебе нужно как можно чаще быть рядом с ним. Ты ходишь к нему домой? - Я не знаю, где он живет... - Тогда встречайтесь у тебя. Он хотя бы номер свой дал? - Ну, да... только он никогда трубку не берет и на сообщения не отвечает. - Слушай, этот твой Шинджи - ходячее чудо света! Столько тайн и загадок. Не человек, а головоломка! - Тогда я готов ломать голову сколько угодно. Я даже сам не заметил, как это вырвалось. Какой же я странный стал. - Хм, ну тогда тебе остается только потихоньку приручать его. Если он тобой заинтересовался, вернется еще не раз. А ты пользуйся такими моментами. - Спасибо... Ты единственный, с кем я могу об этом поговорить. - Да не за что, обращайся. Держи меня в курсе дела, а то мне интересно, что же у вас получится. - Хорошо. - Я улыбнулся и нажал "отбой". Дима не сказал мне ничего нового, но поддержал морально. Мне стало так приятно и спокойно на душе, как будто сходил на исповедь. Взглянув на экран мобильника, я подавленно вздохнул: прошло всего 20 минут. Я еще немного поелозил на скамейке, напевая под нос различную американщину, потом понял, что начинаю отрубаться. День был тяжелым, да и встал я рано, в общем, захотелось спать. Я положил под голову сумку, ветровку и лег боком на скамейку. Было жестковато, но терпимо. Удивительно, но я действительно заснул. Что-то мне определенно снилось, но я все забыл, когда проснулся. А проснулся оттого, что кто-то тряс меня за плечо. Я широко распахнул глаза и так резко сел, что даже голова закружилась. "Неужели Шин нашел меня?.." Но нет. Передо мной нерешительно переминалась с ноги на ногу высокая девушка в странной одежде: длинная юбка с этническим рисунком, просторная рубашка, подвязанная кушаком и сандалии. Через плечо висела тряпичная сумка серого цвета. На руках - феньки. Волосы заплетены в толстую длинную косу. Я был убежден, что передо мной стоит хиппи. Вот сейчас улыбнется, скажет: "Love and Peace", и великодушно предложит мне косячок из полевой травки. - Вы в порядке, может, вам врача вызвать? - Девушка обеспокоено смотрела на меня, склонив голову набок. Она была не старше меня, уж больно наивное и детское лицо. - Со мной все хорошо, просто я уснул. - Я улыбнулся и пригладил разлохматившиеся волосы. - Слава богу, я подумала, что вас избили. Щека распухла. - Она показала пальцем на мою правую щеку, которая и правда все еще побаливала. Хорошо же мне припечатала тетушка. - Семейные ссоры. Ушел из дома. - Не знаю, почему, но перед этой девушкой я не чувствовал себя неловко. И она не раздражала меня, наоборот, внушала доверие и располагала к общению. - Навсегда? - Ее глаза смешно округлились. Я усмехнулся. - Нет, конечно, меня бабушка ждет. Я ночью вернусь. Девушка еще немного потопталась на месте, потом села рядом со мной. - Можно на «ты»? Я кивнул. - Чтобы тебе не было скучно ждать, я посижу тут чуть-чуть, развлеку тебя. - На ее светлом лице появилась добрая теплая улыбка. Я подумал, что хотел бы иметь такую сестру. - Я Алиса. - Гриша. - Я немного смутился, потому что ее взгляд будто пронизывал меня насквозь. У нее были очень яркие зеленые глаза, никогда таких не видел. - Ты носишь линзы? - Да, ты раскусил меня. - Она тихо засмеялась, а потом добавила: - Расскажи мне, чем ты занимаешься. - Устроилась поудобнее и начала перебирать в руках четки, которые незаметно вытащила из кармана. - Я - художник. То есть, пока еще студент, но рисую неплохо. - Ты на первом курсе? - Нет, я еще даже не поступил, сегодня только русский сдал. На подобные темы мы говорили очень долго, я начал раскрепощено чувствовать себя рядом с Алисой. Узнал, что ей 16, что она хочет быть востоковедом и углубленно изучает историю Японии. Да, что-то в последнее время я так и нарываюсь на людей, связанных с этой страной. Алиса не была хиппи, просто ей нравился такой стиль одежды, а еще, пока мы говорили, она сплела мне феньку. Получилось очень красиво и аккуратно. Я сразу надел готовое изделие на руку и постоянно любовался им. Всего два цвета: синий с голубым, а так красиво. - Тебе очень идет этот цвет, он сочетается с твоими глазами. Они у тебя необыкновенные, теперь я его понимаю. - Кого понимаешь? - Я удивленно посмотрел на нее, а она лишь улыбнулась, очень мудро и как-то слишком по-взрослому. - Мне пора. - Ты уже уходишь? Но ты же обещала побыть со мной до закрытия... - Тебя уже ждут. - Она встала и указала на край платформы. Там у колонны стоял Шинджи и смотрел прямо на нас. У меня аж дух перехватило. - А... - Но Алисы уже нигде не было, она успела уйти, пока я отвлекся. Я поднялся со скамейки и начал медленно подходить к Шину. Тот стоял, не двигаясь, и все так же смотрел на меня. Когда до него оставался один шаг, он сдвинулся с места и стремительно зашагал по краю платформы. - Шин! Стой, я хочу поговорить с тобой! Подошел поезд, и Шинджи юркнул внутрь. Я, конечно, последовал за ним. Внутри было тесно и душно. Народ напирал друг на друга и толкался. Я сумел протиснуться к противоположной двери и встал в углу, высматривая темноволосую голову Шина. Пока я искал, не заметил, как предмет поисков сам нашел меня и встал напротив. Очень близко. Сзади его толкал какой-то мужик, и тело Шина становилось все ближе и ближе. Я начал задыхаться, и не от духоты, а от сложившейся ситуации. На нем было новое темно-синее короткое пальто и серый джемпер. Даже такая смена в одежде показалась мне фатальной: не было шарфа и шляпы, пальто стало короче. Для меня в тот момент это было то же самое, что для других парней - девушка в бикини. Я рассматривал лицо Шина: он был все так же красив, даже красивее, чем раньше. Его волосы были собраны в хвост и струились по плечу до бедра. Он неожиданно наклонился к моему уху. - Что случилось с твоей щекой? Я вздрогнул, ощутив его дыхание и запах сирени. Еще немного, и я бы просто набросился на него прямо в переполненном вагоне. - Ничего. Я сам виноват. - Меня в жар бросило от его пристального взгляда, и я отвернулся. Тогда он опять наклонился ко мне. Я ждал, когда он скажет что-нибудь, но вместо этого почувствовал прикосновение прохладных губ к щеке. Шин медленно прошелся по ней языком, снизу вверх, потом проделал то же самое и с шеей. Там, где недавно был его язык, оставались мокрые дорожки, холодившие кожу. Я дрожал, закрыв глаза, и был готов потерять сознание от счастья. Через пелену удовольствия я смог заметить двух девушек, откровенно разглядывающих нас. Они удивленно перешептывались, не отрывая глаз от пикантного зрелища. - На нас люди смотрят, - хрипло выдавил я ему на ухо, чуть коснувшись его губами. Шин вздрогнул и отстранился. - Прости. И мы ехали, неизвестно куда, неизвестно зачем... Мы стояли вплотную друг к другу: я смотрел в сторону и тяжело дышал от волнения и возбуждения, а Шин, не отрываясь, смотрел на меня и был совершенно спокоен. На конечной пришлось выйти. Он взял меня за руку и повел к выходу. - Куда мы? Шин промолчал. Он открыл дверь, и мы вышли на свежий воздух. Пальцы начали мерзнуть, никогда не встречал человека с такими холодными руками. - Что с тобой творится? Ты меня правда пугаешь. Если сейчас же не скажешь, что ты задумал, я тебе врежу, так и знай. - Конечно, я не собирался его бить, но был очень напуган таким странным поведением с его стороны. Мне стало не по себе, возбуждение отступило и сменилось усталостью. Шин молчал. Мы продолжали медленно идти по незнакомым улицам, солнце подпекало спину. Мне было жарко в ветровке, что уже говорить о его пальто. - Отпусти меня, я куртку сниму. - Шин замешкался, но потом все-таки разжал пальцы и стал пристально наблюдать за мной. Как будто я убегу. Я снял ветровку и завязал рукава на пояснице. В этот момент из кармана зазвучала приевшаяся мелодия, я достал мобильник и ответил на звонок. - Да? - Гриша! Где ты?! Уже 7 вечера, что же ты со мной делаешь, засранец! - Бабушка плакала. Трубка в руке задрожала, я сам почувствовал, как в носу защипало. Разрыдаться мешало только присутствие Шинджи. Он вопросительно заглядывал мне в глаза. Я отвернулся. - Не плачь, бабуль... Я у друга, скорее всего, останусь у него на ночь. - Ты знаешь, я всегда на твоей стороне, но ты должен хотя бы извиниться перед Катей. - За что? - Я понимаю, она к тебе приставала, но можно же ответить словами, зачем ты ударил ее? - Бабушка всхлипнула. Я сжал кулак, впиваясь в кожу ногтями. - Это тетя Соня сказала? - Какая разница... - Большая! Я вернусь домой только тогда, когда эта старая лгунья забудет о тебе и обо мне навсегда и перестанет ходить к нам за свежими сплетнями! Ненавижу ее! – Я опять сорвался. Меня переполняла злость, я готов был убить тетушку самым жестоким способом. Я крепко стиснул зубы, чтобы не сказать еще чего-нибудь лишнего, но весь дрожал, выдавая себя с потрохами. Я не хотел кричать на бабушку, с самого начала я мечтал извиниться и перед ней, и перед Катей, перед кем угодно, лишь бы вернуться домой и жить как обычно, в спокойствие, тепле и уюте. Но наглое вранье тети Сони вывело меня из себя. Я больше никогда не хотел видеть их в нашем с бабушкой доме. - Гриша, даже если ты не бил ее, уже поздно. Софа всем все рассказала, тебя могут записать в детскую комнату милиции. Попроси у них прощения, умоляю... - Бабушка заплакала так горько, что у меня порвались последние нити терпения. Я бросил телефон на землю, к счастью, он не разбился, только аккумулятор вылетел. "Просить прощения у НИХ?! Да никогда. Пусть меня записывают, куда хотят, пусть хоть сразу сажают! Все равно никогда больше рта не открою в их присутствии". Я постоял немного, остыл, потом поднял мобильник, засунул аккумулятор на место ( да, все работало), положил поцарапанный телефон в карман и повернул обратно к метро. - Стой. Я остановился и обернулся. Совсем забыл про него. Шинджи смотрел на меня сочувствующим взглядом и снова был мягким и нерешительным. - Я могу тебя проводить. - Не надо. Просто скажи, что ты хотел сделать, зачем ты меня сюда привел? - Хотел немного побыть с тобой. - И для этого надо было ехать в такую даль? - Я печально улыбнулся. На сердце потеплело. Я подошел к Шину, обхватил его за шею рукой и мягко поцеловал, почти невесомо. Он подался вперед, но я отпустил его и собрался уходить, помахав рукой на прощание. - Ты мне нравишься... Я резко развернулся. - Что, прости?.. - Нравишься, говорю. - Уверен? - У меня сердце забилось, как бешеное, я стоял на месте и просто не мог пошевелиться. Вот оно! Господи, что он только что сказал?! Может, врет? Я посмотрел на серьезное лицо Шина и понял: не врет. - Да, абсолютно. - Ты очень странный и ничего о себе не рассказываешь, ходишь по такому пеклу в зимнем пальто, кидаешься целоваться с первым встречным, тем более, с парнем. Ты уверен, что ты нормальный? - Я улыбнулся, засунув руки в карманы, и выжидающе посмотрел на него. - Я нормальный, - бесцветным голосом пробормотал Шин. - Ты очень милый, не надо строить из себя таинственного крутого парня. Он промолчал и, кажется, слегка улыбнулся. - А еще ты безумно красивый, мне понравилось рисовать тебя, и целоваться с тобой тоже неплохо. - Я совсем обнаглел в надежде увидеть смущение на этом прекрасном лице. И дождался. Шинджи кашлянул и отвернулся, поправив воротник пальто. - Тебе пора идти. - И правда... - Я взглянул на время. Да, надо бы успеть найти ночлег. Домой ехать я даже и не думал, не хотел портить себе настроение после такого разговора. – Ну, тогда пока. Я отошел на приличное расстояние, метров десять, и крикнул: "Ты мне тоже нравишься! Очень!". Сказав это, почувствовал одновременно и стыд, и несравнимое ни с чем удовольствие. Реакцию Шина я не видел, так как после таких слов сразу убежал. Заночевать решил у Димы. Мне было неловко просить об этом, ведь у него есть парень, он может и приревновать, но Дмитрий был единственным человеком, кто мог бы слушать мои любовные излияния. Сошлись на том, что я буду спать на раскладушке в отдельной комнате, а они вдвоем - в гостиной на раскладном диване (у Димы была совсем новая квартира, и мебели там не хватало). Я успел познакомиться с любовником моего друга, Леней. Он оказался невероятно красивым парнем: чуть повыше меня ростом, волосы, выкрашенные в рыжий, спускались до плеч. Лене мешала длинная челка, поэтому он часто сдувал ее на бок, и делал он это очень сексуально. Еще я заметил проколотые в нескольких местах уши и обилие стальных украшений: перстни, подвески, серьги, цепи и т.д. Было понятно, что Леонид - неформал со стажем. Но, несмотря на это, он оказался очень милым и разговорчивым человеком. Я бы даже сказал, болтливым. Он вставлял свои реплики куда только возможно, постоянно перебивал своего любимого, за что получал нежные подзатыльники. Лично мне больше всего понравились его остроумные шутки, я вообще очень люблю людей с хорошим чувством юмора. Могу смело сказать, что это был второй заинтересовавший меня парень за всю мою жизнь. Но, конечно, я не смел ничего делать, поскольку все мои мысли были о другом человеке, и я очень дорожил дружбой с Димой. Так что мы, в основном, ограничивались пошлыми шутками. Целую ночь я мысленно просил прощения у Шина, когда самоудовлетворялся под недвусмысленные звуки, раздающиеся из гостиной. Чужой секс, оказывается, очень возбуждает. Сейчас утро 11 июня. Я валяюсь на диване в гостиной. Именно на том самом диване. Дима ушел на подработку, Леня готовит завтрак, а я заканчиваю мою очередную запись. Покушаю и уеду домой. Так не хочется омрачать себе утро пустыми ссорами...