Психология и хирургия

Глава 18. – Ну, что ты такая сникшая? – Да ничего. Не хочу, чтобы ты от нас уезжал, – Вика спрятала глаза и погладила Салама по руке. – Как у вас с Костей дела? – Нормально, – девушка пожала плечами – про драку Кости с Саввой она предпочла промолчать, дабы не расстраивать друга лишний раз. Впрочем, её план разрушился буквально через минуту, когда в палату вошел сам Лазарев. Вика отщипнула небольшой кусочек от свежайшего лаваша, который Салам скармливал ей вот уже минут пятнадцать – мама молодого человека, Вера Халиловна – приехала, чтобы забрать сына обратно в Махачкалу, и привезла с собой несколько сумок домашних вкусностей. Лазарев, увидев заставленный поднос, сразу всё понял. – А где мама? – Чай пошла налить. Костя, последовав примеру Вики, взял кусочек лаваша. – Уезжаешь? – Да, буду там восстанавливаться. – Но ты же вернешься? Салам отвел взгляд, словно не желая загадывать наперед, но совершенно случайно краем глаза заметил ссадину на Костином лице и моментально нахмурился. – Что у тебя с лицом? Ты что, дрался? – Нет, – Лазарев ответил чересчур быстро, поэтому его ложь оказалась очевидной. И, чтобы как-то сгладить свой ответ, добавил. – Поскользнулся во время секса. И тут уже шутка не прошла – Вика исподлобья глянула на мужчину, а Салам, казалось, даже не понял смысла сказанного – для него и так всё было ясно – Савелий, пришедший в больницу с разговором «по душам», и Костик, заявившийся под вечер с ссадинами на лице. Последнему пришлось разрядить обстановку и буквально выдавить из себя усталую улыбку. – Совсем не смешно, Кость, – с легким укором прокомментировала Вика и сцепила руки в замок. В ответ мужчина усмехнулся и прижал сидящую на кровати девушку к себе. И Салам, на лице которого появилась мягкая и лёгкая улыбка, взял друга за запястье – он очень любил этих двоих, и был искренне счастлив видеть их вместе. … – Что там с этой женщиной? – Прооперировали, а там не знаю, как пойдет. Печени у неё всё равно, что нет. Вика удручённо посмотрела на циферблат наручных часов и вздохнула. – Ты после смены, езжай домой, а я тут останусь. – В смысле? Девушка развернулась к Лазареву лицом. – А ты предлагаешь ребенка здесь бросить одного? – Именно, что нет, – и с этими словами Костик двинулся в ординаторскую, оставив Вике лишь одно – заинтригованной, пойти следом. – Эй, Фёдор! – распахнув дверь, мужчина порывисто ворвался в помещение, где мальчик, сидящий за компьютерным столом, что-то увлеченно рисовал на листе бумаги. – Поедем смотреть толстого рыжего кота? – и мальчик, подхваченный на руки, впервые улыбнулся. – Поедем! А что с мамой? – Ну, с мамой всё нормально будет. А пока что мы едем к коту, – и Костя, перекинув ребенка через плечо, двинулся к выходу, подмигнув изумлённой Вике, которая неподвижно стояла у шкафчика. Уже в дверях Лазарев развернулся, радостно улыбаясь.- Ты едешь? Кот Феде понравился. Как и Федя коту – по крайней мере, на его пушистой морде не было выражения недовольства даже тогда, когда его отнесли на диван и заставили играть с бантиком на ленточке. Более того – играл он с явным удовольствием. – Давай, без разговоров, – перед Викой, сидящей за столом, появилась чашка с горячим лекарством – связки восстанавливались, и лечение не прерывалось. Вика поморщилась и отвернулась от чашки. На вкус, цвет и запах это пойло было поистине ужасным, хотя на упаковке было написано о том, что в состав входит натуральный ароматизатор. – Не хочу. Тошнит уже от этого. Лазарев сел рядом с девушкой. – А что делать? – Пожалеть меня и вылить эту гадость в раковину. – Чтобы потом на операцию лечь? Вика закусила губу – у неё в самом деле было два выбора – либо консервативное лечение, чем она и занималась уже довольно длительное время, либо операция на связках, которая была довольно рискованной и влекла за собой восстановление ещё более длительное и мучительное. – Умеешь пожалеть, нечего сказать, – и обречённо вздохнув, девушка сделала несколько глотков, стараясь при этом не дышать. – Шестилетний ребёнок не капризничает, в отличие от тебя, – и Лазарев кивнул на стену, за которой слышалась возня. Вика исподлобья глянула на мужчину, и тот, улыбнувшись, поцеловал её в макушку. Девушка развернулась и поймала родные губы, прижавшись к Лазареву всем телом. Впрочем, ласка не продлилась долго. – Дети ещё не спят. – Вот дурак, – усмехнувшись в ответ, Вика закатила глаза. Правда, в следующее мгновение посерьезнела, понизив голос. – Если честно, то я не ожидала, что ты возьмешь ребёнка. – А как я должен был поступить?- Костик пожал плечами. – Я не знаю. Просто… Просто я… Удивлена, что ли, – у Вики даже не нашлось толкового ответа – она и в самом деле была очень сильно удивлена. – Я нему привязался как-то, не знаю. Хороший парень, только с матерью не повезло. – Страшно мне за него, – Вика положила голову на плечо севшему рядом с ней Лазареву. – Да, Иван Николаевич говорил, что с ней плохо всё. А даже если и выкарабкается – не завидую я парнишке. – Дядь Кость, – в кухню вбежал Федя. – Что, дядя Фёдор? – Можно, я Пирата на ночь у себя оставлю? – Конечно, можно. Если он сам согласится, – и Лазарев подмигнул вмиг расплывшемуся в счастливой улыбке ребёнку. – Ты чай будешь? – спросила Вика, обречённо глядя в чашку с успевшим поостыть лекарством. – Не-а, – и мальчуган убежал обратно в комнату. – Пойду, диван ему расстелю, – девушка поднялась и направилась было в коридор. – Ничего не забыла? Обернувшись, девушка увидела, как мужчина демонстрирует ей чашку с недопитым её содержимым. – Не отстанешь ведь, – совершенно беззлобно прокомментировала Ковалёва, взяла протянутую чашку и залпом опорожнила её, отчаянно поморщившись от гадкого вкуса тёплой жидкости. – Федь, спать пора, – девушка зашла в комнату и сразу же залезла в шкаф в поисках постельного белья. – Не хочется, – печально вздохнул ребёнок и погладил довольного произведённым впечатлением на гостя кота по голове. – А что делать, – Вика осторожно сглотнула, чтобы унять противное жжение в горле. – Завтра наиграешься ещё. – А я завтра опять у вас? – Ну, маму твою вряд ли кто-то выпишет так скоро, – Вика отложила подушку и взяла в руки пододеяльник. – Помогай. Федя с готовностью спрыгнул со стула, побежал к девушке и схватился за одеяло. – Ну-ка, подожди, – Ковалёва откинула бельё и присела на корточки перед ребёнком. Только сейчас она заметила на плечах парнишки крупные синяки лилового цвета – весь день ребёнок был в кофте и футболке, а сейчас, без первой, рукава майки задрались, обнажая то, что раньше скрывали. – Это тебя мама так?! Мальчик смущённо опустил голову и почесал нос. – Нет. Это дядя Боря – он к маме приходит часто. Если не спрячусь – точно попадёт. Вика во все глаза смотрела на ребёнка, не веря ни своим глазам, ни ушам. Бить шестилетнего ребенка, неужели это вообще возможно? – Костя, – девушка отошла от ребёнка и выглянула в коридор. – Кость! – Чего ты надрываешься? – Лазарев высунулся из кухни с пультом в руке. – Иди, посмотри. – Что такое? – заинтригованный, Костик заглянул в комнату, и Вика осторожно закатала рукава Фединой футболки. Мужчина присел перед мальчиком и посмотрел на Вику, на что та лишь покачала головой, гладя ребёнка по голове.