Сводники.

Вот уже целый долгий и утомительный месяц небольшой отряд, состоящий из тринадцати гномов, хоббита и волшебника Гэндальфа, упрямо пробирался на восток, преодолевая многочисленные опасности и стараясь избегать встреч с опасными врагами, которые попадались им на пути. - Эх... Меня все больше беспокоит Торин, - завел разговор как-то Кили. Он и его задумчивый брат сидели довольно далеко от яркого костра, что весело потрескивал, освещая их маленький лагерь. Дело было вечером. Их двоих выставили сегодня караульными, и молодые гномы коротали томительное время за пустяковыми переговорами, попеременно поглядывая по сторонам, чтобы не пропустить возможную опасность, потому что в лесной местности, которую отряд сегодня проходил, неприятных гостей можно было ожидать в любой момент. Огромные мохнатые сосны и ели, обступавшие их со всех сторон, бесконечно тянулись ввысь, их верхушек даже не было заметно, будто они соединялись с темным хмурым небом. В ответ на предыдущую реплику своего брата Фили пожал плечами. Он рассеянно сорвал травинку и зажал ее своими крепкими белыми зубами, которые он часто демонстрировал окружающим, так как любил пошутить и посмеяться. Кили сидел на поваленном трухлявом бревне, а старший брат его полулежал прямо на земле, закинув руки за голову и прислонившись к шершавой коре бревна. - Он все время один да один, - продолжил темноволосый гном. Он говорил тихо, чтобы их никто не услышал. - Дядя словно изгой в нашем лагере, ты заметил? - Братишка, он взрослый мужчина, он сам может о себе позаботиться, не стоит за него переживать, - вздохнул Фили, обратив свой теплый взгляд на сосредоточенное лицо Кили. Последний с самого детства имел склонность лезть в чужие дела. Он также был очень мягкосердечен и не мог удержаться от рыцарских повадок. Стоило кому-то в пределах его видимости попасть в беду, будь то девушка, собака или весь остальной сброд Средиземья, как горячее большое сердце Кили приказывало ему немедленно спешить этому несчастному на помощь. Причем "пострадавшие" очень часто не являлись таковыми, что нисколько ни смущало молодого, пылкого в своих порывах гнома. Он уже не в первый раз заводил этот разговор. Он волновался за своего нелюдимого дядю еще до того, как они отправились в этот поход. - Сколько я его помню, он всегда был таким, это да, - согласился он с Фили. - Но мне бы так хотелось, чтобы он снова вспомнил, что такое улыбка и смех. Он думает только о Горе и скоро совсем зациклится на своем долге перед нашим народом. Мне кажется, он очень потерян из-за неуверенности в успехе нашей миссии. Тут его брат был с ним полностью солидарен. Фили тоже давно заметил, что Торин с каждым годом становится все более мрачным и обособленным ото всех, даже от своей любящей семьи. - В нашем отряде у всех есть кто-то: у меня есть ты, у Балина его брат, Двалин, у остальных то же самое... только Торин совсем один. У него никогда не было друзей, если я не ошибаюсь. Разве что наша матушка да дядя Фрерин и кузен Даин... Они одновременно посмотрели в ту сторону, где сидел их хмурый дядя - как всегда, отдельно от остальных. - Ты забыл, что у нас есть еще один изгой, - заметил Фили, когда его взгляд наткнулся на сиротливую фигуру Бильбо, их четырнадцатого участника, в противоположной стороне поляны, на которой они остановились этой ночью. Проследив за его взглядом, Кили удивленно приподнял брови. - А ведь и правда. Бильбо путешествует с нами уже месяц, но до сих пор выделяется среди нашей компании, как белая ворона. Он надолго умолк, словно о чем-то глубоко задумавшись. Потом его глаза вдруг загорелись внезапным энтузиазмом. - Послушай, у меня мелькнула идея: а что если нам как-нибудь сдружить этих двоих? - в его голосе слышалось возбуждение от этой потрясающе простой и очевидной, на его взгляд, мысли. - Не, - возразил Фили, отрицательно мотнув головой и садясь прямо, - ты что, Торин даже не смотрит в его сторону. Ты же помнишь, как он с презрением отзывался об этом хоббите, что, мол, он слишком хилый, то да се... - Но Бильбо такой хороший парень. Он скромный, никогда ни с кем не конфликтует... если бы нам удалось свести их вместе, то, возможно, они бы нашли общий язык. - Да они же совсем разные! Как небо и земля, как лед и пламя и т. д, - скептически фыркнул Фили, невольно сравнивая своего огромного сурового дядю и невысокого тихого хоббита. Сам Фили ничего против Бильбо не имел, как и его брат и остальные гномы, не считая Двалина. Но их дядя Торин всю жизнь презирал аристократов-белоручек, с первого взгляда разглядев в этом хоббите одного из них. - Ну так противоположности притягиваются, - улыбнулся Кили, хитро подмигнув брату. - Потому что, на мой взгляд, Торину как раз нужен кто-то наподобие нашего тихого Бильбо. Он, по крайней мере, надежный, я это нутром чую. И он мягкий и спокойный, он был бы отличным другом нашему дяде. В общем, - Кили решительно хлопнул ладонью по колену, - я намерен взяться за это дело! - Мне кажется, у тебя ничего не выйдет, - хмыкнул Фили, забавляясь его взбудораженным видом. Когда глаза его младшего брата загорались огнем, как сейчас, это значило, что кому-то вскоре придется несладко, так как если он уцепится за какую-то безумную идею, то пиши пропало. Кили шутливо толкнул брата в плечо. - Не надо мне тут пессимизма. Ты ведь мне поможешь? Фили состроил насмешливый вид, будто раздумывает над его словами, лениво приговаривая "ну, не знаю... надо подумать...", за что тут же получил ощутимый пинок и, посмотрев на мину брата, рассмеялся. - Да помогу я, помогу, - хохотнул он, выставив руки, как будто защищаясь. - Иначе ты ведь не отстанешь, я же тебя знаю. - Именно так, - ухмыльнулся в ответ Кили, - я буду канючить, пока ты не сдашься, - он шутливо взъерошил пшеничные волосы брата, пока тот не успел отвернуться. - Ну и как ты собираешься сдружить этих двоих? - поинтересовался Фили, кивнув в сторону ничего не подозревающих "жертв" Кили. Его брат хитро подвигал бровями: - Я думаю, с этим проблем не возникнет. Нужно просто подтолкнуть их к друг другу, а там уж будем действовать по обстоятельствам. - Просто подтолкнуть? И это, по-твоему, просто?! Как ты себе это представляешь вообще: мы подводим их за ручку к друг другу, и, получив наше благословение, они тут же со слезами на глазах кинутся обниматься? - Ну, если говорить об этом таким кислым тоном, то, конечно, ничего не выйдет, - надулся Кили. Фили примирительно улыбнулся, не желая огорчать брата. - Все равно я думаю, что это пустая затея, братишка, - сказал он, легонько щелкнув его по носу. - Спорим, что мне удастся их сдружить еще до того, как мы доберемся до Горы! - воскликнул Кили, которому очень хотелось доказать Фили, что его идея возымеет успех. - На что спорим? - в глазах Фили мелькнул неподдельный азарт. Кили довольно осклабился: - Если я выиграю, то ты должен будешь станцевать голышом перед всем отрядом, - заявил он, зная, что его брат, несмотря на всю свою браваду, был очень стеснительным по части раздеваний перед публикой. Они с матушкой, которая в данный момент пребывала в Синих горах, часто дразнили его по этому поводу. - Ты просто изверг, - фыркнул Фили, рассмеявшись, - знаешь мои слабые стороны и преспокойно пользуешься этим! Кили сложил руки на груди и без тени смущения кивнул, соглашаясь. - Наглец, - Фили не выдержал и спихнул самодовольного Кили с бревна. Тот с воплем свалился назад, только ноги в воздухе мелькнули. Побарахтавшись, он кое-как с пыхтеньем выбрался из кустарника, в который упал, метнув в старшего брата возмущенный взгляд. - Хватит дурака валять, - пробурчал проходивший мимо рыжеволосый Глоин, хмуро зыркнув на братьев, - гогочете тут, как медведи в брачный период. С такими караульными на нас скоро радостно сбежится вся орда ближайших орков! Братья напустили на себя невинный покорный вид, пока гном, продолжая бурчать, ушел обратно к костру. Скоро все начали укладываться спать, и лагерь погрузился в сон. - Знаешь, что я еще заметил? - вполголоса прошептал Кили брату, когда ночная тишина огласилась громким храпом спящих гномов, а на небе выглянула яркая луна. - Что? - Я несколько раз замечал, что Бильбо украдкой смотрит в сторону Торина. Может, он бы и сам хотел с ним поговорить, да не решается, как ты думаешь? Фили усмехнулся и убрал с растрепанных волос брата несколько травинок. - Дядя кого хочешь запугает своим высокомерным видом, - согласился он. - Если бы окружающие знали его так, как знаем мы... - с досадой вздохнул Кили. - Несмотря на весь его неприступный вид, я уверен - в глубине души он нуждается в чьей-то поддержке. И даже если Бильбо не захочет, тогда я насильно приставлю его к дяде, вот так-то! - весело воскликнул он, хлопнув кулаком об ладонь. Фили не сдержал сарказма: - Звучит так, как будто ты решил взять на себя роль свахи. В ответ Кили насмешливо хмыкнул: - Если надо будет - я их и поженю. Меня уже бесит, что Торин все время куксится в одиночестве. Надо его растормошить, - на лице Кили расплылась улыбка, несомненно, не предвещавшая ничего хорошего его избранным мишеням. - Хоть повеселимся немного. Начнем с завтрашнего дня. - Ох, Кили, Кили... - рассмеявшись, Фили обнял его за плечи, - Чтобы ты ни задумал - знай, что я с тобой. Остаток ночи братья шепотом обсуждали, как они будут "налаживать контакт" между гордым королем гномов и затесавшимся к ним хоббитом из Шира. Довольно часто со стороны этих, так сказать, караульных слышался приглушенный смех, но тут же раздавалось чье-нибудь шиканье от старшего поколения, которых неуемные братья будили своим шумом, и им приходилось умолкать. И что бы они ни планировали, одно было ясно наверняка: хотят или не хотят - но Бильбо с Торином будут дружить - и точка.