Смерть в отпуске

      Рядом с Моро сидел самый красивый и сексуальный мужчина в двух мирах. Держал за руку, играл пальцами, гладил ногти, щекотал запястье. Глазами звал за собой, к себе. Улыбался нежно, очаровывающе. Тонкие усики над губами совершенной формы вызывали желание узнать — колоться они будут или щекотать в момент поцелуя? А в более интимный момент?       Возбужденное до крайности тело требовало от Моро немедленно закричать: «Возьми меня прямо здесь, повелитель мой!!! Разложи на столе в похабной позе и выеби сейчас же, умоляю!». Разум отчаянно сопротивлялся. Из последних сил, почти теряя сознание, Моро прошептал:       - Снимите наваждение…       …и очнулся от морока — растерянный, испуганный, с рукой в жарких чужих ладонях.       - Зачем? Зачем я Вам, ведь у Вас есть Агнева — она красивее, желаннее, к тому же влюблена, разве мало? Вы обещали! Вот — все в порядке, разве нет! Подписывайте!       - Я обещал? — изумился Люцифер. — «Может быть» — не обещание.       - Было условие «Если» — и оно выполнено!       - Покажи договор, контракт или расписку.       Моро откинулся на спинку стула и обмяк. Снова попытался вырвать руку, но куда там…       - Вы обещали, — севшим голосом повторил Моро. И совсем безнадёжно: — Подпишите. Так нечестно.       - Обязательно подпишу, — мягко ответил Люцифер. — Один час твоего времени и твоего тела. Радостно, азартно и послушно. Сейчас и здесь, на втором этаже.       Моро неверяще молчал. Ни мыслей, ни эмоций. Наконец, спросил с надеждой:       - Вы же просто издеваетесь, правда? Шутите так?       - Да ведь ты не осознаёшь своей привлекательности! — заломил бровь архидемон. – Ты, милый мальчик, не понимаешь, насколько желанен, какие волны искушения проецируешь, какой от тебя исходит секс-эппил, равно волнительный для обоих полов. У тебя солнце внутри, душа моя, тебя невозможно не хотеть.       - Я не Ваша душа, — упрямо прошептал Моро.       В бездонных глазах Люцифера промелькнули искры, но он сдержался и продолжил так же мягко:       - С того момента, когда мы встретились глазами, я возжелал тебя. А я всегда получаю то, что хочу.       - Не всегда, — прошептал Моро. Все равно терять было нечего.       Искры гнева промелькнули явственнее.       - Тебе нужна подпись, мне нужен ты. Будет только так.       Вместо связных мыслей в голове Моро крутились картинки: Серафима, плачущая в больнице у его тела, и Локи, тревожно глядящий на Серафиму.       А еще было любопытно. Страшно, да, противно немного от торговли собственным телом/душой, но интересно — как это будет? Ведь некоторые мужчины предпочитают ласки мужчин ласкам женщин, вдруг все будет совсем неплохо? А если не заморачиваться на гордость и расслабиться — вдруг да будет совсем хорошо? А что будет, Моро уже и не сомневался. Слишком много было поставлено на карту — заявление.       - Подписывайте сейчас. Опять же обманете…       - Ага, щаз, я ведь такой наивный. Подпишу, а у тебя голова заболит.       - Пат.       - Вовсе нет. Контракт.       … Моро во второй раз перечитывал «Договор о взаимной услуге», написанный Люцифером собственноручно на листочке, который сам же Моро и вытащил из своей драгоценной папки.       «…сразу после подписания настоящего договора Люцифер обязуется подписать заявление на отпуск Смерти Серафимы, после чего Моро обязуется подняться с Люцифером в комнату № 6, расположенную на втором этаже, и провести с ним один час времени, послушно и радостно исполняя все его пожелания. По истечении часа стороны не будут иметь друг к другу претензий».       Моро подташнивало, кружилась голова. Он взял ручку, взглядом испросил разрешения и дописал:       «Люцифер обязуется находиться в человеческой форме, быть по возможности ласковым и во время секса не использовать предметов и приспособлений».       Люцифер прочитал, усмехнулся:       - Конечно, в человеческой. Демоническая форма беспола.       - Да? — равнодушно переспросил Моро и подписал договор той же ручкой, совсем забыв о том, что сделки с Люцифером вроде бы подписываются кровью.       - Да, — подтвердил Люцифер, отбирая ручку и подписывая ею договор, похерив формальности с кровавой подписью. — Оно и к лучшему, в демформе и так проблем дофига — самоконтроля никакого, голые рефлексы.       Встряхнув ручкой в воздухе, Люцифер сменил цвет чернил с синего на светящийся желтый и придвинул к себе заявление. Прочитал его еще раз (рука зависла в воздухе над местом подписи; Моро затаил дыхание).       - Сменщика точно найдешь?       - Найду, обещаю.       - Поверю, — и Люцифер подписал заявление.       Моро шумно выдохнул — облегченно? обреченно?       - Ну что, идём? — Люцифер повел его за руку к лестнице, пропустил вперед, легонько шлепнув по заднице в черных барменских брюках. Моро вздрогнул всем телом и начал подниматься, от страха тихонечко напевая: Плевать на унижения… Да, я готов унизиться Их, я готов унизиться Ух, я готов унизиться Но лишь бы к сладкой цели хоть чуточку приблизиться Но лишь бы к сладкой цели хоть чуточку приблизиться хоть чуточку приблизиться…       На последней ступеньке Люцифер рывком развернул его к себе, всмотрелся в лицо горящими от ярости глазами, прошипел:       - Не выводи меня!       - Я не… — испуганно оправдывался Моро, — я радостно вот… и послушно… С веселой песней.       Зрачки его были расширены настолько, что цвет радужки не просматривался, побелевшие губы дрожали.       Внезапно Люцифер принял демоническую аватару со всеми прибамбасами: три метра роста, рога, шипы, корона, запах серы и пламя из глаз. Моро даже не трепыхался в когтистой ладони, поднявшей его за шею в воздух.       - БЛАГОСКЛОННОСТЬ ЛЮЦИФЕРА ТЫ СЧИТАЕШЬ УНИЖЕНИЕМ?! — прорычал архидемон, оглушив Моро и доведя до панического ужаса то ли вопросом то ли мороком.       Ответить Моро не мог, да никто ответа и не ждал — Люцифер снова швырнул его через весь бар, но теперь сила броска была такова, что Моро разбил собой стену, переломав при ударе половину костей, включая многострадальный позвоночник.       Когда сознание вернулось, в поле зрения Моро были лакированные туфли Люцифера. Чуть позже к самому лицу спланировал бланк договора, вспыхнул, опалив парню ресницы, и рассыпался пеплом. На пепел тут же упал второй листок — заявление с сияющей визой Люцифера. Моро зажмурился изо всех сил. Но вспышки всё не было. Он открыл глаза.       Заявление по-прежнему лежало на полу перед его глазами. Люцифера не было.       Моро смог встать только через час — травмы были слишком тяжелы для быстрого восстановления. Зашел за стойку, достал папку, открыл папку, бережно уложил заявление, закрыл папку, снял с полки бутылку коньяка, налил себе половину чайной чашки (просто рядом стояла), долил в коньяк слёз и залпом выпил.

***

      - …и выручка-то в полтора раза выше из-за хавчика! А Люцик же о еде и не знает! Вот ему нежданчик будет, когда посетители потребуют к бухлу закусок! Так что мы с ним еще и по коньячку дёрнули. Но рука у него на налив такая тяжёлая, я ведь на автопилоте добирался, вслепую, по приборам, и вряд ли что рассказать смог бы внятно…       Друзья посмеивались, слушая эмоциональный и веселый рассказ. Даже Сигюн улыбалась, несмотря на то, что кое-что разобрала в бормотаниях и вскриках мечущегося ночью в кошмарах Моро.       - На сегодня у меня свидание со Смертью Пандемией, совсем без работы старичок истосковался, думаю, не просто согласится, а и сам еще приплачивать будет. Остается только Всевышний, может, я за сегодня и к нему успею.