Ты найдёшь меня

Pov Анабель С улыбкой до ушей я вошла в номер. Хочется лечь на кровать, диван или даже на пол — всё это не важно — и растечься лужицей. Так и сделаю, решила я мысленно. Только надо переодеться в чистое и постирать грязное. Пока я разувалась, в коридор вышла мама, чтобы, видимо, встретить меня, но, когда та увидела, что творится с моей одеждой, она в шоке уставилась на меня и не сказала ни слова, словно разучилась говорить. — Привет, мам, — не прекращая улыбаться, поприветствовала её я, но, когда ответа не последовало, фыркнув, продолжила: — Я пока переоденусь, а ты, пожалуйста, налей в тазик тёплой воды — мне нужно постирать одежду — и жди меня в ванной, хорошо? — Мама утвердительно кивнула. Иногда мне кажется, что я мама, а она моя дочка. — Я расскажу тебе всё, что произошло. Я прошла в комнату, где сняла с себя вещи и, достав из шкафа, надела свою домашнюю одежду, состоящую из шортиков и майки. Схватив грязные вещи, я направилась в ванную. Открыв дверь, я увидела маму, сидящую на стуле, который она, видимо, принесла из кухни, и тазик с водой, стоявший на полу. Бросив одежду рядом с тазиком, я схватила маленькую коробочку с порошком и, высыпав в воду его остатки, плюхнулась на пол. — Ну же, Ана, рассказывай уже, — нетерпеливо сказала мама. — Выйдя из отеля, — начала я свой рассказ, окуная майку в воду, — я принялась ждать Найла, который должен был приехать с минуты на минуту. Когда он приехал, мы поздоровались и сели в машину. Найл — тогда было не понятно зачем — завязал мне глаза, и мы куда-то поехали. Когда машина остановилась, Найл не снял повязку с глаз. Он, держа меня за руку, привёл нас к ресторану, и только тогда я смогла видеть. Когда мы сели за стол, он сказал, что у нас свидание, — говоря эти слова, я посмотрела на маму: та глупо улыбалась. — Но, я уверена, он это сделал, не потому что я ему нравлюсь — скорее даже наоборот, — а потому что он хотел поблагодарить меня за вчерашнюю помощь. Но суть не в этом. Мы сидели, болтали и ждали наши заказы. Когда их принесли, мы принялись есть. Через некоторое время мимо нас прошёл официант, и, споткнувшись, он уронил на наш столик поднос с соусом, который он нёс в руках. И вот что получилось, — я кивнула головой в сторону одежды, которую стирала. Некоторое время мама молча сидела на стуле, уставившись в одну точку, но затем она перевела взгляд на меня и сказала: — Я так понимаю, он тебе нравится? Это был риторический вопрос, поэтому не было никакого смысла отвечать на него, она и так всё поняла. Разные чувства обуревали меня. С одной стороны мне хотелось всё рассказать маме и попросить у неё совета, но с другой — что она может посоветовать мне? Вдруг она рассмеётся мне в лицо и скажет, что у меня всего лишь детская влюблённость? Что если она просто не поймёт меня? «Эх, была не была» — подумала я. В течение десяти минут я рассказала маме всё, почти всё, начиная с похода на церемонию вручения наград, где Найл и познакомился с Фиби, и заканчивая вчерашним днём. Я, конечно, опустила, что было на видео, хотя думаю, мама всё равно догадалась, что делали Найл и Фиби, пока я была в комнате последней — я сказала, что они на кухне чай пили, — и как я залезала на дерево. Историю с проникновением в дом мама, конечно, не одобрила, но да ладно. Вопреки моим ожиданиям, она не рассмеялась, когда я сказала, что мне очень нравится Найл и что я не знаю, что мне с этим делать. — Признайся ему, — как ни в чём не бывало сказала мама. — Если он не ответит тебе взаимностью, то, перетерпев боль из-за его, так сказать, отказа, веди себя так, словно ты ничего и не говорила ему. Вначале будет тяжело, но вскоре, наверное, и ты, и Найл забудете об этом инциденте. Честно, её слова не очень обнадёжили меня. Не думаю, что, если я признаюсь Найлу, а он не ответит взаимностью, что когда-нибудь такое забуду. Но, решила я, сказать ему точно надо, не могу же я скрывать это вечно. Молча достирав одежду, я выжала её и, повесив вещи на сушилку, сказав маме «спасибо», ушла в комнату, где, взяв телефон, написала Найлу короткое сообщение: «Приходи завтра ко мне в час. Нужно поговорить»