Р'льех.

"Ph'nglui mglw'nafh Cthulhu R'lyeh wgah'nagl fhtagn" - В своем доме, в Р'льехе, мёртвый Ктулху спит, ожидая своего часа. (с) Г. Ф. Лавкрафт.

***

- С дороги! Пропустите! Разойдитесь! - наперебой кричали стражи порядка. Расталкивая зевак, полицейские оцепляли небольшую площадь пляжа Иокогамы, куда волны бушующего моря выкинули чей-то труп. Пожилой офицер стоял над мертвым телом, со скорбью глядя на бедолагу. - Черт его дернул плыть в такой шторм, - осматривая труп медик убедился, что мужчина умер не насильственной смертью, - Забирайте. Санитары без лишних слов упаковали тело. - Опознать, - офицер полиции направился к машине, пробираясь через обеспокоенную толпу, - Результаты вскрытия жду сегодня же. Рассчитываю на вас.

***

Акасуна Сасори наблюдал за своим новым пациентом из-под опущенных ресниц. Старик выглядел больным и безумно уставшим. Покрытая пигментными пятнами голова была практически лишена волос, темные куги под глазами и впалые щеки свидетельствовали о том, что мужчина плохо спал и питался. Тощий, сухой, он, казалось, вот вот рассыплется. Пустые, безжизненные глаза смотрели сквозь новоиспеченного врача, будто вовсе не замечая его. Психиатр прокашлялся, привлекая тем самым внимание пациента. - Начнем наш сеанс. Сасори подошел к окну, с целью пролить хоть каплю света на безжизненную, как и его владельца, палату. Распахнув шторы он смог внимательней рассмотреть немощного старика. Только сейчас он заметил, что тот прикован к инвалидному креслу. - И так, - вернувшись к жесткому маленькому диванчику, врач взял документы, подтверждающие личность пациента и его недуг, - Такома Агэ-сан, я - доктор Акасуна Сасори, с этого дня Ваш постоянный лечащий врач. Ответа не последовало, но психиатра это не смутило. - Давайте поговорим. На сколько я проинформирован, Вы были частью какой-то секты. Не расскажете? Такома медленно обвел взглядом врача. - Сколько Вам лет? - внезапно задал вопрос старик. Его голос, тихий и слабый, не выражал ни единой эмоции. - Тридцать пять, - незамедлительно последовал ответ. - Вы еще молоды. Не стоит лезть в это дело. Ваше любопытство будет Вам дорого стоить, - Агэ не шевелился, не сводил взгляда с врача, казалось, даже не дышал. - Вы мне угрожаете, Такома-сан? - усмехнулся Сасори, - Это моя работа - помогать людям. Моя цель - исцелить Вас, заставить Ваш недуг уйти с корнем... Тихий смех прервал речь психиатра. - Вы еще молоды, - повторился Такома, - Молоды и наивны. Думаете, что сможете "излечить" такого как я? - По крайней мере мы должны попробовать, - сухо заметил Сасори. Общение с фанатиком не приносило ему никакого удовольствия. Акасуна был атеистом. Божественные темы всегда вызывали у него скуку и, в какой-то мере, отвращение. Отвращение. Именно это чувство просыпалось в нем, во время беседы с фанатичными богопоклонниками, а их в его практике было не мало. - Я расскажу Вам кое-что, - Агэ впервые за все время беседы пошевелился. Еще больше сгорбившись, он положил руки на столешницу, разделяющую его и врача. - Я - Такома Агэ, - представился старик еще раз, - адепт Великого Ктулху. Фанатик рассказывал Сасори о молитвах, жертвоприношениях и прочих, с точки зрения обычного человека, отвратительных вещах. Особое внимание он уделил проклятой книге Некрономиконе, с помощью которой он и прочие приспешники культа пытались призвать Ктулху со дна океана. Агэ рассказывал не спеша, не вдаваясь в подробности, умалчивая то, что простому смертному знать не то что не положено - запрещено. - Интересная история, - выдохнул психиатр, когда Такома закончил рассказ, - весьма интересная. Наступило молчание. Каждый из них обдумывал что-то свое, не ведомое друг другу. - Вы верите в существование Бога? - поинтересовался пациент. - Я атеист, - равнодушно ответил Сасори, собирая документы и прочую макулатуру. Время сеанса подходило к концу. - А могли бы поверить? Могли бы поверить в МОЕГО Бога? - выпытывал Такома. В его неживых глазах появилась искра. - Вряд ли, - покачал головой врач, - Мне сложно поверить в то, что я не могу объяснить. Сасори направился к двери палаты. - Зря, - протянул Агэ, - а он в Вас верит. Акасуна застыл с протянутой к ручке рукой. Очнувшись, он, не попрощавшись, вышел из палаты. - За Ваше любопытство Вы дорого заплатите. Мы все предстанем перед Ним...

***

POV. Sasori. Общение с психически больными людьми меня выматывает. Невозможно помочь всем сразу, на это нужен не один день, не один год, но, кажется, я и сам начинаю сходить с ума. С Такомой-саном мы больше не общались. Сиделки жаловались, что у него начались приступы: в него будто вселялся бес, щуплый старик превращался в неуправляемого пациента, для которого смирительная рубашка стала повседневной одеждой. Через пару недель он скончался. Единственное, что после него осталось, так это ощущение. Ощущение того, что скоро должно что-то произойти. И это что-то не предвещало ничего хорошего. Меня не покидали мысли об этом мифическом Боге, проснулся интерес, любопытство, которого прежде не наблюдалось. Я искал информацию в библиотеках, интернете, но тщетно. Сейчас я направляюсь к северному побережью Иокогамы. Мой дед был рыбаком, в наследство он оставил мне свою лодку и обветшалую рыбацкую хижину. Было пасмурно и довольно прохладно, но это не останавливало меня заняться любимым хобби. Как ни странно, но рыбалка давала мне возможность морально отдохнуть. Зайдя в старый домик, я принялся переодеваться в более теплые вещи, в завершении засунув ноги в резиновые сапоги. Выйдя наружу, не забыв запереть лачугу, я отвязал лодку от пристани и аккуратно залез в нее. Отплыв на приличное расстояние, где, предположительно, находились крупные косяки рыб, закинул сеть. Прозрачный туман легким одеялом покрыл поверхность воды. Вытягивая сети из океана, мне показалось, будто я слышал голоса. Сославшись на усталость, откинул эти бредовые мысли. Вывалив содержимое на дно лодки, я был несколько озадачен "уловом". Не обратил внимание на трех в меру упитанных рыбешек. Мой взгляд был прикован к небольшому сундуку. Он весь был покрыт водорослями. Сняв морские растения с предмета, я мог как следует разглядеть находку: резной сундук, темно-зеленого цвета с фиолетовыми вкраплениями. Встряхнув его, до моего слуха дошло тяжелое звяканье. Решив заглянуть внутрь, я принялся нетерпеливо дергать за крышку, которая не поддавалась, как вдруг... Я почувствовал нестерпимую боль в левом ухе. Чувствовал, как что-то горячее течет из него. В глазах потемнело. С трудом придя в себя, я твердо решил плыть обратно. Не хватало еще сознание на плаву потерять. На часах было 14:22. Задрав голову, с неудовольствием отметил, что черные тучи заволокли небесный свод, орошая все вокруг мелким дождем, грозившимся превратиться в ливень. С трудом доплыв до родного причала и кое как привязав лодку, я направился в свою ветхую хижину, желая как можно скорее открыть сундук. Надолго задерживаться я не собирался, высока вероятность того, что лачугу снесет волнами во время шторма. Поставив находку на стол, я принялся искать что-то, что могло бы поддеть крышку. К своему удивлению нашел ржавый лом. Сундук поддался под напором железки. Заглянув внутрь, я принялся с интересом разглядывать трофеи. К моему удивлению, вещи не были тронуты водой. Помимо всевозможных пакетиков с пылью, до ужаса странных зубов, ногтей, волос и сухих цветов, было две вещи, которые заставили меня застыть на месте. Осознавая, ЧТО мне попало в руки, я немедленно вытащил их. В руках я держал потрепанную книжку в мягком переплете и статуэтку, из неизвестного мне металла. Фигурка была не больше ладони взрослого мужчины, но то, как она выглядела... Я никогда не видел ничего подобного. Он обладал человеческой головой, место рта свисали длинные осьминожьи щупальца, у него не было носа, а выграверованные мелкие глаза смотрели с такой злобой, что кровь стыла в жилах, отнюдь не стройное тело, с перепончатыми крыльями, было покрыто мелкой скользкой чешуей. Я с ужасом и отвращением отставил "произведение" подальше. Принявшись за осмотр книжки, я сразу же понял, что ни слова не понимаю. Содержание, точнее картинки, были более отвратительными, чем недавняя статуэтка. Продолжив листать Некрономикон, я и не заметил, как читал в слух все, что было записано, коряво, от руки, не обращая внимания на жуткие оскалы на мятых страницах. Я был увлечен, не заметил, как свет тысячи солнц озарял ветхую лачугу. Зажав в руках книгу, я опасливо направился к двери, хотя сознание кричало, молило о том, чтобы я остановился. Протянув руку к двери, я хотел неспешно открыть ее... Все, что было вокруг меня разлетелось на мельчайшие осколки. Свет невыносимо слепил. Все, что было вокруг - исчезало. Мир искажался. Я не верил. Не верил, что такое возможно. Я здесь. Шпили, покрытые склизкими органическими тканями, уходили вверх, словно подпирая небеса. Вокруг царит хаос. Тьма. Невиданные ранее существа, возвышались надо мной, читая мантры на своем древнем языке, не замечая меня. Тусклый свет освещает тропу к полуразрушенному царству Владыки. Колоссальных размеров зловещие башни приветствовали меня своими полу-сожженными флагами. Глубокие топи, что кипели по бокам тропы, грозились выйти из берегов, чтобы поглотить меня. Копошащиеся твари в трясине провожали меня протяжными хрипами. - Р'льех, - вырвалось у меня. Я завороженно приближался к обители Ктулху. Чем ближе я подходил к Вратам, тем больше терял рассудок. Я чувствовал, как нечто хватает меня за руки, срывая мясо с костей, будто проверяя, на сколько сильно я хочу познать силу Бога. Ступив во Тьму, я начал терять сознание. Чувствовал, как проваливаюсь в Пучину, как меня поглощает Ничто. Моя душа стала частью этого места. Навеки. Сам того не ведая, я отдал себя на служение Великого Ктулху..... Если бы только я не открывал этот сундук....

***

Погрузив тело в машину скорой помощи, главный медик тяжело вздохнул. Отдав приказ коллегам, он поспешил к офицеру полиции. - Не каждый день увидишь такое, да? - обратился медик к стражу закона. Пожилой офицер промолчал, садясь в машину. - Его глаза, - задумчиво проговорил медик, прикуривая сигарету, - в них... столько боли и ужаса. Бедный парень. - Какой-то рыбак с маяка заметил его, рядом со своей лодкой, плывущим лицом вниз, - нахмурился офицер, - дальше ты и сам все знаешь. - Он работал психиатром в одной клинике для душевнобольных. Не знаю его имени, но он явно спятил, вот и полез в океан, да еще и в шторм. Медик, затянулся, затем направился в сторону машины скорой помощи. На пол дороги остановившись, крикнул офицеру. - И вот еще. Приблизительное время смерти - 14:22.