Договор на вторую жизнь

00:14 Через несколько часов мы сядем на пароход. А там у меня помощника не будет. Будут посторонние, матрос с капитаном и парень, которого надо спасать. Беда лишь в том, что он мне не верит. А значит, спасать его будет трудно. 01:07 Еще полчаса назад я нервно метался по квартире, разминал руки для будущих гребков... Даже выпить хотел, чтобы успокоить нервы, но пьяный я Саньку точно не спасу. А потом я успокоился. Надо было лишь принять тот факт, что спасу его я любой ценой. Даже если сам потом погибну по дороге в больницу... 01:30 Надо бы поспать, а я все смотрю в окно. Мне дан шанс вернуть его. Если выживем, точно будем встречаться. Я бросил последний взгляд на луну и только сейчас заметил, что она круглая. Полнолуние. А в полнолуние мы все немного другие. Значит, все получится. Я зашториваю окно и отправляюсь спать. *** Саша на меня не смотрит все пары. Даже сейчас, когда мы идем от остановки к озеру, я сверлю его взглядом. Одногруппники спокойно идут, не представляя, что случится через час. Вера Ивановна идет под ручку с деканом. А я морально ко всему готов. Иду, будто на смертную казнь, но страха нет. Сжимаю в кармане новый ножичек, старый я потерял на стройке. Издалека вижу пароход. Пароходы считались украшением нашего и без того красивого южного города. Наша группа спускается под гору. Издалека вижу капитана, тот же самый! На пароходе орудует метелочкой матрос. Странно, тогда был блондин, а сейчас брюнет... Неужели тот не очнулся после моего удара и пошел ко дну? Спускаться под горку по траве и камням трудно, но никто не жалуется. Все смотрят на красивое судно, на котором мы поплывем. Санька тоже. А надо бы смотреть под ноги. Саша прямо передо мной растянулся на травке, запнувшись о камень. Одногруппницы тихо хихикнули, а я подошел и протянул ему руку. Тот посмотрел на нее так, будто я его оскорбил, и поднялся без моей помощи. Тоже мне, игнорит он меня... Капитан поздоровался с нами со всеми и пригласил нас на борт. Матрос повернулся к нам лицом и широко улыбнулся. Меня передернуло. Я вглядывался в матроса. Девчонки первые начали подниматься на пароход. Я стоял на берегу и гипнотизировал моряка. И вдруг меня будто током дернуло. Саша шагнул к пароходу, но я становил его, пока мы еще на земле. - Ай! Отпусти плечо, больно, - заскулил Саша. - Ты посмотри кто там! Это же Крест! Просто... Он не гот. Выглядит нормально. Саша развернулся, чтобы посмотреть, но Крест быстро развернулся на каблуках и пошел вдоль вееров. Зараза! - Это не он. Крест выше и крепче. Либо ты параноишь, либо пытаешься заговорить со мной таким странным способом, чтобы помириться. - Но это правда! Он увидел меня и улыбнулся, как улыбается сам дьявол! - Паранойя. Ты бы шел домой, отдохнул бы... - Да почему ты мне не веришь? - А почему я должен верить? - Ребята, - кричала с парохода Вера Ивановна, - Вы идете? Все уже на борту. Сашка развернулся и пошел к озеру, но я перехватил его, поднял на руки и готов был бежать с ним хоть до самого дома, наплевав на дуратский автобус. Саня поднял шум, рядом стоял полицейский. И почему я заметил его только сейчас? Я вынужден был отпустить его под строгим взглядом стража порядка, и мы пошли к пароходу. - Придурок, - буркнул Саша и поднялся на борт. Я тоже поднялся на борт, по телу пробежала дрожь от одного прикосновения с веерами. Судно отчалило от берега, а Крест, поймав мой взгляд, ушел на верхнюю палубу. Я ринулся за ним, но вдруг включили веселую музычку. Молодежь тут же затанцевала. Хотя современные танцы я бы танцами не назвал. Что, нафиг, за прелюдия такая?! Да они же трутся друг о друга! Я решил, что мне незачем ходить за Крестом, лучше буду охранять Сашу. Я ушел от танцующий парней и девушек, которые настаивали на том, чтобы я с ними потанцевал. Я, как и тогда, ушел к Саше. Он сидел в том уголке и наслаждался тенью. День сегодня на редкость жаркий. Я подошел к нему и сел рядом. Саша боязно покосился на меня. - Что? Думаешь, что пришел извращенец, фоток твоих новых нафотошопить? Я просто сел рядом, - волнение и страх неудачи проступали, как бы я их не прятал. - Ну а что я еще должен думать? - Ну, к примеру, то, что я волшебник! - Ага, в первую очередь об этом и подумаю... - Ну а что, я не могу быть предсказателем? Вот смотри, сейчас наши случайно оторвут вон ту палку от стены каюты, а за счет того, что стена уже деформирована, они ее только сильнее выгнут. Где-то через минуту с верхней палубы кто-то из группы крикнет, что прилетели чайки, и все побегут смотреть. А потом погода испортится и пойдет дождь. - И ангел смерти спустится с неба... И покарает он наши души... - съязвил Саша. Вот это проницательность! - Да, но уже потом, после того, как эта посудина утонет. - Ага, конечно... Алик, ты же не плохой парень, но ведешь ты себя, как придурок. - Упс! Я палку оторвал... - сказал парень, держа в руках металлическую палку. Тонкая стена из металла прогнулась внутрь каюты. Парень беспомощно смотрел на друзей. - Да кинь ты ее под скамейку и забудь. Никто же не видел... Сашка открыл рот, но потом его сразу закрыл. - Это... ничего не значит. Мало ли как можно было узнать, что эту палку от стены оторвут... Ты же мог его подговорить. Вот блин, и чего молодежь такая недоверчивая пошла. - Ой, чайки прилетели! Ребят, они на руки садятся! Все ломанулись на верхнюю палубу. Саша удивленно провожал всех взглядами. Кажется, происходящее его напрягало. - Как ты?.. - Ну, я же волшебник... А теперь по сценарию поцелуй, - я не дал ему время обдумать мои слова, пока он не понял, кто с кем целуется, а впился в его губы порывистым поцелуем. Он вылупил глаза и прижался к стенке, не отвечая на мои ласки. А я пользовался моментом, зарывался пальцами в волосы, гладил щеки и шею. Сашка не стал отталкивать меня. Он тоже обхватил меня за шею, но с верхней палубы уже кто-то спускался, и мы отпрыгнули друг от друга. Ребята снова стали танцевать, а туча уже надвигалась с юга... - Саш, хочешь, я расскажу, что это за фотографии? - Конечно хочу, - сказал он, немного пододвинувшись. - Только ты обещай поверить всему, что я скажу. - Пф, ничему я не обещаю верить... - фыркнул Сашка, но мне уже было некогда с ним спорить. - Все это уже было. В 2005 году наша группа решила прокатиться на пароходе. Мы тогда с тобой только были друзьями. А на пароходе ты поцеловал меня. Я, конечно, был шокирован. Тогда я решил быть от тебя как можно дальше на корабле. Начался дождь, потом гроза. Вы все ушли в каюту, а я забился в уголок, чтобы меня не трогали. А потом кто-то крикнул, и заскрипела дверь. Матрос доложил капитану, что пароход пробит. Пробило штиль борт и, как потом я выяснил по чертежам, сначала затопило переход под люком в каюте, а потом саму каюту через этот же люк. Матрос сказал, что он запер всех людей в каюте, потому что вода начала затоплять нижнюю палубу. Если бы дали всем выйти, то вода тут же вылилась, и корабль потонул бы. Но капитан не дал приказ спасать людей. Он сам хотел выжить. Я все это слушал, и в висках стучало от страха. Я боялся за тебя. Я этой самой оторванной палкой шарахнул матроса по голове и побежал отпирать двери, надеясь, что ты еще жив. Когда я их все же открыл, ты почти не дышал. Я вынес тебя на верхнюю палубу и оказал первую помощь, потом мы прыгнули в воду и поплыли к берегу. Я успел притащить тебя живого. А потом очнулся, и мы уже в больнице. Мы прожили вместе после этого три года, а потом твои ослабевшие легкие не выдержали, и ты умер по дороге в больницу. Тебя забрал Николь Темный, ангел смерти, как не странно, а я потом еще шесть лет пытался покончить жизнь самоубийством. Позже я узнал, что могу заключить с ним договор и спасти тебя с этого корабля. Я снова стал подростком, пошел в наш универ... Вот, гляди, - я протянул ему старую газету, где были наши фотографии в больнице, - "Пароход унес жизни двадцати пяти подростков. В живых осталось одиннадцать человек..." Саша удивленно взял в руки газету, рассматривая наши лица. Да, такое в фотошопе не сделаешь. Я протянул ему другую газету. Там было про его смерть. "... Спустя три года после того как затонул пароход "Южанка", легкие чудом спасшегося юноши, не выдержали. Его друг рассказал нам историю, которая тронула всех в больнице..." А на фото я сидел рядом с Сашей, которого уже накрыли простыней и собирались увозить. Там я немного отодвинул простыню и взял его за руку. Ну и в содержании было примерно то, что я только что ему сказал. Разве что без интимных подробностей. Саша удивленно смотрел на старую газету. Сказать, что не верит, он не мог. Но и признать это правдой тоже не мог. - Я мучился шесть лет, прося лишь о том, чтобы мою душу забрал Николь. Но потом я узнал о договоре и решил, что лучше продать душу, но хоть немного еще побыть с тобой, чем в очередной раз порезать вены, а приходить в себя уже в больнице. Все те фотографии, это не фотошоп. Это наши с тобой воспоминания. Я знаю о тебе все. И сегодня я снова спасу тебя. Ты только делай все, что я тебе говорю, и мы обязательно спасемся. Яркое небо затянуло тучами. Забарабанил дождь. Погода будто предупреждала о чем-то нехорошем. Сашка переваривал все то, что я ему рассказал. Он отчаянно сопротивлялся, но откуда тогда фото в газетах? Откуда все фотографии? Откуда тогда я его знаю, если Саша меня совсем не помнит? Стал бы я защищать его на стройке, если не был бы влюблен в него так сильно? А ведь мы тогда знакомы были едва неделю. - Лучше идти к берегу, погода испортилась, - сказал капитан. - Ерунда! Дождик нам не мешает. Мы заплатили за прогулку, так что будьте добры везите нас! - возразил декан. - Как хотите, просто моя практика... - Мы поняли, и все же, следуйте маршруту. Декан просто сказочный *******! Саша вернул мне газеты, его мелко затрясло. - Ты... не врешь? - Не вру. И корабль затонет. Главное, чтобы мы не оказались внутри каюты. И будь готов, что нам придется плыть. - Чёрт, я плаваю плохо. - Я уже в курсе. - Тогда почему ты не отговорил меня раньше?! - Саша повысил голос на меня, и я совсем вскипел. - Серьезно?! А я не пытался?! Ты меня хоть чуть-чуть слушал? Сашка, кажется, вспомнил, как я его отговаривал, как уговаривал всю группу не ехать на пароходе, как опускал его руку, когда спрашивали тех, кто пойдет, как пытался его силком утащить отсюда... Я-то только сейчас понял, что мы все равно оказались бы на корабле. Ведь Николь дал мне второй шанс, а это значит, что обстоятельства должны быть теми же, что и тогда. - Значит, ты мой парень? - Да. Сашка улыбнулся, и совсем близко сверкнула молния. А потом раскат грома ударил в уши. Капитан сказал всем укрыться в каюте и стал разворачивать корабль. Сашка беспомощно смотрел на меня. - Что делать? - Просто сиди тут тихо, чтобы нас не заметили, - я затолкал его подальше к стенке и пристроил в самый тёмный угол, у трубы. - Капитан, тут не все пассажиры, - раздался голос Креста, и гром повторился. - Так найди всех! Никто не должен быть рядом с водой! Крест обошёл каюту, и мы увидели его со спины. Я осторожно, как можно тише, подобрал палку, но он обернулся и заметил нас. Парень подошел к нам, и я махнул железякой. Гот ловко увернулся и выхватил Сашу из угла. Крест встал позади него, и бить палкой я уже не мог. Сашка попытался вырваться, но Крест крепко держал и потащил его в сторону. Сначала я думал, что он собирается выкинуть Сашу за борт. Если парень попадет в воду, и гроза ударит... Я кинулся вперед, но гот перехватил меня и потащил нас обоих в каюту. Мы упирались ногами и руками, но Крест оказался сильнее и проворнее. Он открыл дверь. В каюте кучковались все наши. Сначала он вывернул мне руки и швырнул меня, а потом сверху на меня прилетел Сашка. Я вскочил и попытался помешать ему закрыть двери, но меня перехватил Влад. - Рогачёв, да что с тобой? Прекрати уже! Ты сегодня вообще вменяемый? "Просто заткнись! Сейчас вообще никак не время", - думал тогда я. Вырываюсь, но меня тут же хватают еще двое. Сашка поднялся, чтобы помешать закрыть дверь, но Крест одной рукой втолкнул его вглубь каюты и вдруг пароход сотрясло. От сильного толчка половина присутствующих повалилась на пол. Вода, практически сразу, уплотняющимся слоем закрыла пол. - Николь Темный услышал нас. Видишь, Змей, жертва всё-таки будет принесена демону, - обрадовался Крест и захлопнул дверь. Тут же заскрежетал круглый руль, и я понял, что мы заперты. Окон тут не было, а потому наступил кромешный мрак. Молодежь стала доставать телефоны и светить под ноги. Вода уже заполнила каюту по колено. Паника тут же всеми завладела. Все стали кричать, звать на помощь, колотить в дверь и по стенам. Я сам чуть не запаниковал. Ведь теперь дверь никто не откроет, и на помощь никто не придет. Сзади ко мне прижался дрожащий Сашка. Ни хрена мы не погибнем! Не для этого я свою душу продал, чтобы снова увидеть, как он умрет! - Народ! Отставить панику! Где-то тут есть деформированная стенка, если удастся пробить ее и оторвать металлический лист, то мы выберемся. Все тут же бросились светить телефонами на стены и ощупывать все вручную. Вдруг Настя крикнула: "Я нашла!", - и все ломанулись к стене, освещая ее телефонами. Там действительно был бугорок, продавленный еще другими пассажирами. А наши, когда отрывали опору для стены, еще сильнее деформировали бугорок. Парни честно пытались выдавить его назад, ломали об бугорок все, что попадалось в каюте под руку, но все было тщетно. На бугорке появилось пару царапин. Так его пытали еще минуты две. Холодная вода уже доходила до груди. Парни бесполезно молотили по нему. Девушки поддались отчаянию. А я понял, что ломать стенку, хоть и не крепкую, бесполезно. Все мокрые, испуганные, отчаянные... И только мы с Сашей стояли и не знали, что делать. Сашка подергал меня за плечо и тихо сказал почти в самое ухо: - По-моему, вода идет откуда-то из-под меня. Я посмотрел вниз, но внизу была только вода. ЛЮК! Вода течет из-под люка! Ведь пробило именно нижний переход с палубы в каюту через люки! - Ребят, я знаю что делать! Я смогу открыть дверь, если вы пообещаете немного потерпеть. - Ты о чем? - Сейчас я открою люк, и сюда хлынет вода. По моему сигналу все делают глубокий вдох носом. Вода заполнит каюту, и я смогу выбраться на палубу, потом я прибегу к двери и открою ее. Но вы какое-то время будете тут. Без кислорода. Совсем. Всем нужно минутку потерпеть без воздуха. Это единственное, что мы можем сделать. Все заволновались, но все равно закивали. Жить хотелось всем. Вода уже доставала до моего подбородка, и я поднял Сашу на руки, чтобы он не захлебнулся. А то стоит, бедный, на цыпочках, тянет нос кверху. - Санька, я тебя одного тут не оставлю. Ты плывешь со мной. - Но я же плаваю плохо, - Саша запаниковал и обхватил меня ногами. - Это не важно. Под люком переход заполнен водой, нужно будет идти по переходу и какое-то время не дышать. Справишься? - Угу, - подумав немного, ответил он. - Умничка, - я взъерошил ему волосы мокрой рукой и поднял еще повыше, - Так, все готовы? За всех ответил староста группы. Многие взялись за руки. Я понял их поведение как готовность и скомандовал: - Вдох! Все шумно втянули воздух носом, а я отодвинул ногой крепкую щеколду, фиксирующую люк, и снизу пошел мощный поток воды. Вода тут же заполнила всю каюту и теперь, когда нас не сносило потоком, мы могли опуститься в люк. Я чувствовал колебания воды, видимо кто-то все равно пытается всплыть повыше. Была кромешная темнота, но я все равно открыл глаза под водой. Я выдохнул часть кислорода, чтобы было легче погружаться и, сильнее прижав Сашу к себе, прыгнул в люк. Когда мои ноги плавно коснулись пола, я взял Саньку за руку и пошел вперед, хватаясь за все неровности в стене, чтобы быстрее продвигаться. Переход был длинный. Вода давила на тело со всех сторон, а легкие просили кислорода. Я зацепился рукой за что-то режущее и понял, что это край пробоины. Мы прошли мимо пробоины, тут вода была еще холоднее, почти ледяная. Наконец, мы добрались до второго люка. Саша выпустил несколько пузырьков воздуха и тут же закрыл нижнюю часть лица ладонями, чтобы случайно не вдохнуть воду. Надо спешить. Второй люк работал по принципу давления и открывался внутрь. То есть если вода заполнит переход, то дверь не откроется, а будет прижата под напором воды. Это я узнал благодаря чертежам парохода. И вспомнил только сейчас, уже когда уперся руками в нее и толкал вверх. А надо внутрь. Я уцепился за ручку, второй рукой ухватился за крючок в стене, для опоры, и потянул дверь на себя. Из-за того, что воде больше нечего было заполнять, люк рывком открылся, и я быстро сунул руку наружу, чтобы дверь снова не закрылась. Руку больно прищемило, а наверху обдало воздухом. Вода начала заливаться на палубу. Я огромным усилием открыл ее пошире и вынырнул на поверхность. Сразу вытащил Сашку. Мы жадно глотали кислород, а потом выбрались, и дверь под напором воды снова закрылась. У нас получилось! Мы выбрались! С волос и с одежды стекала холодная вода. Ливень не позволял ветру сушить нашу одежду. Гроза и тучи никуда не делись за это время... Но не успел я обрадоваться спасению, как со второй палубы прибежал Крест. - Да что за нах?! Как вы выползли? Его лицо перекосило от злости, и я вскочил. В кармане я нащупал складной ножик, разложил его и выставил вперед. Гот, как одичавший, бросился на меня и тут же сбил с ног. Сашка кинулся ко мне на помощь, но я, не переставая бороться с Крестом, прохрипел: - Иди, открой двери. - Я быстро! Сейчас вернусь! - крикнул он. Саша убежал к каюте, зря я на это отвлёкся. Мой же нож полоснул вдоль всей руки. Я заорал от боли. Прежние порезы от готов еще не зажили. - Больше ты никогда не будешь мешать священному ритуалу, - сказал он и замахнулся ножом. Потом тело пронзила такая боль, что и передать невозможно. А потом я потерял сознание... *** Саша бежит к двери и уже на бегу хватается за круглый руль. Особой силой парень никогда не отличался, пришлось сильно навалиться, чтобы крутануть руль. Капитан кинулся к каюте, чтобы остановить парня, но было поздно. Руль полностью развернулся, дверь с силой отлетела. Сашу сбило потоком воды, и на палубу волной выкинуло несколько тел. Все откашливали воду и озирались по сторонам. Остальные выползали из каюты. Вода хлестала на палубу. Ливень пошел сильнее, гром ударил по ушам, и Саша вспомнил, что он там бросил одного Алика. Санька со всех ног побежал назад. И когда прибежал, увидел, что гот прыгает за борт тонущего корабля, а Алик... На палубе, заполняемой водой, лежало истекающее кровью тело. Из ребра торчал нож, ливень размывал лужу крови. Саша бросился к Алику. Он припал ухом к груди друга. Сердце уже плохо билось. Слабо и редко. Сашка не знал что делать. Алик еще жив, но это ненадолго. А Саша не знал, как его спасти. - Плохо дело, - сказал кто-то, стоя над ними. Саша поднял глаза и увидел незнакомого парня. - Кто ты? - Не узнаешь? Вот забираешь у них души, а они тебя потом даже не помнят. - Ты... жрец? Николь Тёмный? - Он самый. Сашка кинулся ему в ноги и припал лбом к его коленям: - Прошу тебя, спаси его! Потом забирай хоть душу, хоть тело, но спаси ему жизнь! - Я не могу! Я по договору не могу! Что бы я ни делал, моя сила ограничена договором, и при всем желании я его не спасу. Палуба уже погружалась под воду. Николь посмотрел на парня, лежащего в воде, и скомандовал: - Поднимай, понесем его на верхнюю палубу. Саша вытер слезы, но ливень все равно заливал лицо. Санька и Николь подняли тело Алика и понесли его на верхнюю палубу, где уже прыгали в воду многие решившиеся. Воды уже было по пояс, но жрец и юноша все равно упорно несли тяжелое тело. Подняли по лестнице и положили на пол верхней палубы. Те, кто остались и еще не прыгнули, сразу попрыгали в воду, увидев нож в теле парня. Корабль погружался в воду. - Исцели его! Должен быть способ исцелить его! - Ты что глухой? Я не могу! Саша смотрел на Алика. Такая безнадежность. А вот Алик смог вернуть его к жизни... Стоп! Ведь и Саша может! Парень вцепился в демона и взмолился: - Заключи со мной договор, чтобы я его исцелил! - Что? Нет! Не-не-не-не... Сколько вам людям ни говори, а ничему вас жизнь не учит. Все эти договоры вам же боком и выходят. Хватит с вас уже приключений. Я вообще пришел забирать его душу. Так и сделаю. - Пожалуйста! Николь, пожалуйста! - Ну... Он уже умирает... Думаешь, ты успеешь? - Да! - Хорошо. Тогда условия договора такие: я забираю после твоей смерти твою и его душу, а взамен сейчас даю тебе дар исцеления. Согласен? - Согласен. Саша сам хватает его за руку, скрепляя договор. Глаза демона полыхают красным огнем, и он произносит: - Договор заключен. Потом демон растворяется в воздухе. Саша чувствует энергетические потоки внутри. Он вытаскивает нож из ребра Алика и кладет руки на рану. Саша точно не знал, что надо делать, но он мысленно направил потоки энергии в руки, а через руки в тело Алика. Рана брызнула кровью и начала срастаться. Корабль почти погрузился под воду. А Саша успел залечить все порезы и восстановить кровь. Алик открыл глаза. - Ты как? - Саша приподнял друга. - Все хорошо. Но... почему? - Я потом объясню. Сможешь плыть? Надо прыгать. - Смогу. - Тогда поднимайся. Саша помогает Алику подняться, и вдруг вода накатывает холодной волной на ноги, парни проваливаются в воду, а опора уходит из под ног - корабль ушел под воду. Саша попытался всплыть, но почувствовал, что его затягивает все глубже и глубже. Алик даже не боролся с водой и быстро опускался в темную воду. Вдруг тело перестало тянуть вниз, и вода стала мягко опускать парней ко дну - пароход заполнился водой и теперь не тянул ребят на дно. Парни из всех сил работали руками и ногами. Каждый из них боялся вынырнуть и не увидеть друга. Понадобилось несколько гребков, чтобы подняться. Они всплыли и вынырнули, жадно глотая воздух. Алик и Саша переглянулись. - Ты в порядке? - В полном, а ты? - Тоже, - сказал Алик, и ребята улыбнулись друг другу. *** Мы жутко устали, но все же доплыли до берега. Дождь прекратился, и выглянуло солнышко. Нас, мокрых и промерзших, обдувало холодным ветром. Но мы сидели на берегу. Живые и счастливые... Я отдышался и спросил у Саши прямо: - Ты заключил с ним договор? - Да. Теперь я целитель. Теперь я могу хоть каждый день исцелять тебя. - Значит, живем долго и счастливо? - Угу. - А потом наши души забирает в ад сам Николь Темный. - А может и не заберет, - хитро говорит Сашка. - Как это? - А может мы и там с ним договор заключим. И сел к нему чуть ближе. Он весь промок от озерной воды, весь посинел, губы обветрили, но сейчас я как никогда хотел его поцеловать. Но издали я услышал, топот ног. Я обернулся. К нам бежали одногруппницы, прямо на бегу вытирая слезы: - Ребят, вы живы! Слава Богу! Мы так испугались! Кстати, все выжили! Пойдемте скорее, все же только вас и ищут. Кто-то даже бредит, что видел, как у Алика из ребра нож торчал. Пойдемте-пойдемте, надо всех успокоить.