The Stars In Your Eyes Light Up The Sky

Шла вторая неделя января, и теперь, когда One Direction официально сменили управляющую компанию, Луи смог окончательно «расстаться» с Элеонор. Он, Зейн и Лиам только что вернулись из офиса от своего нового руководства, где они обсуждали отношения Элунор, и менеджмент, одобрив это решение, в течение нескольких часов пообещали объявить об этом во всеуслышание. Луи взволнованно написал Гарри сообщение. Луи Я свободен! Ответа не пришлось долго ждать. Гарри Поздравляю!!!! Луи Такое облегчение! Гарри Юхуууу! Нужно отпраздновать! Выпивка с меня, зови ребят :) Луи удивлённо поднял брови. Луи Отпраздновать, т.е пойти куда-то, или отпраздновать у тебя? </ i> Гарри <i>Пойти куда-то :) Я ведь не могу прятаться дома всё время? Что может быть лучше, чтобы заново познакомиться с ночной жизнью Лондона, когда твой лучший друг сбрил, наконец-таки, свою бороду ;) Луи засмеялся и повернулся к Лиаму и Зейну. – Парни, Гарри хочет, чтобы мы все вместе пошли и отпраздновали моё освобождение, – счастливо сказал он. – Пошли, то есть вне дома? – удивлённо спросил Лиам. – Точно. – Круто! Я в деле, – сказал Зейн. – Я тоже, – Лиам кивнул. – Рад за него, – продолжил говорить Зейн. – И за тебя тоже. – Сегодняшний день нужно отметить красным цветом в календарях, – сказал Томлинсон и радостно усмехнулся. – Принц наконец-то покинул свой замок, а я наконец-то могу убрать это безобразие с моего лица. – Честно говоря, это было глупейшей, но блестящей идеей, Томмо, – Лиам рассмеялся. – Не бриться, пока ты не мог избавиться от другой бороды. – Не собираюсь врать, она становилась уже слишком густой. Мне нравится щетина, но я, наверное, побреюсь начисто. – Не надо, – сказал Зейн, тряся головой. – Так ты выглядишь как задира или рокер. Просто укороти её, ладно? – Готов поспорить, Гарри нравится лёгкая небритость, – дразнил парня Лиам. – Отвали, ублюдок, – Луи засмеялся, закатывая глаза. Но… Лиам был прав. Немного позже, когда Луи стоял в ванной перед зеркалом с бритвой в руке, он позвонил Гарри. Он убеждал себя, что его не волновало, что больше предпочитает Стайлс, ему просто нужно было услышать ещё одно мнение по поводу волос на его лице. – Привет, Лу, – радостно ответил Гарри. – С щетиной или без? – спросил Луи, сразу приступая к главной части разговора. – Эмм, ты или в общем? – А есть разница? – с любопытством поинтересовался парень. – Может быть, – Гарри усмехнулся. – Чтобы щетина смотрелась хорошо, нужны хорошие черты лица. Если твоя челюсть не угловатая, то растительность на ней будет смотреться неряшливо и совсем несексуально. – О, – произнёс Томлинсон, не зная, в какую категорию входит он. – То есть, ты говоришь… – С щетиной, определённо, – уверенно ответил Гарри, прежде чем засмеяться. – И не притворяйся, что ты не знаешь, на сколько хороши твои черты лица. Я бы убил ради таких скул. – Правда? – Луи тоже засмеялся, радуясь такому комплименту. – Не могу сказать, что обращал на это внимание. – Серьёзно? – принц звучал искренне удивлённым. – Да, никогда, – честно ответил парень. – Моё лицо – это просто моё лицо. Я думаю, оно вполне нормальное, и обращаю внимание на другие, хм, проблемные места. – Проблемные места?! – громко воскликнул Гарри. – Лу, с твоим телом всё в порядке, а если кто-то говорит иначе, то ему нужно немедленно обратиться к врачу. – Хватит, а то я сейчас покраснею, – Луи улыбнулся. – Я просто говорю то, что вижу, – сказал Стайлс, и парень мог слышать усмешку в его голосе. – Что ж, я сожалею, Гарольд, что я первый вынужден говорить это, но вам нужно проверить ваше зрение. – Моё зрение в идеальном состоянии, но, всё равно, огромное спасибо за заботу, – Гарри засмеялся, после чего сменил тему. – Найл так рад, что сможет встретиться с тобой, Зейном и Лиамом. – Я тоже очень рад, что мы познакомимся! – признался Луи. – Не могу поверить, что мы ещё ни разу не виделись. Такое чувство, что я знаю его давно, ты всё время говоришь о нём. – Он, наверное, может сказать про тебя тоже самое, – Гарри засмеялся. – Мне нужно бежать. Увидимся вечером! Без щетины не смей приходить. – Я постараюсь, – Луи рассмеялся, после чего они попрощались. Выход в свет с Гарри был одновременно предсказуемым и удивительным. В клубе, в который они пошли, было громко, броско, много хипстеров и идеальная для Гарри обстановка. И как только стало известно, что Принц наконец-таки вновь присоединился к ночной жизни Лондона, папарацци мутировали в каких-то монстров, какими Луи никогда их не видел прежде. Это было ожидаемо, в прочем. Поразило Луи то, каким Гарри был открытым: он разговаривал абсолютно со всеми и относился к людям с добром, фотографировался с каждым, кто просил, и безостановочно болтал легко и дружелюбно, что и привлекло Луи в их первую встречу. Не то, чтобы парень вёл себя как-то иначе, ведь это его обычное состояние, но Луи нашёл неожиданным то, как мало времени они провели вдвоём с Гарри за всю ночь. Томлинсон не знал, чего он ждал, но точно не того, чтобы Гарри подошёл к бару, выпил и затем полностью исчез. – Прости, он иногда становится таким, – громко сказал Найл, напрягая голос, чтобы перекричать музыку, и кладя руку на плечо Луи. – Что? – спросил парень, притворяясь, что ничего не понял. – Гарри просто очень общительный. Он останавливается, только чтобы поздороваться, и потом треплет языком полчаса, – объяснил Найл. – Я знаю, – Луи засмеялся, ободряюще улыбаясь. – Он загнал меня в угол в туалете больше, чем на час, когда мы в первый раз встретились. Наш Гарольд – уникальный парень. – Дружище, ты не знаешь даже половины всего, – Найл засмеялся. – Идём, я куплю тебе выпить. Он вернётся скоро, как и всегда. И если его нет слишком долго, то ты можешь просто начать танцевать, это быстро привлечёт его внимание. – Я понятия не имею, о чём ты говоришь, но я согласен на напиток, – Томлинсон засмеялся, пытаясь снова притвориться, что ничего не понял. – Тогда идём, – сказал Найл, понимающе усмехнувшись и направившись к бару. Парень был точно таким, каким Луи его себе представлял. Он был тем, кто всегда мог с юмором выйти из любой ситуации, и хорошим, и верным другом. Он очень легко сошёлся с Луи и с остальными ребятами, добавив счастливого, беззаботного настроения в их компанию. К несчастью Томлинсона, Найл ещё был и очень проницательным другом. – Я не люблю лезть в личную жизнь Гарри, – сказал он, выпивая третью стопку. Голова Луи гудела от алкоголя, и он был в расслабленном состоянии между подвыпившим и пьяным, но слова парня заставили его немного протрезветь. – Что ты имеешь в виду? – спросил он. – Я не тот друг, который говорит, что ему нужно делать, а что – нет, – пояснил Найл. – Пока он сам меня не попросит, конечно. – Хорошо, – медленно протянул Луи, не зная, к чему шёл разговор. – Я просто не хочу, чтобы ему снова было больно, – откровенно признался парень. – Последний раз был достаточно плох, а он не заслуживает такого дерьма. – Согласен, – искренне сказал Луи. – Ты говоришь, что я могу причинить ему боль? – Нет, – ответил Найл, и Томлинсон мог сказать, что это было честно. – Ты нравишься мне. Верь или нет, но ты сделал очень много для Гарри. Я только говорю то, что он подпустил тебя достаточно близко к себе, и сейчас ты можешь сам не заметить, как сделаешь ему больно. Будь осторожен с ним, хорошо? Он слишком легко отдаёт себя. Прежде чем Луи смог что-то сказать, его плечи обняли знакомые руки. – Лу! – воскликнул Гарри, очевидно, уже выпив. – Привет, Хазза, – Луи улыбнулся и немного повернулся, чтобы в ответ обнять парня за талию. – Лу, потанцуй со мной, – Гарри дернул Томлинсона за рукав куртки. – Я не танцую, Хаз, прости, – Луи засмеялся, мотая головой. – Нет, ты танцуешь! – Не очень хорошо. – Не волнуйся, будет весело, – умолял Гарри, схватив Луи за карманы и потянув на себя, опустив голову на плечо парня. Хорошо, видимо, Гарри был немного пьянее, чем казалось до этого. – Пожалуйста, – просил принц, и, Святой Иисус, оставил лёгкий поцелуй на плече Луи. Томлинсон вздрогнул и отошёл чуть в сторону, взяв Стайлса за руку и вынужденно засмеявшись. – Ладно, хорошо, идём, – фыркнул он, усмехнувшись и потянул парня на танцпол. Когда он обернулся, Гарри улыбался, как кот, поймавший канарейку, совершенно победоносно. – Ты, маленький гадёныш, ты знал это? – засмеялся он. – Но ты любишь меня, – возразил принц, и как Луи мог с этим поспорить? Танец Гарри полностью повторял его настоящего: немного неловкий, порой неожиданный, но, в целом, довольно веселым. Луи действительно нравилось танцевать с ним, но больше всего он наслаждался вниманием Гарри, которое было полностью обращено только на него, чтобы быть уверенным, что Луи хорошо проводит время. Томлинсон видел Найла, Лиама и Зейна, и последний из них показал ему два больших пальца. В ответ Луи злостно посмотрел на него, чувствуя себя ослепительно счастливым. После пары песен и еще нескольких напитков Луи был решительно пьян, когда Гарри наклонился к нему, вторгнувшись в личное пространство, и коснулся носом его щеки. – Я люблю эту песню, – невнятно пробормотал парень и закрутил Луи, прижавшись своей грудью к его спине, а свободной от бокала рукой обнимая его за талию. Они плотно прижались друг к другу, медленно двигаясь в такт музыки. Луи был не тем человеком, которому нравилось чувствовать себя маленьким. Хотя, он и принял свою низкорослость, его личность была огромна, и это прекрасно компенсировало разницу. Сюда же относятся отношения - Луи любит контролировать ситуацию самостоятельно. Но там, с Гарри, высоким и долговязым, охватывающим его своим телом, крепко сжимающим руки на бедрах Луи, ведущим в танце, парень был слишком ошеломлен, чтобы обдумать все это тщательно. И даже если Луи знал, что это было плохой идеей, он позволил себе расслабиться и наслаждаться настоящим моментом. Парень закрыл глаза и плотнее прижался спиной к Гарри, покачиваясь в такт музыки. Когда он вжимался своими бедрами в Гарри, то мог чувствовать что-то полутвердое, упирающееся в него. Принц выдохнул в шею Луи, что только заставило его дразнить Гарри дальше. Стайлс крепче вцепился в бедра Луи, и тот мог уверенно сказать, что утром на этих местах будут синяки, и, к его удивлению, он был необычайно взволнован их появлением. Он хотел, чтобы Гарри оставил на нем свой след, показал свою власть, овладел им. Когда песня закончилась, Гарри рывком повернул Луи. Его взгляд заставил Томлинсона задержать дыхание – взгляд чистого желания, страсти, необходимости. Они стояли так, буквально, мгновение, смотря друг на друга, их дыхание было тяжелым. Ещё две секунды, и Луи бы набросился на Гарри прямо там, отправив всех остальных подальше, но Найл вовремя вмешался, нетерпеливо вместившись между ними и начав танцевать. – Найл, – прорычал Гарри, и, черт возьми, этот звук был самым сексуальным из того, что Луи слышал в своей жизни. – Если вы двое собираетесь потрахаться, может стоит сделать это в более безлюдном месте? – дразнил Найл, но Луи отлично понял, что он имел в виду. От этих слов он тут же протрезвел и отступил, оглядываясь по сторонам. Люди не больно-то обращали на них внимание, но были те, кто, можно с уверенностью сказать, уже сделал значительное количество фотографий. Хоть ничего слишком компрометирующего не произошло, было бы лучше закончить все это, пока не поздно. Луи посмотрел на Лиама, который вопросительно поднял брови. Они пару секунд смотрели друг на друга, молча общаясь, после чего парень вытолкал Найла и Гарри с танцпола к своим друзьям. – Уже поздно, Томмо, – сказал Лиам. – Думаю, мы с Зейном пойдем. Тебя подвезти? Руки Гарри вновь оказались на бедрах Луи, когда он наклонился ближе к нему. – Не уходи, побудь еще тут, со мной, – тихо прошептал он ему в ухо. Луи закрыл глаза, стараясь оставаться рациональным и сопротивляясь всем своим пьяным идеям, которые кричали о том, чтобы он пошел домой с Гарри. Он знал, что Гарри звал его не просто, чтобы повеселиться. Гарри звал его, чтобы провести ночь вместе. И как бы Луи не хотел этого, это было ужасной идеей, он прекрасно это знал. Они оба были пьяны, и здесь были сотни папарацци вокруг клуба. И если бы они были замечены садящимися в одну машину, то… То это бы все очень усложнило. Луи не хотел быть еще одной дешевой газетной историей для Гарри, еще одной сложностью, утрудняющей ему жизнь. – Не сегодня, милый. Хорошо? – сказал Луи, повернувшись и оставив ласковый поцелуй на щеке Гарри. – Уже поздно, нам всем лучше пойти домой. – Согласен, – воскликнул Найл, одарив Томлинсона благодарным взглядом. Он обхватил принца за плечи и оставил поцелуй на второй щеке. Гарри уставился на Луи с непроницаемым выражением лица, и тот боялся, что он был на грани боли. В это время к ним подошли телохранители Стайлса, и тот сразу же натянул неискреннюю улыбку. Луи почувствовал, в этот момент он будто получил удар в живот. – Да, спасибо, Лу. Увидимся, ребята, – вежливо пробормотал Гарри. Когда они все попрощались, телохранители успешно провели их к машинам через ряды фотографов. Это было полнейшее безумство, и, более того, было даже немного страшно. Луи не удалось еще раз поймать взгляд Гарри до того, как их рассадили в разные машины и повезли по домам. Томлинсон прижался головой к автомобильному окну и вздохнул. Ему казалось, что он только что все разрушил. На следующее утро, все было не просто плохо, а ужасно. Луи был разбужен злобным звонком от их новой управляющей компании. Их с Гарри фотографии с прошлой ночи заполнили весь Интернет. – Могу ли я спросить, о чем, черт возьми, ты думал? – сердито спросил представитель. Луи застонал и закрыл своей ладонью лицо, сдерживаясь от порыва бросить телефон в другой конец комнаты. Снова? Правда? Разве не насильное скрытие его ориентации стало главной причиной, почему они сменили своих менеджеров? – Я не понимаю, что вы хотите мне сказать! – срываясь на крик, сказал он. – Я пошел в клуб с другом, мы танцевали, и все! Я был там не один. Позвоните Лиаму и орите на него! Ох, я забыл, вы не сделаете это, потому что неважно, чем он занимается, ведь он натурал. – Луи, твоя ориентация здесь не причем. Мы говорим о твоем беспорядочном образе! Если ты хочешь сделать каминг-аут и рассказать всем, что ты гей – земечательно, рассказывай! Но сделай это более безобидным, обдуманным путем! Или ты хочешь быть следующим человеком, пойманным за поцелуем с принцем Гарри? Вы с ним друзья, так? Тогда ты должен знать, какой ущерб ему это нанесло в прошлый раз. – Не смейте втягивать его в это и сравнивать меня с Ником, черт бы его побрал, Гримшоу, – злобно рявкнул Луи. Он тяжело дышал и чувствовал, что еще чуть-чуть, и он точно что-нибудь сломает – это был удар ниже пояса. – Послушай, я понимаю, что ты расстроен, – спокойно произнес представитель. – Всё, о чем я прошу, так это, чтобы ты думал о том, как твое поведение выглядит со стороны, до того, как тебе пришлось бы защищаться. Луи, ты расстался с девушкой вчера. Мы оба знаем, что она была ненастоящей, но люди не знают. Не прошло и шести часов, как ты был замечен веселым в обществе своего друга, принца Гарри. Это выглядит плохо, Луи. Ну, дерьмо. Он вроде и забыл про Элеонор. Менеджер был прав, это сделало из него придурка. – Вы правы, – парень вздохнул. – Мне жаль. – Только не извиняйся, – умоляюще произнёс мужчина. – Просто в следующий раз думай, что ты собираешься сделать. Я не хочу, чтобы что-то заставило тебя выйти прежде, чем ты будешь готов. И я не думаю, что ты сейчас реально готов. Мы собираемся объявить, что ты просто развлекался со своими друзьями, пьяный и одинокий, впервые за долгое время. Но ты понимаешь, что это не разрушит все слухи. Они уже появились, и теперь их не остановить. – Да, я понимаю, – ответил Луи, тяжело вздохнув. – Уже появилась группа фанатов, называющих вас Ларри Стайлинсон. Они верят, что вы с принцем Гарри в секретных отношениях, и они действительно поддерживают вас. Просто… Ожидай услышать большее о Ларри Стайлинсон. Если ты захочешь, мы внесем эту тему в черный список для интервьюеров. Но пока лучше не делать этого, чтобы показать, что тебе нечего скрывать. – Хорошо, – тихо согласился Луи, уходя в себя. Все было настолько подавляющим, а все, что они с Гарри сделали – потанцевали. Луи и представить себе не мог, какую шумиху подняли бы СМИ, если он все-таки решился бы сделать каминг-аут. Было бы это похоже на то, через что прошел Гарри? Возможно, Менеджер был прав, и он еще не готов к этому. После последних наставлений Луи положил трубку и уткнулся головой в подушку. Все, что он хотел – это спрятаться от всего мира. Что еще хуже – чем больше он думал о прошлой ночи, тем уверенней он был в том, что Гарри разозлился на него. Как ни крути, а Луи отверг его. И это было ужасно, потому что Луи даже не думал, что смог бы объясниться перед парнем. Потому что как бы он сказал, что, да, он очень хотел остаться с ним на всю ночь, но, черт возьми, время было неподходящее, они оба были пьяны, и сотни папарацци поджидали их снаружи? Как бы он объяснил, почему отказал Гарри? Потому что тот был пьян, сексуален и, возможно, пожалел бы об этом утром? Вместо этого, для Гарри это все выглядело так, будто он был не нужен Луи, так просто отпущен, как бы далеко от правды это не было. Но не смотря на то, насколько это было больно, Луи знал, что, вероятно, всё это было к лучшему. Их тянет друг к другу, но вышло бы из этого что-нибудь? Гарри девятнадцать лет, ему нужно поступать в университет, у него куча обязанностей. Луи состоит в группе, редко задерживается дома дольше, чем на 2-3 дня, и готовится к мировому туру, который, к слову, начнется через несколько месяцев. Если бы они что-то начали, то все неизбежно закончилось бы очень плохо, так зачем им рушить такую хорошую дружбу? Черт, он все же очень хочет ответить ему взаимностью. Если Луи думал, что в ближайшие пару недель все успокоится, он ошибался. Теперь папарацци не просто замечали его на улицах, а буквально травили. Они следовали за ним по всему Лондону, куда бы Луи не пошел, они были везде. Только у дома он их еще ни разу не замечал, но это вопрос времени… Их с Гарри отношения были неловкими. Несколько раз они переписывались, но не так часто, как это случалось до той злосчастной ночи. Луи заметил, что стал обдумывать свои сообщения. Если Лиам говорил что-то глупое, то он тут же хотел написать об этом Гарри, чтобы посмеяться вместе, но потом передумывал. Томлинсон решил, что лучше оставить между ними некое пространство, чтобы все успокоилось. Должно быть, за последнюю неделю он набрал около пятидесяти сообщений, которые впоследствии удалил, так и не отправив. Наступил День рождения Гарри, пройдя мимо без фанфар. Парень с семьей уехал в Балморал, предпочтя тихий ужин в кругу близких людей шумной вечеринке в Лондоне. Сообщение и твит Луи были в этот день довольно-таки простыми, но он действительно надеялся, что они передадут то, что Гарри значил для него. Луи Томлинсон @Гарри_Стайлс, С Днем рождения, самый замечательный парень, которого я знаю х Луи С Днем рождения!!! Надеюсь, ты хорошо проводишь время в Шотландии. Люблю тебя хх Гарри Спасииииибоо! :) Очень люблю и скучаю по тебе хх Гарри вернулся в Лондон в середине Февраля, когда Луи готовился посетить Соединенные Штаты, куда их пригласили на премию. Гарри Мы так давно не виделись!! Давай встретимся до того, как ты уедешь покорять Америку, а? Луи, прочитав сообщение, почувствовал, как с души упал груз. Он ненамеренно избегал Гарри, просто они оба были заняты, да и последняя встреча закончилась не самым приятным образом. Луи ждал, когда Гарри сам проявит инициативу. Луи Да, конечно. Это было так давно!! Так, они договорились во второй половине того дня встретиться у Луи дома, чтобы расслабиться, поиграть в видеоигры, и просто остаться вне поля зрения людей. Честно говоря, Луи с нетерпением ждал их с Гарри встречи. Прошло больше месяца, и он не мог спокойно думать о том, как в прошлый раз они друг друга не до поняли. Он очень скучал по Гарри. Последние недели он чувствовал себя действительно странно. Казалось, какая-то часть его отсутствовала. Он надеялся, что между ним и Гарри все наладится. За пять минут до того, как должен был приехать Стайлс, Луи позвонила Физзи. – Привет, Физ, – слегка обеспокоенно ответил Луи. Его сестра предпочитала переписываться, нежели звонить, тем более в середине учебного дня. – Элеонор была бородой? – резко спросила она. Луи мог слышать гнев в ее голосе, и его сердце упало в пятки. – Физзи… – он замолчал в полном недоумении. – Как ты мог скрыть это от меня?! Я вступалась за тебя, защищала! Как ты мог?! – кричала Физзи. – Тебе тринадцать, – тихо сказал Луи. – Я просто хотел держать тебя подальше от всего этого беспорядка. Я пытался защитить тебя! – Защитить? Меня? – недоверчиво кричала девочка. – Да ты представляешь, сколько ненависти я получаю каждый день только потому, что являюсь твоей сестрой? С самого первого дня люди спрашивали меня, гей ли ты? И я всегда заступалась за тебя, потому что была уверена, что если бы это было правдой, то я бы знала, да? Конечно, ты бы сказал всей своей семье. И в итоге, оказалось, что ты действительно сказал всем, кроме меня. Лотти знает, мама знает, и вы все скрывали это от меня! – Нет, – поправил Луи. – Мама знает, да. Потому что она мама, и она всегда все знает. А Лотти догадалась сама в прошлом году. Я не говорил ей точно так же, как и тебе. Я не хотел, чтобы ни одна из вас пока не знала. – А что? От этого что-то стало лучше? – агрессивно усмехнулась Физзи. – Было ли это правильным шагом? Я не знаю, – честно признался Луи, пробегая рукой по волосам и чувствуя себя чертовски плохо. Но я сделал это только лишь для того, чтобы защитить тебя, и я не буду извиняться. – Вы с Гарри встречаетесь? – прямо спросила девочка. – Нет, – ответил Томлинсон. – Я ни с кем не встречаюсь. – Я не уверена, могу ли тебе снова доверять, Луи, – немного помолчав ответила Физзи. И он мог отчетливо слышать в её голосе слезы. В этот момент парень хотел проломать себе голову об стену. Из всех его сестер Физ была той, которая почти никогда не плакала. Он даже не помнит, когда это случалось последний раз, а сейчас он стал этому причиной. – Мне жаль, что я причинил тебе боль, – искренне сказал Луи. – Это было не то, что я хотел. Я наоборот всегда избегал этого, ты знаешь. – Я ненавижу тебя, – плакала Физзи. – Ты не можешь ненавидеть меня больше, чем я сам себя ненавижу сейчас, – Луи чувствовал себя в дерьме. – Мне нужно идти, – сказала девочка, всхлипывая. – Я в школе. – Все в порядке? – Я могу сама справиться. Я не маленький ребенок. – Физзи, если тебе что-то нужно… – начал Луи, но был прерван. – Мне ничего не нужно! От тебя. – Но, всё-таки, дай мне знать. Я люблю тебя. – Конечно, – Физзи усмехнулась и повесила трубку. *** Гарри никогда не видел Луи плачущим. Он видел его злым, грустным, разочарованным, раздражённым, но чтобы он плакал – никогда. Именно поэтому он был очень удивлен, когда пришел к нему домой, и Луи, с красными глазами и какой-то отдаленный, открыл ему дверь. Гарри даже не стал ждать, пока Джеймс проверит дом, и, переступив порог, обхватил Томлинсона руками. – Лу, малыш, что случилось? – с написанным на лице беспокойством. Он мог чувствовать, как Луи рухнул в его объятия, прижавшись лицом к его плечу, руками крепко обняв его в ответ, явно ища комфорт и любовь – две вещи, которые Гарри всегда был готов ему дать. – Я такой придурок, – пробормотал Луи в свитер парня. – Что случилось? – снова спросил Гарри, осторожно передвигая их в гостиную на диван. – Звонила Физзи, и она… Она ненавидит меня, – с горестью ответил Луи. – Что? – Гарри удивился. – Луи, твои сестры обожают тебя. Что бы там не произошло, она справится, и все наладится. – Она не знала, что я гей, – прошептал Луи, положив свою голову на руки. – И она поэтому тебя ненавидит? – поинтересовался принц, в шоке подняв брови. – Она казалась мне… – Нет, – пояснил Томлинсон. – Она не ненавидит меня из-за моей ориентации. По крайней мере, я так понял. Она ненавидит меня за то, что я ей не сказал об этом. – О-о, – Гарри выдохнул. И да, это звучало ужасно. Отодвинув все мысли в сторону, Гарри притянул Луи обратно к себе, теребя руками его волосы. Он больше ничего не сказал, потому что не думал, что что-то мог сделать. Он верил, что Физзи одумается, и все будет хорошо, но, скажи он это, то, что Луи испытывал сейчас никуда бы не делось. – Я такой дерьмовый человек, – печально пробормотал Луи. – Неправда, – сразу же не согласился Гарри. – Нет, правда, – настоял парень. – Она права. Я должен был сказать ей. – В любой другой ситуации я бы согласился с тобой, – серьезно произнес Стайлс. – Но ты же не в совсем обычной ситуации, да? Ты не сказал ей, потому что ей тринадцать лет, и было бы несправедливо ожидать, что она сохранила бы это в тайне. Конечно, сейчас она сама этого не понимает – ее поглотили эмоции. Дай ей немного времени, и она вернется. Ты все сделал правильно. – Спасибо, Хаз, - сказал Луи, тяжело выдохнув в грудь Гарри, после чего выпрямился и устало пригладил свои волосы. – Прости, что я заставил тебя прийти, сегодня из меня получится плохой собеседник. Если ты хочешь, то можешь идти. Я не буду возражать. – Я никуда не собираюсь идти, – ласково сказал Гарри. – Отлично, – произнес Луи, прижимаясь к Гарри грустной улыбкой. – Я уже немного привык к тебе. Стайлс улыбнулся в ответ, потому что понял, что имел в виду парень. Он чувствовал себя немного виноватым из-за барьера, что он поставил между ним и Луи на последние несколько недель. Но это было чрезвычайно необходимо. В клубе Гарри выставил себя дураком и хотел некоторое время побыть один, чтобы заживить свои раны и примириться с тем фактом, что Томлинсон искренне не хотел ничего большего, чем дружба. Не то, чтобы Гарри не уважал его выбор, ему просто нужно было личное пространство, чтобы немного погасить свои чувства к этому парню, до того, как их дружба разрушилась бы. Он попытался, чтобы все происходящее ранило его не так сильно. Гарри даже казалось, что он был в этом довольно успешен. Он перестал писать Луи каждую минуту и оттолкнул его от своих мыслей как можно дальше. Но в этом доме, сидя напротив него, такого открытого и уязвимого, Гарри понял, что разлюбить его не так уж и просто. Луи был тем человеком, который заманивал тебя в свои сети и хранил там, и принц чувствовал, что его парень не планирует отпускать в ближайшее время. День, проведенный с Луи, прошел на удивление хорошо, учитывая его настроение, когда Гарри только пришел. Они оба, казалось, питаются энергией друг друга, и, несмотря на то, что Луи был не в самом лучшем расположении духа, он резво смеялся и в легкую победил Гарри в ФИФА. Если Стайлс переживал из-за той ночи, то зря – всё было, как прежде. У них была особенная дружба: неважно, что между ними происходило, или как долго они провели порознь – они всегда могут вернуться друг к другу, как будто ничего и не было. Когда через пару дней Луи отправился в Штаты, Гарри чувствовал себя вполне хорошо. One Direction выступали на Оскаре, и принц был очень рад за своих друзей. Он знал, что Луи немного нервничал перед этим путешествием, ведь всем известно, что папарацци там намного агрессивней и порочней, а то, как они повеселились в тот раз до сих пор на слуху в СМИ. Но почему-то Гарри был уверен, что Луи будет в порядке. Если что, Луи стал мастером в игнорировании и продолжении идти прямо, что в большинстве случаев было единственным вариантом в делах с этими назойливыми фотографами. В тот день, когда Луи, Лиам и Зейн отправились в Америку, Стайлс получил сообщение от того, с кем он не очень хотел снова налаживать контакт. Ник Мы можем поговорить? Гарри недоверчиво уставился на экран телефона. Он хотел сломать и выбросить его одновременно. Как он посмел? Будто бы Гарри мог сказать что-то этому кретину. Первым делом он хотел проигнорировать это сообщение, что и сделал. До того, как он получил еще одно, и еще, и еще. Ник Мне очень жаль. Я уже давно хотел извиниться, но надеялся сделать это лично.<i/> Ник <i>Все было не совсем так, как ты думаешь. Ник Пожалуйста. Я получал угрозы смерти, и действительно схожу с ума сейчас… Последнее сообщение подействовало на Гарри. Он не очень хотел снова иметь связи с Ником, независимо от того, какую роль Гримшоу играл в этой истории, Гарри все же не был бессердечным и не хотел, чтобы тот получал какие-либо угрозы. Гарри прекрасно знал, как это может быть страшно, и Ник не был известен на столько, чтобы позволить себе личного телохранителя для душевного комфорта. И, казалось, он был чертовски напуган. Вздохнув, Гарри неохотно напечатал сообщение. Гарри Поможет ли тебе наша встреча где-нибудь в общественном месте? Может какая-нибудь кафешка? Только один раз, чтобы не казалось, что я ненавижу тебя. Хотя, я ненавижу. Ник Я не хочу быть омерзительным, но это спасло бы мою жизнь. Гарри нахмурился. Гримми хотел показаться очень драматичным, потому что если бы он действительно серьезно опасался за свою жизнь, то обратился бы в полицию. Гарри У меня есть полчаса. Может мы сразу со всем разберемся? Ник Хорошо, спасибо тебе большое. Старбакс на углу твоей улицы подойдет? Гарри Встретимся там. Гарри знал, что звучал немного резко, что вовсе не было похоже на него, но это единственная ситуация, когда он не хотел прощать и забывать что-то. Ник потерял его доверие во всем, и, хотя, Гарри был добрым человеком, у него тоже есть свои пределы. Принц быстро собрался и готов был идти. Но перед тем как выйти, он отправил Найлу сообщение, не желая, чтобы он узнал что-то об этой встрече из прессы и подумал, что там было что-то большее, чем в действительности. Он не хотел больше выслушивать лекции своего лучшего друга. Гарри Долгая история, Найлер, но я встречаюсь с Гримми в кафе. Я все еще ненавижу его, и все объясню тебе позже. Просто хотел, чтобы ты услышал об этом от меня. Гарри сунул телефон в карман и вышел из дома, желая поскорее закончить эту главу своей жизни. Когда он пришел в Страбакс, Гримшоу уже ждал его за одним из больших, удобных кресел возле камина. – Эй, – сказал Гарри, сев рядом с ним. Джеймс стоял ближе к нему, чем обычно, и Стайлс почувствовал прилив благодарности и нежности к этому мужчине. – Привет, – ответил Ник, скромно улыбнувшись. – Я заказал тебе Латте. – Спасибо, – Гарри взял со стола напиток и сделал один глоток. – Как ты? – Я в порядке, – ответил принц, удивившись, насколько правдив он был. Потому что он был действительно в порядке. Еще несколько месяцев назад он думал, что его жизнь закончена, но оказалось, это было только началом. Сейчас он стал намного ближе к своей семье и находился в окружении потрясающих друзей. На что ему жаловаться? – Как у тебя дела? – Я… Мне было лучше, но сейчас… Гарри посмотрел на Ника и увидел, какой удар на него нанесла вся эта ситуация. Он выглядел грубо, под глазами были мешки, плечи напряжены. В этот момент Стайлс решил все отпустить. Ему самому было хорошо, во многих случаях даже лучше, чем было раньше, и хоть он и не сможет снова доверять Нику, носить с собой всю эту ненависть он больше не будет. Он не простил его, просто хотел закончить все это навсегда. – Слушай, я действительно хочу извиниться за то, что сделал, – медленно произнес Ник, быстро продолжив. – Я знаю, что это непростительно и не… не ожидаю от тебя ничего. Просто я хочу, чтобы ты знал, как мне жаль. – Хорошо, – ответил Гарри, уставившись на свою обувь, после чего подняв взгляд обратно на Ника. – Ты прав, я не думаю, что смогу простить тебе это, но что было, то было. Нам не нужно что-то пытаться изменить. – Я наркоман, – сказал Ник, заставив Гарри поднять от удивления брови. – Дерьмо, знаешь, как много кокаина я уже принял, Гарри? Думаю, можно считать, что я пал в самый низ. И мне очень жаль, что ты был вовлечен во все это. Я был вне себя той ночью. Это был недолгий путь самоуничтожения, и, к сожалению, ты встал на него. Я использовал тебя, друга, как возможность заработать денег и купить на них еще наркотиков. Я чертовски облажался. Сейчас я понимаю это и хочу, чтобы ты знал. Гарри сидел в оцепенении. Все знали, что у Гримми были какие-то проблемы, но Стайлс представить себе не мог, насколько далеко все зашло. Он теперь не знал, что чувствовать после услышанного, поэтому ляпнул первое, что пришло ему на ум. – Ты сейчас чист? – Вчера было 30 дней, – гордо произнес Ник. – Осознал, что пришло время взять себя в руки. – Отлично, – искренне сказал Гарри. Сидя в том удобном кресле, он вдруг почувствовал себя намного лучше. И его нужно было знать, что и с Ником происходит тоже самое. Хотя, возможно, это не было правдой. – Спасибо, – сказал Гримшоу, улыбнувшись и встав со своего места. – Я не хочу занимать слишком много твоего времени. Знаю, что сейчас я не самый лучший человек в твоей жизни, но, серьезно, спасибо за встречу. – Да, без проблем, – вежливо ответил принц. – И, слушай, если это не поможет твоим делам, или ты все еще будешь очень напуган, обеспокоен или получишь еще сообщения, то дай мне знать. Я сведу тебя с кем-нибудь, кто сможет тебе помочь. – Спасибо, я буду иметь это в виду, – Ник немного расслабил плечи. – Было приятно увидеть тебя. – Мне тоже.,– Гарри встал и легонько приобнял Гримми. Гарри такой, какой он есть, и с этим ничего нельзя сделать. Помахав, Ник ушел, и Гарри направился домой с легкостью на душе, которую он не ощущал последние месяцы. *** В Америке, Луи и парней преследовали фанаты и папарацци, как и ожидалось. Томлинсон пытался не обращать на них внимания, но каждый раз, когда они говорили что-то, что касалось его, он хотел остановиться, но на его спину ложилась рука Лиама, успокаивающе поглаживающая его и напоминающая, что ему нужно идти дальше. На следующее утро они покинули свой отель и отправились на репетицию. Как только Луи собирался сесть в машину, он услышал, как какой-то мужик с фотоаппаратом крикнул ему: – Луи, как ты относишься к тому, что принц Гарри снова сошелся с Гримшоу? – Что он сказал? – переспросил Луи ребят, когда они сидели в салоне автомобиля. – Что-то про Гримми и Гарри? – пожав плечами, сказал Зейн. – Наверное, просто очередная чушь, как обычно. Я бы просто проигнорировал это. Луи нахмурился и вытащил из кармана телефон. Где-то внизу живота он предчувствовал что-то плохое. Конечно, Гарри не стал бы снова начинать общение с Ником, после всего того, через что он его провел. Это было бы безумием, встретиться с ним снова. Гарри должен был быть не в своем уме. Тем не менее, это ноющее чувство не хотело уходить, и он вбил в поиск «Принц Гарри и Ник Гримшоу», и, конечно же, первыми результатами оказались какие-то их фотографии, датированные вчерашним числом, на которых Гарри обнимал Гримми. Что. Черт. Возьми. Это. Луи сжал челюсти и грубо запихал телефон обратно в карман. Если Гарри хотел развлечься с этим придурком, то это прекрасно. Просто. Черт бы их побрал. Прекрасно. Весь оставшийся день Луи был на грани, и Лиам с Зейном приняли мудрое решение держаться от него подальше, давая ему возможность разобраться со своей агрессией самостоятельно. Обычно это то, что было нужно Луи, но по каким-то причинам в этот раз злоба никуда не девалась, просто кипя внутри и ожидая, когда парень взорвется. Этот момент настал после их выступления на Оскаре. Луи и Зейн решили пропустить все вечеринки по этому поводу: первый потому, что был в ужасном настроении и имел за собой несколько не очень хороших заголовков, а второй просто предпочитал оставаться подальше от таких мероприятий. На пути в свой отель, парни пару раз останавливались, чтобы поздороваться с фанатками и расписаться на их вещах, что дало папарацци больше возможностей позлить их. Они были на высоте, выкрикивая все, что хоть как-то могло раскрыть Луи. – Луи, ты гей? – Луи, ты изменял Элеонор с Принцем Гарри? – Луи, Гарри изменяет тебе с Ником Гримшоу, так? – Луи, Принц Гарри хорошо трахается? – Луи, Луи, Луи! – Луи, какого это, когда тебе разбивает сердце педик-принц? От услышанного, что-то в Луи щелкнуло. – Что ты только что сказал, мать твою? -прошипел он, чуть ли не дыша паром. – Лу, не надо, пойдем дальше, – умолял Зейн, дергая своего друга за руку, но тот разорвал контакт, подойдя ближе к тому мужчине. – Ты слышал меня, – папарацци самодовольно усмехнулся, продолжая делать фотографии. – Певец и Фея-Принц. Этот брак не заключен на небесах. Педики. Когда камера еще раз сверкнула своей вспышкой прямо ему в лицо, Луи окончательно потерял контроль. Он схватил аппарат и со всей дури кинул его о землю, после чего ударил мужика кулаком по его наглой роже. – Покажи хоть какое-нибудь уважение к Принцу Англии, проклятый ублюдок! – крикнул Томлинсон, как только в разборку вмешались их телохранители и увели их с Зейном в безопасность. Как только они оказались в лифте, Зейн повернулся к Луи. – Что, блядь, это было?! Что случилось с «не обращай внимания, иди дальше»? – спросил он. – ТЫ окажешься в таком дерьме из-за этого! – Он заслуживает этого, гребанный ублюдок. – Конечно! Они все заслуживают! Но ты должен думать головой, Луи! Ты мог бы быть арестован за это! Это же самое настоящее нападение! -воскликнул Зейн с заботой на лице. – Что на тебя нашло? Я не совсем понял. Луи закрыл глаза и, опустив плечи, откинул голову на стенку кабины. – Они не имеют никакого права втягивать во все это Гарри. Я могу овладеть собой, если это касается только меня, но… – Луи затих. Дело в том, что Гарри был вроде его ребенка. Томлинсон чертовски обожал его и хотел защитить его от всего мира, от всех людей, норовящих причинить ему боль или использовать. И что Гарри сделал, как только Луи покинул страну? Пил кофе с Ником Гримшоу. Луи весь день думал, что был зол. Но теперь он понял, что это было что-то другое – ему было больно. – Ты любишь его, не так ли? – тихо спросил его друг. – Конечно. – Ты знаешь, что я имею в виду, – настоял Зейн. – Ты влюблен в него. – Конечно, я влюблен, – усмехнувшись над собой, произнес Луи. – И что я могу с этим сделать? Лифт достиг их этажа и Зейн обнял своего приятеля за плечи и повел его в номер. – Не хочу быть очевидным или еще что-нибудь, но не собираешься ли ты рассказать ему об этом? – спросил он, удобно расположившись на краю кровати. – А зачем? Что может из этого выйти хорошего? – угрюмо спросил Луи. – Разве такой, как он, идеальный во всем, станет встречаться со мной, кто все делает через жопу? Скоро у нас мировой тур, а он осенью собирается в университет. У нас не было бы возможности увидеться, и, в результате, мы бы делали друг другу больно. Тогда не только отношениям, но и дружбе наступит конец. Тем более я сомневаюсь, что он даже хочет встречаться с кем-то таким, как я. – Это чушь, – Зейн усмехнулся. – Ой, прости. Я и забыл, что тебе лучше знать, – с сарказмом высказал Томлинсон. – Луи, любые отношения могут так закончиться. Это тот риск, который ты принимаешь, встречаясь с кем-то. Но это вовсе не значит, что вам нужно прекратить свои отношения! Следуя этой логике, тебе вообще не нужно ни с кем встречаться, потому что вы можете расстаться. – Всё намного сложнее, – настаивал Луи. – Нет! – выкрикнул Зейн. – Ты напуган, и я понимаю тебя, но если ты любишь его, то это не всегда так, знаешь? – Да, – вздохнул Луи, драматично упав на кровать. – Смотри, я знаю, что это звучит убого и глупо, но это то, что я хочу тебе сказать. Ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь. Это может действительно закончиться ужасно, да. Но это также может быть лучшим, что ты когда-либо совершал в своей жизни. – Ты прав: это невероятно убого и глупо, – простонал Луи, прежде чем посмотрел на своего друга. – Спасибо. – Не за что, – с издевкой произнес Зейн и решил сменить тему. – Давай закажем еды, я проголодался. После нервного поедания гостиничных блюд, Луи и Зейн развалились на кровати первого и смотрели телевизор. – Гарри - тот человек, ради которого я бы сделал каминг-аут, – нежно произнес Томлинсон, задержав дыхание в ожидании ответа. Зейн повернулся к нему с улыбкой на лице. – Здорово, – сказал он. – Давно пора. – Идиот, – Луи засмеялся и не думал, что мог любить своего друга еще сильней. Через мгновенье он продолжил. – А ведь он может и отказать. – Не в этом мире, – фыркнул Зейн. – Этот парень по уши влюблен в тебя. Это может подтвердить любой человек, у которого есть два глаза. – Думаю, от этого становится только страшней, – вслух подумал Луи. – Хорошо, – засмеялся Зейн. - Так и должно быть. Как бы Луи не хотелось это признавать, но, временами, Зейн действительно был прав. На следующий день парни вернулись в Англию, и до отлета Луи долго размышлял, стоит ли писать Гарри, но так и не решился, убрав телефон прочь. Он по-прежнему чувствовал что-то колющее внутри после того, как увидел Гарри и Гримми снова вместе. Луи знал, что это означало одно – он упустил свой шанс, и его сердце было разбито. Он не готов был столкнуться с этим, пока что. И излишне говорить, что когда он возвращался домой, то был крайне удивлен тем, что на пороге его встретил яростный Гарри, атакующий своими вопросами. – Ты ударил фотографа?! – кричал тот, бросив в Луи газету. Томлинсон осторожно закрыл дверь, поставив на пол свои вещи и снимая куртку, глядя на Гарри в полной растерянности. – Хм, привет? – попытался Луи начать нормальный разговор до того, как его осенило. – Как ты попал в мой дом? – Луи! – продолжал кричать Гарри. – О чем ты думал?! – Ну, прости меня, – резко произнес Луи, приняв оборонительную позицию. Гарри серьезно вломился в его дом, чтобы кричать на него? И кто он, чтобы первым начинать высказывать свои претензии? – Я, наверное, должен спросить тебя тоже самое, лицемер. – Я?! – Да, ты, – выплюнул слова Луи. – Понравилось свидание с Гримми? А? – Что? – переспросил Гарри, но отказался сходить с пути. – Не втягивай его в это, мы сейчас не о другом говорим. – Нет же, давай поговорим именно об этом. Потому что в первую очередь - это он причина всего произошедшего! – искренне разгневано вспылил Томлинсон. – И спасибо, что предупредил, дружище! Если бы я знал, что ты собираешься снова сойтись со своим бывшим, то я был бы хотя бы немного готов к этому, когда папарацци выкрикивали мне это в лицо, ты ублюдок. – Это я ублюдок? Я ублюдок?! – ошеломленно спросил Стайлс. – Мы просто выпили кофе. Я не знал, что должен сверять свое расписание с тобой каждое утро. – Я просто прошу тебя предупреждать меня в следующий раз, когда ты вдруг соберешься сходить с кем-нибудь на свидание в Старбакс! – выкрикнул Луи, зная, что это было ударом ниже пояса, но действия Гарри были действительно не понятны ему. – Это было всего лишь объятие! – сердито вскричал парень. - И даже если бы мы с ним целовались или трахались в местном туалете, то тебе-то какое до этого дело, блять?! Ты не можешь делать это, Луи. Ты ясно дал мне понять, что я тебе не нужен. И я уважаю твое решение! Но ты не имеешь права так дерьмово относиться к людям, которым я, возможно, не безразличен! Сердце Луи перестало биться, и все, что он мог сделать – это уставиться на Гарри и недоверчиво пробормотать. – Что? Ты действительно так считаешь? – Насчет чего? – угрюмо переспросил парень, в то время, как его гнев стал потихоньку рассеиваться по комнате. – Про все это, – ответил Луи, недоумевающе покачивая головой. Гарри смотрел на Луи, моргнув раз, второй, его рот, то открывался, то опять закрывался, пытаясь найти хоть какие-то слова в ответ, когда Томлинсон набросился на него, втянув в грубый поцелуй. Он впился в Гарри, яростно двигая своим ртом, всасывая нижнюю губу парня между своими зубами и заставляя его громко застонать. Руки Луи опустились на бедро Гарри, рывком придвинув их вплотную к себе, соединив их тела вместе. Поцелуй не был нежным, сладким или трепетным. Это был поцелуй чистой страсти, похоти и четырех месяцев желания и недопонимания. В конце концов, необходимость воздуха стала слишком большой, и Луи отстранился, оставив на губах Гарри еще один нежный поцелуй. Его грудь высоко вздымалась при каждом вдохе. Они уставились друг на друга, задыхаясь, и Луи понял, что как-то во время поцелуя он вжал Гарри в стену. Он немного отошел, освободив его, и на лице Стайлса появилась его старая добрая улыбка. Она становилась все шире и шире, на щеках показались ямочки, и он счастливо засмеялся, опустившись лбом на плечо Луи, который тут же присоединился к нему. Так, оба парня стояли в коридоре, смеялись, как маньяки, и обнимались, прижавшись к стене. – Мне кажется, что я что-то упустил, – через минуту сказал Гарри со счастливой улыбкой на лице. – Я думал, ты не заинтересован, но, если я правильно понимаю то, что сейчас произошло, то, видимо, я был не прав, и ты сейчас мне все расскажешь. – Идиот, – ласково произнес Луи. – Во-первых, мы должны кое-что прояснить. Во всем мире не найдется человека, более заинтересованного в тебе, чем я, понятно? Гарри кивнул, засмеявшись. – Во-вторых, просто, чтобы больше не думать об этом, скажи мне, пожалуйста, что между тобой и Ником Гримшоу ничего нет, потому что это, целых два дня, сводило меня с ума. – Ну, и кто из нас идиот? – Гарри рассмеялся. – Конечно же, ничего нет! Мы просто встретились для кофе, и это заняло от силы минут 15. Он хотел извиниться, и я должен был позволить ему сделать это, да? Я не могу обещать, что мы больше никогда не встретимся, у нас много общих друзей, но моя дружба с ним окончательно прекращена. Ты поэтому ударил папарацци? – с любопытством спросил он. – Не совсем, – ответил Луи, смотря на пол в легком смущении. – Он просто заслужил это. – Я верю тебе, – Гарри кивнул в знак солидарности, нежно проводя ладонью по руке Луи вверх и вниз. – Что он сказал тебе? – Он сказал… просто, он сказал кое-что чертовски плохое про тебя. А ты не заслуживаешь таких слов. Тебя там даже не было, и это было крайне неуместно… Плюс ко всему, я уже был зол из-за всех этих фотографий тебя и Гримми, поэтому я просто взорвался. Я знаю, что это было глупо, и обычно я даже не обращаю внимания на то, какое дерьмо они говорят обо мне. Но в этот раз они говорил не обо мне… Лицо Гарри еще смягчилось, и он смотрел на Луи с такой огромной любовью, что тому казалось, будто бы его сердце растает прямо там и сейчас. – Ты ударил его за меня? – спросил Гарри и, черт возьми, он заставил это звучать так, будто это было самым романтичным поступком, который когда-либо для него совершали. – Да, – произнес Луи, слегка усмехнувшись. Улыбка Гарри стала еще шире, и он притянул парня к себе, соединив их пальцы и наклонившись для еще одного поцелуя. И этот раз существенно отличался от предыдущего. Это было медленно, нежно, и так в стиле Стайлса, что Луи казалось, его сердце может лопнуть от переизбытка сладости. Гарри целовал его так, будто Луи был единственным человеком во всем мире. Его губы были мягкими, а язык настойчиво облизывал рот парня, обтираясь об его язык, кусая и зализывая губы Луи. Луи поднял руку и вцепился ею в кудрявые волосы Гарри, заставив его выдохнуть и соединить плотнее тела, на что Томлинсон звучно вздохнул. Гарри продолжал поцелуй в своем медленном, спокойном темпе, в то время, как его руки беспорядочно бродили по телу Луи, в конце концов расположившись на его бедрах, случайно соединяя их нижние части тел, не настолько, чтобы почувствовать облегчение, но достаточно, чтобы он чувствовал, как все места, которых касается принц, горели. Гарри отстранился, оставляя горячие, влажные поцелуи на шее Луи, после чего спросил: – Пожалуйста, Лу, я хочу отсосать тебе. Можно? – его голос звучал глубже и грубее, чем Луи когда-либо слышал. Теплые потоки воздуха ударялись об его шею. – Боже, – простонал Томлинсон, вжимаясь бедрами в Гарри. – Да-да, – на выдохе произнес он. И Гарри не нужно было говорить дважды. Он тут же схватил Луи и повел его на второй этаж в спальню, снимая с них обоих рубашки, после чего настойчиво толкнул парня на кровать и начал возиться с его брюками. – Снимайтесь, снимайтесь, – бормотал он, стягивая с Луи его джинсы. Томлинсон чуть приподнялся, позволив Гарри снять с него их и трусы, оставшись совсем голым. Принц снова поднялся к лицу Луи и снова соединил их губы в необходимом поцелуе, дотронувшись рукой до затвердевшего члена его любовника и заставив его застонать от прикосновения. Джинсы Гарри все еще были на нем, но он расстегнул их, выпустив наружу и свой набухший член. Луи снова приподнялся, коснувшись бедрами Гарри, и оба парня вздохнули. Гарри дотянулся своей огромной рукой до обоих из них, обхватив. Луи снова застонал и дернулся в руку Стайлса. Боже, да он готов был так просто кончить, но Гарри не забыл свой первоначальный план и начал медленно спускаться по телу Луи, оставляя за собой мокрые поцелуи. Когда цель была достигнута, он коснулся губами кончика головки и поднял взгляд на лицо Томлинсона, чтобы наблюдать за ним, пока он облизывал пульсирующую венку на его члене. Луи безнадежно выдохнул, когда их взгляды встретились. Гарри, продолжая дразнить и играться с ним, вырисовывая неизвестные узоры языком, поддерживал их зрительный контакт. Парень продолжал стонать, невольно дергая бедрами в поисках чего-то более тесного. Гарри руками прижал его к матрасу, когда взял наконец-таки член Луи в рот, опускаясь ниже и сося. Языком он исследовал все вены и неровности, заводя Томлинсона еще сильней. Луи закрыл глаза и откинул голову назад, бормоча что-то вроде «черт, Гарри, как хорошо, Гарри, ох, черт…» Рука Луи сама запуталась в волосах принца, который от этого издал низкий стон, посылая вибрации по всему телу измученного парня. Когда Томлинсон вновь вернул взгляд на Гарри, то заметил, что тот продолжал на него смотреть, умело работая своим ртом. Луи заметил, что одной рукой он пытался ублажить себя. И черт возьми, Гарри, который занимался собой, пока прекрасно сосал – это самая горячая вещь, что он когда-либо видел. Будто бы читая мысли Луи, Стайлс взял его член глубже и простонал, когда тот коснулся задней стенки его горла. Черт, Боже, дерьмо. После этого Луи начал задыхаться. – Гарри, Г-гарри, я… я почти… Гарри немного поднялся, начав более настойчиво вырисовывать языком круги по всей длине члена, и это окончательно добило Луи. Он тяжело кончил прямо в рот Стайлса. И Гарри продолжал сосать его в это время, не пропустив не единой капли, только выпустив его, когда парень перестал вздрагивать. Гарри сел на свои колени и десять секунд работал над собой, кончив в свою руку. – Я мог бы сделать это для тебя, – все еще обессилено предложил Луи. – Меня бы надолго не хватило, так что… – признался Гарри, тяжело выдохнув. Он встал и оправился в ванную, чтобы вымыть руки, по пути окончательно стряхивая с себя джинсы и трусы. Когда он вернулся, Луи расслабленно растянулся в кровати и жестом позвал его лечь рядом. Гарри лег и крепко обнял. – Почему мы раньше не могли это сделать? – Луи засмеялся. – Я бы сделал тебе минет еще тогда, в туалете. Тебе только нужно было попросить, – Гарри усмехнулся. – Не совсем то, что обычно говорят принцам. – Ты удивишься, но я получил уже не мало предложений по этому поводу. – Я верю, – сказал Луи, все еще пытаясь спуститься на землю, и повернулся к Гарри, нежно поправляя его волосы. – Что заставило тебя передумать? – тихо спросил Гарри, расслабляясь от прикосновений Томлинсона. – Мне казалось, ты не хотел меня. – Я никогда не передумывал на этот счет. Я всегда знал, что хочу. Скорее всего, я пытался переубедить себя, что мне по силам иметь это. Понимаешь? – Я есть у тебя, – со всей любовью произнес принц, прижимаясь ближе к своему любимому человеку, пока Луи укрывал их обоих одеялом. – А есть ли ты у меня? – Я всегда у тебя был, – признался Луи, позволив самой сентиментальной улыбке появиться на его лице. – И я никуда не собираюсь уходить. Да, проблемы и некоторые сложности, о которых Луи так сильно прежде переживал, все еще остались с ним, но уже на заднем плане. У них будет, о чем поговорить, но сейчас, когда Гарри, голый и великолепный, прижался к нему всем своим телом, Луи понял, что все это может подождать.