Сделка

Солнце перемешивало землю. Снова и снова размешивая городок, как похлебку. Во время прогулки вдоль обширной лужайки королевского сада, где росли яркие цветы, и бабочки плясали в застывшем зное, Эльза вспоминала события минувших дней. Правда, вспоминать-то было нечего, так как никакие тревоги или нежданные вести не тревожили благополучный покой Эренделла, давая ему нечто вроде передышки в связи с неумолимой чередой неожиданных открытий. Она видела лишь бурные потоки людей, бредущих по дороге, их массу, их тревоги, их неутолимую жажду жизни. Её захватывала людская толкучка и шумиха, утаскивая обратно к однообразному существованию, к обыденным мелочам и тревогам, отгоняя прочь ту жалкую иллюзию покоя и безмятежности. Но теперь ей было просто все равно. Здесь был покой. Королева долго бродила и смотрела вокруг, то глядя на пестрые бутоны и ровные, словно натянутые струны, столбы спелых яблоней и вишней, то замечая мужа, крайне редко попадавшегося кому-либо на глаза из-за навалившихся на его голову обязанностей в роли главного правителя государства. Еще она видела отрешенность сестры, её скомканные приветствия на каждом обеде или ужине, ускользавший в сторону взгляд и заломленные руки. Сотни и еще сотни конвертов с прижженными к пергаменту печатями, что ежедневно присылались ко дворцу Её Величества. Страх и недоверие, гуляющие по ветру, кружащие на сквозняке в опасном вальсе на самом краю бездны. Эти картины и были миром, и мир похлебкой кипел в ней, она бродила среди прекрасных орхидей с ухоженными листиками, такими безмолвными и спокойными. Все это варилось в ней, а она водила взглядом меж поднимавших глаза к небу людей, по страницам старых книг, до краев своих животиков заполненных абзацами и словами. А потом забывалась, без сопротивлений давая себя унести как можно дальше от этого мира. Шире шаг, сказала она себе, и двинулась вперед. Она принюхивалась к окрестной траве, прогоняя по легким чистый воздух. Запах был тошнотворно-сладким, зеленым с желтыми кончиками. Эльза прошла через двор, не замедляя шаг, тихо постукивая каблуками по каменной кладке. И тут она снова увидела. Море. Оно было восхитительно. Изумрудное и густое, с россыпью солнечных бликов на голубом горизонте. Можно было разглядеть обточенные водой камни на дне, услышать знакомую песню океана. Разве мир заслуживает такое море? Из памяти воскрес тот день, когда она шествовала вдоль золотого берега с человеком, которого должна была ненавидеть. Единственным, кто постарался поддержать её в этот нелегкий час. Сейчас он, скорее всего, снова засиживался в библиотеке, окруженный бесконечными рядами стеллажей и компанией старых фолиантов, либо же в собственном кабинете, один, углубленный в собственные мысли. Она долго думала, как можно охарактеризовать установившуюся между ними связь. Они не были недругами или врагами, не бросались друг на друга при каждой встрече, даже вообще не разговаривали, лишь в очень редких случаях, но и назвать их отношения дружелюбными язык не поворачивался. Как-никак, а считать Ханса своим другом Эльза была пока не готова. Призраки прошлого никуда не улетали, и, кажется, решили еще некоторое время погостить в голове у девушки, позлорадствовать над её благодушием. Потому она решила, что относится к новому королю прохладно. Не холодно и не тепло. Где-то посередине. Когда янтарные лучи возвышавшегося над простым людом желтого диска начали хлестать по её лицу, она прикрыла глаза рукой, невольно поморщив нос. Наступала жара, а жару девушка никогда не выносила. Становилось парко, а раскаленный солнцем воздух вызывал томящее удушье, больно сдавливая горло, разжижая кровь в жилах и вызывая головокружение. Эльза всегда была более чувствительна к перепадам температуры, в отличие от всех когда-либо знакомых ей людей. Поэтому самым верным решением для неё всегда было отсидеться в замке до окончания этой пытки, в тени. Ещё раз осмотрев сад, она пошла в сторону дворца, шумно дыша через нос. Наколдовав над макушкой маленькое облачко снега, подобно тому, что сейчас имелось в наличие у невесть где пропадавшего Олафа, девушка успокоилась. Она не чувствовала прикосновений холодных снежинок, но от окружившего её барьера из родной стихии ей становилось легче. Дорога была недолгой, но из-за томящей духоты казалось, что путь вытянулся по длине своей еще как минимум в два раза. Встречающиеся по пути граждане в меру своей воспитанности приветствовали проходящую мимо госпожу, но затем мгновенно отворачивались, принимаясь за порученную им работу. На лицах их можно было прочесть едва ли уловимый ужас перед Эльзой, но королева не стала их за это корить или возмущаться, понимала, какого им сейчас – находиться под одной крышей с той, которая почти заморозила их семьи и дома своей неконтролируемой силой. Она не могла не простить их, но ей все же было обидно за поведение своих слуг. Пройдя еще несколько коридоров, она достигла своей ничем не отличавшейся от остальных комнаты и поспешила скрыться в её молчаливой обители. Она крутанула медную ручку, отчего та беспорядочно завертелась, неприятным скрежетом врываясь в душную и натяжную тишину. Еще некоторое время она глядела в дверной косяк, раздумывая над одной задачей – что делать дальше? Спешно двинувшись к полкам с книжками, Эльза коснулась ветхих переплетов, провела тыльной стороной руки по первой, слушая, как шуршат её ногти, скользя по книжным позвоночникам. Прозвучало как музыкальный инструмент или мелодия бегущих ног. Но среди этого изобилия страниц и слов она не нашла ничего интересного для себя, точнее сказать, ничего интересного, чего бы она уже не прочла. Далее она решила недолго поиграть на фортепьяно, но и с клавишами что-то не ладилось – руки то и дело воспроизводили не те мелодии или аккорды, вызывая на свет полную бессмыслицу из звуков. Даже звук шарканья собственных пальцев о книги показался ей милозвучнее, и королева раздраженно встала со стула, скрестив руки на груди. Стоять на месте, крепко сцепив пальцы, точно не являлось удовлетворяющим ее времяпрепровождением. Но первое время она так и поступала, закаменевшая на своем месте, как статуя. И потому ей в голову явилась странная, но, тем не менее, вполне разумная идея. Конечно, ей и раньше доводилось задумываться над этим, но теперь желание чувствовалось отчего-то острее обычного. Она направилась к выходу и, чуть помедлив перед разрывавшими ей пополам правильностью и заманчивостью выбора, вышла в коридор. Под пылким взглядом безмолвной тишины Эльза очертила несколько кругов по многочисленным этажам, делая вовремя нужные повороты и восходя на высокие мраморные лестницы, готовые привести её к нужной цели. По полу гулял едва ощутимый сквозняк. Про себя она все еще восторгалась красотой родного дома, не упуская возможности полюбоваться архитектурными достопримечательностями - хотя бы те же выставленные чуть ли не за каждым углом бюсты легендарных личностей из их тянущейся в века родословной, или же покрытые искусной росписью лучших из когда-либо рожденных мастеров стены, вычурные оконные рамы, с прикрывавшими их бархатными шторами, позолоченные канделябры, ровным рядком выставленные вдоль всего пути. Все это приводило в неописуемый восторг. Когда же её прогулка подошла к концу, королева заколебалась, неуверенно застыв перед возвышавшейся над ней дверью из красного дерева. Но затем, подавив вспыхнувшие волнение и нерешительность, негромко постучала. - Войдите, – прозвучал усталый голос находившегося в помещении. Последовав повелению голоса, Эльза негромко распахнула двери, оробело делая первые шаги внутрь комнаты. - Эльза? – подивился Ханс, тут же приподнимаясь со своего места. Сморившую его сонливость как рукой смело. - Я не помешала? – бегая глазами от предмета к предмету, промямлила она. - Нет, конечно, нет. Проходи, садись. Слабо кивнув, девушка подошла к нему, усаживаясь на стоящий напротив стола стул, обрамленный мягкой обивкой. Она смотрела куда угодно, но только не на короля, не в силах заставить себя глянуть на него, то ли от смущения, то ли от возникшей между ними неловкости. Мысленно она уже тысячу раз прокляла себя за возникшую идею и спешно принятое решение. - А хотя знаешь, я, пожалуй, пойду, - глухо вздохнув, поспешила подняться она. - Нет, стой. Ты ведь за чем-то пришла, так говори. Сказать, что он был удивлен видеть здесь свою жену – значит не сказать ничего. Сперва он даже не поверил, что это она, списав вызванные галлюцинации на свое уставшее состояние. Но вот Эльза, королева Эренделла, сидит рядом с ним, сгорбившись и не зная, как изложить вертевшуюся на языке просьбу. Но он был рад её видеть. Понимание того, что она не относится к нему как к пустому месту, почему-то воодушевляло. Ведь не пришла бы она, если бы относилась к его персоне абсолютно безразлично. И, раз она решила доверить ему что-то свое, личное, он решил, что точно не оплошает в этот раз. - Присядь. И девушка послушалась, медленно оседая на стул. От спокойного и уверенного голоса короля становилось легче. Тише. - Рассказывай. Что-то случилось? - Нет, все в порядке, - замотала головой Эльза. – Я просто хотела попросить тебя об одной услуге. - Я весь внимание, - кивнул он. - Но учти, ты не обязан этого делать, это просто… - Если эта услуга хоть как-то касается тебя, то я должен её исполнить. – Перебил её Ханс, сузив глаза. – Я тебе обязан очень многим и не уверен, что мне вообще когда-либо удастся отплатить этот долг. Поэтому не стоит волноваться, говори все как есть. - Тогда ладно, - сглотнула Эльза, заправив за ухо выбившуюся прядь. – Ханс, не мог бы ты научить меня управлять королевством? Внимательно посмотрев в его малахитовые, как два изумруда, глаза, она уловила проскользнувшую в них толику удивления. Но затем он, недолго поерзав в своем кресле, задорно улыбнулся в ответ. - Ясное дело. Вскочив на ноги, он принялся извлекать из стоящих позади полок нужные для их занятий книги и карты. Он молчал, только дышал с присвистом, и девушка упоенно поглядывала на него, очерчивая взглядом извлекаемых им хранителей знаний и времени. Когда перед ней уже возвышалась приличная стопка книг и пергаментов, она обреченно выдохнула. - Эта просьба требует времени, - ухмыльнулся мужчина, вытаскивая из груды предметов нужный сборник и открывая его на оглавлении. - Я вижу. Последующие дни они провели за общим делом, выясняя причины прихода к власти и удержания монархии и республики, изучая от корки до корки древние и еще совсем новые книги по ведению политических и экономических дел в стране, вызубривали все портовые пути из Эренделла в соседние державы или населенные пункты, вели подсчеты количества привезенных в прошедшем месяце товаров, в общем, всем, на что у них могло хватить времени и желания. Эльза принялась за дело с небывалой страстью, впрочем, не давая любопытству пересекать рамки дозволенного, молча слушая неторопливые рассказы мужа. Ей, как ни странно, даже понравилось подобное занятие, узнавать что-то новое о собственном королевстве ей казалось потрясающим, в особенности если это еще может в будущем помочь разобраться с встававшими на пути препятствиями. Часто они могли просто сидеть в тишине, слушать, как шуршат пожелтевшие страницы и влетают в мозг чернильные слова. Сам Ханс занимался порученными ему контрактами и договорами, склоняясь над многочисленными документами с пером в руке, лишь изредка бросая на королеву любопытные взгляды. Когда она захлопнула уже вторую по счету книжку, и потянулась было за следующей, король не выдержал: - Ты действительно так быстро читаешь? – не слишком веря в честность её запоминания информации, спросил тот. Ведь она просто могла перелистывать страницы, особо не вникая в смысл написанного. - Что значит твое «действительно»? – нахмурилась Эльза. – То, что я делаю, называется «читать по диагонали». Так я прекрасно понимаю смысл написанного, при этом пропуская ненужные словесные выверты. Если мне хочется насладиться слогом и стилем произведения, то я читаю не спеша – но это не тот случай. Он неопределенно кивнул в ответ на её фразу, мысленно соглашаясь с выбранной женой техникой. Как-никак, а не вся поданная в учебниках информация бывает полезна, часто просто засоряет разум ненужными фактами. Впрочем, это не его дело. Когда она закончила чтение, мужчина еще некоторое время разъяснял ставшие для неё непонятными некоторые аспекты или термины из прочитанных абзацев, и на том было покончено. Поблагодарив за очередной оказанный «урок», Эльза схватила в охапку три толстые вместе с одной маленькой книги и неторопливо направилась к выходу. - Я могу позвать прислугу, они донесут их, - указал Ханс на фолианты, что держала королева. - Не стоит. Они не тяжелые. Да и мне будет приятнее, если я понесу их сама, - отмахнулась девушка. - Как знаешь. У меня тут еще осталась парочка незаконченных дел, потому я здесь пробуду еще как минимум несколько часов. Будут вопросы – приходи. - Хорошо. Он, учтиво открыв перед ней двери, проводил взглядом её удаляющийся светлый силуэт, после чего затворил двери за королевой. Постояв на одном месте пару секунд, он перевел глаза на так и оставшуюся на столе стопку, после чего подошел к ней, мигом выхватывая из кучи первую попавшуюся книгу и открывая её на середине. Ему самому было интересно, как можно читать настолько быстро и не терять смысл прочтенного. Но почти сразу он понял, что это бесполезная трата времени, так как с каждой вычитанной строчкой общий смысл куда-то пропадал, оставляя место догадкам. Резко захлопнув книгу, он откинул её на место, тут же поднимая лежащее на столе перо, возвращаясь к заждавшимся его общества документам и контрактам. *** Там были тучи, большими вспученными башнями они бежали над замком – серые, розовые, цвета меди. Они наваливались на землю, выжимали, выдавливали от минуты к минуте все более душный, томительный жар. Под деревьями не было теней, и все подернулось перламутром, будто сбросив с себя очертания, вдруг перенеслось в вымысел. Эльза опустила голову, стараясь не разжимать век, потом прикрыла глаза ладонью. Она задвинула шторы, не давая возможности гнетущему пейзажу ворваться в её дом, и вернулась обратно в кровать, не забыв прихватить с собой по дороге оставленную на кофейном столике книгу. Удобно уместившись на белом матрасе, она укутала ноги в багровое одеяло и откинулась на воздушные подушки. Пляшущий на тонкой нити огонек свечи отбрасывал легкие блики на бордовую обложку трактата, таявший воск тяжелыми каплями скатывался на блюдце. Аккуратно проведя ноготками по выведенным на заглавии буквам «Exemplarisk regent»*, она бережно перевернула страницы, углубляясь в черные слова на белых листах. Написанная легким языком и без лишней вычурности, порекомендованная Хансом книга сразу пришла ей по вкусу. Принципы, описанные в книге, были актуальны и для их века, хоть и издана она была около сотни лет назад. «…Гражданам, высокое место в обществе которым досталось за деньги или было пожаловано в знак милости, легко приобрести власть, но удержать её труднее. В таких случаях государи всецело зависят от воли и фортуны тех, кому обязаны властью, то есть от двух сил, крайне непостоянных и неприхотливых…» «…Кровному владыке, чьи подданные успели сдружиться с господствующим семейством, гораздо легче удержать обретенную власть, нежели новому, ибо для этого ему достаточно не переступать обычая предков и впоследствии без поспешности применяться к новым обстоятельствам…» На этих строках дверь негромко отворилась, впуская внутрь спешно движущуюся фигуру короля, за которым хвостиком следовала пара горничных. Коротко кивнув жене, он без лишних слов направился в сторону ванной, уже по пути сбивчиво расстегивая пуговицы на своем жилете. Из запертой душевой послышался звук откручиваемых медных кранов, а следом - журчание воды, наполнявшей собой неглубокую ванную. «…В действительности нет способа надежно овладеть городом иначе, как подвергнув его разрушению. Кто захватит город, с давних пор пользующийся свободой, и пощадит его, того город не пощадит…» Когда через двадцать минут воду выключили, все стало тихо. И тишина размягчала мысли, давала расслабиться мыслью и телом. Далее из душевой вышли двое слуг, послушно становясь у входа в спальню. - Вам нужна наша помощь, Ваше Величество? – спросила одна из девушек, боязно поднимая голову вверх. - Нет, вы можете быть свободны, - на секунду отрывая глаза от букв, спокойно сказала Эльза. - Да, Ваше Величество. Услужливо поклонившись своей госпоже, обе девушки с необычайной синхронностью развернулись к двери и вышли в коридор, практически бесшумно захлопнув за собой двери. Ханс все еще оставался в соседней комнате, приводя себя в порядок. Сквозь тонкую щель между дверьми на кровать падала полоска янтарного света. «… Но если цель достигнута, если царь заслужил признание подданных и устранил остальных посягателей на престол, то он на долгое время обретает могущество, покой, почести и счастье…» Наконец, мужчина вышел в комнату, раздраженно шествуя в сторону постели, после чего сразу лег на свою половину кровати, томно выдохнув в подушку, и зажмурил уставшие глаза. Королева уже успела к нему привыкнуть за то проведенное с ним вечерами время, но бдительности у неё ни на каплю не поубавилось. И от неё не могло скрыться, что что-то изменилось в его обычно невозмутимых чертах, но вот что именно, она так и не поняла. - Ты в порядке? – осторожно спросила королева, странно глядя на короля, положив книгу на колени. Несколько страниц намертво замерли в вертикальном положении, словно их поддерживала чья-то невидимая рука. - Разве по мне видно, что что-то не в порядке? – не разжимая век, пробормотал он. - И все же? Тут он открыл глаза и, внимательно глянув на Эльзу, привстал на месте, выпрямляя спину. Эльзу всегда поражали такие вещи с картинами. Висят годами, затем, безо всякой причины, ни с того ни с сего падают вниз, бамс. Висят они себе там, на ржавом гвозде, никто их не трогает, а они в какой-то момент срываются, падая в раскрытые объятия пола камнем. В абсолютной тишине, все вокруг неподвижно, даже муха не пролетает, не беспокоя эту идеальную обстановку. Без какого-либо повода. Почему именно в этот миг? Неизвестно. Бамс. Возможно, гвоздь решает, что он больше так не может? Возможно, и у него, бедняжки, есть душа? И он принимает решения? Он долго обсуждал это с картиной, они были не уверены, стоит ли это делать, говорили об этом целыми вечерами, годы, затем они назначили день, час, минуту, миг, и картина рухнула. Или они оба знали это с самого начала, и все было согласовано? «Смотри, я постепенно ослабну через семь лет, для меня это нормально» «Тогда договариваемся на 13 октября» «Ладно, около шести?» «Сделаем это без четверти шесть» «Согласен» «Тогда спокойной ночи» «Спокойной» И спустя семь лет, 13 октября, без четверти шесть – бамс. Это одна из тех вещей, о которых лучше не думать, если не хочешь сойти с ума. - Через две недели я должен буду с альянсом отплыть из Эренделла с королем Густафом и вторгнуться в Берлин. Она остолбенела. Бамс. Единственное отличие в том, что у картины нельзя спросить, почему, а у Ханса – можно. - Что? Но ты ведь на троне всего неделю! - Это не освобождает меня от моих обязанностей. Резко захлопнув книгу, она отбросила её на стол, задумчиво закусив губу. Тихо чертыхнувшись, она начала кусать ноготь, отрешенно глядя в никуда. - Почему? Зачем ему это? – она отчаянно посмотрела ему в глаза, кривя губы. Она не хотела войны. Только её им как раз и не хватало. - Дабы субсидировать армию нашего короля, - спокойно сказал он. – Тилли слишком долго осаждал крепость Ней-Бранденбурге.** - Граф Иоганн, да? И какую ты будешь играть во всем этом роль? - В посланном мне письме говорилось, что если все получится, то на время войны королю должны будут перейти ключевые крепости Шпандау и Кюстрин, а также все ресурсы Бранденбурга. Я должен буду их удержать. Это должно будет заставить Тилли отступить или, по крайней мере, снять позиции на некоторое время. - Глуп тот король, что доверяет своё будущее и будущее своей страны бумаге. – Сухо процедила она сквозь зубы. Ей эта затея не нравилась совсем. Неопределенно кивнув, он схватил стоящую рядом чашу с водой и сделал один рваный глоток, после чего поставил на место, глухо выдохнув из себя воздух. Пальцы его немного дрожали, когда он подносил сосуд к пересохшим губам и обратно. - Зачем ты объясняешь мне все это? Военные стратегии - не женского ума дело, разве нет? - Я не имею права держать от тебя что-то в секрете, в особенности, если это так или иначе косвенно касается Эренделла. К тому же, разве тебе повредит эта информация? Слабо улыбнувшись его словам, она замолчала, слушая, как бьются стрелки в часах с каждой пробежавшей секундой. Она и не заметила, как успел ударить час ночи, и несколько подивилась этому факту, тут же почувствовав накрывшую с головой усталость. Но она еще не получила все ответы. - Сколько человек должны отправиться в бой? - Столько, сколько сможем завербовать. - Надолго? - Две-три недели. Может, дольше. Она поджала губы, рассеянно глядя на вышитые на одеяле разнообразные цветные узоры. Срок был слишком долгим. Она не сможет так долго удерживать власть, при этом правя королевством как подобает. Как Ханс. - Ты справишься и без меня, вот увидишь, - словно бы читая её мысли, ободряюще сказал он. - Ты просто не видел меня в деле, - горько хмыкнула она, осознавая свою безнадежность. А ведь она правда не сможет без поддержки короля. - Ты слишком строга к себе. - Ты не знаешь, о чем говоришь. - Ты просто недооцениваешь свои способности. Поверь в себя, как когда-то поверила в свою сестру. Вспомни, как ваша вера смогла одолеть зиму. - Правда? Да что ты обо мне знаешь? Думаешь, тем, кто проживает со мной в их родном королевстве, легко живется? Им некуда ехать. Они живут в страхе, здесь. В страхе передо мной. А как я могу ими повелевать, если никто из них не испытывает ко мне хоть каплю любви и уважения? Отстранено скрестив перед собой руки, Эльза опустила голову, так что еще немного влажные после душа пряди прилипли на вспотевший лоб. В висках барабанной дробью билась кровь, незаметно дергая её голову с каждым ударом сердца. Хотелось просто отвернуться на бок и отложить этот разговор куда-то далеко, запихнуть в самый дальний уголок её запыленного чердака и никогда не вспоминать. Она показала перед ним свою слабину. Снова. Не должна была, но показала. - Уверен, что ты не так одинока, как тебе кажется. На этих словах она взмахнула рукой, колющим дуновением морозного ветра задувая все свечи в комнате, покуда не осталась гореть только одна из них, та, что у подножья кровати, но и она резко погасла, окрашивая комнату в черные цвета ночи. Над ней к потолку поднималась тонкая лента из колышущегося на весу серого дыма. Перевернувшись на бок, спиной к Хансу, Эльза прикрыла глаза. _________ ОМГ. Новая глава. Спасибо Лета КС. Теперь я чаще "фейспалмлю" самой себе. Но без неё я бы не смогла, это уж точно. :) Такое чувство, что нормальные главы у меня выходят только через раз. * - «Образцовый владыка» (швед.). Название и книга вымышленные. Надеюсь, что переводчик меня не подводит, и я все написала правильно :D ** - Граф Иоганн Церклас фон Тилли. Весной 1631 года Тилли осадил крепость Ней-Бранденбург, обороняемую трёхтысячным шведским гарнизоном. Вообще-то исторические события развиваются в конце весны и в начале лета, но… Давайте сделаем вид, что все, что происходило в мультфильме – было только первыми днями самого жаркого сезонного периода. Окей?