An adventure as big as life itself

Вообще, весь февраль выдался довольно сложным и непонятным. Дело в том, что помимо обычного тура с группой, который сократился в феврале буквально до нескольких концертов, добавились еще награждения Джареда как лучшего актера второго плана за роль в Далласском клубе покупателей. Я частенько вспоминаю, как он переживал, прежде чем идти на Золотой глобус в январе, хоть и делал вид, что его это совершенно не интересует. Конечно же, интересует. Как любому актеру, ему важно, чтобы его оценили по достоинству. Представьте, какие эмоции ты испытываешь, когда спустя столько заслуженных ролей, тебя впервые начинают номинировать на награды различного уровня, причем среди них Премия Гильдии киноактеров США, Золотой глобус и даже Оскар. Он не был настроен на победу на Золотом глобусе, даже собрав все премии, на которые был номинирован до этого. Речь он, естественно, не приготовил. Джаред говорил, что таким как он не дают наград, но быть номинированным - это уже честь. Он крутился перед зеркалом, постоянно поправляя свою бабочку, и ходил из стороны в сторону, нервируя меня и Шеннона, который пошел на церемонию вместе с ним. И да, я долго смеялась над ними, когда после Золотого глобуса Шеннона назвали мужем Джареда. Увидев их лица, прочитавшие это в интернете, я смеялась так, что все стены в доме, по-моему, просто тряслись. В феврале Шеннон приболел, поэтому Джаред стал постоянно таскать меня на все мероприятия. Я пожелала Шеннону скорейшего выздоровления, сказав, что он обязан выздороветь до Оскара, чтобы они могли пойти туда вместе с Констанс. Так проходил весь февраль. Концерты, возвращение в Соединенные Штаты, различные церемонии награждения. Джаред частенько пропадал на интервью, возвращаясь домой уставшим. Но каждый раз должен был возвращаться обратно к журналистам, на красную дорожку, улыбаться под постоянные вспышки фотокамер. Приходя домой, Джей с довольной улыбкой ставил очередную полученную за роль второго плана награду к остальным, на кухонный подоконник. И только глаза выдавали усталость. Я искренне не любила ходить с ним, причем всегда ему говорила об этом. Я привыкла оставаться за камерой, поэтому попадать под вспышки фотокамер и улыбаться для журналистов для меня - настоящая проблема. Мне кажется, они выпивают из меня все соки. Так было и сегодня. Проснувшись утром, я заметила, что Джареда дома нет. Это было странно, ведь он не говорил, что утром у него будет интервью. Помню лишь то, что какое-то мероприятие вечером. Сладко потянувшись, я сходила в душ и отправилась завтракать. Пока я наливала себе кофе, домой вернулся Джаред. - Завтракаешь? - Ага. А ты где пропадаешь с самого утра? - Утро? У нормальных людей давно обед. - Не вижу здесь нормальных. - Не важно. Кэролин… Можно тебя кое о чем попросить? - Смотря о чем. Джаред поставил передо мной коробку, размер которой был чуть больше обувной, и пододвинул ее ближе ко мне. Я отодвинула от себя кофе, с любопытством рассматривая коробку. - Что это? - Открой. - Это мне? - Да. Я открыла коробку и увидела в нем шикарное черное кружевное платье от Эли Сааб. Я тяжело вздохнула и посмотрела на Джареда, который стоял, опустив голову вниз, напоминая тем самым провинившегося котенка. Я знала, чего он хотел. - Джаред… - Кэролин, я знаю, что ты хочешь сказать. - Ты же знаешь, что я не переношу эти мероприятия. - Просто я хочу, чтобы ты пошла со мной. Ты же знаешь, я должен, это часть моей жизни. - Знаю, но… - И мне нужна самая красивая девушка рядом. - Да? Тогда прости. Тебе придется идти с какой-нибудь моделью из «Виктория Сикрет». Джаред засмеялся и подошел ближе, приобнимая за плечи. - Просто примерь. Если оно тебе понравится, то ты пойдешь со мной сегодня, окей? - Джаред, так не честно. Ты же знаешь, что оно мне уже нравится. - Тогда прости, у тебя нет выбора. - Джаред… - Кэролин, пожалуйста. Я знаю, что тебя бесят эти фотокамеры, эти натянутые улыбки и литры кислого шампанского. Они раздражают тебя не меньше, чем меня. Я хожу на премии, думая о том, что ты ждешь меня дома, хотя могла бы быть рядом со мной. И каждый раз чувствую себя не в своей тарелке, чувствую себя чужаком, хочу просто сбежать. Мне нужна твоя поддержка. - Ладно. Только если ты пообещаешь, что не будет никаких ярких фиолетовых туфель, никаких повязанных рубашек. Я тоже хочу, чтобы со мной был самый красивый мужчина. - Обещаю даже нацепить бабочку. - Лучше бы побриться пообещал. Я легонько чмокнула Джареда в колючую щеку, допила свой кофе и, схватив платье, помчалась к зеркалу.