Шутки Фатуум

Найдя для ребенка няньку «на время», я несколько дней рылся в местной библиотеке в поисках карт и информации о биологии всего живого в этом мире. Юный эльф подал мне замечательную идею, которую я планировал осуществить. Если я не мог править местным селением, и никто не планировал учить меня магии, то я мог научиться ей и воинскому делу сам, сбежав за пределы в нужном месте. Но тут вставал вопрос, где нет людей? Новых, незнакомых эльфов, я вполне мог ввести в заблуждение. Но вот снова попадать в лапы людей мне совсем не хотелось. Я так же периодически следил за выходом за пределы селения, пытаясь понять, в какое время выходящие не сталкиваются с людьми и есть ли в этом хоть какая-то закономерность. Но в итоге все оказалось практически бесполезным. Упоминаний о близнеце Домиуса так же нигде не было, как и о временах, когда в этом мире существовали женщины. Местный библиотекарь, имени которого я не знал, сказал, что до скрывающей магии на селение был набег людей, который уничтожил почти все. Об этом и том, как Домиус остановил их и стал главой почти книга была написана. Так же в ней было указано, что до всех событий Домиус был только магом сада, который не подавал особых надежд и ни разу не бывал в бою. Выходило, что Домиус ни с того, ни с сего, вдруг одолел целую армию людей силами растений, и научился воинскому искусству. Как-то в голове не укладывалось. Слишком резкий переход от садовника к правителю. Неужто всего кучка погибших так на него повлияла? Во всяком случае, кроме «бесчисленных погибших или пострадавших эльфов», ничего указано не было. Никаких близнецов Домиуса и в помине не было. Вывод о том, что к концу сражения в селении осталось меньше сотни эльфов, которые и восстановили все вокруг, казался нереальным. Изучая все окружающее и всех жителей, я обнаружил не меньше пары тысяч эльфов. Выходит, что всего за тысячелетие они нашли столько младенцев? Плюс погибшие в бою? Что-то тут не сходилось. Но что именно, я не знал. Эльфы, как они меня заверяли, не врали. Но все перечисленное в книге больше походило на рукопись фантастического романа, не иначе. Чем дальше я пытался что-либо понять, тем больше мне казалось, что правду я получу только после воскрешения черноволосого Домиуса или после того, как сам Домиус на себя заклятья правды и болтливости наложит. Из учета невозможности последнего, оставалось только первое. Здесь вариантов было мало. Только человеческие некроманты, живущие на мертвых землях. Но если верить Ринису, то они меня замучают до смерти раньше, чем я успею хоть что-то сказать, попросить или сделать. Оставались только озерные эльфы, если, конечно, их озера меня не прикончат по пути. Я уже пытался обмануть ручей в селении, проходя мимо в балахоне, с перемазанными сажей волосами и прочими уловками из нынешних возможностей. Все было без толку – стоило мне приблизиться к берегу, и вода угрожающе разверзалась, как готовый к нападению хищник. По итогу, не придумав ничего лучше, я своровал из кузницы лук, колчан стрел, меч и пару кинжалов. Так же я припас балахон, скрывающий меня с головы до пят. Оставалось только ждать. Чего? Я думал, что возможности последовать за какой-нибудь группой или что-то вроде того. Только вот охранник местного выхода никуда меня не выпускал по приказу Домиуса. Чертовому тирану что-то от меня было нужно, не только перевоспитать того мальчишку. К Ринису, кстати говоря, я с тех пор не приходил. Может меня пугали его слишком взрослые и в то же время наивные взгляды на жизнь, то ли просто было стыдно за содеянное. Извиняться я никогда не умел. Да и не зачем мне было. Вместо извинений я давал деньги, отпускал семью или отправлял в больницу. И это самое лояльное, что я делал вместо извинений. Иногда я убивал всю семью, а потом и не согласного со мной человека. Так было нужно. В мире мафии если тебя не боятся, то ты ничего не стоишь. И в первую очередь трястись за свою жизнь должны друзья и подчиненные. Это препятствует предательствам. А потом тряслись враги от того, что я делал с людьми из их жизней. Но что мне делать с эльфенком? Тут даже старые инстинкты не работают, ведь у него нет родных, а друзья – селение, которым я не прочь завладеть. Да и, как говорится, «не кусай руку, которая тебя кормит». Я мог только изучать местных, набираться знаний, и готовиться к побегу. Да и попыток обмануть ручей я не оставлял. Вот и до сих пор хожу мимо на безопасном расстоянии. Если мне все же удастся сбежать, не смотря на книжную выносливость эльфов, мне рано или поздно захочется пить. Если я не могу усмирить местный ручей, не нападут ли на меня остальные ручьи, озера и реки? Если так и местная планета так же полна морей и океанов, то я крупно влип. Я поднял с земли камень и кинул в воду. Ничего не произошло. Я попытался молить ручей о прощении, но до меня быстро дошло, что я прошу прощения у обычной водички. Реакция последовала незамедлительно и мой камень отстрелил в меня же, сбив с ног. Как бы эльфов не восхваляли за выносливость, от подобного полета явно останется синяк на паре мест. – И как вы все думаете только о других и общаетесь со всякой хренью? Так же и свихнуться недолго. – проворчал я ручью. Тот никак не отреагировал на мои слова. Да и чего я ожидал? Это же просто вода. Ну колданул я с ней случайно, что с того? От этого у «аш два о» мозги не появятся. Поэтому я, пожав плечами, вернулся к себе. Помимо оружия и плаща, я все же стащил у Домиуса все драгоценности, до которых смог дотянуться. Кто знает, вдруг мне удастся выменять их на еду у какой-нибудь дружелюбной магической твари? Этого нельзя исключить. Но, надев сумку с краденым и меч на пояс и балахон на плечи, я напоминал себе бродягу с белыми волосами. Немного пошуршав с капюшоном, я по-прежнему палился с почти белым лицом, белыми бровями, ресницами и сверкающими радужками глаз. Я и сам не знал, почему они не просто белые, а какого-то странного цвета, с синеватыми крапинками по краям. Может всему виной тот старик? Прицепив для надежности лук и стрелы на плечи, а кинжалы спрятав в сапоги, я только придал себе психоватого вида. Я сам себе напоминал постановщика средневекового боя, переборщившего со всем, с чем только можно. Страдальчески вздохнув, я скинул капюшон и снял с себя лук и колчан стрел. Какой в них смысл, если я и стрелять-то из лука не умею? Или умею? Взяв лук, я достал одну из стрел и попытался натянуть тетиву. Но либо я такой слабак, либо лук заколдован, но мне это не удалось ни на сантиметр. Упрямство не имеет границ и я сел на пол, уперевшись ногами в древко и взявшись за тетиву со стрелой обеими руками. Стало получаться натягивать, но до острия было еще далеко, да и стрелять из такого положения врят ли будет удобно. Честно говоря, если бы кто из моей прошлой жизни увидел меня в подобном положении, он бы долго давился от смеха. Но у меня была цель – натянуть тетиву и попробовать выстрелить. Этакий детский интерес. Мне оставалось еще совсем чуть-чуть… еще сантиметров 10 до нормального натяжения… 5… почти… Резкий грохот на улице заставил меня выпустить добычу. Стрела вписалась в стену, а лук отлетел в окно, но меня это не волновало. Я подлетел к окну, но смог увидеть только то, как эльфы бегут куда-то. Любопытство и ощущение того, что стряслось что-то действительно серьезное, заставили на всех ногах рвануть на поиски источника грохота. Или шума? Напоминало то ли водопад, то ли цунами, то ли водный смерч, не иначе. Что с этим проклятым ручьем снова не так? Но, вылетев из замка, мне расхотелось принимать участие во всеобщем… чем-то… Ручей подлетел, образовав сферу, внутри которой кто-то был, а всех, кто пытался приблизиться, он просто отшвыривал в разные стороны. Даже Домиус явился на всеобщее представление, но меня не заметил. Тут до меня дошло, что это и есть мой шанс. Пока все заняты вызволением кого-то из водной ловушки, на меня никто не обратит внимания. А еще у меня на руках все, с чем я планировал побег. Кроме лука и стрел, но за ними возвращаться было некогда, да и незачем. На сбор припасов времени так же не было. Не надеясь на успех, я помчался против толпы. Едва не сбиваемый с ног, всеми толкаемый, я мчался к пустым воротам. Я видел одного из охранников в толпе, так что выход должен быть открыт. Только бы никто не остался на страже. Преодолев большую часть расстояния почти не дыша, я выдохнул с облегчением от вида пустых ворот. Даже дерево с изумрудами никто не охранял. Прихватив парочку в сумку с сокровищами Домиуса, я дернул за ручку. Заперто. Матерясь на все лады, я пинал дверь, не имеющую замков и понимал, что моя свобода снова от меня ускользнула. Подобного отчаяния, когда почти все получилось, но в самом конце казалось фиаско, я еще в жизни не испытывал. Я даже стал говорить с воротами, молить их выпустить меня. Прыгать на них с разбегу и долбиться. Отчаявшись основательно, я просто сполз по ней, ощущая себя в клетке Домиуса и бормоча себе под нос: – Черт! Выпустите меня! Ну пожалуйста! Откройтесь, врата! Там, где я буду подальше от людей и смогу сбежать! Отпу… – не успев договорить, я выпал куда-то за ворота. Не свой от счастья, я успел заметить только слабое свечение из сумки, но не придал этому значения. Я вырвался! Пусть даже падаю куда-то. Долго падаю… И летать не умею… Я же не со скалы сорвался?!..