Мой шанс любить и быть любимым

«Он заберет тебя… вместо долга. Сделай это… ради нас, ради своей семьи. Сын, мое больное сердце… Я не знаю, сколько мне еще осталось… Пойми же нас! У меня не было другого выхода…» Роковые слова слишком легко слетели с губ Алекса Каваллини в день семнадцатилетия Геры. Слова, перевернувшие весь его мир: всего год и он станет собственностью Себастьяна Фиорентино… Почему он.. Почему не Лео, не Кевин, а именно он?! Младший Каваллини... Гера всегда находился в тени своих старших братьев, не привлекал особого внимания и, насколько возможно, держался подальше от любовницы отца, всегда смотревшей на него со скрытым чувством ненависти и омерзения. Словно он какой-нибудь… выродок! В такие минуты ему было страшно даже находиться с ней в одной комнате. А причину такой злобы женщины так и не смог найти, а тем более понять, как отец позволил ей жить в их доме! Может, именно она уговорила Алекса согласиться на эту дьявольскую сделку, предложенную Себастьяном?! Два дня назад Гере исполнилось восемнадцать лет. Кажется, вот именно сейчас он имеет полное право начать самостоятельную жизнь, но… все его надежды сгинули в один миг, стоило только увидеть серебристый лимузин возле дома и понять, что за таинственный гость находится в кабинете его отца. – Он приехал, – эти слова снова и снова отдавались эхом в мозгу юноши, когда его вели в полумраке коридора телохранители отца. Боже, какое унижение! Неужели отец перестал ему доверять? Год назад Гера дал свое согласие, так к чему этот конвой? Унизительно, противно… Ощущение нереальности происходящего все больше захватывало его мысли и не оставляло ни на минуту. Пройдя в кабинет, где, казалось, напряжение наэлектризовало все окружающее пространство, осторожный взгляд юноши мгновенно остановился на темном высоком силуэте, неподвижно застывшем у окна. Стоило мужчине повернуться и он почувствовал, как сердце замерло, а гневные слова, которые он так мечтал высказать ему в лицо, застряли в горле. Всемогущий Себастьян Фиорентино стоял перед ним, как всегда мужественный, почти двухметрового роста, безупречно одетый, изысканный, утонченный и… невероятно холодный. - С совершеннолетием тебя, Гера. Я приехал забрать тебя. Ты уже собрал свои вещи? – Как… Прямо сейчас? Я думал, что у меня есть еще время… - тихо пробормотал Гера. Себастьян слегка нахмурил черные брови и внимательно осмотрел свою дрожащую собственность. - Я предупредил твоего отца о своем приезде два дня назад, - непроницаемые темные глаза, казалось, впились в бледное лицо парня. - Мы уезжаем через двадцать минут. Как видишь, у тебя нет времени. Дрожь бессильного гнева пробежала по стройному телу юноши. Гера резко поднял голову, синие глаза гневно сверкали из-под длинной челки. - Нет! Двадцать минут?! Я узнал, что вы приехали только час назад! Час! – он отвернулся от Себастьяна и бросил умоляющий взгляд на седовласого мужчину, сгорбившегося в черном кожаном кресле. – Почему вы не сказали мне, отец?! - Себастьян, послушай… - подал голос тот, слегка приподнимаясь с места и держась одной рукой за сердце. - Мне плевать, Алекс, - в голосе Себастьяна зазвучали стальные нотки. Тревожно обернувшись, Гера увидел ледяной взгляд черных глаз, направленный на его отца, от которого по спине побежали мурашки, внутри опять все сжалось, а к горлу подступила тошнота от предчувствия неотвратимо надвигающейся катастрофы. Все напоминало жуткий кошмар. – Пойди же хоть на какие-нибудь уступки… – опять начал Алекс. – С какой стати? – в этом вопросе заключалось столько унизительной насмешки, что пожилой мужчина сразу замолчал. – Немедленно поднимайся в свою комнату и собери только самое необходимое, - тихо, но властно приказал Себастьян юноше. - Через десять минут ты должен быть внизу, в холле.

* * *

Спускаясь по ступеням огромного особняка, Гера от испуга так вцепился в свой желтый рюкзак, что костяшки пальцев побелели. "Что теперь будет?" – горько думал он. Кровь стыла в жилах при одной мысли о том, с какими испытаниями придется столкнуться в ближайшее время. Он знал достаточно много о Себастьяне как об успешном бизнесмене, обладающем огромной властью, как о владельце баснословного богатства, но… как о человеке – ни-че-го! - Ты готов? - мужчина окинул угрюмым взглядом бледное, напряженное лицо парня, который спускался по лестнице в светлых джинсах и свободной белой рубашке. Гере вдруг захотелось убежать, но стоило сделать движение, как твердая рука сразу же остановила его. Парня охватило странное смятение. Он как завороженный посмотрел на мускулистую руку, схватившую его за запястье. Светлая кожа юноши сильно выделялась на фоне золотисто-смуглой кожи Себастьяна. – Куда это ты собрался, малыш? – Какой я вам малыш?! – возмущенно воскликнул Гера и попытался освободить свою руку. - Я хочу попрощаться с отцом! – Нет! Ты не пробудешь в этом доме ни минуты больше, - мужчина буквально выволок его из дома. - Как же я вас ненавижу! - прошипел юноша. С подчеркнутым равнодушием Себастьян проигнорировал его гневное заявление. Как только машина отъехала от дома, он взялся за телефонную трубку. Чувствуя себя как никогда несчастным и одиноким, Гера молча уставился в окно. Он хотел разобраться в происходящем и заставить себя собраться с мыслями. - Я тебе уже советовал успокоиться! - с убийственным спокойствием вдруг промолвил Себастьян. - Я не думаю, что ты многое потерял, не попрощавшись со своей лживой семейкой! Твой отец за этот год палец о палец не ударил, чтобы спасти своего сына. Им всем на тебя наплевать, Гера! Парень смотрел на мужчину широко раскрытыми глазами: – Как вы смеете говорить такое о моей семье? - Твой отец… злобный старый ублюдок, - с плотно сжатых губ мужчины слетел короткий невеселый смешок, - не пожалевший тебя, чтобы спасти собственную шкуру. Да, он предлагал мне и деньги, и свои акции… Хочешь знать, почему я отказался от всего этого? Твой отец заработал огромное состояние, разбивая чужие жизни. Боже… Этот паразит пытался любыми способами раскрыть людские тайны. Ты даже не представляешь, на какие баснословные деньги разводил своих жертв Алекс. А сколько у него еще припрятано грязных тайн! Это словно бомбы с часовым механизмом, которые только и ждут своего часа… А самое мерзкое в этой истории знаешь что, Гера? Когда Алексу стало понятно, что его безбедная жизнь висит на волоске, знаешь, что он сделал? Он сам предложил тебя взамен своего долга! – Вы лжете! – Гера едва шевелил бескровными губами. Он чувствовал, что еще минута, и он потеряет сознание. - Это же мой отец! Это неправда! Он не мог поверить в страшное преступление, в котором Себастьян обвинил его отца. Разум просто отказывался понимать происходящее. Кто заложит родного сына взамен долга?! Это все гнусная ложь, направленная на то, чтобы Гера возненавидел Алекса. - Ну, признай же… - проговорил Себастьян бархатным голосом, просверливая блестящими темными глазами парня, казалось, насквозь. - Твоей семье всегда было наплевать на тебя. Разве отец не считал тебя обузой? Когда ты последний раз видел своих братьев? Неужели они настолько слепы, чтобы не замечать, как любовница вашего отца издевается над тобой? Она ведь и била тебя?! Ты слишком хрупкий и тихий, чтобы быть способным дать отпор такой женщине! А, может, ты привык и к этому? Хоть кто-нибудь из твоих родственничков видел в тебе личность, имеющую право на собственные чувства, желания и взгляды? Отвечай мне! Ногти Геры с силой впились в ладонь. И боль убедила его, что этот кошмар все еще продолжается. Откуда Себастьяну все это известно?! - Ну, конечно! Давайте! Обвиняйте во всех смертных грехах мою семью! - Гера, успокойся!- нетерпеливо рявкнул мужчина. - Почему… почему тогда вы с-согласились, - с трудом выдавил из себя парень, дрожа всем телом, – на эту дьявольскую сделку? Чем вы лучше моей семьи после этого? Что вам надо от меня? - Знаю, что это ранит твою гордость, но поверь мне, Гера, со мной тебе будет лучше. У меня были связаны руки до твоего совершеннолетия, но теперь… теперь никто из них не посмеет пальцем к тебе… - Что?! Да кто вы такой, что с вами мне будет лучше, чем со своей семьей?!- дрожащим голосом перебил парень. Думать становилось невыносимо. Он чувствовал, что начинает задыхаться. - Гера! Охваченный паникой, Гера с силой вжался спиной в кресло. Ему хотелось закричать, ударить мужчину, но он чувствовал, как силы покидают его. Смуглое лицо Себастьяна начало расплываться перед глазами, тяжелые веки сомкнулись, и на него спустилась спасительная темнота.