Мой шанс любить и быть любимым

Гера лежал с закрытыми глазами. Этот день, наполненный невероятными событиями, он не забудет до конца своих дней, а ведь еще он даже и не закончился. «Мой отец оказался шантажистом!» «Алекс обманом добился от него согласия!» Такое может пригрезиться только в кошмарном сне… Некоторое время спустя Гера приоткрыл глаза. Ему было нехорошо, сильно кружилась голова. Обессиленный, он склонил вбок казавшуюся неимоверно тяжелой голову и сразу же заметил Себастьяна, стоявшего у раскрытого окна. Его сухощавое, сильное тело было напряжено как натянутая струна. – Ну и где я? – шепотом спросил Гера. – Ты потерял сознание и сейчас находишься дома, - быстро проговорил мужчина, подходя к кровати. - В моем доме, - добавил он, когда заметил промелькнувшую искру надежды в мальчишеских глазах. – Да? И зачем я вам? – на Себастьяна посмотрели яркие синие глаза, наполненные болью и отчаянием. – Решили наказать меня за грехи отца, превратив в дорогую игрушку? Будете играться со мной, пока не надоем? – Фиорентино, устало вздохнув, присел на кровать поближе к нему. Удивленный Гера поспешно отвел глаза. - Или вы с отцом все же оговорили срок моего рабства? Неожиданно Себастьян протянул руку к его лицу, по-хозяйски провел пальцем по слегка пухлой нижней губе и натянуто улыбнулся, ощутив, как его прикосновение заставило потеплеть нежную кожу. - Ты для меня не игрушка, Гера! Что ж, слушай… В день твоего семнадцатилетия я был в вашем доме. Алекс пригласил меня с надеждой все уладить миром, но у него опять ничего не вышло. Я был в сильном гневе и не желал находиться там больше ни минуты, обещая уничтожить как его, так и всю семью Каваллини, как вдруг… – с грустной усмешкой протянул Себастьян, - увидел тебя. Ты стоял в центре гостиной в окружении своих друзей и принимал подарки. Такой доверчивый и открытый… - мужчина откровенно разглядывал Геру, и юноша чувствовал себя от этого взгляда очень неловко. Опушенные густыми ресницами черные глаза скользили по мальчишескому телу, раскрасневшемуся лицу, задержавшись на пару секунд на губах. - Как и теперь… смущенная улыбка, порозовевшие щечки, а огромные синие глаза так и пожирали огромную коробку конфет, будто неделю не ел досыта! - Очень смешно, - сквозь зубы бросил Гера, невольно еще больше заливаясь краской. - Ты так крепко обхватил ее своими ручками, словно сейчас у тебя ее отберут. Я не мог отвести от тебя глаз! - Еще скажите, что это была любовь с первого взгляда, - обвиняющим тоном прошептал юноша. И вдруг резко закрыл глаза, отчего-то боясь посмотреть в лицо Себастьяна. Чувство странной неловкости вмиг захватило его. – Не закрывай глаза, - с нажимом произнес мужчина, но голос прозвучал очень ласково. Его длинные пальцы приподняли подбородок Геры. Тот осторожно поднял ресницы и увидел напряженный взгляд черных глаз склонившегося над ним мужчины. Себастьян слегка нагнулся, и ноздри парня раздулись, вдыхая мужской запах – чистый, свежий… горячий. Ох, до чего же странные ощущения!.. Все чувства в один миг обострились. Подрагивание пушистых ресниц выдавало его смятение. Подсознание некстати шепнуло – страха к этому гиганту, которому он, наверно, не доставал даже до плеча, не было. - Разве можно в такого, как ты, не влюбиться? – еле слышно прошептал Себастьян. Не веря своим ушам, Гера уставился на него широко раскрытыми глазами. Сердце подпрыгнуло и бешено заколотилось у самого горла. – Это такая шутка? Не может быть, чтобы вы говорили это серьезно… – пересохшими губами пробормотал юноша. Горло так сдавило, что он тщетно пытался проглотить слюну. - Неужели похоже, что я шучу с тобой? - Это не может быть правдой! Вы ничего обо мне не знаете, так же как и я о вас! - Не сомневаюсь, что ты ничего не знаешь обо мне, а Алекс только пугал тебя, но у тебя теперь будет достаточно времени, чтобы узнать, что я за человек. И знай, что я не упущу своего шанса любить и быть любимым… - Быть любимым?! – Гера задохнулся от возмущения. - Не обольщайтесь! Не боитесь, что вместо любви получите к себе только ненависть? Причин вас ненавидеть у меня предостаточно! - Нет, не боюсь, ведь это лучше, чем равнодушие, - промолвил Себастьян, пристально наблюдая за парнем сквозь опущенные черные ресницы. И вдруг пальцем раздвинул его губы и нежно провел внутри рта. Гера непроизвольно вздрогнул и снова опустил веки. Это было самое изощренное прикосновение в его жизни, вызвавшее целую бурю непонятных чувств в неискушенном теле. Яркий румянец заиграл на щеках юноши. Себастьян рассмеялся, наклонился к уху парня и едва слышно прошептал: - Завоевывать тебя будет одно удовольствие… – Псих, – заикаясь, выдохнул Гера. - Тебе надо выспаться, малыш, и набраться сил. Спи спокойно, - нежно сказал мужчина, поднимаясь с кровати. Как только за ним дверь закрылась, Гера ощутил огромное облегчение. Он быстро натянул на себя простыню и свернулся под ней калачиком, прижав колени к подбородку. Голова до сих пор кружилась при воспоминании о прикосновениях Себастьяна. Как же Фиорентино все закрутил лихо! Сначала разговор между ними легко можно воспринять как объявление войны, как вдруг… как вдруг тот чуть ли не признался ему в любви! Признался и просто ушел! А он тут лежит и переживает из-за этого… Нет-нет, все это расстроенные нервы и последствия сильного шока, поспешно решил парень. Завтра будет новый день и ему действительно необходимы силы, чтобы противостоять этому… этому тирану!