Escape

Та же суббота Рей и Дилан Рей вышел из душа и прошел в спальню, на широкой кровати в которой возлежал — по-другому не скажешь — потрясающий парень, которого он вчера столько раз брал, но хотел еще и еще… Рей забрался на кровать, провел ладонью по гладкой спине, от шеи к ягодицам. Бархатная кожа отзывалась на прикосновения радостным теплом, заставляя касаться еще и еще, не отрываясь. Парень лежал на животе, подложив руки под голову и по-хозяйски раскидав ноги. Рей устроился за ним и что-то вдруг заставило его наклониться, уткнувшись носом ему в шею, а после этого, вдохнув аромат молодого тела, он почувствовал прилив возбуждения, жарким огнем прокатившегося по телу. Еще один вдох, и налитый кровью член устремился вверх, совершенно отчетливо демонстрируя свои желания. Что это? Что за запах? Почему он действует, словно виагра? Рей вдыхал аромат парня, не мог насытиться им, хотелось больше. Провел языком по шее, почувствовав, как парень медленно просыпается. Прикусил мочку уха, вбирая в себя все оттенки аромата этой мягкой кожи. После вчерашнего душа запах парфюма смылся, не оставив и следа, стерся даже из памяти, и теперь Дилан пах только собой, своим родным человеческим запахом, который возбуждал в Рее совершенно ясные желания, не отпускал его. Он просунул ногу между его бедер, провел рукой по гладкой коже, уводя ее к животу, спустился ниже, отмечая, что его действия не оставили парня равнодушным. Его член также стоял, и брюнет, сжав его в руке, провел ею вниз-вверх, одновременно потираясь своим разрывающимся от желания членом о его ягодицы, отмечая, что дыхание нижнего сбилось, и он вжался в подушку, сжимая пальцами ее край. — Хочу тебя, — выдохнул Рей, заметив, что запах усилился, заполняя его, кажется, до краев, окружая, сводя с ума. — Можно? — кажется, он умрет, если Дилан откажет. Просто перестанет существовать без возможности удовлетворить свое желание… — Дааа… — протянул Дилан, после чего Рей, достав из-под подушки презерватив, торопливо надел его и, поспешно подготовив, погрузился в его глубокую тесноту, прикусив губу, чтобы не застонать в голос от удовольствия. Все внутри него пело, наслаждаясь моментом проникновения, можно было, наконец-то, выплеснуть наружу все желание, которое накопилось в возбужденном теле. В отличие от него Дилан не сдерживался, застонав под ним и подавшись назад, к нему, чтобы почувствовать еще глубже, еще плотнее. Рей подался назад, выходя из него, и снова толкнулся вперед, выдохнув от удовольствия в унисон со стоном парня, и больше не мог остановиться, двигаясь вперед и назад, снова вперед, и снова назад… Бесконечный поток удовольствия, блаженства, на грани сознания, ощущая отклики партнера, чувствуя — слыша — как ему хорошо под ним, как он стонет, замечая, как сжимает и разжимает край подушки, как распахиваются губы, чтобы издать потрясающий стон, как выгибается, чтобы принимать глубже, вскидывается назад, извивается, даря оглушительные минуты наслаждения, вознося до небес, сжимая в момент оргазма, с протяжным криком унося за собой на вершины блаженства… Рей лежал на нем, его грудь учащенно вздымалась и опускалась, в памяти он раз за разом переживал этот момент бурного наслаждения, переплетя пальцы с пальцами партнера, зарывшись носом ему в волосы. — Ты потрясающе пахнешь… — не без труда проговорил он, — со мной никогда такого не было… Послышался смешок, и в следующее мгновение Дилан перевернулся на спину, чтобы иметь возможность видеть его. — Поэтому я и пользуюсь тем одеколоном. Он заглушает мой запах, который привлекает всяких извращенцев, — на его губах плясала довольная улыбка. — Я тоже извращенец? — с улыбкой спросил Рей. — На мое счастье — да, — губы растянулись шире, и тот, подавшись к нему, поцеловал влажные губы, после чего бессильно повалился обратно на кровать. — Я бы не отказался от чашки кофе в постель, — обратился он к брюнету. — Я тоже, — усмехнулся тот. — Но мы ведь у тебя дома, ты и готовь. — Ты мог привезти меня к себе, никто не заставлял ехать ко мне. — Ты же сам предложил, не отнекивайся теперь. К тому же, я даже не знаю, где у тебя кухня! — А я подскажу: прямо напротив спальни, далеко ходить не надо. — Я так и знал, — трагично произнес Дилан. — Ты один из тех бесчувственных парней, которые сначала пользуются наивностью невинных мальчиков, а потом безжалостно бросают их на произвол судьбы в своих огромных квартирах. — Да тебе бы в театре играть… — на полном серьезе произнес Рей. А он-то поначалу купился, и только потом заметил шутливый блеск в глазах красавчика. — А, может, я там и работал, пока не уволился? — со смешком спросил Дилан. — Тогда театр многое потерял. Из тебя вышла бы отличная Анна Каренина. — Дездемона тоже отличная была, — ответил Дилан. — Я с тобой с ума сойду! Тебе слово — ты в ответ десять! — Тебе это нравится? — похотливо улыбнулся Дилан, придвинувшись к нему. — Не определился пока, — улыбнулся Рей. Врал. Нагло врал. Нравится? Да не то слово! — В душ пойдешь? — А ты со мной? — Вообще-то, я там уже был… — А за компанию? А после этого приготовим друг другу кофе, чтобы никому обидно не было, что скажешь? — спросил Дилан, проведя серию коротких поцелуев от плеча Рея к его подбородку. — Думаю, придется согласиться, — улыбнулся тот, ловя его губы, чтобы слиться с ним в долгом поцелуе. — Хочешь, я тебя помою? — предложил Рей, выдавливая на мочалку гель для душа. — Хочу, — отозвался Дилан, улыбаясь, и развел руки в стороны, — я в твоем распоряжении. — Тогда не вздумай жаловаться, — глаза брюнета недобро сверкнули, он помял мочалку в руках, распределяя по ней пену, и прикоснулся к подставленной груди, проведя по ней. — Аааа! — Дилан отскочил от него к стеклу. — Да она как наждачка! Рей довольно улыбнулся. — А твоя кожа привыкла к более нежному обращению? — спросил он, приближаясь к нему. — Конечно, к ласкам и поцелуям, — ответил Дилан, недобро косясь на мочалку и в следующую секунду выхватывая ее из рук парня, отталкивая того к дверцам и прижимая к ним своим телом. — Да, давай подеремся из-за мочалки, отличная идея, — усмехнулся Рей. — Просто замечательная! Кто выиграет, получит задницу другого, — воодушевленно произнес Дилан, отступая от него на шаг. — Далась тебе моя задница, — принял вызов брюнет. Сделал шаг в сторону, пара неуловимых движений, которых Дилан даже не заметил, и вот он уже прижимался щекой к дверце с заломленной за спину рукой. — Да ты и вправду меня недооцениваешь. А зря, — поучительный тон казался Дилану просто издевательским. Но он снова принял поражение, раздраженно глотая воздух. — Да я уже понял… — отозвался он, позволяя шоркать себе спину, морщась поначалу, а после даже входя во вкус. — Если мне это нравится, я мазохист? — Можешь думать так, если тебе нравится, — откликнулся Рей. — Только я не любитель садо-мазо. — А жаль. Можно было бы поприкалываться. С хлыстом и кляпом, что скажешь? — Пробовал уже? — Нет… не пробовал… пока. Подходящей кандидатуры не нашлось. — Хочешь со мной? — Можно было бы… так, для расширения общего кругозора. Рей хмыкнул. — Можно будет подумать над этим на досуге. — Окей, — сказал тот, поворачиваясь к нему лицом. — Трахать меня будешь? — Твое ненасытное тело требует новый раунд? — Требует-требует… — Дилан обвил его плечи руками, притягивая к себе. — И я умею проигрывать достойно. — Ну, раз так, — предвкушающе улыбнулся Рей, роняя на пол мочалку и положив руки ему на поясницу, чуть надавливая пальцами.

* * *

Рею пришлось одолжить ему свою одежду, повезло, что они были одного роста, и они, одевшись, переместились на кухню, где принялись, пихаясь, мешать друг другу варить кофе. Никто из них этого не умел, но повыпендриваться друг перед другом, раздавая советы направо и налево, оба были не прочь. В итоге турка полетела в мусорное ведро, а напиток был вылит в раковину, и пришлось довольствоваться растворимым. Дилан стоял за раковиной и мыл кружки, а Рей не мог отвести от него глаз. Дилан потянулся, чтобы поставить кружку на верхнюю полку, его гибкое тело выгнулось дугой, по руке от пальцев заскользили капельки воды, прячась в складках одежды… Не устояв, Рей подошел к нему сзади и обнял за пояс, уткнувшись носом в шею, вдыхая потрясающий аромат, насыщающий легкие воздухом, а кровь — желанием. — Я снова тебя хочу… — выдохнул он. Потерся о его ягодицы выступающим пахом, подтверждая свои намерения. — Так ты меня совсем заездишь, милый… — Дилан обернулся. — Я не виноват, что ты так обалденно пахнешь… — пальцы переместились на ягодицы, губы заскользили по мягкой чувствительной коже шеи, даря легкие поцелуи. — Тебе придется дать мне какой-то одеколон, иначе это безумие никогда не пройдет. — Потом, — Рей прикусил мочку его уха. — Сейчас у меня совсем другие планы… Хочешь прямо здесь? — Погоди, у меня есть к тебе предложение. — Слушаю, — прошептал брюнет, обцеловывая его подбородок. Дилан едва сдержался, не давая телу в очередной раз возбудиться. — Я сделаю тебе минет… идет? — так же шепотом ответил он, — Кто бы на моем месте отказался? — с улыбкой ответил ему Рей и повел его в зал, где, плюхнувшись в мягкое кресло, потянул за собой к себе на колени, принимаясь яростно целовать сладкие губы, которые обещали доставить ему удовольствие. Дилан потрясающе целовался, идеально подстраиваясь под желания брюнета. Потом его мягкие губы перешли на подбородок, обрисовывая его линию поцелуями, спустились на шею, лаская кадык, добрались до ключиц, проворные пальцы забрались под футболку, лаская на животе гладкую кожу, стянули мешающуюся ткань, и губы продолжили свой спуск вниз, остановившись у сосков. Рей тяжело дышал, гладя плечи любовника и запустив пальцы в его волосы. Дилан чувствовал, как бешено бьется его сердце, как вздрагивает его тело, когда он прикусывает чувствительную горошину соска, как напрягаются мышцы, когда Дилан чертит языком замысловатые узоры на рельефных мышцах пресса. Провел рукой через ткань штанов, наслаждаясь участившимся дыханием, спустился с ногами на пол, разведя его колени в стороны, облизал пупок, с помощью приподнявшегося Рея спустил с него штаны, избавился от белья, снизу-вверх наслаждаясь потрясающим видом своего идеального партнера. Посмотрел в расширившиеся от похоти зрачки, и, склонившись над его пахом, лизнул головку, после чего слегка прикусил плоть. — Убью… — выдохнул Рей, на что парень, плотоядно улыбнувшись, провел языком по стволу, от основания до кончика. Рей запрокинул голову назад, отдаваясь ощущениям, и тут же вернул обратно, не в силах лишить себя удовольствия от просмотра такого зрелища, как облизывающий его член Дилан. Глаза закрыты, губы, обхватывающие член, то впускают его в себя на всю глубину, то выпускают, позволяя языку играть с головкой. Парень старался, помогая себе рукой и полностью отдаваясь процессу. Рей это прекрасно видел. И еще лучше чувствовал, плескаясь в океане удовольствия. Дилан подводил его к разрядке медленно и долго, мучая своей медлительностью и вознося до небес доставляемым удовольствием. В очередной раз приближаясь к границе, Рей сжал в кулаке волосы на затылке партнера, отчетливо давая понять, что на сегодня это все, и Дилан, уловив сигнал, скользнул пальцами по мошонке и прикоснулся к колечку ануса. Всего одно прикосновение, и Рей с протяжным стоном выстрелил струей спермы ему в рот. «Какой чувствительный…» — восхищенно подумал Дилан. Рея мелко потряхивало, грудь учащенно вздымалась, по коже стекали капельки пота… Дилан выпустил изо рта член и, облизнувшись, забрался обратно к нему на колени, обнимая за плечи. — Все проглотил? — спросил Рей, все еще расширенными от оргазма глазами смотря в его искрящиеся глаза. — Ага, — довольно улыбнулся он. — Мне не оставил? — Неа! — подтвердил тот. — Жадина… Дилан широко улыбнулся и в следующую секунду впился в его губы поцелуем. Рей приобнял его, мягко касаясь лопаток, отдаваясь поцелую и шустрому языку, хозяйничающему у него во рту. — Кто-то обещал мне одеколон, — сказал Дилан, оторвавшись от него. — Посмотри в ванной… за зеркалом, — бессильно практически произнес Рей. Дилан соскочил на пол и отправился на поиски флакончика с каким-нибудь стойким запахом. Набрызгавшись, кажется, с ног до головы, успокоился и вернулся в зал. — Ты на себя весь флакон вылил? — с улыбкой спросил Рей. Он уже натянул на себя штаны, но продолжал сидеть в кресле с обнаженным торсом. — А тебе жалко? — Дилан занял привычное уже место у него на коленях, положив руки ему на грудь, чувствуя под ладонями бьющееся сердце. Рей улыбнулся, поглаживая его бедра: — Для тебя — нет. Дилан склонился к его губам, но поцеловать не успел — в квартире раздалась трель домофона. — О, суши привезли. Ставь чайник, — он слез с его колен и направился в прихожую. Открыл дверь и принялся ждать курьера, поднимающегося на лифте. Лифт подъехал, створки разошлись в стороны, и на площадку вышел… парень, которого не так давно Дилан затолкал к себе в квартиру, а потом и в постель. Пережив шок от новой встречи, Дилан уставился на парня, который, едва увидев его, сделал шаг назад в закрывающиеся двери, явно собираясь уехать. — Подожди! — остановил его Дилан, парень замер в нерешительности. Дилан закрыл за собой дверь, ведущую в квартиру, чтобы он не решил, что Дилан снова затолкает его внутрь. — Суши-то отдай. Парень оценивающе покосился на него, прикидывая, насколько ему это безопасно. — Заплати сначала. Дилан достал из кармана пятитысячную купюру и протянул ему. Парень выхватил банкноту и поставил пакет с суши на пол, носком кроссовки подтолкнув его в сторону Дилана, принявшись рыться в бумажнике. Дилан поднял пакет и направился к двери. — Прости за прошлый раз… я был гондоном… — не без труда произнес он. — Ты не забрал сдачу. — Оставь себе… в качестве извинений. Дилан зашел в квартиру, и закрывая уже дверь, услышал тихое: — Вообще-то, мне понравилось… — А че тогда орал, как резаный? Я успел подумать, что насилую тебя! — вспыхнул Дилан, остановившись в дверном проеме. — А знаешь, как страшно было? — в тон ему ответил парень. — Но сдачу я все равно заберу. В качестве моральной компенсации. Дилан усмехнулся. — Счастливо. — Тебе тоже. Парень закрыл дверь и, довольный, направился на кухню. К счастью, там была совершенно другая слышимость, и Рей не мог ничего услышать. — Что так долго? — поинтересовался он. — Курьер симпатичным оказался. — Спросил телефончик? — Неа. Я твой хочу. Когда ты звонил, номер не определился. — Заслужишь, получишь, — пошло улыбаясь, сказал Рей. Дилан подошел к нему сзади и обнял. — А я разве… еще не заслужил? — тихо произнес он, опуская руку ему на пах. — Хотел бы я сказать «нет», чтоб ты не расслаблялся, ну да ладно. Заслужил-заслужил. Получишь мой номер, — смилостивился брюнет, поворачиваясь к нему лицом. — А больше мне ничего не причитается? — игриво спросил Дилан. — А ты хотел бы получить ответную услугу? — Скажем так, кто бы на моем месте отказался? — повторил его слова парень. — Мммм… — Рей задумался, — нет, обойдешься. — Ну-ну, — злопамятно произнес тот. — Получу я твою задницу, оторвусь по полной… — добавил он, сжав пальцы на ягодицах брюнета. — И как я после этого должен согласиться тебе отдаться?.. — улыбнулся тот. — Я же согласился, — парировал Дилан. — Но ведь я твоей заднице не угрожал. Да и ты не особо, чтобы сопротивлялся… — Давай-ка я тебе кое-что объясню… — терпеливо сказал Дилан. — Меня не устроила бы просто взаимная дрочка, а ты не хотел быть снизу, у меня не было выбора. Жаль, что ты так и не оценил моей жертвы, — сказал он, отступая на шаг назад, но Рей властно притянул его к себе обратно. — Не думай так. Я видел, что ты сомневался, и я очень ценю, что согласился… Я пока не готов к этому. Но если ты останешься со мной… если влюбишь так, что я совсем потеряю голову, получишь мою задницу в награду за терпение. Последний, кто в ней был, оставил не самые приятные воспоминания о себе, и я хочу, чтобы в следующий раз все было по-другому. Дилан кивнул, принимая условия. — Все будет, как ты захочешь, — пообещал он, коротко целуя его в губы. — Просто постарайся хотя бы немного довериться мне. Ты слишком напряжен. — А ты слишком расслаблен… Как можно довериться тому, кого совсем не знаешь? Тот пожал плечами. — Но у меня же получается. Пойдем вместе доверимся российским мастерам японской кухни и попробуем то, что заказали. Если повезет, даже не отравимся, — обнадеживающе произнес он. Рей усмехнулся. — Давай рискнем. — Мне кажется, мы не с того начали, — ни с того, ни с сего сказал Дилан после долгого молчания, когда они почти дрались за роллы того или иного вида, нарушая тишину только звяканьем палочек и возгласами, выражающими восторг или огорчение. — Ты предпочел бы начать с лосося? — усмехнулся Рей. — Да нет же, при чем тут несчастный лосось?.. Давай сходим на свидание, как делают все нормальные люди. Я тебя приглашаю, — сказал Дилан. — Свидание? Как у нормальных, говоришь? Ну, давай попробуем. Когда? — Да хоть сегодня, — тут же отозвался Дилан. — Время… двенадцать, как раз самое оно. — Хорошо, программу уже придумал? Или помочь вариантами? — Помоги, все равно я с городом плохо знаком, отвезу, да не туда. — Ну, хорошо, куда ты хочешь меня сводить? Я тебя сориентирую. — Секс-шоп, — последовал ответ. — Ты что, серьезно? — засмеялся брюнет. — А где еще я куплю для нас кляп и хлыст? Отвезу тебя в царство разврата, пристегну к кровати и отымею. — Ты просто сумасшедший, в царство разврата! Это куда, интересно? — смеялся Рей, представив Дилана в коже и с хлыстом. — В БДСМ-клуб, что ли? — Кто знает, — загадочно протянул тот. — Ну, ладно. Хочешь, скажу честно, я понятия не имею, куда ходят нормальные люди на свидания. В кино? По магазинам? В парк?.. — Кстати, насчет парка, — вспомнил Рей. — Раз уж вариантов у тебя раз-два и обчелся, идем в парк аттракционов. — Куда? Смерти моей хочешь, что ли?.. Я для этого слишком стар, — попытался тот отказаться. — В смысле, для аттракционов. — Трусишь? — прищурился брюнет, в глазах засверкали смешинки. — Пффф… да! — честно сознался парень. — Но так и быть, идем туда, хотя я уверен, вынесут меня оттуда вперед ногами. Но это будет на твоей совести, и мой призрак будет преследовать тебя до конца дней, запомнил? И трахать тебя будет. Вот увидишь. — Обязательно. Идем, тебе понравится, — пообещал Рей. — Я предупредил, — напомнил Дилан, пятой точкой чувствуя, что ничем хорошим для него поход в парк аттракционов не закончится. — Понял я, понял, — отмахнулся от него Рей, утягивая его за собой с кухни. Парк, в который они пошли, был известен за пределами города и находился на Крестовском острове. Лично Дилану название острова навевало далеко не самые радостные ассоциации, и в парк он вошел, внутренне дрожа от страха. — Это ужасно, я точно этого не переживу… — пробормотал он, издалека рассматривая верхушки некоторых аттракционов, возвышающиеся над кромками деревьев. — Давай тихо-мирно пожуем сладкой ваты и пойдем в кино, как делают все нормальные люди, — выделил он слово «нормальные». — Тебе повезло нарваться на ненормального. Но от сладкой ваты не откажусь, — сказал Рей, и они купили палочку ваты на двоих, тут же принявшись отщипывать от нее кусочки, переругиваясь через слово. — Ну, вот чего ты две не купил? — с досадой спросил Рей, когда Дилан отправил последний кусок ваты себе в рот. — А ты чего не сказал, что ее так мало?.. — откликнулся тот. — Вернемся? — Да не, пошли перейдем к наиболее веселой части программы, — воодушевленно предложил Рей. — Ой, ты знаешь, мне вдруг так ваты захотелось, я пойду еще куплю, — попытался улизнуть Дилан, но был перехвачен при попытке к бегству и утянут в толпу, направляющуюся по дорожкам вглубь парка. — Неужели есть сумасшедшие, которые здесь катаются? — поражался Дилан, с ужасом глядя, как та или иная очередь выстраивается у очередного ужасного на вид аттракциона. — Конечно, я например, — весело посмотрел на него Рей, потянув к кассе. Дилан купил два браслета, предоставляющие возможность кататься на любом аттракционе, и обреченно пошел вслед за своим парнем, который с предвкушением выбирал, на чем прокатиться. — Ммм… давай сначала парк обойдем, осмотримся, ты повыбираешь… — А чего тут выбирать? Я хочу прокатиться на всем. С тобой, разумеется, — добавил он категорично. — Ты знаешь… что-то мне нехорошо, голова закружилась, и вообще я боюсь большого скопления людей, и высоты тоже, и клаустрофобия у меня… я, пожалуй, на скамейке посижу, — Дилан попытался было ускользнуть под шумок, но Рей, глубоко вздохнув, схватил его за руку и повел по парку. — Так и быть, сначала осмотримся. — Вот, как раз для меня! — радостно воскликнул Дилан. — Пошли покатаемся на машинках! — предложил он. — На машинках? — поразился Рей. — Ди, ты учился в детском саду с премилейшим названием «Тормозок»?.. Вон где взрослые ребята катаются, — показал он на катапульту, представляющую собой рогатку в увеличенном масштабе. Людей сажали в подобие капсулы, привязанной тросами к рогам, и «пуляли» ими в воздух. — Да ну нафиг, меня ж там Кондратий хватит, прям в полете… — содрогнулся тот. — Ой, да перестань, повеселимся, будет, что рассказать потомкам. — Каким еще потомкам? Ты что, жениться собрался? — Нет, вдруг ты надумаешь? — Да не дай Бог… я детей вообще не переношу, — сказал он, и его тут же пнул по ноге мальчуган, проходящий мимо за ручку с мамой. — Ай! — Они тебя тоже, — хохотнул брюнет. — Вот и хорошо… ни у одной здравомыслящей девушки не появится мысль родить от меня ребенка. — Ты би? — с любопытством поинтересовался брюнет. — Ага, — подтвердил тот. — Но парни мне нравятся боль… ше, — сказал он, оборачиваясь вслед блондинке, прошедшей рядом с ним. — Очень заметно, знаешь ли… — холодно отметил Рей, останавливаясь. — Это что такое было только что? — Что? — отозвался парень. — Она меня плечом задела! — Да она в метре от тебя прошла. — Ну, обернулся я, а ты не обернулся бы? — Нет, не обернулся бы. — Вот и в больнице прошел мимо, — насупился Дилан, обиженно глядя на него. — В больнице? Да я даже остановился, как громом пораженный, только ты так и продолжал переть вперед, что еще мне оставалось, как не пойти дальше? — Но я ведь… — начал Дилан и довольно улыбнулся. — Так, говоришь, остановился и обернулся? — приблизился он к нему, облизнув губы. Рей открыл было рот, чтобы возразить, но передумал, отведя взгляд в сторону. — Да, остановился. Да, обернулся, — подтвердил он. — Так, я тебе понравился?.. — допытывался Дилан, приближаясь к нему совсем вплотную. — Да, понравился! И цветы эти вонючие… — Я знал, что неотразим, не знал, что настолько, — самодовольно произнес Дилан. Рей хотел съязвить, но, увидев его счастливую до невозможного улыбку, передумал. — Все, хватит мне зубы заговаривать, идем кататься, — поспешно сказал он, направляясь по дорожке вперед. — О, смотри, там татушки делают… воздухом? — прочитал Дилан и удивленно приподнял брови. — Хочешь? Рей к этому особого интереса не проявил, скептически глядя, как парень, оттягивая неизбежное, выбирает себе рисунок, но потом разочарованно возвращается к нему. — У них нет радуги. А я хочу радугу, — капризно сказал он. — Ага, на лбу, — усмехнулся брюнет. — Не угадал, на щеке, — поведал тот. — Признайся, что тебе это вообще не интересно, и ты просто тянешь время. — Нет, это не так, — упрямо сказал Дилан. — Ладно, пошли прокатимся на чем-нибудь, только я сам выберу. — Идет. Выбирал Дилан долго и тщательно и остановил свой выбор на многообещающем аттракционе с милым названием «Свободное падение». С земли все казалось таким безобидным… Четыре платформы с сиденьями на каждой стороне высокой «башни» взмывали вверх на безумной скорости на высоту двадцатиэтажного дома и оттуда ныряли вниз. Рекламка обещала незабываемые впечатления от возможности увидеть Крестовский остров с огромной высоты, и Дилан решился. Рей хмыкнул, подумав, что выбрать Дилан мог что-нибудь побезопаснее, да не спорить же? Отстояв очередь, парни заняли места, ожидая, когда их пристегнут. Когда к ним подошел работник, Дилану почему-то совсем поплохело. — Я хочу уйти, — сказал он брюнету, как только парень закрепил на нем крепление. — Не глупи, Ди, что такого? Будет классно. — Ты катался тут, я надеюсь? — спросил тот. — Нет, — улыбнулся Рей. — Зато теперь есть повод. Когда все были пристегнуты, и Дилан нервно сжимал крепления, ожидая, когда начнется этот ужас, его сердце колотилось, как бешеное, предчувствуя скорые перегрузки. В следующий момент платформа устремилась ввысь, прижимая парней к сиденьям, достигла вершины, с которой открывался вид на растущие на острове деревья, Дилану казалось, он вот-вот вылетит в воздух, и тогда-то уж начнется его «Свободное падение» на землю. Не успел он привыкнуть к положению «на высоте», а его внутренние органы, которые, казалось, так и остались на земле, оказаться в теле, как его на бешеной скорости уносило вниз, грозя шмякнуть о землю, внутренности, казалось, только-только догоняли его тело у самой земли, когда платформа снова полетела ввысь. Со всех сторон вокруг него кричали люди, слышались восторженные крики, Дилан лишь жмурился и молился о том, чтобы остаться живым, вцепляясь в крепления, боясь вылететь. Еще несколько сумасшедших взлетов-падений, и платформа начала замедлять свою скорость, плавно спускаясь и поднимаясь. Парень не верил, что все еще жив, что он не летит сейчас по небу, дожидаясь встречи с асфальтом, что не стремится к земле, мечтая врезаться в нее… Платформа опустилась, он дрожащими пальцами отстегнул крепления и ватными ногами ступил на ровную поверхность. — Чтоб… я… еще раз… хоть на чем-нибудь… Парень проклинал все на свете, хватая ртом воздух и боясь упасть на ровном месте. Он добрался до скамейки и буквально рухнул на нее. — Эй, да ладно, не верю, что тебе было так страшно, — ободряюще произнес Рей, которому, в отличие от него, все безумно понравилось, но, увидев белое, как полотно, лицо парня, осекся. — Эй, Ди, ты живой? Скорую вызвать? У тебя ведь нет порока сердца или еще чего? Я понимаю, надо было спросить это до того, как я привел тебя сюда… Ты ненавидишь меня теперь?.. — обеспокоенно спрашивал он. Тот покачал головой и уперся лбом ему в плечо. — Нет… просто было дико страшно… думал, умру… — Прости… прости меня, — Рей обнял его рукой за плечи и, наклонившись, поцеловал в висок. — Я просто идиот, не нужно было заставлять тебя… — Ты прости… — отозвался тот. — За что? — не понял брюнет. — Фиговый из меня парень… аттракционов боюсь, куда сводить на свидание, не знаю. Только трепаться и умею, типичный придурок. — И вправду придурок, — сказал Рей, вставая со скамейки и протягивая ему руку. — Пошли. — Куда?.. — Покатаемся на машинках, — улыбнулся брюнет. — Если ты не передумал. — Если скажу, что передумал, то совсем упаду в твоих глазах… — пробормотал Дилан, поднимаясь. — Поверь, ниже падать уже некуда, — «утешил» его Рей, — поэтому расслабься, наконец, и пошли к машинкам. К машинкам очереди не стояло, и скоро они уже катались по огороженной площадке вместе с малышней и редкими родителями, врезаясь друг в друга и попадая в пробки местного масштаба. Дилан мало-помалу приходил в себя. Ощущения, что он все еще на злосчастной платформе, неохотно покидали его, их место занимали другие, более положительные эмоции. — Чертово колесо ты тоже боишься? — спросил Рей, когда они, накатавшись, покинули аттракцион. — Пффф… вообще не страшно. Оно же маленькое, — ответил тот. — Ну, тогда пойдем к нему, — предложил Рей, и они направились к небольшой очереди на колесо обозрения. — Очень романтично. — Да что ты? С кем это ты там катался… «очень романтично», — Дилан фыркнул, насупившись. — Да ни с кем, ты первый, — ответил Рей. — Правда? — повеселел Дилан. — Правда-правда, — заверил его брюнет. — Ревнивый какой, — заметил он. — Я не ревнивый, просто любознательный. Рей хмыкнул, но промолчал. Усевшись на сидение, Дилан нервно заерзал, вцепляясь руками в поручень. Кабина качнулась и поплыла ввысь. — А вдруг остановится? Вдруг отвалится? Чувствуешь, как шатается?.. — Это ты шатаешь, не вертись, и все будет нормально. — Как тут можно не вертеться, жестко же… — пробурчал Дилан. В следующую секунду корзина качнулась от дернувшегося Рея, и парень притянул Дилана к себе, вцепляясь губами в его губы. Тот опешил, совсем растерялся и, наконец, расслабился в надежных руках, разжимая зубы и отвечая на поцелуй. — Ну, вот видишь, совсем не страшно, — произнес Рей, размыкая их губы. Дилан моргнул, приходя в себя. — Я бы даже сказал, в этом что-то есть… — заметил тот, облизываясь. — Иди ко мне, — притянул он его к себе, снова сливаясь с ним поцелуем. — Ладно, согласен, это и вправду было очень романтично, — Дилан потянулся, ступив на землю. — Ага, — улыбнулся Рей. — И очень палевно, — добавил он, покосившись на двух девиц, кидающих на них задорные взгляды. — Пусть завидуют, у них-то никого нет. — Может, они лесбиянки? — Судя по взглядам, которые они на нас бросают, вовсе нет… — Могу поспорить, они решают, кто из нас сверху. — Думаешь? Интересно, к какому мнению они в итоге придут… и насколько это совпадет с действительностью… Впрочем, ну их, чем займемся? — Хочешь сходим в более спокойное и безопасное место? — предложил Рей. — Нет, только не говори «в Эрмитаж» или еще куда-то, что тут в этом Питере есть, я ненавижу музеи! — сморщился Дилан. — Я всего лишь хотел предложить океанариум, — успокоил его брюнет. — О, это уже лучше. Там же нет акул?.. — Вообще-то, ради них туда и стоит сходить, — сказал Рей, запрашивая в интернете адрес. — Значит, меня сожрет акула. Здорово. Всю жизнь мечтал. — Ты просто невозможный пессимист, — с улыбкой произнес тот, показывая ему адрес центра, в котором находился океанариум. Они приехали в центр, в котором располагался океанариум, вошли внутрь, тут же получив в руки рекламки. — О, пошли на выставку «Ужасы Петербурга», — предложил Рей. — Да ты совсем спятил!!! Я там точно помру! — Брось, ничего страшного там нет, — попытался успокоить его Рей, — я думаю… — неуверенно добавил он. — Спасибо, мне захотелось идти в пять раз больше… Пойдем поедим лучше, — сказал тот, направляясь к кафешке. — Ужасы ему подавай… Смерти моей хочешь, да? — Вовсе нет, просто хочу, чтобы этот день нам обоим запомнился надолго. — Ну, благодаря «Свободному падению» я его вообще никогда не забуду… Пообедав в кафе, парни направились к кассам в океанариум. Шоу с акулами, на которое Рей хотел сводить Дилана, начиналось в семь, и у них было еще достаточно времени, чтобы осмотреть все экспонаты, представленные здесь, и полюбоваться на морских и речных обитателей. Дилан надолго завис возле бассейна со скатами, порываясь просунуть к ним руку и отговариваемый от этого безрассудного действа своим парнем, мечтал порыбачить на других рыб и прикидывал, какой штраф ему за это выпишут, и был утянут от греха подальше в основной зал, где располагался огромный аквариум, с потолка до пола, в котором происходило главное представление, с боку сквозь аквариум пролегал тоннель, где справа, слева и с потолка посетителей окружали тонны воды, позволяя ощущать себя на глубине моря. Перед аквариумом амфитеатром стояли скамейки, и они поспешили занять места наверху, чтобы не попадаться никому на глаза и спокойно ждать начало представления. Было темно, аквариум подсвечивался изнутри, вспышки были запрещены, но то и дело то справа, то слева вспыхивали огоньки настраиваемых фотоаппаратов. В аквариуме стайками носились какие-то рыбы, временами проплывали мурены, звучала ненавязчивая музыка… — Красиво… так успокаивает… — протянул Дилан, прислонившись к Рею. — Обязательно заведу у себя рыбок и буду на них смотреть. — Кормить не забывай, а то не на кого смотреть станет. — Мммм… а, я придумал! Ты будешь кормить их! — Молодец, как здорово придумал, — скептически произнес Рей. — Тебе тоже нравится? А я буду сидеть с поп-корном и смотреть, как ты их кормишь. Наверняка, очень сексуально. — И с последствиями, — хищно улыбнулся Рей. — Ну, хоть бы и так… — произнес тот, закрывая глаза, прислушиваясь к звучащей музыке. На плече у Рея было тепло и уютно, пожалуй, лучше было бы только в его объятиях, но здесь было слишком много людей… Он положил руку ему на ремень, вспоминая сегодняшний день. Пальцы поползли под футболку, касаясь теплой кожи, мышцы рефлекторно сократились. — Ты сказал, что не доверяешь, потому что ничего не знаешь обо мне… ну, а что бы ты хотел знать?.. — тихо спросил Дилан, боясь услышать вопрос, на который не захочется отвечать. — Просто… ты мог бы рассказать о себе все, что посчитал бы нужным. Этого достаточно. — Я не хочу о себе рассказывать… — произнес Дилан холодно, отстраняясь от него, убирая руку и выпрямляясь на сиденье. — Но если для тебя это так важно… то я расскажу. Хотя понимаю, что после этого ты, наверняка, вообще не захочешь общаться со мной… — он помолчал, собираясь с мыслями. Хотелось закурить, но не здесь же… — У меня… не такое уж сказочное прошлое, как, может быть, кажется на первый взгляд. Мой отец был довольно богат, когда я родился… потому мать и родила от него, наверное… потом она свалила при первой же возможности, забрав почти все его состояние, не знаю, как у нее это вышло, мне было двенадцать, я мало что понимал, знал только, что она не вернется… Я остался с отцом, и… Он был очень строгий. Оставшись практически ни с чем, он замутил какой-то подпольный бизнес и постепенно выбился в люди. Заставлял меня учиться сутками, меня постоянно пасли его люди, не давая сделать и шагу, это раздражало до ужаса, я пытался сбежать несколько раз, но ничего не получилось… Мне еще шестнадцати не было, когда отец научил меня водить. Не сам, конечно, сам он и пальцем не пошевелил бы для меня, у него постоянно не было времени, мы виделись-то раз в месяц, наверное, вряд ли чаще. Он лишь отдал меня учиться вождению, позаимствовал машину, выставил меня на подпольные гонки. Там собирались крупные бизнесмены, чиновники, бандюки, все, у кого были большие деньги. Ставили на гонщиков, победителю доставался приз… С первой же гонки я лажал по-крупному… Наверное, даже пятым не приходил… Отец был очень недоволен… сказал, раз я виноват, то и платить должен сам. Собой, то есть… Отдавал меня всем, кому проигрывал… В итоге мне попался один мужик… он… пригласил меня в свою команду… — Дилан хмыкнул, — разглядел во мне потенциал, — да задницу он твою разглядел и распробовал… — Именно он сказал мне, что папашка делал все, чтобы я проигрывал… он всегда ставил на мой проигрыш… а чтобы я ни о чем не догадывался, отдавал меня им… Хорошенький, видите ли, был, желающие были… он на мне зарабатывал… И я ушел. Мне уже было восемнадцать, и я свалил от своего отца, поступил в университет… Заключил что-то типа сделки с этим мужиком, я гонял, он на меня ставил и делил бабло. Кроме этого я еще и получал призовые… Еще одним условием сделки было то, что я буду спать с ним. Мне давно уже все равно было, с кем, в свободные вечера я отрывался в клубах, подальше от него, но всегда возвращался. Учеба в университете подходила к концу, он подарил мне тачку на окончание, а я ответил ему тем, что хочу уйти… никогда его таким бешеным не видел. Еще бы, я его прям от кормушки отрывал. Я согласился на последний заезд. Ставки были очень высоки. Я не знал тогда, что он поставит на мой проигрыш, — Дилан невесело усмехнулся. — У меня был штурман все это время, катался со мной, мы были отличной командой… он был его сыном. В этот раз его не было, такое случалось пару раз прежде, и я не придал этому значения… Кто же знал, что этот ублюдок испортил тормоза в моей тачке… Я финишировал первым, но потом врезался во что-то, очнулся на больничной койке. Переломал себе кучу всего, врачи наперебой кричали о том, что не встану. Меня тогда все достало просто хуже горькой редьки, хотел тихо-мирно сдохнуть уже, но не вышло. Отец одного моего друга отправил меня за границу, там меня быстро поставили на ноги, еще полгода я проходил реабилитацию, и смотри, как новенький теперь, — он невесело усмехнулся. — Только это не изменит того факта, что я спал с кучей богатеньких уродов и с ублюдком этим… Я вернулся в Россию, попросил друга помочь с переездом в Питер, и теперь тщетно пытаюсь здесь зацепиться. Получается фигово, правда… Я понимаю, что слушать такое было малоприятно, но, думаю, ты хотел знать правду… Я пойму, если ты больше ничего от меня не хочешь. Я пойду еще раз по тоннелю пройдусь, если хочешь уйти, уходи, — он встал и занес ногу для шага, но его остановила теплая ладонь, сжавшаяся на запястье. — Я не уйду, — сказал Рей. Дилан обернулся. — Тебе… стоит хорошо подумать… — он наклонился к его уху. — Заниматься со мной сексом — это одно, а встречаться и, может быть, даже жить, зная мое прошлое… совсем другое… Подумай… — Я не уйду, Ди, — повторил брюнет, смотря ему в глаза. — И ты не уходи, а то твое место займут, будешь смотреть стоя, — сказал он, слабо улыбнувшись. — Останься со мной. — Ты ведь понимаешь, что, возможно, совершаешь самую большую ошибку в своей жизни? — улыбнулся Дилан. — А, возможно, принимаю самое верное решение из всех, что принимал? Его взгляд был твердым. Он решил, и не собирался жалеть о своем решении. Дилан улыбнулся и сел рядом с ним, прижимаясь и положив голову ему на плечо. — Как котенок, — сказал Рей, улыбаясь. — Глупый и ласковый. И бездомный. — Подбери меня и приручи. — Так и сделаю, — сказал Рей, взъерошив его шевелюру. — У всех есть моменты, которые мы не хотели бы вспоминать, рассказывать кому-то, которых мы стыдимся… наше прошлое делает нас такими, какие мы сейчас. Но не оно влияет на будущее. Забудь обо всем, Ди, теперь у тебя другая жизнь, считай, что это история какого-то другого парня, не твоя. — Спасибо, — произнес Дилан, он закрыл глаза, прощаясь со своим прошлым и открыл, встречая настоящее. А будущее его сидело рядом и внимательно смотрело на него. — Что, глаз отвести от меня не можешь? Правда, я красавчик? Рей усмехнулся, закатывая глаза. — Акулы приплыли, — сказал он, посмотрев на аквариум. — О… — отозвался тот, смотря на рыб, проплывающих перед стеклом. — Она меня сожрет. Видишь, как смотрит? Точно сожрать хочет… я ей явно приглянулся… — Что поделать, ты же чертовски сексуальный, — вспомнил Рей их разговор в клубе. — Кажется, она тоже так считает… — Это он, вообще-то, — поправил Рей с усмешкой. — Да мне по сути как-то все равно, он или она хотят меня сожрать… — Они называются «няньки». — Чего? — Хаха, говорят, когда они преследуют добычу, плывут за ней и причмокивают. Дилан засмеялся, представив причмокивающую акулу. — А еще их не кормят перед выступлением, чтобы было зрелищней и красочнее, — вспомнил брюнет. — Они едят водолазов? — с интересом спросил Дилан. — Нет, конечно, какой ты кровожадный, — засмеялся Рей. — Но однажды нянька во время представления съела мурену, и всем это очень понравилось, они думали, что так и задумано. — Бедненькая мурена… мне ее жалко, — Дилан даже всхлипнул. Шоу с акулами, представляющее собой кормление этих хищников, Дилану безумно понравилось. Мало того, что акулы послушно ели с рук у водолаза, так еще и танцевали с ним вальс… Малышня пищала от восторга, посетители то и дело фотографировали и снимали происходящее, молоденькая работница океанариума комментировала все, что происходило в аквариуме… — Это было клево! — сказал Дилан, когда они вышли из центра. — Спасибо, что привел меня сюда, — сказал он, чмокая брюнета в щеку. Тот довольно улыбнулся, радуясь, что хоть в чем-то угодил парню. — Не за что. — Ну, что, поедем? Отвезу тебя домой, — сказал Дилан, усаживаясь на сидении. — Поехали. — Это был какой-то странный день, — сказал Дилан, припарковавшись недалеко от дома Рея. — Согласен. — Странно, что я его пережил… — Пойдем ко мне? — спросил тот, повернувшись к нему. — Что ты, у нас же было первое свидание, я тебя даже поцеловать не могу, — замахал руками тот. — Ди… ты зануда, — улыбнулся Рей. — Ну, извини. Я весь день тебе твержу, что из меня получится фиговый парень… а ты все время пытаешься меня в этом переубедить… — Может быть, потому что, каким бы фиговым ты ни был, ты мне нравишься?.. — Правда? — самодовольно заулыбался Дилан. — Я обаяшка, да? Рей улыбнулся. Такой, самоуверенный и улыбчивый, Дилан ему нравился куда больше того, который называет себя фиговым. — Сам себя не похвалишь… — тем не менее, сказал он, возвращая того с небес на землю. — Злой ты. Уйду я от тебя, — обиженно пробурчал Дилан себе под нос. Рей притянул его к себе и прильнул к его губам. Тот охотно ответил, раскрывая рот и впуская его язык, лаская его своим. — Ты мне нравишься со всеми твоими тараканами, которых, как я понял, совсем немало… Позвонишь мне, когда доедешь до дому? — Конечно, — улыбнулся Дилан, занося диктуемый номер в телефон. — Только вздумай не позвонить мне, найду и отымею, — сказал Рей. — Это мои слова! — отозвался тот. — Были твои, стали мои, — нашелся Рей, выходя из машины. — Приедешь завтра? — Приеду, — сказал Дилан, и брюнет захлопнул дверцу, направившись к своей парадной. Нравится, значит?.. Неплохо. Но этого мало. Дилан улыбнулся, придумывая способ, как свести того с ума.