Сотни невстреченных рассветов

я сломаю пальцы, но допишу ими нашу сказку со счастливым концом. это раньше я видел в лужах Иисуса, а теперь вот твое лицо в каждом маленьком океане. (с)

Пронизывающий ветер нагло забрался под свободную рубашку лидера, и, окончательно не выдержав природных издевательств, Итук километровыми шагами поскакал по лестнице наверх. Сонная общага феерично встретила его кучей разнообразных трелей будильников из разных комнат. Дабы подготовить связки, он сурово кашлянул и, скинув ботинки к многочисленной обуви донсэнов, завопил: «Подъем!» Первой на возглас высунулась почти безглазая мордашка лохматого Рёука, тут же получившего порцию напористой нежности от Йесона, бодро вышедшего из душа. - Давно не спишь? - осведомился Итук, переключая внимание Чонуна на себя и спасая несчастного Вукки. - Минут.. - Йесон ненадолго задумался, загибая пальцы. - Двадцать?.. Но Чонсу, поскакавшему дальше покорять сонное царство, уже был, явно, не важен его ответ. Ким Рёук успел спрятаться — а это главное. Постучав в каждую дверь и звонко похлопав в ладоши, он тихонько остановился у приоткрытой двери Донхэ. К его удивлению, в комнатах, на которые была обрушена чуть ли не военная тревога, не раздалось даже недовольного мычания, а из этой.. сразу же показался совсем не заспанный Фиши. - Доброе утро, Хэ. - проговорил Итук, осматривая Донхэ недоверчивым взглядом. - Доброе, хён. - отозвался тот, натянуто улыбнувшись, и резво обогнув лидера, ринулся в сторону кухни, так и не поднимая глаз. А потому сразу же больно врезался в Шивона, не улучив возможности задеть всё еще ноющую коленку. Конечно, она бы давно зажила, не испытывая каждый раз закон подлости и не ударяясь обо всё на свете, но Фиши был погружен в мысли слишком важные, чтобы отвлечься на секундное обращение к аптечке. А уж не сколупывать от нервного напряжения свежие корочки вообще было делом сверхъестественным. - Ты в порядке? - спросил Шивон, тряхнув зашипевшего Донхэ за плечи, и тут же осекся, встретившись на секунду с его ужасно усталым взглядом. - Да. - коротко ответил Фиши и хотел было продолжить свой путь, но Шивон вновь преградил ему дорогу. - Выглядишь не очень.. - Ну а как я должен выглядеть после 3-х часового сна, Шивонни?.. - Донхэ наконец сам поднял на него красные глаза, сузив их, будто щурясь от яркого света. Шивон только пожал плечами, невольно чувствуя, что спросил действительно что-то ужасно глупое, и сделал шаг в сторону, пропуская. Но как только спина Донхэ скрылась за дверью кухни, тяжело вздохнул, поворачивая голову к Итуку: - Он же совсем не спал, да?.. Лидер обессиленно кивнул, прислоняясь спиной к стене и складывая руки на груди: - И если бы первую ночь..

***

Шаркающими шажками Мин прошествовал на кухню и автоматом рухнул на свободный стул. На ощупь, не открывая глаз, нашарил зачем-то на столе чайную ложечку и внезапно замер. Рёук носком ноги подопнул его стул, негромко позвав, но этого хватило, чтобы СонМин резко распахнул глаза и схватился за ложку, как за разделочный нож. Однако режима «СонМин проснулся» надолго не хватило, и его глаза опять захлопнулись, а пальцы руки разжались, выпустив ложечку с глухим звоном на пол. Рёук закатил глаза, наблюдая эту картину и скептически вздохнув, пнул ножку хёновского стула со всего размаху, тут же стремительно прячась за спину вошедшего лидера. - Тут что? - закрутил Итук головой, осматривая кухню с Мином в позе настороженно-напуганного суслика и Йесоном, медленно потягивающим чай. Позволил себе на секунду улыбнуться привычной обстановке, но тут же придал лицу серьезный вид и постучал пальцем по стеклу на ручных часах. - Выезжаем через час. - Я не выспался-а-а.. - капризно протянул Мин, еле пришедший в себя после потрясения, и несчастно затопал ногами. Но тут же, зацепившись краем глаза за знакомый силуэт, объявившийся в проходе, резко и ровно сел на стул, придвигая себя ближе к столу. Кюхён, устало потирая глаза, даже не соизволил ничего сказать лидеру, а только приветственно махнул ему рукой и прошел к окну, открывая форточку. Первые пять минут атмосфера удачно притворялась обыкновенной, но как только Итук утащил Рёука с Йесоном, Мин вдруг ощутил холодок, змейкой скользнувший по позвоночнику. Или просто из форточки подуло?.. Звонко размешивая сахар в кофе, Кю, казалось, не подавал никаких признаков раздражения, спокойно вглядываясь в оконную даль, но только СонМин собрался расслабиться, как макнэ полоснул его своим неприятным взглядом: - Долго собираешься меня игнорировать? Печенье выпало из руки Мина, мелко раскрошившись по столешнице, и, перечеркнув окончательно всё притворство атмосферы, поселило неловкость. - Я не начинал. - сконфуженно ответил СонМин, и Кю тут же оказался за столом напротив него. Можно было ничего не произносить.. Мин всё равно ощутил сколько всего высказал ему сейчас Кюхён одними только глазами. - Перестань. - попросил он, отворачиваясь. Но макнэ встал из-за стола и присел перед Мином, снова заглядывая тому в глаза: - Извинись перед Донхэ. СонМин опустил голову, спасаясь от ожогов склеры, и больно вжимаясь подбородком в ключичную ямку. - Ему и без твоих выходок сложно. - Кю начал относительно спокойно. - Я уверен, что он смертельно устал от нескончаемых вопросов на передачах: «Вам сложно выступать без Ынхёка?».. Или это: «А как это произошло? А почему вы не разглашаете подробностей?» - Ага.. - горько ухмыльнулся Мин. - И он так и не ответил ни на один из них.. Кюхён на секунду закрыл глаза, шумно втягивая воздух носом, и стремительно поднялся на ноги, хватая кружку Йесона со стола, чтобы промочить пересохшее внезапно горло. СонМин испуганно проследил за ним взглядом и только вжал голову в плечи, когда макнэ с грохотом случайно уронил посудину на пол. Осколок светлой кружки с остервенением бумеранга отскочил от линолеума прямо в ладонь Кюхёна, и от накатившей боли, он почти перешел на крик: - Да ты хоть сам-то помнишь, как отвечал на вопросы обо мне после аварии?! Смог ответить хоть на один с ледяным спокойствием?! Смог?! - Не кричи на меня.. - СонМин хотел произнести это с угрозой, но вышло слишком жалостливо и умоляюще. Глаза задрожали соленым глянцем. Кюхён, пряча окровавленную руку под стол, обессиленно вновь опустился на стул рядом с хёном и уже почти шепотом произнес: - Просто поставь себя на его место. - Я.. - СонМин вдруг облокотился о стол, пряча лицо в ладонях. - Не могу.. Захотелось сжать успокаивающе его плечо, но вовремя вспомнив про кровь на ладони, Кюхён только вопрошающе взглянул на хёна. А когда вспомнил, что у него есть и вторая рука, задумка показалась слишком неуместной. - Не могу.. - повторил Мин, сквозь сдержанный всхлип. - Боюсь, что будет слишком больно. Кюхён на секунду повернул голову в сторону окна, чтобы ветерок из форточки охладил горящее лицо, и уже в следующее мгновение, обернувшись, не увидел СонМина за столом. Абсолютно готовый Шивон в черных джинсах и белой кофте с глубоким вырезом грациозно впорхнул в кухню, на ходу хватая со стола бутерброд, и с восхищением глянул на Кюхёна: - И как ты только это делаешь?.. Макнэ бросил на него непонимающий взгляд, но тут же расплылся в довольной улыбке, наблюдая, как СонМин (когда только успел переодеться?) проскакал к выходу, волоча за руку за собой очумевшего Донхэ. Шивон невесомо присел на спинку стула и потрепал Кю по голове, на что он выставил наружу больную ладонь и, пряча улыбку в стену от реакции друга в виде выпавшего изо рта куска бутерброда, проныл: - Вот так.. Чуть не умер.. Так больно..

***

Ынхёк испуганно проводил глазами СонМина, без спроса вытащившего Фиши из комнаты за руку, но следовать за ними не решился. Всё-таки нельзя каждый раз пользоваться своим положением и подслушивать каждый разговор.. Есть вещи, которые, порой, касаются только двоих. Лидер по-прежнему бунтовал за дверью комнаты, призывая всех собираться быстрее, но еле слышимое шуршание травы и изумрудных листьев на деревьях за окном, почему-то перекрывающее всю утреннюю суматоху, вновь потянуло его забраться на подоконник. Свесив ноги и слегка наклонившись вперед, чтобы сильнее ощущать свежесть воздуха, он уже ничуть не удивился, когда рядом закопошилось существо в неизменной синей школьной форме. - Доброе утро. - улыбнулся он, не поворачивая головы в её сторону. - Доброе. - хмуро ответила девочка. - Опять расплелось? - с умилением спросил Хёк, всё же переведя взгляд на разлохмаченную прическу ребенка, смахивающую больше на потрепанный шерстяной носок. Девочка без лишних слов развернулась к нему спиной, подставляя волосы для таких уже привычных манипуляций. И как только Ынхёк закончил, с грустью опустила взор вниз, рассматривая то ли дорогу, то ли пыльные сандалики. - Что с настроением? - не выдержав, поинтересовался Хёк, поправляя оранжевый бантик на её волосах. - Задай этот вопрос себе. Который день улыбаешься, как идиот. И в секунду улыбка, старательно удерживаемая ради собственной веры в лучшее, слетела со свистом с его лица. Он хмуро свел брови на переносице: - Скажи мне.. Почему ты не на небесах, как остальные?.. Или куда там должна была по правилам лежать твоя дорога.. Девочка пожала плечами: - Наверное, потому что мама так много плакала, что меня смыло с небес обратно. Ынхёк поежился от этих слов. Свежесть майского утра внезапно перестала казаться приятной. А щелчок входной двери и утихший гам основательно вернул его в задумчиво-депрессивное состояние. - Почему я до сих пор не в своем теле?! - раздраженно спросил он, задирая голову к небу. Но небо бесстрастно ответило лишь щебетом случайных птиц и парой длинных тягучих белоснежных облачных полос, затянувших солнце. Девочка, подняв голову туда же, вдруг грустно хмыкнула: - А хочешь обрадую? ХёкДже вопросительно перевел взгляд на неё: - Ты сегодня какой-то слишком прозрачный.. Значит.. Либо скоро окончательно умрешь, либо наконец-то очнешься. В горле Хёка повис плотный ком. А девочка продолжила, нелепо надув губки: - Не хочу расставаться не прощаясь. И.. - она аккуратно села перед ним на колени и захлопала круглыми глазками. - Можно я буду скучать?.. Ынхёк по-отцовски положил ей руку на голову и легонько потрепал, выдерживая паузу. - Разумеется.. Нет. А девочка неожиданно поднялась на ноги, отряхивая коленки от невидимого песка, наверное, по привычке и довольно улыбнулась: - Если всё-таки умрешь, попадешь в рай. Точно-точно.

***

Гул от колес такси всю дорогу почти до самой больницы делил воздух на две части: для Донхэ и отдельно для СонМина. Сразу, как только Фиши понял, что его возмущения бесполезны, в его ушах оказались капельки наушников, и Мин, следуя его примеру, тоже решил отвлечься, уставившись в телефон. Но интересным телефон вскоре быть перестал, а потому СонМин, набравшись храбрости, уверенно потянул за шнурок наушников Донхэ. Однако, как только Фиши, вопросительно обратил на него свой открытый взгляд, уверенность улетучилась. - Что? - переспросил Донхэ, спуская ногу с ручки на двери машины, и тыкая пальцем в плечо, опустившего голову СонМина. - Ничего. - буркнул тот, дуясь хомяком, но тут же, тяжело вздохнув и зажмурив глаза, выпалил. - Прости меня.. пожалуйста! Фиши с секунду удивленно изучал его профиль, и наконец придя в себя, по-доброму улыбнулся, снова устраивая ногу на двери и устремляя взгляд к приближающейся больнице: - Давно простил, хён. Переступив порог больницы, Донхэ неожиданно начал тормозить чуть ли не на каждом повороте или на очередной ступеньке, неловко кашляя в кулак и осматривая с наигранным интересом пустые стены, из-за чего Мину пришлось сжать его ледяную ладошку в своей и довести до палаты уже силой. - Заходи. - осторожно подтолкнул его СонМин, помогая Фиши пересилить странное чувство внутри и здесь, и вдруг влепился в его спину, потому что тот внезапно твердо замер на месте. - Хичоль?! - удивленно и забыв про всякую формальность вскрикнул Мин, встретившись глазами с Хинимом, сидящим около кровати Ынхёка. И Хи даже возмутился бы, если бы не был занят мыслью о том, заметили парни его слёзы или нет. - И вам привет, ребята.. - прохрипел он, тут же откашливаясь. - Выбрался только сегодня, чтобы лидера заменить. Но для Донхэ, всецело застрявшего взглядом на теле Ынхёка, уже не важны были ни оправдания Хичоля, ни удивленные фразы СонМина. Заметив это, Мин шепотом осведомился: - Хэ.. Нам выйти?.. Донхэ только коротко кивнул, подходя к кровати Хёка ближе и касаясь кончиками пальцем пыльного ребра спинки стула. Сначала внутри, и правда, включился режим шока, тело остолбенело, превращаясь в один сплошной рецептор, остро ощущающий режущий холод стула, запах накрахмаленных бинтов и спирта.. а главное этот размеренный чёткий механический писк, отдающийся в мозгу чужим пульсом. Медленно, ощущая натянутость ранки, опускаясь на колени около кровати, Донхэ вцепился пальцами в белое одеяло, закрывающее родное тело в стандартно-голубой фланелевой пижамке, и плотно сжал губы. И вместо хриплого крика, так и рвущегося наружу, чтобы хоть немного облегчить участь сжатых связок, он уперся лбом в живот Хёка и позволил себе снова.. Снова искренне и по-детски расплакаться. Сквозь пелену, застилающую глаза, схватил бледную руку Ынхёка и коснулся губами вен на запястье, ощущая сквозь короткие поцелуи пусть и слабо бьющееся.. но его сердце. Живое. - Ынхёк-а.. - шепотом произнес он, не освобождая руки друга из своих пальцев. - Если ты не придешь в себя.. Я обижусь. Очень сильно обижусь.. Закусил губу до боли, пытаясь прекратить поток слез, который уже делал только хуже, и подняв глаза к потолку в наивной попытке не выпускать слезы хотя бы так, продолжил: - Помнишь, сколько раз ты назвал меня идиотом? А я ни разу не обиделся. А теперь обижусь. И тебе будет еще хуже от того, что ты никогда не сможешь передо мной извиниться.. Но жгучие солёные струйки продолжали свой путь с новой силой, и Донхэ вновь уткнулся лицом в белое одеяло. Так хотя бы не видно.. Проглотив очередной ком от рваных фраз за дверью палаты, Хичоль снова закашлялся, пытаясь вспомнить, как же нужно правильно дышать и аккуратно приоткрыл дверь. От увиденной картины захотелось умиленно улыбнуться, но вышло как-то слишком криво и печально. - Донхэ уснул? - спросил Мин, засовывая лисью мордочку в приоткрытую дверь. - Ага.. - ответил Хичоль, набирая номер лидера. - Чонсу-у-у.. Скажите на своём чертовом шоу, что Донхэ единственный, кто сейчас сторожит драгоценное тело Хёка. Пусть подавятся от умиления. Да и.. Нам впервые не придется врать.

***

Вернулся домой блудный Донхэ уже ближе к ночи. Благо кто-то из хёнов заботливо оставил пару купюр, чтобы была возможность расплатиться за такси. Общагу к этому времени практически полностью оккупировал Морфей.. Кроме Шивона, который бодренько выпал из душа, навстречу Фиши в одном полотенце на бёдрах. - Как ты? - поинтересовался он, хватая парня за запястье и разворачивая лицом к себе. - Достало всё.. - впервые ответил честно Донхэ, и без попыток казаться милым, грубым рывком высвободил свою руку, устало прошлепав в свою комнату. Ынхёк верным псом проследовал за усталым другом, провожая взглядом в секунду помрачневшего Шивона, и, привычно устроившись на подоконнике в который раз обхватил голову руками. Слова девочки всё еще не хотели освобождать мозг, убивая веру в лучшее с каждой новой минутой. Всё-таки это не просто неприятно.. Это адски невыносимо ощущать, что пострадал только ты, а больно вокруг всем. Донхэ быстро стянул с себя рубашку, облачая тело в обтягивающую майку и, негромко включив музыку на ноутбуке, остановился перед зеркалом. Плавное движение вправо. «Я спокоен..» Плавный поворот на 360.. «Мне уже совсем не больно..» Легкий прыжок на месте — почти полет. «Я до сих пор верю, что ты всего лишь спишь..» Наклон головы и пальцы, скользящие по шее. «Когда проснешься.. Ты же расскажешь мне все свои сны?..» Щелчок пальцами и резкое движение бедрами влево. «Только обязательно проснись, пожалуйста..» Медленный наклон в сторону и дерзко закушенная губа. «Потому что даже вне сцены..» Автоматический поворот, чтобы встретиться взглядом с тем, кого по определению сейчас не может быть рядом. «Я не могу без тебя танцевать..» Донхэ чертыхнулся и рухнул на колени, совсем забыв о ранке, но тут же, простреленный стрелой боли в ноге, протяжно зашипел. «Да и к черту танцы! Мне без тебя даже просто жить сложно..» Иногда Ынхёку казалось, что он может читать мысли Донхэ. По крайней мере до тех пор, пока тот вдруг не вешался на него, шепча сквозь смех: «Люблю», тут же спрыгивая и пиная под зад так, что приходилось жалеть, что Бог не дал крыльев. Вот и сейчас Хёк сел напротив него, пытаясь поймать взгляд, который позволил освободить сердце от оков собственной лжи и вновь ощутить будто он всё-всё знает. Всё-всё чувствует. Но Донхэ упорно смотрел вниз, нервно пытаясь вытащить красную ниточку из носка, и выйдя из себя окончательно, ударил кулаком по полу, что есть дури. Хёк вздрогнул и, прикрыв глаза, подул на зеркало теплым дыханием, поселив на гладкой поверхности вспотевшее пятнышко. И опережая мысли действиями, он вычертил на пятне символы: «Идиот». Успокоившись после удара, Донхэ поднял голову и странно, абсолютно без испуга уставился на надпись. Как-то нервно улыбнулся, осмотревшись по сторонам, и стерев символы, обновив пятно дыханием, прочертил: «Я знаю». И снова эти глаза. Правдивые и совершенно лишенные заслонок с замками. Хоть сейчас запрыгивай и тони. А Донхэ, действительно, боится призраков или это только уловка, чтобы приманить Ынхёка к себе на ночь?.. Хёк облизнулся, опуская веки и приближаясь еще сильнее, в надежде ощутить на своих губах теплоту губ Хэ, но вдруг застыл. Абсолютная пустота. Никаких чувств. В полнейшем оцепенении липкого страха перевел взгляд на свои руки. Такими прозрачными они были только.. Разве что.. Никогда?.. В голове с новой ударной силой всплыли слова девочки. А вот теперь.. Остается только верить и ждать. И пытаться всеми силами в нужный момент проехать остановку сердца, чтобы выйти на остановке жизни.

***

Страх — чувство бесполезное. Ибо того, что может произойти, бояться бессмысленно, так как этого может и не быть. А если оно произошло, то стоит лишь это либо принять, либо исправить. Переключив в себе очередную клавишу, Донхэ теперь который день подряд сам ломился в больницу с утра пораньше. Вопреки первоначальным мыслям о безжизненном теле, теперь ему казалось, что дыхание Хёка и пульс, который, определенно, начал становиться чётче, дарили новые силы ждать. Новые силы терпеть. - Может, купить что-то? - Хичоль поднялся со стула, хлопая Донхэ по плечу. - Хён.. Ты уже третий раз идешь в магазин.. Может, просто хватит? Хичоль снова опустился на стул, но тут же вскочил, махнув на Фиши рукой: - Ладно-ладно. Мне просто нужно снова покурить. - Ты же бросил. - Хэ поднял на него удивленные глаза, дрогнув бровями. И Хи тут же скривился в отвратительной гримасе, обреченно усаживаясь на краешек кровати Хёка: - Я знал, что ты это скажешь.. Донхэ в ответ только довольно улыбнулся и снова продолжил перебирать бледные пальцы на руке Ынхёка. Их идиллию прервал грубый голос мужчины, вошедшего с блокнотом в руках. Парни тут же изобразили подобие вежливых поклонов, и выжидающе уставились на врача. - Полное нарушение всех правил, ей Богу. - пробубнил он, вытаскивая ладонь Хёка из руки Донхэ и грубо прощупывая пульс. - Звезды, мать вашу. - Эй! - Хичоль тут же вскочил на ноги, но сильная рука Донхэ усадила его на место. Врач тяжело вздохнул на это действие, не проявив никаких эмоций и что-то записал в свою тетрадь. А Донхэ снова ухватился за ладонь Хёка. - Вы бы еще поцеловали свою спящую красавицу.. - сморщился врач, тыкая кончиком ручки в запись. Теперь нахмурился и сам Фиши: - Если это поможет ему очнуться, поцелую. И только мужчина, закатив глаза, отвернулся, чтобы прошествовать к выходу, Донхэ внезапно даже для самого себя, стремительно наклонился к лицу Хёка и осторожно коснулся его губ своими. Хичоль ошарашенно распахнул рот, хватаясь обеими руками за края футболки сбрендившего Фиши, и запричитал: - Он же пошутил! Эй! Ли Донхэ, не воспринимай всё всерьез! - Я устал ждать, хён.. - шепнул Донхэ сквозь поцелуй и даже не сразу сообразил.. что губы Хёка слегка распахнулись, а безжизненная до этого рука в его ладони крупно дрогнула. Зато Хичоль, заметив слабый признак жизни тела на кровати, пулей отскочил к стенке и шокировано вжался в неё, заикаясь: - Д-д-д.. октор.. М-м-мне показалось.. Или?.. Застрявший на секунду в выходе мужчина тут же ухватился за косяк, округляя глаза до размера глаз Хичоля. - Донхэ.. - хрипло и почти неразборчиво пробормотал Ынхёк, вводя теперь уже и самого Фиши в состояние панически-сумасшедшего счастья. Да быть этого не может.. Врач до автоматизма отработанным ловким движением выудил сигарету из пачки, болтающейся в кармане, и стремительно закурил, но тут же, вспомнив обещание данное лидеру, затушил сигарету прямо в стену: - Да это нереально просто.. Нет.. Впервые за всю практику.. - Вот подстава.. - возмутился Хичоль осипшим голосом, хватаясь дрожащими пальцами за сигарету врача. - Раньше то не могли сказать, что можно было курить прямо в палате..

***

Разливаясь на городские крыши первыми капельками росы, утро сонно пробралось в комнату на втором этаже, запутавшись в легких шторах стайкой задорных солнечных зайцев. Ынхёк осторожно приоткрыл один глаз, прислушиваясь к окружающей обстановке и довольно еле слышно усмехнулся, когда дверь комнаты скрипнула и на мягких тапках к его кровати припрыгало нечто, поселив в комнате запах немного резковатого шампуня. - Хёкки.. - сладко протянуло нечто, складывая руки на его талии. - Уже пять утра.. Ынхёк закусил щеки, чтобы не выдать улыбки, но когда из-за решетки собственных ресниц заметил, как Донхэ ненадолго надулся, а потом, озарившись идеей, достал из кармана конфету и ткнул ей в нос Хёка, выдержка полетела к чертям. ХёкДже тепло рассмеялся, пряча нос от назойливого фантика ладонью правой руки, и, приподнялся на кровати, хватая в руки медведя. Донхэ заполз на кровать, устроившись напротив в позе лотоса и осторожно ткнул пальцем в его левую руку: - Больно? - Нет, она у меня просто так в гипсе. - скептически вздохнул Ынхёк, но тут же отвлекся на конфету, всё еще лежащую в руке Фиши. - Хочешь? - изогнул бровь Донхэ, лукаво улыбаясь, и приподнял конфету в воздухе. Ынхёк прищурился и попытался вырвать лакомство, но Донхэ оказался быстрее: - Если хочешь, пошли со мной. - Куда? - Пошли-пошли. - Донхэ аккуратно потянул его за руку, спрыгивая с кровати. - Пошли. - Да скажи же ты, куда! - попытался возмутиться Хёк, но почти сразу же прекратил свои бессмысленные попытки. Ибо сила Ли Донхэ не в том, чтобы закинуть нужный объект себе на плечо и унести, не в том, чтобы заманить какой-то невероятной хитростью, а в том, чтобы просто ляпнуть: «Пошли» и одарить своим фирменным искреннее-чистым взглядом. И вот тогда.. Да хоть на край света. Хоть в неизведанную Россию. Вытащив Хёка на улицу прямо в тапочках и со стогом сена вместо волос на голове, Донхэ с удовольствием осметаненного кота, задрал нос к небу и щелкнул пальцами. Ровно после его щелчка сероватое небо на линии крыш отдаленных домов медленно начало розоветь, озаряемое куполом, вновь рождающегося солнца. Ынхёк восхищенно уставился на рассветную границу и чуть было не замурлыкал, когда ощутил на своей ладони неловкое прикосновение пальцев Фиши. «Хёкки.. А тебе никогда не хотелось?..» «До сих пор хочется..» Не давая себе времени на раздумья, он в одно мгновение повернулся лицом к Донхэ и с удовольствием осушения бутылки ледяной воды в жаркий день припал к его теплым губам. - Донхэ.. - прошептал он, прерывая на секунду поцелуй и заглядывая в его удивленные глаза. - Дай сюда конфету. Фиши послушно вложил шуршащий комок в его руку. - Это твой подарок мне. - сообщил Хёк, - И еще не забудь отдать ту стопочку календарных листочков. - Откуда ты?.. - хотел было удивиться Фиши еще сильнее, но губы ХёкДже перекрыли доступ к четким словам, не говоря уже о возможности дышать. - Подожди.. - высвободился Хэ, опуская на мгновение глаза в землю. - Подарок на что?.. Ынхёк, приставив руку к собственному подбородку ненадолго задумался, перевел взгляд на ярко-оранжевое небо, снова на Донхэ, недоверчиво и смущенно обводящему собственные губы пальцем, ощутил на языке вкус знакомой зубной пасты.. До сих пор апельсиновой.. И, уверенно широко улыбаясь, проговорил: - Сегодня 3 июля.. Мой неофициальный, но самый главный День Рождения. Потому что именно сегодня я, кажется, по-настоящему родился.