Расизм и ревность

Трое парней, сидящих за партами, внимательно слушали четвертого, впрочем, не они одни, ибо полакомиться свежей пошлятинкой перед уроками в понедельник не брезговало полкласса. - …и она мне протягивает сотню и заявляет, что они с Клер поспорили, что я откажусь делать куни во время месячных. - Фу, блять, Кенни… Воображение Кайла услужливо нарисовало ему яркую картинку того, что он только что услышал, и парень скривился в омерзении, но его возмущение потонуло в шквале улюлюканья остальных одноклассников. Особенно довольными выглядели Клайд и Токен. - И я так ей отлизал, что она чуть не свернула ногой бачок в приступе экстаза, - Маккормик для наглядности высунул длинный язык и поиграл им в воздухе. - Блядь, чел, ты просто чокнутый! – в голосе Стэна явно проскальзывал восторг. Вряд ли когда-то в его жизни могло случиться нечто подобное, ведь у капитана школьной футбольной команды и парня президента школы (и по совместительству той еще стервы) Венди Тестабургер вряд ли оставалось время для развратных приключений. - Я, вообще-то, ем, как бы, - скривился Картман, ткнув Кенни под нос шоколадным батончиком. – За хрена такое рассказывать? Для тебя, нищеброда, это, может, и повод для гордости, а нормальные люди таким обычно не хвастаются. Голубые глаза Кенни игриво сверкнули, и парень откусил огромный кусок картмановской шоколадки, уже с набитым ртом бурча что-то о том, что таким нормальным, как некоторые жиробасы, и похвастаться-то нечем. Эрик брезгливо поморщился и швырнул надкусанный батончик на парту Маккормика. - Есть что-то после твоей грязной пасти – еще хуже, чем из помойки. Кенни заржал и подобрал шоколадку, а Картман недовольно отвернулся к своей парте, с трудом влезая между столешницей и ручкой стула. - Поверить не могу, что ты это сделал, - покачал головой Кайл. – Это же мерзко. - А я слышал, - заинтересованно влез в разговор Донован, - что в такие дни девчонки вообще с ума сходят от желания, а им нельзя, и поэтому они такие злые. Блэк рядом авторитетно закивал. - О-о-о! – Брофловски сделал вид, что его тошнит, и отвернулся к доске, куда как раз подошел их учитель. - Может и так, - пожал плечами парень в оранжевой парке. Судя по всему, Донован остался доволен ответом и собрался воплотить в жизнь некоторые планы. - Тишина в классе! – мистер Браун, учитель математики, постучал указкой по доске, привлекая внимание. – Звонок был пять минут назад! - Чего ж ты опоздал, мудила, - буркнул Картман, однако если мужчина его и услышал, то предпочел не подать вида. - А это еще кто? – протянул заинтересованно Баттерс. Весь класс сразу обратил внимание на незнакомую девушку, стоящую рядом с учителем. Праздные разговоры сменились оценивающими шепотками. Парни разглядывали небольшую грудь и длинные ноги, девчонки приглядывались к густым темным кудрям, косметике и одежде, сразу причисляя незнакомку к приличным, но далеким от моды ботаничкам. - Очень хорошо, - мистер Браун выдохнул, радуясь, что не придется снова вызывать директора или психолога, чтобы утихомирить этот проклятущий класс. – У вас новенькая. - Эй, красотка, как дела? – выкрикнул с задней парты Токен. - Что-то она мне не нравится, - задумчиво выдал Картман, хмурясь. Смутные предчувствия прокрались в его голову. - Это Даниэла Крацкевич, ее семья приехала к нам из Северной Дакоты, отец Даниэлы занимается… - О боже! – Эрик вскочил с места и едва не свалился, зацепившись курткой за край парты. – Я так и знал, что что-то не так! Еще одно еврейское семейство в нашем бедном маленьком городке! – парень оглянулся на класс. – Вы видите? Это же всемирный заговор! Они хотят захватить весь мир, вот таким вот способом ненавязчиво пробираются в нормальные города, идут в нормальные школы, а потом оказывается, что их уже 74 процента от общей массы! Вы так и не заметите, когда большинство вокруг вас перестанет праздновать Рождество и ходить в церковь. Куда только смотрят… - Эрик, сядь на свое место! – прикрикнул математик, но парень проигнорировал замечание. - …власти города? Посмотрите на нее – типичная мерзкая жидовка! - Завали пасть, Картман! – рявкнул Кайл и тоже выскочил из-за парты. – Хватит уже наезжать на мой народ! Гребаный ты расист! - Драка! Драка! – заскандировали хором Токен и Донован, колотя кулаками по столешницам. Учитель сокрушенно выдохнул, осознавая, что звать помощь все же придется. Стэн удрученно сжал пальцами переносицу, проклиная эту вечно ненавидящую друг друга парочку. Кенни молча оценивал размер сисек новенькой. Такер закатил глаза и отвернулся к окну. Твик лихорадочно дернулся и спрятался за драным потрепанным рюкзаком, лежащим на парте. Новенькая стояла молча и удивленно. - Я не расист, ты, выродок пархатый! Я просто не хочу, чтобы мою страну захватили всякие недонароды, которых надо было искоренить еще в древнем… Брофловски шагнул к Эрику и толкнул его назад, отчего тот налетел на край парты задницей, споткнулся и едва не завалился, оставшись стоять только благодаря тому, что Кайл крепко схватил его за воротник, яростно пыхтя в толстое лицо. - Вот видите, учитель! Они агрессивны по отношению к приличным людям! – Эрик оторвал от себя руки Брофловски не без помощи подоспевшего Марша, потянувшего лучшего друга на себя. - Кайл, оставь этого говнюка. - Пусти меня, я ему всю рожу его поганую разобью! – брыкнулся рыжий, но все же послушал Стэна. Оба парня уселись обратно за парты, следом за ними опустился на пятую точку и Эрик, веско оглядев весь класс и выдав напоследок: - Я вам говорю, если не остановить это сейчас, то их план осуществится. И потом вы все прибежите ко мне за помощью, но я покажу вам огромный толстый хуй, ясно вам? Стэн вовремя отобрал у Кайла учебник, который тот собирался метнуть жиртресту в голову. Математик облегченно вздохнул и посмотрел на новенькую. - Сядь за свободную парту. Начнем занятие. Даниэла прошла по проходу к свободному месту у стены. Картман демонстративно отодвинулся ближе к окну, почти тараня партой сидящего там Баттерса. - А она ничего так, - подмигнул друзьям Маккормик. – Мне нравятся кудряшки, они так забавно дергаются, когда… - Тишина в классе, - прервал его учитель. Кенни хмыкнул и отвернулся. Кайл отчего-то чуть покраснел и потянул пальцами за свисающую у виска рыжую завитушку. Картман скривился, показывая все свое презрение к евреям и нищим шлюхам сразу. *** Когда до конца урока оставалось едва ли пятнадцать минут, новенькая неожиданно чихнула. - Будь здорова, Даниэла, - сказал математик, но был тут же прерван. - Нет, вы слышали? Какая наглость! – Эрик нервно захлопнул учебник. – Она еще и чихает! Вас, жидов, вообще проверяют на заразу всякую? – впервые парень обратился именно к новенькой. - Картман, завались, - угрожающе буркнул Брофловски, но Эрик только отмахнулся. - Может, она больная какая-нибудь! - Да тут один больной, и это ты! – выдала Даниэла. Голос у нее оказался на удивление милым. По крайней мере, так подумалось Маккормику. - Ребята, прекратите, - постучал указкой мистер Браун. - Я не могу прекратить! – Картман снова поднялся на ноги, скрипнув партой. – Все больше окружающих нас людей умирают от всяких новых болезней, а эта курица приехала из… откуда там… своей Дакоты, а кто знает, чем они там болеют? Ей-то что, у жидов вообще невосприимчивость к вирусам, их хрен убьешь, а нам страдать? Прав был Гитлер, когда сжигал… - Ну все, жирдяй, тебе конец! Брофловски с размаху въехал кулаком в челюсть Эрика. Тот всхлипнул от неожиданности, схватился за лицо и уставился на разозленного Кайла, а потом ткнул ему в живот учебником. Кайл согнулся пополам, но быстро пришел в себя и пнул Эрика в коленку. - Так, все, хватит, - Стэну снова пришлось разнимать драчунов под радостное скандирование с задних парт и выкрики «Наваляй ему!» и «Кровавая бойня!». - Нет, это уже ни в какие ворота не лезет, мать твою, - жаловался Кайл Стэну, пока тот усаживал его за парту. Тем временем Картман молча собирал вещи в рюкзак. - Куда это ты? – наконец решил подать голос учитель. - Подальше от сборища жидов и их почитателей, - ответил Эрик и гордо покинул класс. *** В коридоре Картман остановился у своего шкафчика. - Эй, Эрик, - услышал он тонкий голосок. - А, это ты, Эрик-купидон, - Картман оглянулся. Больше никого вокруг не было, и можно было свободно разговаривать со своими воображаемыми друзьями. - Ну что, у нас появилось новое замечательное дельце? – пухлый малыш со стрелами радостно захихикал. - Ты о чем это? – Картман сунул в шкафчик учебник и достал тетрадь для следующего урока. - Как это, о чем? Эрик, ты же сам говорил, что нашей святой обязанностью является сводить вместе парочки одной национальности! Сам господь велел одинаковым людям быть вместе! - Так… И что? – Эрик нахмурился, подозревая неладное. - Ох, Эрик! – купидончик захлопал крылышками. – Твой друг Кайл – еврей, и эта новенькая – тоже. Мы должны свести их вместе! Картман уставился на младенца взглядом, от которого прокисает молоко. Ему, признаться, и в голову не приходила подобная мысль. Зачем сводить этого пархатого рыжего с кем-то? Ему и одному неплохо. - Так что, - весело резвился Эрик-купидон, - запрем их в спортзале? Или, может, напишем любовные записки от их имени? Или придумаем что-то новенькое? - Не будем мы ничего делать. - Почему? – опешил младенец и прекратил нарезать круги вокруг головы Эрика. - Потому, - буркнул Картман, захлопывая шкафчик. Не хватало еще всяким воображаемым купидонам объяснять такие очевидные причины. - Почему? – повторил малыш настойчивее. - Потому что! – рявкнул Эрик. – Потому что они евреи. Нельзя сводить их вместе и позволять размножаться. Иначе они захватят мир. - О-о-о… - расстроенно протянул купидон, однако тут же нашелся. – Но тогда каждый из них станет встречаться с кем-то другим, и вместо одной еврейской семьи у них получится две полуеврейских. А это все равно, что еврейские. Картман замер на месте. С одной стороны, Эрик-купидон был совершенно прав, но с другой… - Ну? Ну? – не унимался тот. - Слушай сюда, маленький говнюк, - Картман схватил купидончика за крылышки и притянул к себе. – Не будем мы никого сводить с Кайлом, ясно? Это совсем не то, что Токен и Николь, или эти тупые мексиканцы! - Не понимаю, - всхлипнул обиженно Эрик-купидон. – Они же созданы друг для друга… - Нихрена они не созданы, ясно тебе?! – психанул Эрик. – Запомни раз и навсегда: не собираюсь я ни с кем сводить моего Кайла! Картман осекся, резко оглядываясь по сторонам и проверяя, не услышал ли кто его последних слов. Эрик-купидон удивленно таращился на внезапно покрасневшего парня и моргал глазками. Прозвенел звонок, из-за дверей кабинетов послышались голоса и топот. - Вали прочь, - буркнул раздосадовано Картман, отпуская крылья купидона. Тот хихикнул и испарился. Эрик еще раз огляделся по сторонам и направился в сторону спортзала: следующим уроком была физкультура. *** Кайл хмуро выжидал у женской раздевалки. Сам он невероятно быстро переоделся в спортивную форму, торопливо отвечая удивленному Стэну, что объяснит все позже. Теперь ему нужно было поговорить с новенькой. - Эй, - окликнул он ее, едва только кудрявая брюнетка показалась из дверей. – Даниэла, да? Можно тебя на минутку? Бебе и Рэд, шедшие вместе с Даниэлой, хихикнули и ускорили шаг, обходя Кайла. Парень с раздражением подумал, что о них непременно поползут грязные сплетни. В этой школе нельзя просто так подойти к кому-то, чтобы после этого о вас не стали сочинять несусветную чушь, даже если у тебя и в мыслях ничего подобного нет. Новенькая удивленно подошла к нему. Она явно была заинтересована неожиданным вниманием, тем более, что лицо Кайла было предельно серьезным. - Что такое? – спросила она с вежливой улыбкой, склонив голову набок. - Привет. Меня зовут Кайл Брофловски, - представился парень. – В первую очередь хочу извиниться за поведение Картмана, он конченый расист и говнюк, тебе придется научиться игнорировать его. - Картман – это тот… ммм… полноватый? – подобрала характеристику девушка, и Брофловски вытаращился, поражаясь такой воспитанности. - Да. Но не переживай, его все зовут жиртрестом, так что и ты можешь. - Оу, отлично, - хихикнула Даниэла. – Ты тоже еврей? - Да, и всю жизнь терплю этого идиота. - Ты о нем хотел поговорить? Мимо прошли, хихикая, Венди, Стейси и Николь, и Кайл решил, что неплохо бы отойти подальше от раздевалок. - Отойдем? – предложил он. Девушка кивнула, и они прошли чуть дальше по коридору в сторону душевых кабинок, где сейчас было пусто. Им вслед несся шепот и взгляды уже начавших сплетничать одноклассниц. - Видишь ли, Даниэла… - начал Брофловски. - Дэни, так меня зовут друзья. - Ладно, Дэни, - до звонка оставалось всего минут пять, и Кайл не хотел опаздывать. – Короче, Картман повернут на своем гребаном расизме, и поэтому постоянно вынашивает всякие планы и творит глупости. Девушка нахмурилась, не понимая, к чему ведет этот разговор. Но Кайл не собирался рассказывать все с самого начала и подробно объяснять. Он находился тут только лишь затем, чтобы в будущем оградить себя от новых неприятностей, созданных одной жирной задницей. - У него, среди прочего, есть пунктик сводить вместе парочки одной национальности. Например, мексиканцев, афроамериканцев и прочих. – Дэни вытаращилась, недоумевая. Кайл продолжил: - Так вот, поскольку мы с тобой оба евреи, этот придурок наверняка решит создать из нас очередную расистскую ячейку общества. Я просто хочу тебя предупредить, чтобы ты была осторожна, не поддавалась на провокации и не соглашалась делать что-то подозрительное, если кто-то тебя попросит. Не ходи одна, не верь всяким любовным запискам, и уж тем более не относи полотенца в раздевалку после занятия, если тебя попросит Баттерс. - Кто попросит? – Даниэла была, мягко говоря, шокирована новой информацией. - Баттерс… - вздохнул Кайл. – Это блондин такой голубоглазый, невысокий. Да неважно. Вообще никому особо не доверяй пока, даже девчонкам. Если будешь сомневаться, то лучше подойди ко мне и спроси, ладно? - Хорошо, - согласилась брюнетка. – А что, часто этот ваш Картман так себя ведет? - Все время, - закатил глаза Кайл. Прозвенел звонок, школа зашумела, ученики заспешили в классы. Послышался свисток физрука, сгоняющего всех в спортзал. - Нам пора, - Брофловски кивнул в сторону уже поджидающего его у дверей Стэна. - Идем, - девушка согласно кивнула. – Спасибо, что предупредил. - Не за что, - рассеянно кивнул Кайл. Разговор уже выветривался из его головы. Главное, чтобы жиртрест не создал ему никаких новых проблем – и старых хватает. *** Когда учебный день, наконец, подошел к концу, Брофловски был чертовски зол на весь мир и на Картмана в частности. Всю физкультуру Эрик носился по залу, как умалишенный (что, впрочем, Кайл вполне допускал), путал свое кольцо с кольцом соперников, делал подачи совершенно не туда, терял мяч, махал руками, как будто отмахиваясь от мух, и вопил что-то нечленораздельное, однако Кайл мог поклясться, что там было что-то про евреев, новенькую и его самого. В конце концов Картман засадил мячом в голову Кенни, после чего тот пропал куда-то – наверняка в медпункт – психанул и полез к Кайлу с кулаками. Стэн в этот момент оказался слишком далеко, чтобы удержать и без того злого Брофловски, и драка, назревавшая с утра, все же состоялась. В итоге всю перемену оба парня провели у медсестры, которая помогала остановить кровь из разбитого картмановского носа и прикладывала холодные компрессы к кровоточащей губе Кайла. На перемене Стэн успел рассказать другу, что весь класс смакует сплетни о том, что парни подрались, не поделив новенькую, и что якобы Бебе видела, как Даниэла с Кайлом целовались у раздевалок. Весь следующий урок парням капал на мозги школьный психолог мистер Мэки, рассказывая, что «Драться – это плохо, пнятненько?..». В его кабинете Картман снова рассуждал о том, что евреев надо бы искоренить, за что был оставлен после уроков, однако Кайла оставили вместе с ним, невзирая на возмущения и протесты последнего. В итоге обоим пришлось еще два часа сидеть в полупустом классе вместе с Крейгом и парочкой провинившихся семиклашек, выполняя домашнюю работу. Неудивительно, что после этого Брофловски был совершенно не рад топать домой вдвоем с жиртрестом. Картман, впрочем, тоже был хмур и задумчив, изредка бормоча что-то себе под нос и косясь на Кайла, идущего чуть позади. Свежий снег хрустел под подошвами кроссовок, еще не убранный в сугробы на обочине, накопившиеся за зиму. Было не очень холодно, но вчерашние лужи под ногами покрылись скользкой хрустящей коркой, и приходилось их обходить. Погруженный в свои мрачные мысли Брофловски не заметил, что Эрик остановился на перекрестке, и налетел на него. - Твою мать, потрох жидовский! – Картман обернулся и уставился на Кайла. – Ты меня чуть под машину не столкнул! Я так и знал, что от вас, евреев, одни неприятности! Ты спишь и видишь, как бы избавиться от меня! Кайл глубоко вздохнул, понимая, что один раз Эрик точно угадал. Но сегодня в его жизни и так уже было слишком много Картмана. «Терпение, чувак, терпение, - сказал он себе и молча зашагал через дорогу». Однако Картман не собирался просто так успокаиваться. - И так из-за тебя нас оставили после школы, так еще тебе мало неприятностей. Брови Брофловски полезли наверх, а рот широко открылся от удивления. - Из-за меня нас оставили?! – парень за секунду забыл о том, что собирался сдерживать свои мстительные порывы. – Да это ты, скотина, весь день меня доводишь! Кайл обогнал Эрика и остановился перед ним, ткнув указательным пальцем тому в грудь. Картман мрачно скривился и вцепился в запястье Брофловски, оттягивая его назад. Кайл дернулся, вырывая руку. Картман выпустил его и толкнул в плечо. Как назло, под ногами оказался лед, и Брофловски, поскользнувшись, с ускорением плюхнулся в сугроб на обочине прямо головой вниз. Картман довольно заржал, глядя, как ненавистный одноклассник, дрыгая конечностями, выползает из распотрошенной снежной кучи и отплевывается от снега, одновременно пытаясь вытереть глаза перчатками. - Ну ты и говнюк, жиртрест! – заявил он и толкнул Эрика туда, откуда сам только что вылез. Однако Кайл не рассчитал, что вес Картмана почти вдвое больше его собственного, и не смог удержаться на ногах, когда падающий одноклассник уцепился за его рукав, потянув следом. Парни вместе грохнулись в канаву, барахтаясь в снегу и безуспешно пытаясь подняться. Кайлу повезло – он оказался сверху, свалившись на Картмана и уперевшись руками в его грудь. - Слезь с меня, пархатое уебище! – хрипел Эрик, сталкивая рыжего вбок и морщась от сыпавшегося за шиворот холодного месива. Рука Кайла подогнулась, и он снова рухнул на Картмана, брякнувшись лбом о его подбородок. - Ай, черт! – только сейчас он заметил, что при падении с него слетела шапка, отчего удар получился куда сильнее, чем можно было ожидать. Стукнули друг о друга зубы Эрика. - Твою мать, сукин ты сын, - Картман схватил Кайла за плечи и крепко прижал к себе. – Я тебя придушу! Воздух резко вышел из легких Брофловски, и Кайл уставился на Эрика, безуспешно пытаясь не дать горячим огромным ручищам пролезть под воротник и добраться до шеи и соображая, действительно ли тот готов его убить. Зеленые негодующие глаза столкнулись взглядом с разъяренными карими, лица парней были так близко друг к другу, что они едва не сталкивались носами. Эрик замер, вглядываясь в зеленую яростную глубину. Хотелось провалиться внутрь, окунуться в этот завораживающий искрящийся цвет, ощутить его ближе, ближе… Кайл брыкнулся, воспользовавшись замешательством друга, освободился из тяжелого захвата и умудрился вскочить на ноги. Пока он злобно отряхивался и водружал на растрепанные кудри подобранную в снегу шапку, Картман тоже смог подняться и выбраться на тротуар, утирая лицо и выгребая снег из-под куртки. - Ненавижу тебя, рыжая тварь, - мрачно заявил он, оглядывая Кайла. – Тебе повезло, что жив остался. - Иди в жопу, жиртрест! – гневно выплюнул еврей и развернулся, быстро зашагав в сторону дома. - Надеюсь, это было приглашение? – хмыкнул Картман, но Кайл его уже не слышал.