Город призраков. Памятник.

      Эта ночь выдалась очень беспокойной. Из-за того, что вечером мы с мужем долго провозились со сборами в поход, спать я легла очень поздно, и всю ночь меня мучили мысли о предстоящем путешествии. Я не могла безмятежно отправиться в царство Морфея, когда моя давняя мечта, рожденная еще в раннем детстве, наконец обещала сбыться. Просто не могла — сколько ни ворочалась с боку на бок. "Надо поспать, а иначе в походе я буду засыпать на ходу!" — твердила я самой себе, но мои бесполезные внушения тесно скрывались за завесой волнения. Где-то часам к трем, я все же уснула, ибо усталость, неожиданно опутавшая меня, дала о себе знать: веки мои тяжелели, а различные думы, вызванные беспокойством, становились все бредовей. Но даже в царстве Морфея я отправилась в таинственный лес, в каждом уголке которого таилась неизведанная опасность. Проснулась я рано утром, когда розоватые солнечные лучи, бережно окрашенные рассветом, пробрались сквозь полупрозрачные шторы и ласково пробежали по моему лицу, а пташки, выбравшиеся из своих уютных гнезд, бодро запели, как бы обмениваясь последними новостями друг с другом и знаменуя этим восход. — Диан, вставай, — мой муж, по всей видимости, уже давно проснулся или же — что неудивительно — не ложился спать вообще. — Встаю, — бодро ответила я, отметив, однако, как наигранно весело прозвучал мой голос после бессонной ночи. — Вот и отлично. Сейчас половина шестого, а в поход мы, как тебе известно, отправляемся в девять часов. — Да, конечно, я помню. Быстро подскочив с кровати, я пробежала на кухню, где приготовила себе омлет, получившийся не особо аппетитным. Но мне было все равно. Я очень торопилась, поэтому, поспешно проглотив завтрак, вернулась к мужу. — Ну все, я готова. — Отлично. Теперь осталось дождаться нужного времени. — А может, все-таки не станешь охотиться, ради меня? — робко спросила я. — Да ладно тебе! Мы же уже договорились! — Ни о чем мы еще не договаривались. Ну вот, опять я ненароком начала наш обыкновенный спор. Как же досадно было то, что все наши интересы, за исключением некоторых, совпадали, и лишь этот факт, связанный с охотой, не давал покоя каждому из нас, опять и опять вызывая разногласия. Но я все еще была полна наивных надежд на то, что, подробно высказав свою точку зрения, я смогу все разъяснить мужу и — что самое главное — отбить у него всякое желание убивать невинных животных, дабы испробовать их мясо. — Но ведь они ничем не хуже людей. Все в этом мире созданы природой и потому равны. И ты, будто беспощадный убийца, лишаешь жизни существ, которые тебе абсолютно ничего плохого не сделали. Зачем? — Диан, хватит. — Нет. Так бы мы, наверное, и спорили до упора, забыв о предстоящем походе в лес, если бы во входную дверь внезапно не постучали. Заинтересовавшись, мой муж отложил новое охотничье ружье в сторону и пошел встречать неизвестного гостя, в то время как я, подозрительно поглядывая на оружие, попыталась забрать его и спрятать куда-нибудь подальше, но вовремя остановилась, так как мысль о неотвратимой ссоре тут же посетила меня. Кроме того, я услышала, что из коридора донесся скрипучий голос соседки. — Ах, зачем вы идете в этот лес?! — причитала она. — Знали бы вы, какие дурные слухи ходят о нем! — Какие же? — спросил мой муж, который, как и я, относился к этому достаточно скептически. — Ах! Не хочу я рассказывать вам о них, мне самой страшно! Но не ходите в этот лес, прошу вас, умоляю! Выйдя в коридор и любезно поприветствовав соседку, крайне раздражавшую меня в данный момент, я тоже присоединилась к разговору. — Извините, но мы все же не изменим наше решение, так как, принятое две недели назад, оно было окончательным, а сегодня, когда мы уже все собрали, мы тем более не можем ничего изменить, — уверенно сказала я. — Ах! Какие же вы упрямые! — вновь запричитала женщина, схватившись за свою седую голову. — Еще раз извините, но нам некогда с вами разговаривать, нам пора идти, — добавила я, краем глаза глянув на настенные часы, часовая стрелка которых стояла на цифре восемь, а минутная — на девятке. — Стойте! — соседка, решившая принять более серьезные меры, встала около двери, раздвинув руки в разные стороны, и закрыла проход своим телом. — Не могли бы вы отойти? — вежливо попросила я, в то время как муж, наконец все осознавший, побежал в комнату за сумками. — Не собираюсь! Вы никуда не уйдете! — седые волосы женщины были взъерошены, зеленые глаза горели, и сама она чем-то напоминала ведьму, жаждавшую слопать детишек, которые, наивно пытаясь спастись, хотели тайком убежать из ее владений.