С любовью, твой ...

      - Да, мистер Снейп… Вы явно превзошли самого себя! Какая сладкая, должно быть, месть… - гневно сузив глаза, прошипела Гермиона.       - Месть? Герми… Я… О чем ты? – ничего не понимающий юноша сделал шаг в сторону девушки, даже не оглянувшись на побледневшего зельевара.       - Ты никогда не отличался особым умом, Гарри. А вот профессор… Как это изящно, как гаденько, истинно по-слизерински: влюбить в себя врага, человека, которого всегда ненавидел, писать ему якобы любовные письма, а затем искать отправителя. Вот только мне интересно: когда Вы собирались сказать ему, что это были Вы? М? Молчите, Снейп? Разумно… Вы даже не представляете, как трудно было пробить заклятия, наложенные на письма. Но я смогла. Парочка запрещенных темномагических заклинаний – и вуаля! Истосковавшийся по любви романтик профессор Зельеварения выведен на чистую воду! Ой, я сказала «любовь»? Да откуда вам обоим знать что это? Каково это - любить всем сердцем и готовой порвать на части всех, кто приблизится к объекту твоих нежных чувств! А я знаю! Как вы могли… Гарри, а ведь мы были лучшими друзьями! Прикрывали спины друг друга! Я же говорила, что над тобой просто посмеются! Что, до сих пор веришь, что ты кому-то нужен без своего шрама? Что кто-то влюбится в твою душу? Что? Постой, ты правда так думал? О, Гарри, мне так жаль… - ухмыльнулась девушка, поигрывая палочкой в руке и ходя из стороны в сторону, как на сцене, являя людям истину.       - Это правда? – тихо прошептал Поттер и обернулся на Снейпа, пытаясь заглянуть в его глаза, которые зельевар опустил в пол. – Значит, правда… Поверить не могу… А ведь я почти влюб… О чем я вообще говорю?! Мне тут не место! Гермиона, профессор, Вы друг друга стоите. Счастливо оставаться! – юноша, тщательно борясь с нахлынувшими чувствами и пряча слезы, которые начали появляться в уголках глаз, спешно удалился.       - Мисс Грейнджер… - устало вздохнул Снейп и поднял полный боли взгляд на улыбающуюся девушку. – Не могли бы Вы…       - Стать Вашей женой? Остаться с Вами? Северус… - ослепительно улыбаясь, Гермиона кинулась было в объятья профессора, но тот резко прервал их контакт и злобно посмотрел на гриффиндорку.       - Не могли бы Вы навсегда исчезнуть из моей жизни? Я всеми фибрами души ненавижу Вас и то, что Вы сейчас сделали! – промолвил зельевар и отвернулся к окну.       - Что? Но… Так я была права?! Вы действительно… не могу поверить! Влюбились в Поттера? В этого очкастого идиота? И смели рассчитывать на что-то!? Какая прелесть! Нет, ну серьезно! Такого поворота я не ожидала… Кто он и кто Вы! Да Гарри и Вашего взгляда не стоит! – со слезами в голосе, прокричала девушка.       - Вы ошибаетесь. Любви достойны все, а он больше всех иных. Даже такая жалкая интриганка, как Вы, смогли полюбить. Хотя… полюбить ли? Привыкли брать от жизни все, мисс Грейнджер? Боюсь расстроить Вас, но меня в постель Вы так и не заполучили, и вряд ли Вам это удастся! – бросил из-за спины пронзительный взгляд зельевар.       - Готова поспорить, профессор! Я могу украсть у Вас самое дорогое, и Вам придется быть моим! Я не вижу другого выхода… И Амортенция… Я заставлю полюбить себя, ясно Вам? – выкрикнула девушка и мгновенно скрылась за дверью.       Снейпу потребовалось не более пяти секунд, чтобы осознать, что девушка собирается причинить вред его Гарри.

***

      Гарри Поттер шел, не видя ничего впереди себя от слез, которые не желали останавливаться. Все его существо твердило, что он дурак, который так легко поддался на провокацию. Гермиона была права! Снейп никогда бы не смог полюбить его, он всегда только лишь издевался, мучил и буквально всем нутром ненавидел юношу. Но чтобы так: писать письма, заставить влюбиться в себя, а потом еще этот поцелуй… Так больно Гарри еще никогда никто не делал. Сердце, в котором разгорелся маленький и еле живой огонек любви, словно терзали тысячи Круциатусов, губы все еще помнили такие сладкие, но смертельно ядовитые уста зельевара, в тех местах, где его касалась сквозь ткань рука Снейпа, словно вбили раскаленные гвозди. Даже тогда, когда умер Сириус, Гарри не так сильно хотел умереть сам, как сейчас, когда оказался преданным всеми. Не отдавая себе отчета, Поттер поднялся на Астрономическую башню, ища в себе хоть толику сил, чтобы самому закончить эту бессмысленную и бесполезную игру под названием «Жизнь Гарри Поттера».       На небе тоскливо светила луна, ветер словно лениво гонял тучи из стороны в сторону, ветер свистел, нашептывая что-то на своем языке. Шаг. Еще один. Стоит лишь закрыть глаза и сделать третий… И все закончится.       Поттер закрыл глаза, мысленно досчитал до десяти, и дернул ногой в пустоту. В спину ударил луч проклятья и юноша, в последний момент успев повернуться в сторону нападавшего, оступился и упал на спину. Все его тело сокрушали судороги Круцио, холодный смех словно проникал в мозг и прожигал ненавистью изнутри. До боли знакомый, еще недавно такой родной и любимый голос промолвил:       - Это месть, Поттер. Ты мне за все заплатишь…