Вклочья!

От лица Жени.

Я проснулся от того, что Тоша с кем то разговаривал на кухне. Ммм... Дико болит тело. Господи, что это вообще вчера было? Мы с Тошей занимались... Любовью? Мы. С Тошей. Любовью. Блять! Не может такого быть! Абсурд! А что со мной было? Как будто порнухи с БДСМ насмотрелся, бля. Так. Что дальше? Тоша поставил мне метку. Что, блять?! Мне это точно не приснилось? Нет. Метка на шее. Господи. Да что же это такое? Ниженко-горе мое.

От лица автора.

Женя надел боксеры, и вышел на кухню. Там сидел Тоша и курил. - С кем ты разговаривал? - спросил Женя, щелкая зажигалкой и затягиваясь. - С Владом. Сказал, что сегодня будет репетиция,- ответил Ниженко, выпуская густой дым. - Понятно. На этом диалог закончился. Они просто сидели молча и курили. Каждый думал о своем. Женя о том, как бы аккуратно спросить про метку, а Тоша о том, как сексуально Мильковский выпускает дым. Как говорится: Каждый думает в меру своей испорченности. И первым, решил действовать Женя. - Тош. - Ммм? - Зачем ты поставил мне метку? - выпалил Мильковский. Тошу передернуло. Он посмотрел на белобрысого, как на умственоотсталого. Но в эту же секунду, сделал невозмутимое лицо. - Пошли собираться,- сказал он, туша сигарету. - Но..,- хотел возразить белобрысый, но его оборвал властный голос. - Заткнись. Одного слова было достаточно, что бы Женя притих. "Я просто так не оставлю это!" пронеслось у него в голове. Он встал с подоконника и тоже пошел в комнату. Там уже одевал джинсы Ниженко. Белобрысый тоже стал молча одеваться. Они вышли на улицу. Там шел мелкий дождь. Женя улыбнулся, поднял лицо к небу и выставил руки по сторонам. Он очень любил дождь. Глядя на это зрелище, Тоша лишь улыбнулся. Вот вроде Мильковский и старше, а ведет себя как ребенок. Ей богу. - Пошли,- кинул барабаншик. Нехотя, но Женя все же поплелся за ним. А разве у него был выбор? Не повинуешься - накажут. А быть выебаным и избитым, ему не очень то и хотелось. Сейчас, его больше интерисовал вопрос с меткой. Зачем? Это надо выяснить. Но осторожно. Ибо со злым Тошей, шутки плохи. Но, попытка не пытка. - Тоша. - Что? - Зачем ты поставил мне метку? - настойчиво спросил Женя. - Мильковский, если ты еще хоть раз спросишь об этом - пеняй на себя. Просто заткнись и забудь. Я тебя предупредил! Кстати, у тебя шарф - как у педика. Солист моментально замолчал. "А может и правда забыть?!" подумал он. Но потом решил, что обязательно добьется правды. Метить себя кому попало - он не позволит. С этими мыслями они подошли к базе. Там уже настраивались Зайченко и Дудка: - Жек, ты нас вчера очень напугал... - Маус заинтересованно разглядывал друга, ясно заостряя внимание на цветном шарфе. - Простите, забыл выключить утюг.. - неловкое вранье не устроило друзей, но сейчас разбираться с Мильковским не было времени. - Я тут новую песню написал, - промямлил Женя, странно косясь на барабанщика, - "Шарф" называет. Сыграть вам? Группа активно закивала. Это как сахар лизать через стекло? В голову Тоши стали закрадываться подозрения, что эта песня про него. А что, если так? Может стоит признать, что метка все же что-то да значит? Нет, нет, нет. Это просто буря эмоций, страсть, секс. Только и всего. Когда Женя закончил петь, Влад и Маус захлопали в ладоши, лестно отзываясь о смысле и мелодии. Зайченко быстро набросал соло, Дима тоже подстроил монотонный бас и закипела работа. Тошику игра не доставлял никакой помехи, так что он размышлял о Жене, о том, как с ним хорошо, как хорошо в нем, какой он волшебный, когда выгибается и кончает. Эти мысли сбили его с ритма, из-за чего три пары глаз удивленно на него уставились: - Тошик, ты чего? Может передохнем? - предложил Дима. Все согласились. Мильковвский, как кот, подкрался к Тошику, курящему на улице чуть в стороне от Влада с Маусом: - Тоша? - Да? - снова этот взгляд из-под длинных ресниц. - Зачем ты поставил мне метку? - за словами последовала пощечина. Сильная и частная, как и всегда. - Я тебя предупреждал, - спокойствие в его голосе убивало. - Что у вас происходит?! - к парням подбежали гитаристы. Женя держался за обожженную щеку, смотрел на Тошу с непониманием. - Ничего. Я домой, - барабанщик развернулся спиной к друзьям и направился в сторону дома. - Репетиция еще не кончилась. - сухой, не свойственный омеге, голос прорезал тишину. Их глаза встретились. Женя стоял, как зверь на охоте - шея вытянута, глаза пожирают добычу, руки сжаты в кулаки. - Да? Ну ладно, тогда не будем терять время, - красноволосый развернулся на 180 градусов и подошел вплотную к омеге, не отводя взгляд от карих глаз. - Не будем, - нереальное напряжение между парнями удивляло их друзей, но те ничего не могли поделать. В это время Тоша мысленно раздевал Мильковского, впивался в тонкую кожу, трахал до потери сознания, а Женя мечтал ударить красивое лицо врага, потом прокусить пухлые губы, почувствовать прикосновения. Все это было очень странно... Но делать было ничего - парни, тяжело дыша, двинулись внутрь базы. - Это нормально вообще? - нежный шепот пронзил тело Влада, как ток. - Дим, мы разберемся с этим позже... - у Влада была целая теория на этот счет: когда Тошик ударил Мильковского, то шарф на шее второго немного сполз, оголяя бледную кожу, на которой фиолетово-алым укусом красовалась метка. Женя пах Тошиком практически весь. Это Зайченко почувствовал еще после так называемой "болезни" Мильковского. - Давай выйдем, сказав, что хотим сигареты купить и посмотрим, что они будут делать? - Хорошо, только сделай это аккуратно, - легкое касание до моей руки. Как странно, когда твоей парой оказывается бета... Влад вышел на середину зала, виновата уставился на кеды и произнес с толикой мольбы: - Чуваки, простите, что не сделал этого раньше, но я сиги не купил... Так что мы с Маусом на минут 15 отойдем, хорошо? - парни не ответили, сверля друг другу глазами, только быстро кивнули. Маус потянул недоумевающего Зайченко в сторону выхода и, как только они скрылись за поворотом, прижался в стенке так, чтобы их было не заметно, но обзор на комнату был довольно хорошим. - Что ты, блядь, сделал?! - сильные пальцы барабанщика сдавливали женину шею. Он пытался отступить назад, но уперся спиной в стену. - Я же тебя предупредил, сука. Шоколадные глаза были круглые от ужаса, дыхание Мильковского сбилось из-за удушья от Тошика. - Ну, отвечай! - Я... Тоша... Воздух... - тонкие пальцы впились в плечи, а Тошик сверлил трясущиеся тело голодным взглядом. - А мне плевать. Я предупреждал тебя о последствиях! - жадный, страстный и жесткий поцелуй в губы выбил из полупустых легких блондина хриплый стон. Свободная рука Ниженко опустилась к паху омеги, сжала возбуждение через джинсовую ткань, а язык продолжал выбивать последний воздух из легких. - Нет.... - хватка на шее чуть ослабла, давая живительному кислороду проникнуть в тело. - Я накажу тебя, Мильковский. После этих слов Влад практически вынес Диму из здания базы, так как тот порывался вмешаться в отношения. Тем временем, джинсы были спущены до колен вместе с боксерами, жилистые руки омеги опираются в стену, лбом он упирается туда же. Шлепок по пояснице заставляет прогнуться в спине: - Знаешь, я на днях заглянул к одной знакомой девочке-омеге и она дала мне это, - в руках барабанщика блеснула небольшая розовая палочка с заглушкой на конце. "Анальный вибратор" - пронеслось в голове Мильковского. - И знаешь, что я планирую с этим сейчас сделать? - красноволосый поднес вибратор ко рту Жени, - Оближи. - Нет, - выдохнул тот, дрожа от переполняющих его чувств. Шлепок по нежной коже. - Это приказ, сучка. - Прошу тебя, не надо... - Надо, малыш, надо! - вибратор затолкали в горячую глотку, да так, что Женя закашлялся, - М... Жалко это не мой член... Вибратор легко вошел в растраханную дырочку, выбил из омеги протяжный стон: - Так, хорошо, теперь колечко, чтобы не кончил... Отлично. А знаешь, в чем плюс этой игрушки? - спросил Тошик, одеваю на Женя трусы и джинсы, застегивая их на нем, как на маленьком ребенке. Он говорил все это ему в шею, щекоча прокуренным воздухом кожу, - В том, что к ней прилагается маленький пульт... Вот, смотри. Приятные ощущения пронзили тело омеги, он громко застонал, откинувшись на плече своему мучителю. Потом все стихло: - Тут есть такое колосеко, уменьшающее и увеличивающее мощность вибрации и поэтому я... - договорить Ниженко не успел, так как вернулись красные, как два рака, Маус и Зайченко. Тошик успел отойти от Жени до того, как их заметили. - Купили? - как не в чем не бывало улыбнулся Ниженко. - Угу. Давайте уже репать... - Маус накинул на плече ремень от гитары. - Жень, тут лучше вот этот аккорд, - Влад попытался внести изменение в песню. Ведь Аm больше подходит к этой тональности.. - Нет, так не пой.... Агхм... - парень прикусил губу и зажмурился. - Чего ты там сказала, Жек? - довольно ухмылка красовалась на лице барабанщика. - М... Да, Влад, ты... Прав.. - легкий румянец залил щеки Мильковского, - Мне... Мне надо отойти на пару... Ах... Незаметно для всех Тошик подкрутил кольцо еще немного в сторону усиления вибрации: - Уверен? Может, потерпишь? -его голос только больше распалял желание в теле омеги. - Я... Угу... Хорошо, Тошик... - Женя было сел на стул, на вскочил, все сильнее заливаясь румянцем. - Умница, - прошептал Ниженко, прокручивая колесико в сторону выключения.