Двойная роль

Мой новый дом удивительно уютен. Кто бы мог подумать, что после черноты Паучьего Тупика я окажусь в таком светлом помещении. На самом деле я неприхотлив в подобных вещах. Есть где поспать, принять ванну и поесть – на этом хватит. Всё-таки создание уюта - это чисто женское занятие. Именно этим и занимается она - моя женщина. Когда я так думаю о ней, то где-то внутри скручивается узел. Мне всегда казалось, что такой старой и потерянной душе больше не на что рассчитывать. Я проклят. Моя личность вызывает у людей отвращение, а внешность - нервную судорогу у студентов. Из-за собственного желания показать себя обрёк на смерть женщину, которую так любил. Ведь я был уверен, что, рассказав о пророчестве Тёмному Лорду, получу особое место в его окружении. А вместе с этим местом ко мне придёт и уважение со стороны посторонних людей. Уважение, с которым ко мне никогда не относились сокурсники в детстве. Но как же я был глуп, полагая, что Тёмный Лорд сохранит жизнь Лили. Уверен, он убил бы её в любом случае. Ему доставляет удовольствие наблюдать за страданиями других людей, даже если эти люди - его собственные приспешники. Все считали, что он погиб от руки младенца. Практически все, кроме Дамблдора и... меня. Первое происшествие с философским камнем всё доказало. Тогда и началось. Метка с каждым годом становилась всё темнее и темнее. Наливалась чёрным цветом... медленно... постепенно. Подкрадывалась понемножку, как пума к добыче. Первый призыв застал меня врасплох, и если бы не моё умение контролировать себя, то непременно свалился бы в обморок от обжигающей боли. Каркаров чуть коньки от страха не отбросил. И всё на моих глазах, на турнире. В голове Тёмного Лорда расцветали всё более коварные идеи. Он был кровожаден и зол. В разы агрессивнее, чем много лет назад. Его планы мне показались записками сумасшедшего, а любой шаг он делал практически ва-банк. Никого ни капли не удивляли такие решения. Каждый из нас постепенно начал понимать: Лорд окончательно обезумел. Я был первым, кто это заметил. Полагаю, это связано с крестражами: его душа разорвана, а вместе с этим разрушена и психика. Следующим заметил подвох Люциус - он практически не говорил в присутствии Лорда. Далее опасливо начали на него поглядывать Петтигрю, Крэбб, Гойл и Макнейр. Только одна Беллатриса готова была хлопать в ладоши от восторга. Скакала за ним, как белка за орехом. Прямым подтверждением безумия Лорда стало задание для Драко. Не будь я настолько озадачен сохранением в секрете своего статуса, то послал бы двух сестриц со своего порога. Но у меня не было выбора: пришлось пойти на поводу у Беллы и принять непреложный обет. Тот год можно было бы назвать одним из самых ужасных в моей жизни, если бы не она. Смерть меняет людей. И когда она происходит на твоих глазах – в голове словно что-то щёлкает. Когда она увидела смерть Блэка, в её светлой умной черепушке как будто опустился рычажок. Взгляд стал осмысленным, а действия более осторожными. Привыкание тоже вещь такая… опасная. Наверное, с годами я привык к её удушающей тяге к знаниям. Слепой вере, что всё на свете можно найти в книгах. Поднятая вверх рука уже не вызывала такого раздражения, как на третьем курсе, а количество слов в эссе сверх нормы не причиняло прежнюю головную боль. Повзрослеть за лето, разве это реально? Я сам не знал ответа на данный вопрос. Тем не менее, я начал замечать, что мой взгляд излишне часто прикован к её фигуре на третьей парте. Первый раз проклинал всех основателей за такие педофилические замашки. Но Салазар меня подери! Я не мог ничего с собой поделать. Тайком изучал её взглядом... Волосы, которые так меня раздражали, теперь вызывали непреодолимое желание прикоснуться. Тонкая светлая кожа так и кричала, умоляя, чтобы на ней оставили безобразные и пошлые засосы. А женственная линия губ и вовсе заставляла сжать край стола из-за натирающих ощущений тканью ниже пояса и лезущих в голову фантазий. Я понял, что моё дело труба, когда начал выкрикивать её имя во время своих утренних «разрядок» в душе. Самой первой реакцией был - испуг. Пришлось провести несколько тестов, для того чтобы убедиться, что я не нахожусь под действием амортенции. Правда, сама Грейнджер вела себя как обычно. Ни больше, ни меньше. Я знаю, как действуют подобные вещи и какие взгляды после поступают со стороны студенток. На моё везение я чуть не попался на удочку одной девицы во время своего второго года преподавания в школе. Согрешу, если совру, что я не крутил романа со студенткой. Было дело – признаюсь. В те времена мой мозг отчаянно хотел забыть Лили, а тело хотело секса. После трёхнедельной интрижки я нагло воспользовался обливиэйтом в комплекте с одним зельем-миражом. Оно замещало потерянные воспоминания новыми, с помощью окклюменции. Моё личное изобретение. Жаль, что нельзя зарегистрировать - рисковать своей шкурой не хотелось. Тест оказался отрицательным. Успокоившись и убедившись в адекватности своего состояния, помчался на урок. Заранее зная, что вновь буду наблюдать за ней. Тогда я ещё и представить не мог, что ждёт меня впереди.