Омут в твоих глазах...

       Тот момент, когда мы с Данилом подошли к моему дому… Я не знаю, чем я руководствовался, но мне захотелось его поцеловать. Я, конечно, сдержал порыв, пока мы шли до подъезда, но когда – я ведь идиот – споткнулся и чуть было не упал, а Данил – тоже идиот, лучше бы я упал – поймал меня. Вот только тогда, посмотрев в его глаза, что так были похожи по цвету на моё любимое лакомство, я не стерпел. Не поцеловал – лишь прикоснулся своими губами к его губам, лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы отрезветь. Я, отпрыгнув от своего недодруга, посмотрел на него, замершего в шоке, а в глазах что было, мамочки родненькие, пора валить. — Прости, – только и смог выдавить я, скрываясь за дверью подъезда и поднимаясь на свой этаж. Оказавшись у квартиры, я осел на пол у двери, тяжело дыша, и вряд ли от бега.        Я снова начал чувствовать к себе отвращение, как когда-то давным-давно. Я ничтожество. Тупой педик. Ненавижу себя за всё это. А всё по одной причине: Даня не оставил меня равнодушным к своей персоне. Решив, что убиваться по этому поводу лучше дома, чем на лестничной площадке, я открыл дверь, еле всунув ключ в замочную скважину. Ну конечно, так руки трясутся. Войдя в квартиру, я скатился по двери вниз, зная, что дома никого нет, и моим внутренним терзаниям никто не помешает.        Я свернулся калачиком, даже не коря себя за то, что лежу довольно-таки на не чистом полу, по которому все проходят обутыми. Но сил доползти даже до комнаты нет. Тут я услышал чьи-то тихие шаги. — Женька? А ты почему тут лежишь? Тебе плохо, блатик? – ещё не выговаривая все буквы, спросила Вика. Я только застонал. Она должна сейчас быть у тёти за городом, почему она здесь? Хотя я не особо расстроился присутствию своей сестрёнки. — Ты же вроде у тёти Марины гостила, и собиралась приехать только через три дня? — Вообще-то, – сестрёнка состроила недовольную мордочку, – меня планиловали сегодня заблать, – я перевёл взгляд на стену, где висел календарь, и офигел. И правда, сегодня. Что-то у меня проблемы с памятью… – Пойдём, – девочка протянула мне руку, за которую я и схватился. Сестра привела меня в мою комнату. – Сиди, я сейчас плиду, – и скрылась за дверью.        Я снял куртку и бросил её на стул, понимая, что до сих пор в обуви, и мама за это меня по головке не погладит, поэтому её я тоже скинул. Через минуту ко мне вернулась Вика, держа в руках огромную плитку шоколада. — А тепель лассказывай, почему ты такой ластлоенный? – спросила она, устраиваясь у меня на кровати и протягивая мне шоколадку. Я, отломив кусочек, почему-то начал рассказывать: — Почему люди создают правила? Чтобы те, кто физиологически их нарушают, мучились? Зачем это надо? Я не понимаю. Это ужасно. И теперь он, – я посмотрел на озадаченное лицо сестрёнки, – друг, меня презирает. – я понял, что у меня накрадываются слёзы. Ну вот, теперь я стану плаксой. Гей-плакса-гомофоб, к вашим услугам.        Вика, скорее всего ничего не поняв из моего мини-рассказа, подползла ко мне поближе, обнимая и целуя в щёку. — Женечка, ты очень холоший, и тебя нельзя обижать. И даже никакая филизо… физило… – девочка нахмурилась, – та штука, что ты сказал, не должна тебя оголчать. А длуг на тебя не будет обижаться, ведь он длуг. Вот, наплимел, я с Таней на плошлой неделе поссолилась, так мы потом целых два дня не иглали с ней. А потом помилились, потому что мы подлужки. — А если он будет обижаться? – вслушиваясь в слова своей пятилетней сестры, спросил я, практически шёпотом. — Тогда он тебе не длуг! – я всегда поражался, какие взрослые мысли могут быть в голове этого маленького создания. Я обнял сестру крепче. Как я всё-таки её люблю. — Спасибо тебе, – я начал щекотать девочку, отчего она весело засмеялась. Я засмеялся тоже, на пару секунд забыв о парне.        Может, это и странно, но я прислушался к совету Вики, и решил поговорить с Даней, чтобы расставить все точки над "i". Только была одна небольшая проблема: я не знал, каким образом. То есть у меня не было его номера телефона, который сейчас был бы как раз кстати. Благо, я знаю, где он живёт. Примерно, правда. Он точного адреса не говорил, но примерное местоположение упоминал. К примеру, что буквально в квартале от его дома находится гипермаркет, у его дома располагается детская площадка, от меня до него идти близко, почти напрямик. Решив, что этих знаний мне хватит, я схватил куртку и кроссовки, что одиноко валялись в дальнем углу комнаты, и вылетел в коридор, по пути говоря сестре, что скоро вернусь. — Ты идёшь милиться с длугом? – поинтересовалась она, видя мои скорые сборы. Когда я кивнул, она продолжила, – Ты тогда беги, я заклою дом! – конечно, у неё бы это не вышло, она до ручки-то не особо дотягивается. Поцеловав сестру и всё-таки закрыв дверь на замок, я полетел по лестнице на первый этаж, во второй раз за последние полчаса благополучно забыв о существовании лифта.        Вылетев во двор и осмотревшись, я побежал в ту сторону, куда пошёл Даня, когда провожал меня впервые. Удивительно, это случилось недавно, но сколько всего произошло после этого случая.        Через двадцать минут бега я понял, что заблудился. Во всяком случае, в этом районе я никогда не гулял. Начинало уже темнеть, отчего моя прогулка казалась опаснее. Усмехнулся своим мыслям. Конечно, одиннадцатиклассник боится бабайки. Я попытался сориентироваться. Так, вон площадка есть, но тогда мне нужно круто свернуть вправо, что противоречило моему недоплану. Решив попытать удачу, я направился в сторону детской площадки, но тут… — О, Чучело, а ты чего тут делаешь? – услышал я голос Андрея Трёхина. Я замер, боясь пошевелиться. — Дрон, он совсем зазнался, – пожаловался его сводный брат, оказавшись рядом, – Хамит, обзывается. — Ябеда-корябеда, солёный огурец, – скорее всего, инстинкт самосохранения у меня напрочь пропал, раз я нарываюсь на них. Идиот, что с меня взять. — Ну всё, педик, договорился, – Вася хрустнув пальцами, пошёл на меня, и вот только сейчас я понял, что мне конец. Я рванул в сторону площадки, начиная орать.        И как бы быстро я не бежал, эти двое меня практически догнали. Тут я почувствовал, что меня относит немного назад – это Андрей схватил меня за пояс джинсов – из-за этого я не смог убежать, зато продолжая двигаться вперёд по инерции, я начал лететь спиной в асфальт. Уже третий раз за день, между прочим. Так этот идиот ещё и отпустил меня, так что ничего не препятствовало моему падению.        Последнее, что я помню – это сильную боль в затылке, после чего мир померк… ________________ Глава вышла немного… быстрой. События как-то резко накатились… Надеюсь, вам, дорогие читатели, понравилась глава, и она не разочаровала вас)))