Гадкий утёнок

- Дориан, мне нужно с тобой срочно поговорить! – Леонард дожидался супруга весь день, альфа отъехал по делам касающиеся их работы, и вернулся только поздним вечером. - К чему такая срочность, Лео? Я очень устал, давай вкратце… - раздался голос из ванной комнаты, затем и звук льющейся воды. - Вкратце не получится, - шатен прошел к мужу, останавливаясь напротив душевой кабинки. - Тогда, я не желаю сейчас начинать разговор, - отмахнулся он, снова становясь под воду. - Дориан, я требую твоего участия и серьезности именно в этот момент! – настаивал парень, скрестив руки на груди. – Это касательно Маркуса. - Этого мальчишки? Тем более не собираюсь сейчас говорить об этой грязной малолетней шлюхе! Сегодня от заказчика выслушал столько недовольства и претензий! - Заказчик? – слова мужа шокировали парня, - какой заказчик?! - Я пытался продать этого мальчишку. А ты что думал, держать здесь его буду?! - Дориан… - Не смей продолжать эту тему! Не раздражай меня! – повысил тон альфа, убирая мокрую челку со лба. – Лучше утешь меня, - его лицо смягчилось. – Иди ко мне… - открыв дверцу, поманил к себе. - Я не в настроении, - отказался шатен, и уже собирался уйти, как его прижал к себе супруг, потянув за собой в душ, не обращая внимание на недовольный тон красавца - мол, я в одежде, она намокнет. В следующий момент, альфа был прижат к кафельной стене под настойчивыми ласками мужа, что уже избавлял шикарное тело от мокрой одежды. - Дори… Дори, стой… - пытался противиться он. - Ты хотел моего участия? Получай… - возбужденно прошептал брюнет, свободно касаясь уже обнаженного тела. – Ты так красив, Леонард, я без ума от тебя… - шепот в губы переходящий в страстный, глубокий, упоенный поцелуй. - Дори, милый…ах, - Леонард в ответ ласкал мужа, отвечая на поцелуи неизменной страстью. Альфы упивались губами друг друга, наслаждались тактильным блаженством, которое продолжалось в спальне в форме жесткого петтинга. Леон лежал на спине, чувствуя своего партнера всем телом: как губы мужа изучают каждый сантиметр идеального тела, а теплый язык касается везде, где только Дориану вздумается. Глухой стон и поясница прогибается под провоцирующими ласками, бедра сами тянутся к виновнику приятных ощущений. - Нет, Лео, не сейчас, - глумливый голос разбавляет возбуждающую атмосферу, - я хочу чтобы ты кончил позже… - брюнет больше не удовлетворял супруга орально, чему послужил разочарованный стон. - Дори, не сейчас, - просил его альфа. – Продолжай… я почти… - Вот именно! Я хочу, чтобы ты пребывал в возбуждении до конца всего процесса. – ухмыляясь, парень ложится рядом, прижимая руку мужа к своему паху. – Твоя очередь. - Ох… ты просто издеваешься! Мучаешь меня! – Леон не скрывая недовольства, навис над любимым. – Не мог довести меня до оргазма? Я бы отплатил той же монетой, и ты это знаешь! - Да, конечно! Через минут сорок? - Что? - Кончив, ты остаешься летать в облаках ровно сорок минут, после засыпаешь, - засмеялся альфа. - Да ну?! - Давай, давай, я сгораю в предвкушении. Только Лео, - брюнет придержал лицо мужа, - не смей себя касаться! - А это почему? - Я так захотел, - смачно поцеловав, альфа отпускает парня. Приняв условия, шатен начинает удовлетворять красавца. В отличии от супруга, Дориан не скрывал ни стонов, ни действий, хватая длинные шелковистые волосы, сжимая их в кулак, заставляя милого шипеть и временами покусывать свое достоинство. - Достаточно… Леон, дорогой, вернись ко мне… - брюнет прижимает парня к себе, вовлекая в поцелуй, тот устало отвечает, обнимая. - Ты не кончил, что за игры, Дори…? - изнемогая, сиплым голосом спросил шатен. Ответа не последовало, брюнет перевернул парня на бок, ложась напротив в перевёрнутом положении, вбирая член мужа в рот до основания, вызывая у того протяжный стон. Леону объяснять не надо, в следующий момент он с удовольствием делал мужу минет, обхватив его бедро рукой. Альфы кончили бурно, поймав себя на мысли, что в душ возвращаться им не хочется. Они еще долго целовались, продолжая ласкать друг друга, и только под утро уснули. Будить их не решались. Первым проснулся Дориан, в начале одиннадцати утра. Настроение было превосходное. Решив оставить мужа в мире сновидений, альфа тихо выбрался с кровати, дальше были водные процедуры и завтрак, плавно переходящий в обед. - Господин, Марк ничего не съел, что прикажете делать? – обратилась к нему горничная. - Что ты ему давала? - То же, что и вам, Граф Эссекс. На завтрак были блины разных видов: сладкие, начинкой которых были всевозможные джемы, варенья, разновидности меда; соленые: с курицей, жареными грибами, сыром, и всевозможными дополнительными наполнителями. - Хмм, я сам решу этот вопрос, - ответил брюнет, завершая трапезу. – Где он сейчас? - Мальчик? У себя в комнате, совершенно необщительный и замкнутый в себе. - Что ж, можешь быть свободной, - вытерев губы салфеткой, молодой граф покидает кухню. Зайдя в комнату, он сразу заметил маленький комочек, что сидел в углу на кровати, вжимаясь спиной в стенку, голова омеги была опущена, ноги согнуты в коленях и прижаты к животу. Он сидел тихо, и, если бы не хорошо осветляемая комната, заметить его было сложно. Альфа тихо подошел к кровати, не успев прикоснуться к покрывалу рукой, как тут же почувствовал на себе омежий взгляд. Марк весь напрягся, сильнее вжимаясь в стену. - Хм, как долго ты будешь вредить самому себе? – спокойно спросил парень, переводя на него янтарного цвета глаза. Омежка не ответил, напряженно наблюдая за каждым движением графа. - Или ты думаешь, что я буду терпеть твоё непослушание, глупый омега?! – Дориан резко хватает парнишку за щиколотки, притягивая к себе. Марк даже охнуть не успел, как теперь лежал перед альфой с широко разведенными ногами, которые он тут же попытался свести. - Самовольничаешь? – ему не дал брюнет, - и кто тебе позволял одеваться? – в одно движение омега был раздет, что стоит стянуть с слабенького мальчишки одну лишь ночную рубаху, в которую его скорее всего одели сострадательные горничные? Ухмыльнувшись, альфа окинул стройненькое тельце взглядом, затем протянул руку, чтобы дотронуться, в ответ получил тихое и жалобное «Не надо», дрожащим голосом. - Что? – удивился он, - ты – омега, обязанный удовлетворять альф, понял? – с этими словами, Дориан властно начал касаться нежного тельца. Марк зажмурил глаза, сжимая руки в кулачки, отворачивая лицо – повернув голову в сторону. - Нет, ты будешь смотреть! – лицо мальчишки грубо повернули за подбородок, - глаза открыл! – и приказной тон графа. Омежка открыл глаза полные страха и отчаяния, которые смотрели куда угодно, только не на альфу. - Леонард прав, ты привлекателен внешне, в обнаженном виде… - парень с удовольствием начал ласкать юнца, проводя руками по гладкой коже, стройным бедрам, талии, плоскому животу. Маркус терпел каждое прикосновение, что провоцировало его чувствительное тело, вскоре Дориан почувствовал ответную дрожь. - Какой ты стал развратный… - засмеялся он, наблюдая, как томиться бедный омежка. – Плохой мальчик… - ухмыльнувшись, стал высвобождать себя из одежды, и вскоре беспрепятственно лапал парнишку везде, где только захочется. Резким движением, омегу переворачивают на живот, поднимая за бедра. Марк с ужасом понимал, что его ожидает, но бессильно оставался в данном положении. Его касались, мяли, сжимали, затем резкая боль, и тихий писк. Омежка закусил губу, сильно жмурясь, чувствуя солоноватый привкус во рту. Альфа без подготовки проник в парня, сразу же начиная глубокие, сильные быстрые движения. Маркус до боли сжал ручонки, уткнувшись лбом в покрывало, чувствуя, как любовник пронзает его насквозь, вколачивается с превеликим удовольствием, не скрывая наслаждения. Оставалось терпеть и ждать, пока альфа насытиться. За время жесткого секса, шатен не проронил ни слова, не вскрика, только частое болезненное дыхание. Дориан пользовался омегой долго, не обращая внимание на ощущение парнишки, заботясь только о своих собственных, меняя позы, вминая его в кровать, заламывая тонкие ножки, что в очередной раз Марк, просто не выдержав – болезненно простонал-провыл, вцепившись в плечи любовника, до крови прокусывая обветренные губы. Граф это воспринял как должное, продолжая еще сильнее, пока не высвободился в ослабленного омежку. - Шикарно, - часто дыша, проговорил Дориан, ложась на свободной половине кровати. – Может и правда, оставить тебя? Марк не ответил, свернувшись в позу эмбриона, тихо заплакал. - Так, - отойдя от оргазма, продолжил альфа. – Чтобы поел мне, понял?! Я приду сегодня ночью, только попробуй не поужинать, а то коньки отбросишь…. – сев на кровати, поправил волосы, – однако, я не слышал, чтобы во время секса умирали… - тихий смех, и граф уходит из комнаты, накинув на бедра покрывало.