Живший с НИМИ!

Время показалось каплей, гулко упавшей в пространстве и разбившейся вдрызг, в острые осколки, до потери собственного "я". Пока я слушал себя и вампиров, вычленяя первостепенное, ожидание "доставки" подошло к концу. В кабинет ввели двух довольно неприглядных типов. Граблями по сердцу от одного быстрого взгляда из-за угла. И словно душу пропустили через мясорубку. Твою. Мать! Не смог сдержаться, устроился удобнее - так, чтобы охватывать взглядом весь кабинет, но при этом настороженно находился под прикрытием окружающих меня предметов: тумбы, завалов книг, пальмы в огромной напольной кадке. Слёзы почти навернулись на глаза, но я сдержался, мои всхлипы явно были бы услышаны, а мне палиться не с руки. Вампиры. Они были грязные. Кости плотно обтягивала серая, пепельного цвета кожа, которая, казалось, вот-вот разорвётся на их скелетах, расползётся кусками-ошмётками, рухнув к тонким ногам. Просто анатомические пособия какие-то. Вот только изучать их некому. Чёрт. Чёрт. Чёрт! Одежда представляла собой лохмотья. Вся порванная. В крови, пыли, грязи. Господи, что с ними произошло? Драка с мишкой в осеннем лесу? Шмотки - казалось, они им велики. Вещи свисали бесформенной массой тряпья с худых тел. Сломанные ногти. Волосы, словно давно не чёсаны и не мыты, представляли собой аморфные пучки патл, кое-где выбивались клочья, торчащие в разные стороны. И от них несло плесенью, сыростью и грязью. Даже я ощущал амбре, хотя находился не так уж и близко к пришлым. Ещё от них разило страхом. Но не за себя они боялись. Стук сердца. Пропущенный удар. И не моргнуть - нет силы. Беззвучные слёзы. Заставляют сердце резко трепыхаться в груди. Стенать. Выть. И пальцы неосознанно сжимаются на моих же руках, которыми я себя обхватил. Безысходность и боль, душевная боль, вот чем от них веет. Боже, дай мне сил! Так пахнет в давно заброшенных домах. Вампиры были очень похожи, и единственная разница, бросавшаяся в глаза, которая и позволила бы непосвященному в общение с ними отличить их друг от друга, это рост. - Асамирути, - остро сказал Отец, глядя на вампира, что был довольно низок, - Скэльзори, - такой же страшный тон для вампира, что наоборот – высок. - Император! - хором ответили тощие, склонившись в том же жесте уважения-приветствия-признания, как и недавно Тэссантий. А я сидел и дрожал. Сжимался в крохотный комок и бился в агонии. И, блядь, не мог, да и не хотел разбираться, сколько во мне от меня, а сколько от тех двоих. Мне бы банально начать нормально дышать, а не урывками. - Вы ослушались! – гнев Хенен-си ядом скользил в жестком голосе, а взгляд жёг адским пламенем их тела. Смотреть на эту картину со стороны было мучительно, но я продолжал подло торчать в укрытии, рассматривая происходящее из безопасной зоны комфорта. Хотя, какие нахер удобства? - Тор? - просто вопрос голосом Тэссантия, которого я уже банально не воспринимал, как находившегося в помещении. Плотно сбитый вампир подтолкнул приведённых в спины, и те, как последние неудачники, рухнули на колени пред Императором, главой Клана. - Здесь верно ошибка, Император... – прошептал Асамирути, не поднимая головы. Страх сковал все мышцы и заставлял тело стонать от мук, осознавая, что ни к чему хорошему для них этот разговор не приведёт. Хенен-си сделал знак, и все посторонние - видимо, те самые Гончие - удалились, оставив Хенен-си и Тэссантия наедине с пришлыми. Значит, Хенен-си и есть тот самый Император? Я, конечно, предполагал, что в нём есть что-то доминирующее, но не настолько. - Я бы не сказал! – прорычал Хенен-си и сел в кресло. Его величию не было предела. Он был Правителем до мозга костей. То, как Хенен-си говорил, как он двигался, и даже то, как он дышал. Всё говорило о том, что он Император. И именно сейчас я это понял. Понял вместе с ужасом и тлетворной апатией от происходящего, вящий сюрреализм ломал меня изнутри, дрожью по костям, острым в тело, до судорог в натянутых связках всего организма. Больно. Я сидел и тупил, чуть-чуть качаясь взад-вперёд. Никак не мог оторвать глаз от пары измученных клыкастых. Никак не мог осознать, что они здесь, стоят и откровенно нервничают. И, блядь, не за себя. От этого было только каторжнее. Тэсс стоял у дальней стены, и я видел, как он зорко следит за вампами. Я чувствовал то, что чувствует он, а он испытывал боязнь гнева Хенен-си. Но это тоже чужие чувства. Их. Тэссантий отлично видел, как жилистых трясло, и голодные сердца пришедших не справлялись с ритмом. Запинаясь, срываясь, тормозя. Пропускать через себя такой шквал эмоций было невыносимо, но я должен был. Это необходимо. Тэсс вновь подошёл ближе к моему укрытию, рассматривая небо в окно - ледяное спокойствие. Хм... Он был словно стена между мной и ими, словно тормоз, который не даёт моему мироощущению разогнаться до скорости - перенасыщения. Это помогало, спасало, и я был ему благодарен за это, хоть Тэсс и не знал данного обстоятельства. - Мне! – начал Хенен-си и остановился. Прищурив глаза, он сменил тактику. - Где ваши медальоны? – вдруг медленно, как-будто толкая в капкан, спросил он. - Они... - Скэльзори запнулся, не зная, что ответить. Сердце частит, и тело лихорадит от разных эмоций. Колко и трепетно. Не жалеет. Нет. Он не жалеет... - Они... - и Асамирути тоже свою попытку ответа провалил. Тоже не жалеет. Нет. Скучает. Да. - Хотите, я отвечу за вас? – совершенно спокойно спросил Император, сверля детей ночи взглядом страшного суда. - Они на шее одного прелестного... - прозвучало ядовито, я аж дёрнулся от почти ощутимой рези в венах, - мальчишки. Человеке! – оскал получился... сказать страшным - это ничего не сказать. - И он... До. Сих. Пор. Жив! – чеканя каждое слово, медленно, но с ударением произносил Хенен-си. - Император..! - воскликнули оба, отважившись поднять глаза. Загнанные, тяжело дышащие. Снова страх волной льда под кожу и снова сторонний. Чувствую себя предателем рода. Но я и вправду - всего лишь человек. Жалкое существо. Слабое и хрупкое. Противно от мысли об этом. - Вы его не убили? – спросил Скэльзори, отважно подбираясь всем телом, чтобы вынести любой ответ. Чтобы не заорать, чтобы не броситься вперёд, в провальной попытке выдрать горло Императору. Чтобы просто... сохранить достоинство, удержав себя в руках. Разумеется, данная попытка не осталась без внимания Хенен-си и Тэссантия, но Высших вампиров данных факт лишь позабавил. Меня передёрнуло. Всё для них как-то несерьёзно и излишне скомкано. Император будто играет, а не правит. Но это лишь одна из его масок, он тоже скрывает в себе многое. Хочется сказать ему в глаза - "Тварь!". Да не к месту это, Хенен-си не такой. Он лишь удачно многое скрывает. Скэльзори, как разбитый сосуд, стоит на коленях и страшится ответа. Храбрится изо всех сил, но нотки паники из жестов не исчезают. Жилка беспокойства и отчаяния забилась у него на виске обезумевшей птичкой. Взгляд налился отчаянием и решимостью. А сердце... постоянно пропускало стук. Так приятно порой чувствовать чужое сердце. Особенно его. - Пф, серая мышка, - забавляясь произнёс Император, провоцируя вампиров. Но на что? И что-то изменилось в нём, во взгляде, в голосе. Он тоже что-то понимал, но у Хенен-си нет способности к эмпатии. ...наверное. Тэсс покусал кончик языка, будто прикидывая, что к чему. Заинтригован. - Нет! – наконец-то холодно отозвался Правитель под дружный тяжкий, но с трепетом облегчения выдох. - Рассказывайте! – приказал Император, величественно и непререкаемо. Вампиры не могли не подчиниться. - Однажды... - начал Асамирути и запнулся. Я ощутил, как страх ледяными пальцами ползёт по его телу, спускается вниз живота и, схватив цель, сжимает и выворачивает её. Он поёжился и шумно сглотнул. Император сделал вид, что не заметил этого. Хенен-си было не важно, что это отрепье сейчас испытывало и как выглядело. Он был объективен и зол. Страшные качества Государя. - И? - холодно подтолкнул к продолжению истории Император. - Я был очень голоден. Намеренно отказывался от дичи, беря своего внутреннего зверя под контроль. Хотел повязать его цепью, чтобы нормально жить в обществе людей, хотелось многого... Разное испытать, испробовать. Всё-таки, живя в клане, внутри... - он подбирал слова, - общины, мы многое упускаем из виду. От многого отказываемся. Люди - интересные существа, их хочется... не изучать, но быть ближе. - Почему? - спросил Тэсс. - Они увлекательные, живые - в плане активности, яркие. Люди не признают правила и систему. Они тёплые и отчаянные, слабые внешне, но сильные внутренне. Это восхищает, - душевно выдал вампир. Правители на него посмотрели так, будто тот сказал что-то безумно странное. И снова эмоциональный фон на ноль, закрытый и глухой. Гррр! - Но я переоценил себя, слишком ослаб, что не мог охотиться. Я не считаю людей просто пищей! - проскулил он и замолчал, переводя дыхание. Чужой голод крутил жилы, а воспоминания мешали исправно дышать. Меня передёрнуло, захотелось выскочить из-за тумбы, подбежать к нему - трепещущему жаждой вампиру - обнять, прижать к себе, успокоить. Он не слаб, но боль - физической агонией звенит в теле. Дёрнулся. Но рык Тэсса остановил. Костяшки пальцев вампира встретились с деревянной поверхностью тумбы, и взгляд, чёрный и насыщенный, столкнулся, на миг, с моим - несчастным и раздавленным. Осознание прокатилось по телу, как экспресс: без остановки, со свистом и резью в нервных окончаниях. Он знал. Он ЗНАЛ. Всё это время, что я был здесь, Тэссантий знал об этом. Он устроил спектакль одного актёра, не просто общаясь со своим Императором, а таким образом рассказывая мне, показывая мне то, что я не должен был по идее знать. Тэссантий просто показал ту сторону клана, семьи, которая должна быть закрытой. Но он это сделал. Чтобы я... Привязался к нему, не боялся, чтобы просто знал, что мне, в общем-то, ничего не угрожает. Что они просто ревностно охраняют свои владения и своих собратьев - преданность и сплочённость - не более. Они едины, вот что я должен был понять. Они не позволят навредить тому, что вампирам дорого - семье. Я лишь кротко кивнул и, обняв руками колени, стал слушать дальше, вновь и вновь проходя через боль Скэльзори и Асамирути. Несправедливо. Они не заслужили ЭТОГО! - Я помню, как меня схватил за жабры голодный спазм, и я готов был уже есть траву и землю, если бы только от этого был прок. И тут он... Идёт пружинистой походкой и улыбается. Мне. - Асамирути не заметил, как расплылось в улыбке его лицо от тех воспоминаний. Внутри него, а заодно и меня разлилось тепло, словно бальзам на душу, успокоились все тревоги и улетучился страх. Расслабляло... Волна агрессии от Тэссантия затопила меня не самыми радужными помыслами вампира. Тэсс аж заскрежетал зубами от слов... нет, от улыбки вампира. Хенен-си это заметил и усмехнулся, слишком явно и открыто, даже откровенно. И всё равно - весь его вид был по-прежнему наполнен злобой. - Он был, как маленькое чудо, - уж как-то сопливо произнёс вамп, и глаза его затуманились, лелея хрупкий образ, который он хранил в себе. - Он подошёл ко мне и сказал, что знает, как мне помочь. Ещё он сказал, что знает, что меня зовут Брайтон - моё первое имя, данное матерью, а не Хозяином, и рассказал то, что я чувствовал на тот момент. Он точно описал моё состояние и сказал, что я должен жить. Ведь вампиры - могущественные и гордые, сильные и прекрасные по своей сути существа. – Глаза наполнились слезами - отчаяние. Это была слабость. Но вампир не мог их остановить. Слёзы. Сам не хотел, и у парня было на это право. Сердце не уголь и не камня кусок, оно умеет чувствовать, сочувствовать и быть преданным. Прозрачная влага рвалась из глаз сквозь волю, ломая мысленные барьеры. - Мы разговорились, человек сказал, что сам не знает, что и как происходит с ним, что он просто чувствует что-то, нечто, и всё тут. Он сказал, что такой, как я, не должен ломать себя, даже подстраиваясь под рамки общества, в котором мне хотелось бы пожить некоторое время. Что я... Что так я теряю самого себя, не отказываясь от своего внутреннего я, но откровенно его затираю. Это глупо. - Усмехнулся, обнимая себя руками. А я так и сидел. Уже не слушал чужие чувства, отталкивая их от себя, отторгая всеми фибрами души, хотя они ползли ко мне въедливым туманом, царапались зубами, старались захватить власть над телом и разумом, потому что я один, а их много - чувств. Но, какой бы ни была хватка эмоций, я почти с силой отрывал их от себя, ограждаясь от ощущений. Не сейчас. Нет. Не нужно. Это невыносимо. Слишком тяжело. - Он предложил мне работу. Человек работал официантом в одном ресторанчике. Я каждый день помогал ему с разгрузкой товара. Выносил мусор. Ну, много чем подсоблял. Взамен он мне помогал. Человек жил недалеко от места работы, снимая огромное помещение с высокими потолками и огромными окнами. Он позволил мне жить с ним, - тяжёлый вздох. - Казалось, что мне просто жизненно необходимо быть с ним рядом, будто человек мог... Не знаю, он интриговал, - будто сдался в рассуждениях говоривший. - Это сложно объяснить. Снова рык Тэсса. Чувствовалось в звуке голоса, что Брайтон пытался в словах передать все чувства благодарности, которые он испытывал к человеку. Пытался показать, КАКОЕ он чудесное существо. Старался объяснить, что он - человек - ИМЕЕТ право жить! - Не скажу, что мне некуда было пойти, но с этим человеком было комфортно, интересно, уютно. Это... как вернуться домой после долгого похода в горы. И он хранил мою тайну, а я хранил его! - уверенно сказал вампир, глядя прямо в глаза Императору, твёрдо и чётко. Только вот последние слова Брайтона прозвучали двояко, от чего Тэсс напрягся всей своей агрессирующей сущностью. Я чувствовал это, видел в нём, в позе, жестах, тяжком дыхании, и никак не мог понять этого вампира. Тэссантий словно заявлял на меня права, хотя не имел на это права, пиздец, каламбур. - Хмм... - от Императора на низкой ноте. Холод иглами, в кости, в нервы. Блин! А я сатанел от слова человек". Сидел и думал, что имя не называется априори, или на это есть свои причины? Думаю, второе. Но, блядь, это так безлично и так скверно, что хочется выть дурным голосом. - Я не знал, чем могу отблагодарить человека, он сказал, что ему ничего не надо. Но я так хотел... Человек многое сделал для меня. Он даже сам не понимал, насколько многое. И тогда я подарил ему свой кулон, как благодарность, объяснив его суть и значение. Человек... Он сначала не хотел его брать, сказав, что такая вещь слишком личная, но я настоял. Сам! - гордо выдохнул вампир. - Потом я узнал, что я не один такой, кому человек помогает. И был рад, что он так... радушен. Так... благороден. Чист и бескорыстен... - наконец подобрал слова Брайтон. - Хм... - он усмехнулся. - И многие стали тоже ему дарить кулоны. В знак признательности. Как дань. Это стало панацеей, персональной пандемией. Идея понравилась всем. Это было чем-то вроде... Как люди кидают монетку в колодец и загадывают желание. То есть он помог, а это – своеобразная плата. Это символ. Он был важен для нас и не менее важен для него. Тянуло улыбаться, глупо, неосознанно, просто сидеть и лыбиться, так душевно и открыто. Какой же он... Вампир, блин! - Почему вы так выглядите? - прицокнул языком Император. - Мы искали человека. - Ответил Асамирути, давая Скэльзори передышку, тот был словно высосан до капли. Снова грусть без следа на нежность. Я потянулся ментально к Императору и понял, что это именно он забирает себе сознательную энергию тел вампиров, словно тонкой нитью тянет на себя, сматывая в незримый клубок цепкими пальцами. Легенды об энергетических не врут. Моовальис - довольно сложная способность. Я о ней слышал, не помню от кого и когда, но кто-то рассказывал, что научиться такому самоконтролю трудно, потому что всегда и во всём идёт равноценный обмен. То есть, если ты что-то берёшь, то приходиться и отдавать. Вследствие чего получается, что, забирая чужую энергию, должен отдать часть своей - взаимозаменяемость. Научиться брать, но не впитывать в себя, дабы не переполнить тело, что может привести к разрозненности в структуре своего внутреннего я, а просто проецировать забираемое во что-то почти материальное, чтобы сохранить. Ипать, высший пилотаж самоконтроля и чёткое понятие своих возможностей. Император ведь может хранить эти клубки? По глазам вижу, что "да". Чёрт, завидую! - Хм, - многозначительно хмыкнул Император, бровями красноречиво говоря, что как-то странно вампиры человека искали, раз выглядят так, будто на этих двоих танковая рота репетировала военный парад. За ними было забавно и познавательно наблюдать. Я, как ненормальный, впитывал в себя вид Императора, его действия, жесты, мимику, тихо изучая, поражаясь, запоминая в миг, потому что мне это было нужно. Просто нужно, чтобы было проще понимать и принимать его личность. Слова могут лгать, глаза и действия тела - нет! Будь ты хоть трижды аки Бог, но нет. - Человек ушёл гулять в лес, по "Сумрачной тропе". Там, за деревьями, в глубине зелени, тишины и покоя, есть старая мельница, разрушенная и обветшалая. Человек любит там бывать, потому что ему нравятся места такого типа - дыхание прошлого, которое может многое поведать о действительности при жизни строения. Он этим интересовался, совершенствуя свои силы и восприятие мира. Но, придя на место, мы ничего не нашли, искали, как ненормальные, падали, запинаясь, проваливались и снова искали с упорством и надеждой. Человек хрупкий, он мог пострадать. Мы должны были помочь ему. Защитить. Сберечь. Сохранить, - ответил Скэльзори. - Должны? - яд, в голосе яд, но не отрава, просто нечто горько-острое с намёком на возможную смерть. - Да, Император, должны, потому что мы... - душевно начал Асамирути, а закончил задушено - нервы, и вампирам они не чужды. - Семья! - закончил Скэльзори. Брайтон уронил голову на грудь и стал ждать вердикта. Тэссантий фыркнул на слове "семья", но не с презрением. С завистью. И это странно, потому что у него есть своя. - Вы. Оплакивали. Его? – гаркнул Хенен-си так, что стены задрожали и штукатурка посыпалась. - Вы должны были его убить, а не беречь! – рычал Император, впрочем весьма успешно держа себя в руках. - Он знал о вас! Он мог быть один из Охотников, ищущих нас! Или работать на них! Чем вы думали? - снова хлёсткие слова жгучим тоном. - Но он спас нам жизнь. И он не предал. Всё это время он был рядом, помогал, молчал и сам раскрывался перед нами. В жизни человека не было лжи и фальши, был лишь настоящий он! Именно он всегда был рядом, когда было так необходимо. – Горячо ответил Асамирути. Желваки ходили ходуном. Казалось, он готов бросить вызов самому Императору, лишь бы защитить имя того, кто стал для них - «свободных» - символом жизни. - Да, Император, Вы! Вы хоть раз нам помогли, когда мы просили о помощи? Когда мы погибали на улицах? Когда нас истребляли Охотники? НЕТ! Вы говорили, что мы - лишь необходимая жертва! – вступился Скэльзори. - Что все через это проходят! Что мы должны доказать право быть теми, кем мы являемся! Хенен-си был ошеломлён тем, что вампиры пребывавшие в ЕГО доме огрызались на монаршего. И скалили зубы. Он ощущал - сам воздух был наполнен животным импульсом борьбы. За право доказать свои честь и достоинство. И Хенен-си это нравилось. Он всегда уважал характер. - Вы сидите здесь. В тепле и уюте. И вдоволь еды. А мы вынуждены выживать и ждать вашей милости. Да, мы все где-то когда-то проштрафились, поэтому мы не часть Клана, но все имеют право на ошибку. Я уверен, что и Вы не застрахованы от подобного. Что и ВЫ тоже оступаетесь! Так за что мы так страдаем? Мы должны были убить человека, потому что он знал о нас. Потому что мы вечно голодные отщепенцы. Отребье на фоне царской братии. Мы должны были его бояться? Его? Того, кто делил с нами всё, что у него было?! Да, он сам такой же потерянный миром, как и мы! Такой же - на отшибе, как и мы. - Скэльзори просто выплюнул горькие слова в окаменевшее злобой лицо Императора. - МЫ - свободные - все общаемся между собой. Вы свою жизнь не так начинали, так почему мы должны? Сами попытайтесь выжить в жестокой реальности мира ЗА СТЕНАМИ вашего уютного очага! – вампира понесло. Он вскочил на ноги, хотя ему никто не давал на это право и стал размахивать руками, помогая речи разгорячённой жестикуляцией. - Брат, - попытался вставить слово Асамирути, явно не питая надежды на то, что его поймут, поэтому и не стоит трудиться, расплёскивая брызги пламенной речи. - ВЫ когда-нибудь были на нашем месте? ВЫ хоть знаете, каково нам жить? ОН НАС СПАСАЛ, А НЕ ВЫ! И ВЫ не имеете никакого права на то, чтобы требовать смерти человека! И почему мы, сильные и гордые вампиры, должны быть такими ничтожными? Почему должны жить с отвращением к себе? Чтобы понять смысл жизни и ценить его? А что тут ценить-то? - он еле остановился. Хотя вампир знал, что после того, что сам наговорил, его точно казнят. И пусть. Зато Скэльзори был уверен в том, что сказал накипевшее - это ощущалось лёгкой вибрацией в кончиках пальцев. Зато он показал, что пусть он и низший из клыкастой братии, зато не пустой болванчик на страже Его Величества. Показал, что все заслуживают бОльшего. И даже я... Человек. Всё это легко читалось "между строк" его жестов и тембра голоса, в лёгком шлейфе твёрдой решительности. Скэльзори высказал, что пусть я не такой, как они, но я реально был рядом и делал всё, что было в моих скромных силах. И ничего! Ничего не просил взамен. - Убивать? - сипло, с презрением. - Вы требуете от нас убивать? - почти конец гордости и край души. - Мы - аристократы! - гордо. - Не нужно опускаться до быдловского уровня людской братии и играть в "труп в переулке"! - с надрывом. - Убийства - это отсутствие достоинства, нечто низкое и пошлое. Зачем опускаться до уровня помойных крыс, когда можно избежать ненужных жертв, гордясь тем, что мы - вампиры - существа из высшего общества?! Хенен-си молчал. Император понимал, что "свободные" были правы - я чувствовал замешательство Главного. Но ведь не все люди такие, как человек. Не все... И нельзя доверять каждому. Хотя... Конкретно этот человек не каждый. Он – такой один. - Что именно сделал ваш драгоценный хрупкий человечишко? Как именно он помог вам? И какова история твоей, - палец в грудь Асамирути, - жизни? - не замечая сказанного, спросил пришлых Император. - Человек нам помог! - Как? - в голосе Тэсса лишь раздражение. Император устал от таких разговоров, что душу выворачивали наизнанку. Я чувствовал, что ему некомфортно понимать, что он сам не прав. - Не своей кровью, - правильно понял Скэльзори тон Тэссантия. - А тогда... - Тэссантий откровенно рычал. - Это неважно. Для вас - неважно. Это наше. Личное. И я имею право не посвящать даже Императора во все тонкости общения с человеком. - Сильно и отчаянно ответил Скэльзори, блестя голодными, но ясными, уверенными в своей правоте глазами. Сердце в комок, и будто нож в печень. Больно его видеть таким. - Нет, не имеете. Вы зарываетесь, мальчиш-ш-шки! - Тэссантий был готов уже убивать, он твёрдо хотел знать что к чему, дабы отталкиваться от верной информации в своих суждениях. - Вы могли бы меня заставить только при том условии, если бы человек предал нас - вампиров. Если бы наложенные на него обязательства сохранить нашу личину в тайне провалились. Если бы он каким-то другим способом подверг нас опасности. Но этого не было. - Горячо отозвался Асамирути, чуть ли не скаля клыки. Но держался. Нельзя. Признак такой агрессии, как у диких животных - призыв к бою, вызов на поединок. Он к нему не готов. Да и не место, и не время для такого сейчас. - Вы доверились ему, - горько выдохнул Император. И это было почти разочарование в "детях". Почти, но не оно. - Да, мы, бессмертные, трудноубиваемые твари, доверились смертному хрупкому человечишке. А в ответ он - доверился нам. Всё равноценно. На первый взгляд, но его поступок, если рассудить, гораздо важнее нашего, ибо свернуть ему шею проще простого, но он пустил нас в свой дом, в свою жизнь и помог тогда, когда мы в этой помощи нуждались. Мы - сильнейшие - положились на слабого. Я думаю, что человек заслужил право некоторой интимности своей жизни, не обнажая свою суть. Вы же Император. Вы чувствуете и своих, и чужих детей, как себя. И вы знаете, что при всём своём желании я не смогу солгать вам. - Доказывал свою правоту Скэльзори. - Ты не моё дитя, - парировал Хенен-си. - Но вы достаточно сильны, чтобы ощутить меня, разве нет? - Это так, - покладисто заметил Император, о чём-то раздумывая, словно расставляя ловушку. - Почему вас изгнали? - Потому что мы отказались поймать вампира. - Устало и затравленно произнёс Асамирути. Боль грязью по венам, мутью и страхом, как в воронку тянет отвращение. - Вы были Гончими. И что сложного в том, чтобы изловить того, кто понадобился вашему Хозяину? - Тэссантий слишком упорно пытался дознаться хоть до крох информации. - То, что вампир имел фурию... - очень тихо, но с вызовом произнёс Скэльзори. Глаза Императора расширились, и он одновременно с Тэссантием зашипел - громко и отчаянно, я аж стукнулся головой о столешницу, когда подпрыгнул на месте, потому что обдало такой мощью негатива, что захотелось вот прям на месте лечь и сдохнуть к чёрту. Они жаждали смерти, хотели убивать - медленно, кроваво, пытая. И убивать хотели не Скэльзори и Асамирути. А того... Того, кто отдал неверный приказ? - Фурию? - рыкнул Хенен-си. - Да, Император! - хором отозвались пришлые. Глаза сузились, он чувствовал, что вампиры не врут. И что такое с этими фуриями? Я о них даже не слышал. Блин, как всё запущено-то. И спать хочется просто нереально. - Тэсс, вызови Карла... и Раша! - тихо сказал Хенен-си и отвернулся к окну. Скэльзори тяжело дышал после пламенной речи и даже не испугался слов Императора. Хотя в распалённом мозгу сверкнула мысль, что тех ребят вызывают по их души. Но он не боялся, он знал, что он прав, и что будет бороться до последнего. Сейчас его мучило лишь то, что он не знал, где ОН и что с НИМ! Человеком. А так хотелось знать! Асамирути же просто сидел на полу, сползя вниз из вертикали. Ноги предали, усталость и нервный выплеск брали своё. Они давно не спавши. Вампир просто сидел и ни о чём не думал. Его внутренний мир как будто выпал, его словно стёрли. И осталась пустота зиять страшной рваной раной. Уже светило солнце. И так ярко. Хенен-си знал, что поступает правильно. - Мы с вами ещё не договорили, - не поворачиваясь, сказал Император. Тут в кабинет вошли Карл и Раш. Два вампира, явно Гончие, в чёрных... доспехах. Выглядели они забавно, но это с моей точки зрения. По логике и привычке человека, насмотревшегося всякой голливудской херни. Но если откинуть подобное, то кожаные доспехи смотрелись смело и откровенно величественно: вампиры выглядели так, словно весь мир им что-то должен. Неприкрытое достоинство и самовосторгание, веяло гордостью за себя, за своё племя. Блядь, как-же-всё-это-задрало! Эпатаж, готика и рыцарство, что-то как-то отдаёт безумством. С длинными волосами, в них перья, надменный взгляд, готовые в любой миг броситься спасать Главного. Спа-а-а-ать хочу. Так сильно, что противно смотреть на пришедших, они словно только что из спа - идеальные. А я явно помят и словно затрахан. Хотя так и есть. И выебла меня сука-жизнь. Печально всё как-то. Воцарилась тишина. - Раш, сколько Отшельников принадлежат Клану? – спросил Хенен-си. - Пятнадцать! – сказал он так напыщенно и брезгливо, что Тэсс чуть не рассмеялся. - Этих зовут Брайтон Стоуг по прозвищу Асамирути и Кэрон Грин по прозвищу Скэльзори! – сказал Хенен-си, показывая на каждого поимённо. По внешнему виду Императора нельзя было понять, что он решил. Он просто держался достойно. Перед моим внутренним взором мелькнули картинки - Император... Он... Держится за честь даже в жёстких условиях грубой реальности. Всегда. Даже, когда однажды попал в руки Охотников. Те мучили его так, что никто бы не вынес. Никто бы не стерпел. Не смог бы выжить. А он смог. И выжил. И стерпел. И остался верен себе и своей Семье. Я тряхнул головой. Слабею, муть, тошнота, боль - осколками по мозгу, как воспаление раковых клеток внутри. Не комильфо. - Карл, отведи им апартаменты и приведи их в порядок. - И он неопределённо помахал рукой. - Они теперь и всегда - часть Семьи. Ясно?! – холодно сказал Хенен-си и клацнул зубами. - Да, Отец! – ответили хором Карл, Раш и Тэсс. - Спасибо! – воскликнули оборванцы и поклонились Императору. - Кэрон прав, так нельзя. Они не скот. И этого не заслужили! – сказал Хенен-си скорее сам себе, чем кому-то из присутствующих. И на лице, на миг, мелькнула грусть. - Отец... - позвал Асамирути. - Да, Брайтон... - отозвался он уже гораздо мягче. Было видно, что Хенен-си крепко задумался о проблемах, которые красными маяками светили в глаза, мешая смотреть на лазурное небо. - Простите, а парень? Человек? Он... - спросил вампир, и столько мольбы было в его голосе. Но договорить не смог. Хенен-си рассмеялся. - Думаешь, я солгал, и он мертв? – спросил он с улыбкой. - Нет, Отец, что Вы! Просто... - и он запнулся, пряча глаза. Он не знал, ЧТО ему думать. Хенен-си снова рассмеялся. - Скоро его обожатели к нему будут в очередь вставать! А ты, Кэрон?! Тоже хочешь знать? – почти игриво, явно развлекаясь, спросил Император. - Да! – горячо отозвался тот. – Конечно! – и сердце застучало в ушах. Тэсс, было видно, готов убить их за этот вопрос. Свирепый рык сорвался с губ быстрее, чем вампир осознал, что он выдаёт себя с потрохами, показывая нежелательным присутствующим свою привязанность к Лирену. Что, блядь? Когда успел? У меня голова, а не дом советов, мозг пухнет и ширится, тянется, набухает новыми данными, новыми знаниями. Только вот не уверен, что они мне все нужны, слишком много для меня, как для человека, всей этой запредельной и далеко неясной галиматьи. - Ну-ну, Тэсс, будет тебе. Успокойся, – ласково проговорил Отец. - Как только человек проснётся, вас к нему проводят. - Почти смилостивился Хенен-си. - Но должен предупредить, Тэссантий будет контролировать встречу. – Недвусмысленный намёк недоверия. – Учтите, мой Сын не подарок! Хенен-си явно наслаждался таким ажиотажем. Асамирути и Скэльзори кивнули, соглашаясь, после чего их увели. - Раш, найди остальных, приведи домой и помоги расположиться! Они тоже Семья... – приказал Хенен-си. – Больше никаких Отшельников. Хватит. Накажи Камилле, пусть за этим следит. Я чувствовал, что Император не стремится рушить давно сложившийся порядок, который складывался годами, шлифовался веками, доводя структуру жизни клыкастых до совершенства. Но, как известно - идеальности не место в реальности. Это тупой миф. Сейчас же Хенен-си было просто интересно, тупо любопытно, что из этого получится. Мне казалось, чувствовалось и ощущалось, что Император решил не просто так взять под крыло тех, кто раньше был не угоден размеренной жизни клана. Мне стойко казалось, что он рассчитывает не просто на их благосклонность, а на преданность за спасение, на их безмерную благодарность. Низкий поступок, но между тем и... правильный. В жизни ничего не бывает бесплатно, за всё нужно платить. Император даст Отшельникам то, к чему те так стремятся - сплочённость, Семью, равенство, честь. А в ответ заберёт достоинство и душу. Блядь, словно контракт с дьяволом, не иначе. Но... И они ведь не так просты. Они все - вампиры. Слишком много хитросплетений. И как эти твари всё умудряются запомнить и по полкам головы разложить? - Да, Отец. Я всё понял. – И поклонившись, Раш удалился. - Я ведь правильно поступаю? – неожиданно спросил Отец у Сына. Тэссантий для Хенен-си всегда был больше, чем просто сын. Хотя и не родной. Приобретённый. Это было ощутимо по их терпким аурам, они звенели на разный лад. Но всё равно чувствовалось, что Тэсс был близок по духу к Хенен-си, поэтому мелочи опускались, прятались за глаза. Хенен-си явно часто спрашивал совета у Сына - слишком красноречивы были их переглядки, кивки и едва уловимые жесты, но, если знаешь, что искать - всегда найдёшь необходимое, вот я и видел то, чего не должен был - это их слабость. Зависимость друг от друга. Но и эту тайну я сохраню. Я чувствовал, что Тэсс наполнен искренностью, он не умеет противоречить, не научен, это понятно без слов. Складывается впечатление, что Тэсс ещё ни разу не ошибся, чётко и быстро вычленяя нужное из круговерти происходящего - ведь не зря Император так верит в него. Хенен-си ему доверял, как себе - а это уже было весьма и весьма явным фактом, слишком видным, выставляемым ими напоказ - гордость. Голова кружилась. Так хотелось спать. Чертовски сильно, слабость брала своё. Тело не железка, ему нужен отдых. Глаза сами закрылись, ловя остатками сознания обрывок ответа: - Конечно, Отец, мы все... Тьма. Крик, жуткий и скребущий тело, царапался по поверхности барабанных перепонок, отражающийся эхом от стен и режущий осознание в рваные ленты - протяжные и расползающиеся.