Живший с НИМИ!

А в чёртовом зеркале на меня смотрит с откровенным непониманием пацан. Я сам на себя не похож. - Почему я выгляжу ТАК? - сипло спросил я, сам не зная кого, но точно чувствовал, что и Ларс и Тэсс стоят рядом, и ещё какие-то вампы фоном, у которых пресное любопытство через край. Не то чтобы им прям было интересно, что к чему у нас тут произошло, но природная дотошность заставляет быть на месте и взирать на открывшуюся сцену с колким азартом. - Ты Душа, - просто ответил Тэссантий. - Шикарно. Только мне это ни о чём не говорит, - огрызнулся я, всё ещё всматриваясь в отражение. - Душа - это организм, подстраивающийся под среду обитания, под неуклонные изменения синапсов мозга в твоей голове, у тебя даже аромат феромонов стал другим. Мы с тобой... ммм... синхронизируемся. - Невкусным? - вознадеялся я. - Глубоким, - рычаще отозвался Ларс. Упс, его желание сделать меня своим зашкаливает. - Да я ж не Золушка, и мы не в сказке, чтобы хоп - и чёртова принцесса, - взвыло моё самолюбие дурным голосом. - Хахаха, нет, Лир, ты всё тот же человек, просто твоя внешность, как и твоя внутренняя сторона, изменились с учётом обстоятельств нашей связи, - покорно объяснил Тэсс, внимательно заглядывая мне в глаза через отражение. - Типа хамелеон, чтобы слиться с вами, с обстановкой? - огрызнулся я. - Нет, типа в тебе часть меня, - вздохнул Тэсс и возвёл глаза к потолку. Забавно, а его нервирует моя дотошность к деталям, переживает из-за чего-то, отвечает открыто, но внутри Князя что-то не ладится, ощущается влажная мука и тяжесть, что горьким импульсом в груди. - А что же ты не блондин? - ну не смог я не подколоть своего... эээ... Типо мужа, да? Поржать бы от такой мысли. - Душа ты, а не я, - вздохнул Тэссантий и тряхнул головой, заставляя волосы рассыпаться пологом тонких нитей по лицу. А я вот стою и не догоняю сути сказанного. Он это серьёзно? Нет. Он реально ТАК думает? Вот чёрт! Не знаю почему, не понимаю, не могу объяснить, но эта его фраза, что Душа-то я, выглядела слишком... безысходной, вытравливающей исход сущности, внутри, в теле и не только. Это, как пожар - сгорает лес и всего лишь из-за спички. Тэссантий... Он озвучил боль, будто с удовольствием поменялся бы со мной местами. И вот задачка: Тэсс не хочет быть Душедержателем в отношении меня, потому что хочет, чтобы им в его отношении был именно я или есть сторонний фактор его нерешительности? А ведь только что всё было иначе... - Ага, то есть ты доминируешь во всём? - пискнул я, вперив взгляд в вампира. - Да заебись! - даже руками всплеснул, тут же машинально убирая волосы с глаз, лезут, заразы, пытать взглядом мешают. - Нет, но поскольку это я тебе отдал своё крыло, то оно должно прирасти, а это влечёт за собой изменения, - поучительно отозвался вампир, робко улыбаясь, заправляя прядь за ухо. Чёрт, слишком мило! Такое чувство, что наш разговор имеет откровенный подтекст, понять бы ещё какой. А в отражении всё тот же черноволосый парень с белыми прядями волос (мой ворон альбинос?), губы тёмные, что-то среднее между малиной и переспелой черешней. Не, красиво вообще-то, просто непривычно. И глаза. Они другие, более насыщенный цвет, яркий, бликующий, словно на батарейках. Ресницы стали гуще в несколько раз и черны, как ночь, словно на мне два флакона туши. Нда. Визуально и физически чувствую, как тело вытягивается, словно я прибавляю в росте, несильно, не так уж и заметно, но я-то чувствую. Вижу! Мне кажется, или моя кость становится тоньше? Изящнее, блин. Я становлюсь похожим на трэш-модель с гендерной интригой. Ну, писец же просто. Хотя, что я вру-то? Мне это чертовски нравится. - Касатка, тебе нужен новый гардероб под новый образ, - усмехнулся Сэт, и я был ему чертовски благодарен за его понимание. Как и всегда. Резко развернувшись, я обнял моего вампира, уткнувшись носом в его шею. Зул прижался сзади, заключая меня в двойные объятия-кокон. Рычание внутреннего зверя прошило вены и клюнуло в мозг, аж вздрогнул. Взгляд автоматически нашёл моего доминанта - Тэсс стоял рядом и откровенно ревновал открывшейся картине. Я чувствовал, что он сдерживает желание оторвать вампиров от меня и раскидать их в стороны, подальше, желательно перед этим переломав большую часть костей в их телах. Ларс к моему ужасу чувствовался почти так же, но в разы слабее, как и остальные. Вот она связь. - Не смей! - ощерился я. - Смирись с тем, что они были, есть и будут в моей жизни. И если их поведение для тебя оскорбительно, то для меня оно привычно, - откровенный наезд, как расстановка приоритетов, и сверлим глазами друг друга. Сэт и Зул жмутся сильнее, не специально, чтобы позлить Князя, а для меня, ради меня, они-то больше понимают. Рву контакт зоркости с Тэссантием и тихо ненавижу взглядом Ларса, и ему доказывая, что вампир не имеет права, вообще никакого, строить из себя оскорблённую невинность. - Ли-рен, - рыкнул Тэссантий, переводя дух. - Не лишай меня того, что мне необходимо, - отрезал я. Тэсс вздрогнул и даже сделал шаг назад, словно я его ударил. Но... Чувствую... Он понял, что мне действительно важно то, что ему кажется непотребством. Вот и отлично. Ещё посмотрим, кто у кого на поводке. Ларс лишь громко выдохнул сбоку, смиренно прикрывая злые глаза. Да что с ними такое? Я реально чувствую себя куском мяса в голодающей общине. - Хорошо, - согласился Тэссантий. - А по поводу гардероба, все вопросы к господину Князю. Смеет ли он позволить мне покинуть сий дом, дабы прошвырнуться по торговому центру, - съязвил я, дыша ароматом моих вампиров, мой персональный "дом". И это место - тоже дом, но здесь всё иначе, как ловушка, из которой не выбраться, как капкан, из которого я и не хочу вылезать. Я не хотел быть столь резким, но отголоски злости Тэсса гуляли во мне, как родные. - Завтра, - только и ответил Князь, уходя от нас прочь. Ларс мне кивнул, а мои вампиры сильнее прижались ко мне, чувствуя, что я в них нуждаюсь, как никогда. Что ж, пока что живём, а там видно будет. Только одно "но", теперь придётся привыкать к тому, что от связи спрятаться не выйдет, и сейчас чёртова чужая ярость осколочным фарсом изгаляется надо мной изнутри. Не комильфо однако. - Нам пора, - напомнил Сэт, и я кивнул в ответ. Знаю, что пора. Суд, да? А можно мне назад, в комнату, под кровать и выспаться, а? Я, как лимон - не то что выжат, а неоднократно заварен в тщедушном чае с жасмином и полынью. Ненавижу этот вкус, но именно он отдаётся сейчас горечью во рту, так чувствовался Тэсс, под тихий шёпот опасного голоса "Самшильи", и при этом мои мысли занимал некто иной - Бран или Кайл - вопрос на миллион - кто интересует меня больше? Ответить боюсь даже сам себе. Заседание суда проходило в задней и самой дальней части поместья-дома-замка или чего-то там. До сих пор не знаю. Зала была впечатляюще огромной, видимо, раньше данное помещение служило для торжеств, типа бальные танцы или что-то такое. Хотя, может здесь собирался некий совет, решая псевглобальные проблемы мира, семьи, собравшихся. Хрен знает. Всё может быть. Главное, что все члены Семьи смогли здесь легко разместиться. Зала с высокими потолками и абсолютно круглая по своему факту. Колонн много, с этими их выпуклыми зеркалами, они явно служат своеобразным элементом декора, а не для того, чтобы выступать в роли подпорок. Некоторые из них вырезаны прямо в стене, и это выглядит гротескно. Стоит отметить, что многое здесь создано с явным перебором, эдакий стиль рококо - чем больше, тем лучше. Да вот нифига. Но ничего. Довольно мило. Да, мило! Хотя я и устал рассматривать обстановку, но всё же старался не упускать деталей, просто так, для себя. Вампиры подвели меня к красивым мягким креслам с плюшевой бардовой обивкой, что стояли полукругом по одну сторону помещения, задваиваясь в отражениях буйством красного. Рассматривая мебель, я чётко осознал, что цвет был выбран не случайно, это было олицетворение крови. Осознание холодком по накалённым нервам - довольно зловещее понимание ситуации, можно было бы обойтись и без него. Плюхнувшись на сидение, забив на все нормы этикета, я с отчаянным удовольствием отметил, что моей жопе мягко и удобно. Сел и утонул в нежности, ощущая, как расслабляются клетки организма - опять же – не случайность. Задумавшись на миг, понял, что этот эффект призван для того, чтобы не было сильного физического и, как следствие, морального напряжения присутствующих, а то наэлектризованный воздух плохо сказывается на судебных процессах. Глубоко выдохнув, ощутил пришедшее понимание того, что фрески на стенах царапают взор, с их-то сценами свершения правосудия. Довольно интересные полотна. Захватывающие своей реальностью и ужасающие своим смыслом. Чтобы никто не забывал, кто он и что собой представляют другие? Не так ли? Покопавшись в себе, я с удивлением отметил, что мы с Тэссантием синхронизированы полностью, наша связь меня не отягощает, не тянет вниз, не душит своим существом, она даёт мне подпитку, позволяя усилить блоки почти не сосредотачиваясь на них, я почти не ощущаю присутствующих, лишь далёкие отголоски того, что они есть, что они рядом, это как видеть боковым зрением - ты знаешь, что рядом кто-то есть, но кто это, во что одет и так далее - не известно. Так здорово. Это почти свобода. Почти... Чем же за это "почти" мне придётся заплатить? Щекотка взъерошила волосы на затылке, это он, мой персональный Князь. Быстро нахожу его взглядом и чувствую, как он ментально зовёт меня к себе, как будто игриво манит пальцем. Захотелось рассмеяться от такой трактовки ощущений, захотелось рыдать от того, что поводок короткий. И всё же я встал, глазами показав Сэту и Зулу, куда я иду, на что Ларс лишь фыркнул и уставился в сторону. Мне его жаль. Почти физический укус за плечо. - Ай, - смотрю на Тэсса. Окей, жалеть Ларса мне запрещено категорически. Пиздец, да это не поводок, это тупо ошейник. Значит, нужно искать способ справиться с Тэссантием по-своему. Иду к Князю, рассматривая помещение дальше, от чего-то мечтая о том, чтобы в руках оказался фотоаппарат, профессиональный, с настройкой на чёрно-белые фото. Было бы шикарно запечатлеть не только в памяти сие великолепие. По пути натыкаюсь на преграду. Ба-а-а... Огромная статуя Фемиды, метров пять-шесть высотой. Довольно необычная мадам. Она выглядит просто как топ-модель. С фееричной причёской, волосы спадают каскадом ниже талии. В вечернем платье с разрезом от бедра. Да таким, что видно линию чулка. Довольно чёткое изображение, учтены даже мелкие детали. Ах, аж дух захватывает, будто она сейчас возьмет и пройдёт летящей походкой сквозь толпу к месту за судейским столом. Туфли на шпильках. Вместо повязки – очки, такие, какие носят слепые. Ну, такие, забавные, круглые. А у ног её сидят четыре чертёнка. Точно сейчас рассмеюсь - с рогами, пяточками, хвостами, и даже каждая шерстинка видна. В деловых костюмах. С кейсами, сотовыми телефонами, часы на лапах, очки-половинки на глазах, но не солнцезащитные. Видимо это так показывается умственная полноценность, почему-то у многих считается, что если носишь очки, значит ботаник, значит умный. Но это ведь не показатель! И ещё по серёжке, у кого-то по две в каждом ухе. Плюс ещё, два чёртика громилы по бокам, исполняющие роль телохранителей, со вздувшимися венками на бычьих шеях. А у Фемиды милая, такая, улыбка - клыкастая. И пальцы обеих рук, крепко сжимающие весы и меч правосудия, украшены довольно большими и стильными когтями. Нечто! - А-бал-де-ть!!! – восхищённо выдохнул я, слыша, как за спиной усмехнулся Тэсс. Различные высказывания, выбитые на стенах на латыни, типа: «Всё тайное становится явным» или «Незнание закона не освобождает от ответственности», или, и это мне понравилась больше всего из-за своего абсурда, «Оставь надежду всяк сюда входящий!». Врат ада я здесь не узрел, но фраза была содрана имена оттуда. Просто плагиат какой-то. Глядя на эту сточку, я вспомнил шуточное выражение, хотя шутка и отдаёт фарсом реальности, да только сюда она подходила идеально: "Надежда умирает последней! - сказала Вера и застрелила Любовь." Я тряхнул головой, прогоняя лишние мысли, и продолжил осмотр. Ковровая дорожка вела прямиком к судейскому столу и кафедре. Недолго думая, я направился к столу судьи и только тут заметил рядом ещё один стол, но меньше. На нём лежали листы – я аж мозгом поплыл – пергамента, чернильница и три пера. - Лир, это Шидо. Шидо, это Лир. Знакомьтесь, - представил нас друг другу Тэссантий из-за моей спины. Я лишь бегло улыбнулся и вновь вперил взгляд в стол. - Это что, шутка? – никак не мог поверить я своим глазам. - Нет! Это правосудие. Мы считаем, что такой вид записи самый надёжный. Пергаментная бумага веками хранится и лишь пылью покрывается, а так, с ней ничего не происходит. Это намного надёжнее всяких современных гаджетов! Ведь их так легко подделать. А ты попробуй, напиши каллиграфическим почерком протокол суда, пером, на пергаменте! М? – коротко, но ясно объяснила Шидо, капризно вздёрнув брови. Тэссантий вновь вздохнул, на этот раз обречённо, и обвил руки на моей талии, скрепляя пальцы в замок на моём животе. Что, того факта, что все к курсе моей Душевной принадлежности, мало, нужно ещё и физически показать? Хотя... Я не против, это... успокаивает. Шидо является вампиром-кореяночкой, с греческими чертами, поэтому выглядит немного брутально, но довольно лаконично, для своей породы. Есть в ней нечто притягательное, какая-то красивая, яркая независимость и полное отсутствие посредственности, лишь гордость за себя. Она хороший вампир, в смысле: умная, исполнительная, вопросы в работе лишь по существу и является личным ассистентом... палача. Ого. И всё бы ничего, да только эту информацию я узнал через связь с Князем. Эммм... Даже и не знаю, хорошо это или плохо. - Не переживай, - шепнул мне на ухо вампир, обнимая сильнее, - эта чрезмерная яркость связи пройдёт, как только мы полностью подстроимся друг под друга, и тогда всё вновь будет так, как было, с тем лишь изменением, что ощущать друг друга мы станем острее, - пояснил мне Тэссантий, видимо тоже "прочитав" меня через связь. Уродское ощущение, я словно голый в толпе одетых. Так вот, как себя чувствуют те, кто общался с эмпатами - морально раздавленными. - Понятно... - произнес я, обращаясь к Шидо, и усмехнулся. - Значит, вы всегда ведёте записи судопроизводства? – уточнил я. - Да, а как же? Мы ведём учёт умерших, убитых, осуждённых, арестованных, отпущенных, оправданных... Так же у нас есть перепись НАШЕГО населения. А чем мы хуже вас, людей? Мы тоже любим порядок! – ответила Шидо, вся преисполненная гордости. - И часто у вас бывают суды? – мне нестерпимо хотелось узнать как можно больше. В голове тут же закрутились сотни вопросов, наполняя меня едким интересом, от безумия которого в горле пересохло, и язык прилип к нёбу, не позволяя мне выпалить всё разом. Но я-то знаю, что это легко исправить, просто спросить потом. К тому же, сейчас не самое лучшее время для подобных диалогов. - Да нет! Уже нечасто, - задумавшись, ответила Шидо с ленцой, что-то прикидывая в уме. - Это раньше они были почти каждый день, потому что вечно кто-то что-то нарушал, и приходилось карать, чтобы другие усвоили урок. Ну... - провела кончиком пера по ярко напомаженным губам (я бы её ни за что не поцеловал бы!). - И постепенно... Стали усваивать своё место и свои возможности. А теперь... - откровенный зевок с демонстрацией полного отсутствия кариеса на белоснежном (завидовать нехорошо, да только такие уверения самого себя не помогают). - Теперь суды стали редкостью. Последний был шестьдесят восемь лет назад! – рассказала вампочка и театрально закатила глаза. - И какое обычно наказание? – боясь ответа, поинтересовался я. Не нужно было спрашивать, скользко-холодное заворочалось в груди. - Когда как... - ответила Шидо и пожала плечами. - Смотря за что судят. Всё зависит от тяжести преступления. А у вас разве не так? – спросила она, горячо хлопая ресницами. - Так! – тут я ни мог не согласиться, ощущая себя весьма неуютно. От чего-то голова слегка заболела, как-будто птичка клевала в висок. Наверное, вновь перенапряжение, всё-таки я здесь живу на пределе и даже за чертой своих возможностей, такое не может не сказаться на общем состоянии тела в физическом плане. - Да! - Нам нужно идти на свои места, - жарко выдохнул на ухо Тэсс, и мурашки, как попарно, стартанули вниз, от загривка в пятки, оставляя за собой горячий след. - А зачем ты меня звал? - Господи, как же наивно я прозвучал, разворачиваясь в кольце рук вампира. - Хотел показать что к чему, тебе ведь всё интересно, - осторожно улыбнулся Князь, склонив голову набок. Ох, не только я под него, но и он под меня подстраивается. Это не может не радовать, всё-таки мы... па-ра. Блин! Тэсс высокомерно с толикой надменности во всей своей фигуре проводил, точнее - СОпроводил - меня к креслу, зло стрельнув глазами в моих клыкастых и Ларса, вальяжно размещаясь в кресле. Позёр! Я лишь фыркнул на его переглядки и мстительно наступил на ногу, усаживаясь в своё кресло. Тэсс промычал от дискомфорта, а Сэт и Зул прыснули в кулаки, пряча смех за кашлем - банально, зато не подкопаешься. Свет не погас, не было громкой музыки органа или громких фанфар, всё как-то серо, блекло, скучно. В залу просто ввели подсудимую и всё. Прай выглядела не очень. Вся её гордость и высокомерие пропали. Наверное, от осознания того, что с ней сейчас может произойти, хотя мне претило размышлять о подробностях исхода. Я, конечно, не на стороне Прай, как и все остальные, но все здесь присутствующие так жестоки. И хотелось бы мне обвинить их в неправомерности поступков и неправильности сделанных (тех, что будут сделаны) выводов, но... Это ИХ мир, ИХ правила и ИХ порядки. Вампиры соблюдали их веками и поэтому выжили. А я – всего лишь человек, который не имеет права осуждать другой вид. Всё просто. Прай выглядела такой хрупкой, глаза пусты, и столько отрешения на лице, что от её вида замутило в изворачивающимся ужом желудке. Мне было больно видеть её в таком состоянии, не потому что жалко или заступаюсь, нет, это всего лишь банальное сострадание. Вампирша была в шоколадного цвета юбке и бежевой блузке. Волосы распущены. Ногти сломаны. Губы в кашу - нет, не избиты, искусаны. Кожа серая, выцветшая - не голодная, нервная. Ниже колен на коже борозды глубоких и недавних царапин - терзала сама себя, то ли наказывала, то ли просто бесилась от безысходности. Мою руку сжимает ладонь Тэссантий - немая поддержка, а глаз не отводит от обвиняемой. Сейчас мне жаль, что Тэсс Князь, у нас лучшие места - первый ряд, бля! Гончии тоже сидят с нами в одной параллели. Интересно, а как Сэт и Зул сюда попали? Или их подсадили рядом только для меня, из-за моего (какого из них?) статуса? А может и сами что замутили, они умные, ловкие проныры. В зал, громко топая эхо-ботами, вошли четыре личности. Я аж в кресло вжался, существа, а по-другому их и не назвать, двигались синхронно, выверено, на одном дыхании. Но не это пугало и даже не их внешний вид: маска ворона монолитным чёрным ужасом на голове, тонкие и изящные прорези для глаз, острый и вытянутый клюв впереди, наползая сверху, пряча владельца тела под маской, из-под которой сзади выбиваются белые, как снег, вьющиеся волосы. Без колорированных перьев. На груди монолитная, видно, что тяжёлая, броня, с рисунком точёных мышц. На руках - наплечники в три платины, заходящие одна на другую, из-под нижней вниз тянется алая ткань рукава. На поясе тоже монолитный ремень, от которого вниз чешуёй спускаются такие же пластины, как и на плечах, но меньше по размеру и более подвижные, как чешуя, имитируя штаны-трубы, с боков вшит алый бархат. На руках напульсники. За спиной закреплён ремень, на который присобачены двое ножен, рукоятки холодного оружия направлены вниз, крест накрест на пояснице. Самое кошмарное, что они не чувствуются, вообще никак, словно мёртвые. - Это Скрольдегри, личная охрана Императора для фееричных мероприятий. По сути, они лишь ширма, так, для красоты и солидности. Но, если возникнет угроза Монаршей особе, они, не задумываясь, отдадут свою жизнь, - пояснил для меня Тэсс, тихо и осторожно. А меня так и пробирает холод. Фигуры прошли к центральному креслу-трону на судейской кафедре, встав по двое с боков, обнажив по одному клинку. Краем глаза я заметил, что Сэт и Зул о чём-то шепчутся с Ларсом, видимо, он для них пояснял то же самое, что только что рассказали мне. - Тэсс, я их не чувствую. Никак, - пропищал я, пребывая в ужасе. Никогда такого не встречал, если только конкретно у трупов, у тех, кто умер у меня на глазах - пока в теле идут процессы, тело фонит, отсвечивает по-своему, даже если существо уже мертво, процессы же идут некоторое время. А вот потом, когда пропадают, наступает пугающая тишина и тьма, вот и тут так же. - Я знаю. Они выдрессированы так, чтобы быть незаметными при любых условиях, а эмоции... - он пожал плечами, - они всегда мешают рациональности и адекватности. Вот сейчас я реально хочу в свою комнату и под кровать! - А почему их раньше тут не было? - вновь зашипел я. - Ну... Скрольдегри - это особый клан защитников, ими заведует Совет, он является независимой стороной и никому никогда не импонирует. Поэтому им доверяют даже охрану Императоров. Их вызывают. - То есть Император не один на всех? - удивился я. - Хахаха, - тихо рассмеялся Тэсс, - нет, конечно. Для нас Император, это как для вас президент. Каждый отвечает за свою Семью. - А самый главный кто? - А такого нет, - загадочно ответил Князь. Ну, приплыли. Сколького же я ещё не знаю? Я лишь в ужасе зажал ладонью рот, неотрывно глядя за новой фигурой, которая подошла к столу, у которого ранее я познакомился с Шидо, вампир... - Клирик, - подсказал Ларс, сидящий по другую сторону от меня. Клирик и стал проверять письменные принадлежности. По виду – этакий книжный червь. Смазливый, тощий, деловой, с перьями в волосах. Не выдающейся внешности. Скучный. И дохера амбициозный. Он обмакнул кончик пера в чернила и провёл им по бумаге, проверяя, нет ли разводов чернил, которые сообщили бы о трещине пера. Так оно и было. Клирик сломал перо пополам и бросил в урну. Взял другое. Проверил. Я вот уверен, что у парня его каллиграфический почерк был красив, и уверен, никаких лишних клякс, разводов, ляпов. Атмосфера резко сгустилась, собравшаяся клыкастая братия стала ощущаться, как петля на шее - грузно, тяжко, дёргано. Слишком много чувств, они не вмещались в просторы залы, кололись и кусались, во мне, внутренне - боль, раздражение, возбуждение, радость... Всё перемешалось, становясь непосильной ношей, тяжесть которой легла на печальные плечи моей хрупкой человеческой души. Но Тэсс, он же не зря мой Душедержатель, видимо и хранитель до кучи, потому что лишь одно ловкое касание его горячей сухой руки нежным жестом от плеча к запястью, как всё исчезло, пропало, нормализовалось. Я уставился на Тэсса, но вампир лишь похлопал меня по колену, жестом головы показывая, чтобы я смотрел. А если я не хочу видеть ЭТО? Даже без чужих эмоций мне тяжело, свои-то я затереть не могу. Это больно, слишком больно и невыносимо, так, словно меня порезали, и из раны вместо крови вываливаются опарыши с гниющей массой организма. В залу размашисто прошёл Хенен-си, молча занял своё место и кивком головы дал позволение начать суд. Адвоката не было. Прокурора тоже. Только судья и клерк, кропотливо ведущий записи. Шидо тоже шуршала какими-то документами, что лежали стопкой на столе. Ни опроса свидетелей. Ни шанса раскаяться. Ни оправдательных слов подсудимой. Прай усадили в центр помещения между креслами наблюдателей и судьёй на одинокий, даже отсюда видно, что неудобный, стул. Она дрожала всем телом, вздрагивая, как от уколов боли, сидела и качалась взад-вперёд, сидела опустив голову вниз, просто сидела не в силах изменить что-либо. Тошнотворное зрелище. Прислушавшись к подсудимой ментально, я понял, Прай даже не подозревала, что всё может ТАК обернуться. Она не думала, что за ЭТО могут судить. Потянувшись внутренне к Тэссантию, я украл кусочек информации у Князя, оказалось, что Прай попала в Семью не так давно, поэтому в подобного рода экзекуциях была не сильна. Но "Незнание закона не освобождает от ответственности", - так гласят вековые устои. Так что... Хенен-си выглядел величественно в алой (вариации красного уже начинают откровенно напрягать!) мантии с серебряным шитьём. Император пристально смотрел на подсудимую - ещё до начала суда виновную - вампиршу, он не говорил, не спрашивал, не отвечал, лишь пристально следил за ней, пока Шидо зачитывала присутствующим - громогласно, гордо, самодовольно (Боже, чем тут наслаждаться?) - то, в чём повинна вампирша. Наблюдатели не роптали, не шептались, вообще ни звука - пугающая атмосфера, от которой я сильнее вжимался в спинку кресла и неосознанно царапал руку Тэссантия, одновременно другой хватаясь за Ларса, чему тот был весьма доволен. Тэсс данное обстоятельство благоразумно "упустил" из виду. А мне бы поблевать, так сильно отдаётся в груди царящее вокруг давление - сплошная тьма, боль, ненависть, презрение. Несмотря ни на что, заседание прошло довольно быстро. Как только Шидо дочитала до конца подготовленный в соответствии с вампирскими законами акт, Император задал лишь один вопрос, признаёт ли Прай свою вину. Она и признала, но лишь кивком головы. Анри присудили полные отцовские права. А Прай... Прай... Её присудили казнить. Этот вердикт поверг меня в шок, который заглушил чувства всех остальных, находящихся рядом. Я только ощутил, как внутри Прай всё упало, разбилось, вдребезги, ошмётки, отравляя душу хромированной золой сгоревшей души, и наступила пустота - слишком звонкая, резкая, глубокая с критическим уровнем смирения в крови - она-то и наполнила меня собой, заставляя внутренне агонизировать. Тэсс испуганно притянул меня к себе, зарываясь пальцами в волосы на затылке, с силой фантомно кусая шею, аккурат в яремную вену, чтобы было больнее физически - шок для рецепторов. Но это не помогало. Я просто сидел, просто смотрел вперёд, не в силах оторвать глаза от виновной, и сухо плакал, сильно распахнув рот, в желании дышать, но сдавило - горло, грудь, пережало трахею. И режет глаза, режет потоком непролитых слёз. Прай, как сидела на месте, так и сидела - восковая кукла, с мёртвыми глазами и телом, потерявшим краски, отдавая лишь алебастром и грустью - не плакала и не сожалела, она лишь смотрела стеклами зрачков в никуда и дрожала. Всё так же дрожала, как осиновый лист. А я сильнее прижимался к Тэссантию боком, пытаясь слиться с ним, спрятаться в нём, раствориться, анархично теряя контроль над сознанием, и боялся, слишком далеко загоняя себя в угол пониманием того, что мне всё равно, какие бы блоки я не ставил, придётся пройти через ЭТО в ощущениях других вампиров. Хотелось уйти, и я мог бы это сделать, но смысла не было. Первое: я оскорбил бы своим поведением Императора, что весьма и весьма нежелательно. Второе: члены Семьи будут на эмоциях ещё долго, и я всё равно ощутил бы всё происходящее здесь так, словно присутствовал. С сожалением понял, что будет лучше остаться на казнь, проще сразу пропустить через себя весь этот ужас, который осуществится немедленно, в этом же зале. Миг, как откровение, всё замерло, затихло, словно исчезло, пропало, и даже время заиндевело на месте, так и не совершив секундный шаг... И рассыпалось, побежало весёлыми кусочками в стороны, запуская жизнь вновь - все вампиры синхронно сорвали с себя ленты и бросили их в Прай. Узел служил неким грузиком, который позволил алым полоскам долететь до цели. Они, словно брызги крови, как тугие нити, осколками единого целого устремились вперёд, лишь на пару секунд мелькнув в воздухе одинокими душами, а потом воссоединились вновь, сливаясь в алую лужу боли у ног осуждённой. Это был приговор. Я смотрел и корчился в немых судорогах, от столь красочного ритуала. Всё выглядело до безумия и чёртовой безупречности слаженно, явно не первый раз проходила эта процедура. Свою ленту я демонстративно не снял, Тэсс хотел мне помочь с ней, видимо, наивно решив, что я не справился с узелком, но я взглядом показал вампиру, что меня не нужно трогать, что моё оскорбление и мой персональный приговор останутся при мне, без желания быть задействованным в этом халоймесе. Ларс зыркнул на меня неодобрительно, исподлобья, стискивая челюсть. Упс, кажется, я преступил грань дозволенного. От этого затрясло пуще прежнего, а Тэсс, развернув меня к себе лицом, с силой разорвал мою ленту, впрочем, не тронув меня самого, но злости во взгляде и связи было достаточно, чтобы осознать свою неправоту (я в ИХ доме и должен жить по ИХ законам!). Князь вспорол ткань ногтём, сзади, нежно, чтобы не причинить мне боли и мелких повреждений кожи, и, вложив этот символ правосудия в мои дрожащие руки, прошептал на ухо: - Всё хорошо! Ты не обязан! Но оставаться с ней будет некорректно! – говоря это, Тэсс оглаживал моё плечо двумя пальцами, словно массируя. - Прости... Я не хочу, чтобы ты страдал... Но... Да, понял я, понял, оставить ленту на шее будет плохим тоном, и меня в таком случае просто не поймут. Поэтому, смахнув ею горячую слезу, пока никто не заметил влагу в моих глазах, я сунул жуткую ткань в карман. Пусть будет со мной, при мне, как напоминание, словно урок на всю жизнь. В зале по прежнему тишина - она свербит внутри и гулким эхом ширится в органах, туманя взор новой влагой. Император преисполнен величия, смотрит со своего царского места на нас, на всех нас, словно каждый из здесь присутствующих взглядом ему подтверждает правоту действий монарха. К Прай подошёл вампир, мужчина - статный и грозный. От него засосало под ложечкой и захотелось сжаться на месте, в грёбаный комок, чтобы не посмотрел в мою сторону, чтобы прошмыгнул мимо и всё. Его лицо было отлично уравновешено длинным носом с тонкой переносицей и густыми светлыми бровями, нависшими над серо-стальными глазами. Вампир был не молод и не стар, грациозен в движениях, тело средних габаритов. Весь в белом. С (блядским) красным галстуком, красными замшевыми перчатками и красными ботинками. Вычурный клоун, не иначе, хотя весь такой гармоничный, заставляющий сущности присутствующих внимать и покоряться его неоспоримой силе и жёсткому взгляду. - Прай! – прогремел голос Императора. - Ты приговариваешься к казни, за твоё деяние против жизни тебе подобной. Поскольку ты была не последним вампиром в Клане и без нареканий служила своему народу и Императору в отдельности, я приговариваю тебя к достойной для нашего вида смерти, - глаза - застывшая печаль, а губы белые от напряжения, Хенен-си не рад этому правосудию, но он обязан как глава Семьи наказать за преступление, хоть Императору и больно терять (у-б-и-в-а-т-ь) своё дитя. - Твой прах будет храниться в семейной усыпальнице, – Хенен-си перевёл дух, но голос, его голос резался во мне, под рёбрами, оставляя зияющие, кровоточащие раны. – Тебе ясен приговор? Девушка лишь затравленно кивнула, так и не сводя глаз с видимой лишь ей вселенной. - Приговор будет приведён в исполнение немедленно. Обвинение окончательно и обжалованию не подлежит! Да свершится правосудие в защиту чести! – от голоса Хенен-си, казалось, стены дрогнули. - Честь! Достоинство! Правда! – взревела толпа хором. А меня затрясло, сильно и крупно, закоротило, и перед глазами чёрные круги - миг и иллюзия пропала, но стресс от происходящего давил морально, хотелось орать - натурально, в голос, на грани срыва голосовых. Хенен-си кивнул, потом обвёл взглядом зал, после чего степенно удалился. - Император никогда не присутствует на казни, так уж повелось изначально, - прошептал мне на ухо под утробное рычание Тэссантия низко склонившийся ко мне Ларс. Я лишь кивком головы обозначил, что услышал и принял сказанное к осмыслению, так и не сводя немигающих глаз с Прай. - Это Эдда Лееш, он наш палач, - склонившись ко мне, прошептал Тэсс, опять же на ухо. Видимо, чтобы не беспокоить остальных вампиров, но держать меня в курсе дела. - Эдда тоже не живёт с нами, лишь приезжает по мере надобности. Эдда сам по себе, он не любит социум. Эдда вдохнул кислород, втянул, всосал его в свои лёгкие, с силой, до упора и так же на показ выдохнул, обводя взглядом аудиторию. Шрам через правую щёку ото лба к подбородку уродовал его природную красоту, но так же был и прекрасным, словно кривое, но нужное дополнение к очарованию картины в целом. Палач подошёл к Прай сзади, положил руки ей на плечи и резко укусил вампиршу в шею. Туда, в ямку за аккуратным ушком с левой стороны, одновременно надавливая в такую же ямку справа пальцами с острыми ногтями. Хрип Прай вспорол воздух зала. Слёзы против воли - у неё и у меня. Немой отчаянный крик - один на двоих, и жилы вытягиваются в лопающиеся струны под рёв крови в груди, с отчаянным всхлипом. Прай упала на пол, просто завалилась вперёд, съезжая с места. На колени. Свист лёгких на неровном вдохе, и пустые глаза распахнуты до предела. Нас обоих душит боль. Прай вскрикнула - надломленно, визгливо, так пронзительно, что моё сердце прострелило, и захотелось выплюнуть его через охрипшую глотку вместе с кишками, что свернулись холодным клубком внутри моего организма. Вампирша вскинула вверх руку, словно касаясь ладонью невидимой (прозрачной) стены и дёрнула руку вниз, оставляя в пространстве, прямо в воздухе, кровавый след ладони со сбегающими к полу алыми струйками её существа. Сам не заметил, как подтянул колени к груди, обхватил их дрожащими руками, а губы напрочь закусаны в кровь, снова кровь, её здесь слишком много - пахнет, видится, зудит перед глазами маревом солёного. Стискиваю пальцы, царапая сам себя - невозможно испытывать ЭТО! Прай рухнула совсем, набок, осыпалась телом на камень полового покрытия - эта чёртова весёлая мозайка. Свернулась отвергнутым клубком. Закрыла блеклые глаза. Её тело дёрнулось в конвульсии, я ей вторил, хватаясь за Тэссантия, что перепугано взирал на меня, но к чёрту Князя, Прай... Она... Её тело стало словно растворяться, идя струйками тумана, что ластился к кусочкам полотна под её хрупким телом, обволакивая девушку жидкой пудрой, втягиваясь, всасываясь в кожу назад, и ленты ало-чёрного, словно капли краски в стакане воды - заклубились, заструились прочь под прощальный крик ворона под высоким сводом, знаменуя прощАние или прощЕние... Не знаю. И не хочу знать! Боль, боль, боль, она клокочет внутри, раздирает, сатанеет в душе, царапая рёбра, прямо внутри кости тысячами засыпанных внутрь иголок. Тело Прай дёрнулось вновь и затихло, весь ажурный дымок вокруг рассеялся, оставляя на полу просто тело мертвеца. Вампирша уснула. Уснула так, чтобы больше не проснуться никогда. Я захрипел и отключился, а когда открыл глаза, оказался в комнате Тэссантия. - Где... - голос безбожно хрипел, - где Прай? - спросил я тут же, чувствуя нервозность своего вампира. - Касатка, - бросились к очнувшемуся мне Сэт и Зул. Ну и перепугал же я всех. Тэсс лишь свободно выдохнул, отпуская стресс и обеспокоенность на все четыре стороны, и робко улыбнулся мне. Что-то часто он стал улыбаться... - Её тело кремировали, пепел собрали в урну и доставили в Семейный склеп. Там убрали в специальную нишу, закрыв её табличкой с именем "Прай Деголия Райдер", - просто ответил Тэсс. - А года жизни? - тупо переспросил я, мотая головой, в горле сухо. - Мы их не указываем. Это слишком... - вампир подал мне стакан воды, за что я посмотрел на него с немой благодарностью. - Человечно, - закончил за Тэсса ответ Зул. Я снова кивнул. Ясно. А что тут не ясного? Всё предельно просто и всё тут. Сэт хотел что-то у меня спросить, наверняка о моём самочувствии, наверное, собирался обсудить увиденное мной, уверен, что хотел пожалеть меня, как и всегда, лишь с ними я могу быть слабым - привычно. Но я не дал вампиру такой возможности, просто фыркнул в его сторону и отвернулся к окну, у которого в кресле расположился Князь. Но я не смотрел на него, я пытался увидеть ничто в разделе в никуда, так было проще - отрешиться и всё. Сэт и Зул поцеловали меня поочерёдно в лоб и скрылись за дверью, давая мне подобие личного пространства. Понятное дело, что связь с Тэссантием мне такого не позволит при любом раскладе, поэтому я лишь вздохнул и вновь откинулся на подушку, рассматривая потолок. Но не тут-то было, мозг, как заело, перед внутренним взором стоял ужас произошедшего, который с каждым вдохом вновь и вновь прошивал меня насквозь, пригвождал к месту, заставляя корчится в агонии. Мне хотелось быть сильным, я мечтал быть привычным себе, терпел и надеялся, что это пройдёт, ведь столько уже повидал в жизни. Но нет. Нет, нет и нет, не отпускало, отравляло, коротило на месте, сжигая палёным кровь. Не выдержал. Сломался. Закричал, и слёзы - стихийным бедствием из глаз. - Тэсс, я не могу... - всхлипнул я, рыдая, закрывая ладонями глаза. – Это так ужасно! Так жестоко! Я - эмпат... - захрипело горло жесткими нотами голоса, – я ВСЁ чувствовал, будто это меня казнили, а не её! Вампир тут же навис надо мной, он нервно гладил меня по лбу, убирая непослушные волосы назад, и метался внутреннее, не представляя, как меня можно успокоить. - Лир, ты... - запнулся вампир. - Займись со мной любовью, - тихо, но уверенно произнёс я, отнимая руки от лица, чтобы в упор посмотреть на вампа. Да, глупое решение, знаю, что даю ему какой-то немыслимо-призрачный шанс. Но к чёрту Тэссантия, мне нужно... Это. Нужно. МНЕ! И на хуй всех, иначе я скувюсь на месте. Тэсс будто только этого и ждал, его существо вспыхнуло желанием в раз, тут же корпусом подаваясь ко мне и жадно целуя. Он предсказуем и слишком прост, а я этим пользуюсь. Мерзко? Нет. Эгоистично? Да. Но люди все эгоисты, это меня не оправдывает, так я оправдания и не ищу, я ищу способ забыться, потеряться, отвлечься. Так вот он - передо мной, надо мной, почти во мне. Разрывая губы поцелуями, наши языки сплетались в жёстком насилии ртов. Укусы были почти невесомыми, но они зажигали кровь адреналином. Возбуждение острой, яркой стрелой прошило тело, заставляя меня выгнуться под вампиром. Тэсс ощущался, как искрящееся искренностью и диким желанием нечто, что пульсировало внутри, во мне, как я и не я одновременно, путая мысли, желания, сплавляясь вместе и тут же разнясь. Я путался в ощущениях восторга и наслаждения, дрожа, как в лихорадке, ловя губами кислород едва-едва, на миг отрываясь от губ Тэссантия. Голову мутило, и член сводил с ума. Оба органа, вампир потирался об меня своим, доводя до морально экстаза в миг и оглушающего стремления продолжить. Моя страсть. Его похоть. Мои стоны. Его желание. Дрожь, хрипы, языком по языку, сорвано, сильно, быстро, медленно, рвано, резко, сладко, вой в голос - общий и громкий, на грани слышимости. Всё это вылилось в молчаливый зов тела и сердца, на грани восприятия, нечто такое тонкое и хрупкое, что легко сломать, но невозможно уничтожить - влилось, укоренилось, став слепым, единым, общим. Два, как один, один, как целое. Чувства слишком крепкие, прочные и устойчивые, такие порочные и пошлые, но при этом неприкосновенные и едва заметные, чтобы даже не помыслить о том, чтобы разрушить. "Разрыв связи с Душой - нереален". Извиваюсь, подаюсь под ласку, нежно-грубо касаюсь сам. Путаюсь в мыслях, ощущениях, стремлениях, всё круговертью и на износ слишком дерзко, слишком нужно, излишне красочно и красиво - разрядом в член до издыхающих томлением бёдер. Руки, казалось, жили своей жизнью. Мы стаскивали одежду с одержимых жаждой обладания друг другом тел. Кусочки тканей только и отлетали в стороны под звонкие звуки поцелуев и несдержанный рык. Я постанывал в уста Тэсса в нетерпении, накидываясь голодной жертвой на властного хищника, меняя приоритеты и расстановку сил, тут же подчиняясь, отдавая ему ведущую роль. Я не я, и он не он, есть только мы. Чёрт, как круто! Вампир неистово тёрся о мой пах, желая удовлетворить не только себя, но и меня - этим желанием разило от вампира, дразня и подавляя меня. Тэссантий сжал мои волосы в грубом захвате и, жадно облизав шею, резко подхватил моё тело под поясницу сильной рукой, заставляя прогнуться в дугу, приподымая тело над кроватью, жадно и дерзко слизывая влагу с нежной кожи юрким языком от пупка к груди, присасываясь к ключице, оставляя на коже горящий алым след. Желание обладать друг другом зашкаливало. Дыхание было тяжким и грузным, оно ломало пространство вокруг нас, плотнясь и треща кислородом в заложенных шумом крови ушах. Его глаза так и норовили прожечь моё тело насквозь, доказывая свою страсть, что воспаляла всё внутри самого вампира. Я и не знал, что можно трахаться взглядом, теперь я это ощутил, и это тоже на грани. Блять, у нас всё на уровне "шаг вперёд, шаг назад - без разницы, обрывы". Вампир навис надо мной и вновь поцеловал - сильно и нежно, легко ныряя язычком вглубь рта, даря покой и умиротворение, заполняя все мысли и чувства собой, отдаваясь полностью, забирая острое и колючее, забивая мои ментальные каналы необходимым уютом. Меня раскрепощало, отпускало, затиралось былое, всё неважно, лишь здесь и сейчас, только он и я, и всё-всё-всё остальное - не имеет значения. Лишь МЫ! Тэсс сорвал с моих припухших губ голодный рык, сладко втягивая в себя мой голос губами по устам - мой голос для вампира сработал как цепной механизм. Тэсс загорелся сильнее, его зверь рвался наружу, желая полакомиться Душой. Ногтём по шее - царапина на вздрагивающей венке - и горячий рот мажет губы и язык багровым, наслаждаясь, посасывая и слизывая, ублажая внутреннее томление. Я прогнулся, подаваясь вперёд, я этого хотел сам и чувствовал, как этого хочет Тэсс, принимая его желания за свои. Вампир изнывал, грубо водил руками по моему телу, заставляя всего меня выворачиваться ужом и требовать большего тихими всхлипами и задушенными стонами из-за сбитого дыхания. Мой вампир просто с ума сходил, захлёбываясь ощущениями трепещущего меня под ним. Я знал, ЗНАЛ, как дерзко Тэсс наслаждается мной, восхищаясь кожей своей неистовой Души. Я ощущал, как вампиру хотелось прокалывать, прокусывать, царапать меня, слизывая алый бисер крови, который воспалял рецепторы Тэсса, заставляя возноситься в поднебесную. А разве чёртов рай существует? Вампир хрипел от возбуждения, желая ставить метки на идеальной коже меня любимого. Он не кусался, но оставлял яркие засосы по всей поверхности кожи. Ласкал языком. Руками. Губами. Дразнил. Заставлял дрожать в своих объятиях, я же только этого и желал - не просто быть с ним, а забыться, "любить", стонать, потроша себя окончательно и бесповоротно. Тэсс перевернул меня на живот - резво и аккуратно, твёрдо ставя тело на колени, подхватывая под живот, дёргая на себя за бёдра, притесняя к себе вплотную - кожа к коже. Захлебнулся воздухом, много, слишком много ощущений, впечатлений, НАС во мне. Тэсс будто с цепи сорвался, добрался до лакомства, теперь же смакуя меня по полной, он скользил языком по позвоночнику, заставляя меня гнуться и кричать стоном, снова и снова прикусывал кожу, но не до крови, просто слегка царапал, без отметин - лишь кромсая осязание. Я, как будто заперт в себе и тут же свободен, как никогда, вилял задом - пошло и откровенно, сам подавался на его язык, толкаясь назад и откидывая голову, потому что влажные волосы липли к пересохшим губам. Глаза заволокла пелена желания, чувство, что я кручусь волчком в угаре страсти, не покидало. Чистое пламя, что топило жаром тела - моё и его, отчего я задыхался, жмурился от удовольствия и скулил, напрашиваясь на продолжение. Тэсс нежно прошёлся языком по впадинке между моими ягодицами, отчего я вздрогнул, но распалился сильнее, показывая своё нетерпение покачиванием таза. Я чувствовал, как вампир проникает в меня, ему не терпелось помучить моё тело, чтобы я просил, умолял, ныл, изнывал. Мне тоже этого хотелось, и Тэсс ощущал это, я твёрдо знал, он обволакивал меня своим влечением, заставляя стенать и метаться на сбитых простынях. Громко и сильно. Ноги почти не держат, а руки подламываются. Эмоции выходят за пределы разумного. - Тэсс-с-с... - протяжно выдохнул я. Меня поняли верно, вампир сильнее сжал пальцы на бёдрах, тут же проникая в тело, пронзая, давя на проход, мелко толкаясь внутрь. Я тут же сжался, пережидая первые ощущения вибрацией во всём теле. Разряд - сильный и неотвратимый - дробью в мозг - Тэсс чуть не кончил от узости и моего жара, как и я сам, находясь с ним на одной волне. - Тэсс... двигайся... - требовательно приказал я осипшим голосом замершему вампиру. Он-то не хотел кончить так быстро, вампир стремился растянуть удовольствие, а мне нужна была именно безбашенная разрядка, только она и всё, поэтому я стал пошло ёрзать на его члене, ловя отголоски злости вперемешку со страстью - кайф. - Лир... - только и выдохнул Тэсс и сорвался на бешеный темп. Перед глазами плыли какие-то невразумительные фигуры из геометрии, но поймать чёткость было выше сил - и моих, и его, всё синхронно, с отголоском индивидуальности. Мы оба словно искрили и, отдаваясь друг другу, тонули в своём стремлении доставить как можно больше удовольствия. Только я всё так же старался испытать оргазм, чтобы закоротило к херам, а Тэсс хотел наслаждаться. Сильнее и сильнее, резче, ярче, глубже, толчок, выдох, проникновение, назад, выдох, сжать простынь ослабевшими конечностями, толчок, прогнулся в спине, толчок, крик, хрип, на грани, и уже не чувствую своего тела, не чувствую и его. Это непередаваемый коктейль своих и чужих ощущений - ярких и резких чувств. Замыкаюсь, растворяюсь, дрожу и стенаю, миг - и я не в состоянии производить какие-либо звуки, только задушенное сопение, пытаясь поглощать кислород. Тэсс двигается во мне, как ошалелый, окрылённый, дикий и необузданный, постоянно задевая головкой члена простату - и это каждый раз вскрик. Тела горели, плавились, ширились чувствами. - Я люблю тебя, Лир! Люблю. Люблю. ЛЮБЛЮ! - с упором на каждое слово на каждом ёбаном толчке. Ложь. Ложь. Ложь. Полная, подлая ложь - больно и горько одновременно, а внутри всё скручивается, желая выплеснуться наружу. Эти "люблю" - набатом, эхом вголове. И я понимаю, упрямо осознаю, что дело не в порыве страсти, это чётко выверенные слова, которым вампир отдавал полноценный отчёт. Тишина. Пустота. Всё равно... Больно? Нет! Мы сейчас оба тупо пользуемся друг другом, но если я откровенен в своих мотивах, то Тэсс - нет. И это не пугает, но настораживает. Всё же в нём нет зла по отношению ко мне, нет корысти, но есть тайна, которая гложет, давит и теснится внутри. Здесь каждый что-то от кого-то скрывает, и при этом все уникально открыты. И как такое возможно? Питаясь эмоциями, своими и Тэсса, достигая пика блаженства, жмурюсь от наслаждения, и рвётся, клокочет нирвана внутри, да так, что нет сил выносить. Жмурюсь, выдыхая, рывок-толчок навстречу, и стону, хотя хочется кричать... Толчок. Судорога. Беззвучный крик:       "Кайл". А перед глазами... Тэсс. ******************************** ************************ ************** Вяк: Извиняюсь за задержку главы. Лето такое лето, беты в отпусках)) Ндааа, Лир нихрена не няшка. Ну, никто и не обещал, что он будет белым и пушистым, всё же в вампирском логове обретается, а значит, сучность присутствует в характере по умолчанию!! Лир, новый образ: https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3bab1/dZCiMoVoXFQ.jpg https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3baa8/bkZq-ZhdkI8.jpg Палач: https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba95/bbcF2jC4PHc.jpg https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba68/qw5ZXglpTiw.jpg Шидо: https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba8b/DENvhK7wwgc.jpg Казнь Прай: https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba82/j1YbMyi6v2c.jpg https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba78/lVEskteE3qQ.jpg https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba70/AtmmUEEdd9E.jpg Императорская стража: https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba61/y9ygAFLd0mM.jpg Вкладыш: https://pp.vk.me/c624217/v624217857/3ba9f/v3ph3Z8P8No.jpg