Глава 6. Пару лет спустя.
28 мая 2014 г., 16:48
«Жизнь – означает страдание. Чем больше цепляешься за то, что будет утеряно, тем больше таких вещей становится». «Date Warp» (Спираль свиданий)
Кирилл ненавидел дни, подобные этому. Ненавидел, когда на смену солнцу приходят дожди. А сегодняшний день сложился на редкость мерзко и отвратительно. Он поругался с классным руководителем, по совместительству учителем истории, чей предмет ему предстоит сдавать на выпускных экзаменах, его выгнали с урока, но апофеозом стала пропажа бумажника из кармана куртки. Кир, конечно, винил в этом только себя, не зря на двери весит предупреждение о том, что не стоит оставлять ценные вещи и деньги в карманах курток, но мрази, которая сделала это, не поздоровится. Обнадеживало только то, что денег в бумажнике было немного, большая часть заработка тратилась сразу же или была надежно спрятана в тайнике его комнаты. Кирилл, сбежав по ступенькам крыльца родной школы, сунул в рот сигарету и закурил. Закурил он чуть больше двух лет назад, хотя раньше негативно относился к никотину и сигаретному дыму, но есть в жизни моменты, которые многое меняют. – Сень, дай мне сигарету, – хрипло попросил мальчик, присаживаясь на край табурета. Арсений приподнял бровь и удивленно посмотрел на подростка. Кир только кивнул и вновь дернул металлический шарик во рту, вызывая боль, на мгновение ему даже показалось, что пошла кровь, распространяя отвратительный вкус, но нет, было только сильное жжение, зато оно отвлекала от той боли, что раздирала задницу после первого сексуального опыта. – Я тоже так начал, – хмыкнул Сеня и кинул ему пачку сигарет и зажигалку. Тогда дым вызвал ужасный приступ кашля, с каждым заходом Кириллу казалось, что легкие не выдержат и лопнут, но все обошлось. Вторая затяжка, медленная и аккуратная, прошла легче, а сейчас он получал удовольствие, затягиваясь полной грудью и выпуская горький дым. Желания возвращаться домой не было. Сегодня отец вернулся с ночной смены, а потому находился дома, вероятнее всего спал, но его присутствие давило, а сейчас хотелось…. Ничего не хотелось. Последнее время Кир все чаще ловил себя на том, что впал в какую-то прострацию, ему все безразлично, апатия не отпускает. Парень зашел в небольшой магазин и купил себе бутылку пива. Продавщица дала требуемое без вопросов, не просила показать паспорт и не читала нотации о том, что ему пить еще рано в силу юного возраста, не пугала тем, что будет, когда родители узнают. Парень зашел за угол дома и присел на лавочку, которая в данный момент пустовала. Сейчас можно было бы пойти к Вике, если он правильно посчитал, то у девушки выходной. Но вот незадача, у Сеньки сегодня тоже выпал свободный денек и, наверняка, они проводят время вместе. Снова лижутся на диване или смотрят сопливо-слезливые фильмы о большой и светлой любви. Бред. Вика говорит, что любит Сеню, парень твердит, что чувства взаимны, но не бросает порно бизнес, продолжая трахать молоденьких мальчиков и получая от этого удовольствие. Вика, конечно, находится в блаженном неведении, девушка до сих пор считает, что Кирилл – модель, а Сеня – его агент. Они вместе уже около двух лет, но Арсений даже не помышляет о том, чтобы ей рассказать или бросить свою работу. Хотя Киру было плевать и на их чувства, и на их отношения. Секс – это работа, приносящая хорошие деньги и удовольствие постольку поскольку, а любовь… Нет такого чувства. Кирилл очень изменился за то время, когда он сам для себя решил, что у него началась другая, взрослая жизнь. Он взрастил в себе цинизм во всей его красе. Тепло он относился только к трем людям: к отцу, Вике и Сене, но если копнуть глубже, ему и на их жизни было глубоко наплевать. Он никогда не завидовал Арсению, который решил остепениться (или найти прикрытие), завязав отношение с девушкой из тату-салона. Кир был не способен приблизить кого-то к себе, пустить дальше постели. Да, иногда мальчик позволял себе перепих и вне работы, все же он втянулся и удовольствие от секса получал, но всегда уходил, не давая любовникам придумать себе сказку, не гнушался и брать плату за услуги, если предлагали. Некоторые пары складывались на съемочной площадке, таких поворотов судьбы Кирилл старался избегать, не желая усложнять себе жизнь. Ему платили за секс на публику, он честно отрабатывал свои деньги и делал ручкой всей съемочной группе и напарнику. Так проще, так правильнее. Дотлевшая до фильтра сигарета обожгла пальцы, вместе с тем в кармане зазвонил смартфон. Дорогая игрушка, о которой мальчик ранее мог лишь только мечтать. – Привет! – раздался в трубке радостный голос Вики, а на заднем фоне слышались мужские голоса. Неужели он ошибся, и девушка сейчас находится на работе? Если так, то это несомненный плюс, будет, где убить пару-тройку лишних часов. – Привет, думал, у тебя сегодня выходной. – Так и есть, приезжай в гости. Или ты еще в школе? – Нет, буду минут через двадцать. – Отлично! – обрадовалась брюнетка. – Ждем тебя с нетерпением. Несколько больших глотков, и пустая бутылка с грохотом опустилась на дно мусорного контейнера. Кирилл только поморщился от громкого звука и закурил. Алкоголь в таких малых дозах уже не расслаблял, а вызывал раздражение. – Какой ты пунктуальный! – воскликнула девушка, распахивая входную дверь. Вика изменилась, отстригла волосы и перестала красить их в насыщенный черный цвет, а теперь носила каре с естественным каштановым цветом волос, пирсинг с лица пропал, макияж стал скромнее. Все, что напоминало о временах безрассудной молодости – это татуировка. Это – страсть девушки, работу она не бросила, так и продолжала раскрашивать тела незнакомых людей. Вика искренне считала, что ее работа – искусство, и творила с большим вдохновением, вкладывая в каждую картинку часть своей души. Единственное, что не изменилось в девушке со дня их знакомства – это отличное настроение, которое находилось на планке «все чудесно» вне зависимости от жизненных ситуаций и проблем, с которыми она сталкивалась. Излишняя радость – ее жизненное кредо, принцип, которому Вика неукоснительно следует, заражая оптимизмом и окружающих ее людей. – Привет, – бросил мальчик, входя в тесный коридор однокомнатной квартиры, где обитала Вика. – О, малой! – Сеня подошел к нему и потрепал по голове. Кирилл ненавидел этот жест, потому что его укладка не выдерживала такого варварского отношения к себе, но молчал. Теплота, с которой к нему относился блондин, грела душу. Несмотря на то, что Арсений был его первым мужчиной, это ничего не изменило в его отношении к маленькому другу, он продолжал считать Кира заменой младшего брата. – Здравствуйте, – выдохнул мальчик, наткнувшись взглядом на незнакомого мужчину, появившегося за спиной Сени. Кир слегка опешил от постороннего, разбавившего их слаженную компанию. Мужчине было на вид чуть больше двадцати пяти лет, немногим старше Арсения, но взгляд серых глаз казался на редкость серьезным и тяжелым. Ни капли задора и веселости. Брат Вики был высоким, взгляд мальчика упирался в его грудь, а чтобы заглянуть в лицо, пришлось задрать голову. – Мальчики, знакомьтесь, это Кирилл, а это мой старший брат – Андрей, – Вика поставила перед мальчиком его тапки и, утащив за руку Арсения, скрылась в комнате. – Приятно познакомиться, – мужчина первый протянул руку. – Взаимно, – мальчик пожал сухую крепкую ладонь, но чувствовал себя при этом так же, как перед учителем, кричавшим на него сегодня во все горло на уроке. – Кир, ты голодный?! – крикнула Вика из комнаты. – Да, но есть твою стряпню не буду, – отозвался мальчик и, бросив еще один быстрый взгляд на Андрея, прошел в единственную комнату. – Это Андрюха готовил, – надула губки девушка. Вика прекрасно знала, что кухарка из нее никудышная, но с упорством осла пыталась накормить своих мужчин. Кирилл и Арсений кривились, но пытались делать вид, что им нравится. Вика не верила, но продолжала готовить на «радость» мужской части их маленькой компании. – Я хорошо готовлю, – голос Андрея пощекотал основание шеи и погнал толпу мурашек по всему телу. Кирилл передернул плечами и, бочком протиснувшись мимо Викиного брата, отправился на кухню. В сегодняшней программе, как и предполагал мальчик, намечался просмотр глупого фильма. Участвовать в этом Кир не хотел, поэтому предпочел посидеть в тесной кухоньке наедине со своими мыслями. Но его одиночество было разбавлено чужим присутствием, от которого Кир чувствовал себя не в своей тарелке. Мальчик опустился на хромоногий табурет и закурил. Белесый дым шустро улетал к потолку и просачивался в открытую форточку. – Куришь? – практически безразлично поинтересовался Андрей, но в голосе все же сквозило неодобрение. – Да, – с вызовом бросил мальчик. Андрей поставил перед ним глубокую синюю тарелку с борщом, оставляя реплику мальчика без внимания. – Приятного аппетита. – Спасибо, – буркнул Кир, желая, чтобы Андрей убрался в комнату смотреть сладкую романтическую комедию. – Как вы познакомились? – спросил мужчина, чтобы разбить повисшее молчание. – Вика делала мне татуировку, а Арсений – мой сосед, мы знакомы еще с детства. – Ясно. – Вика никогда не говорила, что у нее есть брат, – осторожно заметил мальчик, опасаясь задеть тему чужой тайны. – Я давно не живу здесь, уехал, когда поссорился с родителями, – Андрей залил кипятком две чашки кофе, одну из которых поставил перед мальчиком. Кирилл вызывал у него странные ассоциации. С одной стороны ребенок, еще явно не окончивший школу, с другой…. Выражение ярко-зеленых глаз мальчика говорило том, что в жизни он уже хлебнул достаточно много, и считать его ребенком – ошибочно. В них плескалась какая-то усталость, сквозил вызов, но больше всего было безразличия. Словно перед ним не подросток, а старик, поживший свое и уставший от ноши, которую заставляет его нести судьба. – Почему ты тогда приехал? – Решил помириться, – усмехнулся мужчина. – Приходит время, когда следует забыть старые разногласия и ссоры. Родители правы во многом, просто порой не умеют донести это до сознания своих чад, или дети не всегда могут их понять. – Пф, – только и ответил мальчик. Отец давно уже махнул на него рукой. Сначала они ругались и ссорились, отец запирал его дома, грозился лишить денег, а Кир только смеялся ему в лицо, понимая, что выполнить ни то, ни другое не сможет. – Поймешь со временем, – усмехнулся Андрей, столкнувшись с тем, чего ожидал – с подростковым несогласием и вызовом. – Безусловно, со временем я пойму многое, – глядя в серые глаза, отозвался мальчик, – только никто из вас, взрослых, не думает, что взрослым можно быть и в шестнадцать лет. – Можно, я едва знаком с тобой, чтобы утверждать, что ты обычный подросток, поэтому не буду спорить, – мужчина пожал плечами и отвернулся. – Я так понимаю, что никто из вас фильм смотреть не собирается? – в кухню вошла Вика и налила сок в два стакана. – Вик, эту муть смотреть невозможно, – фыркнул Кир. – Тебе только ужастики и подавай. – Уж лучше, чем сопли на кулак наматывать. Бедный Сеня. – Дурачок ты, – девушка тепло улыбнулась и ушла. – Вика всегда была такой, – задумчиво протянул Андрей, глядя вслед сестре. – Слишком романтичная, мечтательная. – Надеюсь, ей не придется снимать ее розовые очки. Кирилл испытывал к Вике теплые чувства, любил ее по-своему, но не как девушку, а как подругу или старшую сестру, и желал ей счастья, но он слишком хорошо знал Арсения, чтобы понимать, что с этим человеком она его не найдет. Рано или поздно грязь, которой они облеплены с головы до ног, всплывет на поверхность. Что будет, когда это произойдет, страшно представить. Скорее всего, они потеряют Вику навсегда. Она не поймет и не примет, не будет слушать доводов и оправданий, а если и будет, то посчитает их глупыми. Девушке из благополучной обеспеченной семьи, получающей по жизни все, что взбредет в ее чудесную головку, никогда не понять тех, кто поднимал себя с самого низа, стремясь влиться в общество таких, как она. Конечно, Вика никогда не была наглой и избалованной, а довольно трезво смотрела на жизнь. Но ее брат прав в одном – эта барышня не расстается с розовыми очками, она слишком идеализирует мир и окружающих людей. – А я надеюсь, что она это сделает сама, когда придет время. Носить этот аксессуар по жизни небезопасно. Вечер застал компанию из четырех человек на кухне, с аппетитом поедающих жареную картошку с курицей. Кирилл так и не ушел домой, хотя планировал это сделать, как только допил последний глоток уже остывшего кофе. Андрей напрягал его своим присутствием, но внезапно у них завязалась приятная беседа, не связанная с вопросами отцов и детей. Разговор ни о чем сумел отвлечь мальчика от своих мыслей и вернуть на некоторое время в реальность, которая не имела ничего общего с другой частью его жизни, где приходилось изображать наигранную страсть к незнакомым или малознакомым подросткам, таким же, как и он сам. Кирилл выпускал колечки сигаретного дыма и смотрел на редкие звезды, мерцающие между тучами, разлетевшимися под порывами весеннего ветра. На небе горел полумесяц, и сейчас, как никогда ранее, Кир ощущал себя тем самым печальным котом, который обосновался на внутренней стороне его бедра. – Я поехал, – сообщил Андрей, уже стоя полностью одетым в коридоре. Вика отправилась провожать брата. Мальчик обернулся и смерил нового знакомого ленивым сытым взглядом, посмотрел на Арсения, мечтательно глядящего на свою девушку, и отчетливо понял, что и ему пора. Напрягать парочку своим присутствием он не собирался, поэтому встал с табуретки и вышел в коридор. – Пойду и я, – сообщил он, когда Вика закрыла дверь за братом. – Уже? – удивилась девушка, хотя было видно, что она не меньше Сени хочет остаться без лишних свидетелей со своим парнем. – Уже. Мальчик махнул приятелю, подхватил свой рюкзак и закинул его за спину. Поцеловал Вику в щеку и ушел. Улица встретила его потеплевшим воздухом и легким ветром, который отчетливо пах весной и тонким ароматом первых цветов. Кирилл вдохнул полной грудью и сделал несколько шагов вперед, когда его заставил вздрогнуть громкий сигнал автомобиля. – Ты домой? – спросил Андрей, опустив тонированное стекло дорогой иномарки. – Да. – Подбросить? – Если не сложно. В салоне пахло свежестью и кожей новой машины. Видно, что Андрей приобрел машину совсем недавно, она светилась новизной. – Отличная тачка, – заметил мальчик, когда они плавно выехали на главную дорогу. – Полгода копил, – усмехнулся Андрей, – но все равно без кредита не осилил. Что? – спросил мужчина, поймав на себе удивленный взгляд мальчика. – Думал, что ты богат. – Ты тоже не походишь на подростка из неблагополучной семьи, но, судя по твоим словам, не все так гладко. – Не стоит об этом, – скривился Кир. – Почему механическая коробка? – Привык, – пожал плечами Андрей. – До этой красотки ездил на классике. Умеешь водить? – А что, хочешь дать прокатиться? –Время позднее, поэтому на дороге встречались лишь редкие машины. – Не умею, к сожалению, – грустно ответил мальчик. Сесть за руль такой машины все еще оставалось недосягаемой мечтой. – Хочешь, научу? – внезапно спросил мужчина, вызвав у Кира удивление. Будь у него такая тачка, он бы никого и близко к ней не подпустил, но и отказываться от столь щедрого предложения не собирался. – Хочу, – с восторгом в голосе согласился Кирилл. – Заметано. Только скажи, куда тебя везти. Мальчик назвал адрес и очень пожалел, когда машина затормозила у дома через пять минут. Кир скомкано попрощался, не понимая, почему чувствовал себя столь неловко в полутемном салоне с Андреем, и почему так не хотелось его покидать, поэтому быстро выскользнул из машины, негромко хлопнув дверью. Мужчина тут же сорвался с места, не давая возможности Киру даже обернуться и посмотреть вслед. Кирилл только вздохнул, направляясь к подъезду и надеясь на то, что отец уже лег спать.
