Воссоединение семейства Беликовых

      Я лежала на кровати и ела офигенные мятные конфеты из металлической баночки. Их мне подарили на Рождество, и от них уже осталось меньше половины. За окном лежали глубокие сугробы, уже несколько дней падал пушистый снег. На улице было красиво, не спорю, но мне совсем не хотелось выходить из комнаты, здесь было так тепло, играла умиротворяющая музыка и была еда, и для меня это было самым важным пунктом.       Дмитрия же не было уже около часа. Он отправился куда-то по делам и не сказал, когда именно вернется.       Во время Рождественских каникул Лисса отправилась с королевскими визитами к своим подданным, конечно же взяв с собой Кристиана. Это было типичное королевское занятие, скучное и бесполезное. Ну, а нас с Дмитрием она принудительно отправила в отпуск, приводя аргументы, что мы с ним и так проводим вместе мало времени, и она не хочет мешать нашей личной жизни. Тем более, после моего восторженного рассказа о России она пообещала, что таких поездок у меня будет много, и хитро улыбнулась.       В коридоре скрипнула дверь, по полу пробежал холодный ветерок, и в комнату вошёл запыхавшимся Дмитрий. Его волосы были влажными от снега, а тонкая кофта наверняка промокла насквозь. А ведь сколько раз я ему говорила одеваться теплее! И это называется человек родился в России. Дмитрий дрожал, но на его лице сияла улыбка от уха до уха. Сразу с порога он заявил:       — Роза, мы едем в Россию.       После такого заявления я чуть не упала с кровати.       — Что? Кто тебе это сказал?       — Я звонил маме в Бийск, она настаивает на том, чтобы мы с тобой приехали к ним погостить. Я уже сходил в канцелярию, завтра утром нам выделят самолёт.       Он чуть ли не прыгал по комнате, как олень Санта-Клауса. Я просто пялилась на него с кровати, не зная, что сказать. Дмитрия в таком состоянии я еще не видела. Куда они дели моего угрюмого дампира? И что мне делать с этим?       Но отчасти я могла его понять. В конце концов, это должна была быть его первая встреча с родственниками после того, как его превратили обратно в дампира, до этого же они просто перезванивались, потому что возможности поехать в Россию не было, а единственный отпуск он потратил на меня. Я чувствовала себя в долгу перед ним за это, но ехать туда мне было страшновато. Да и я понимала чувство Алены и девочек, им наверняка хотелось обнять своего сына, брата, тем более после того, как они долгое время считали его фактически мертвым. Поэтому отговорить его я не могла, это было бы предательством с моей стороны. Поэтому…       Когда Дмитрий наконец-то присел, радостный запал не пропал. Он стал воодушевленно рассказывать о том, куда мы пойдем, какие места из детства мы посетим, и с кем он меня познакомит. Он говорил и говорил, я никогда не видела его таким. Мне казалось, что сейчас он сказал больше слов, чем за всю нашу с ним совместную жизнь.       Я старалась слушать его, периодически улыбаясь и кивая, но в мою голову закрадывались нехорошие предчувствия. И было странно, что сам Дмитрий воспринял это абсолютна позитивно, хотя он обычно был намного осторожнее и строже меня. По части безопасности он был еще тем параноиком. Я же почему-то задумалась над тем, так ли радушно примут его все остальные. Семья — да, в них я не сомневалась, но ведь кроме них были и другие люди. Как они отнесутся к этому, если даже при дворе некоторые люди, которые постоянно общаются с Дмитрием до сих пор не смогли принять его… возвращение.       Чтобы не выдать своего страха, я стала медленно собирать вещи, иногда отвечая Дмитрию: «Ага. Конечно. Здорово!». Всё для того, чтобы он не заметил моего замешательства.       Уже в семь часов вечера он стал готовиться ко сну, ведь утром встать нужно очень рано.       Когда он уже сладко посапывал, я всё ещё не могла заснуть, смотрела в потолок и думала. Мою голову не покидали плохие предчувствия…