Семь Замков Одиночества

Следи за всем. Ты упускаешь что-то из виду.

Итан. Описать то место, где я только что находился, не было возможности. Череда мест быстро меняется, но везде меня преследует какое-то одно и то же ощущение, где бы я ни был, от него не деться… Я слышу какой-то странный, писклявый звук, монотонный, постоянно повторяющийся. Вокруг встает темнота, но и то – всего лишь на пару секунд, потом заставляю себя проснуться. Чувствую в своем теле необычайную бодрость, словно уже очень долго спал, и открываю глаза. Я лежу, и надо мной белый натяжной потолок, в котором я плохо отражаюсь, но все-таки замечаю огромные синяки и ссадины на лице. После попытки подняться я чувствую жгучую боль в руке, которая распространяется по всему телу, на пару секунд я теряю рассудок, а потом и вовсе приходит слабость. Я только сейчас осознал, что нахожусь в больнице, а в палате никого нет. Тишина только сгущала краски, хотя и без того обстановка нагнеталась. Теперь я был уверен, что Мейс близко. - Я здесь. – Вдруг сказал он, появившись сбоку, на кресле для посетителей. – Я предупреждал. - О чем? – Выглядел он намного хуже. Он стал менее осязаемым и более бледным, все в нем теряло краски, все делало его старее, хотя, мертвецы ведь не меняют возраста? - Мы уже говорили об этом, помнишь? – В голову резко впорхнули воспоминания тысячей бабочек. Мейсон приходил к избитому мне, лежащему на сыром и холодном асфальте. Тогда он сказал, что Фрида плачет по моей вине, не слушая оправданий. - Ты даже не слушал. – Пытался я снова доказать свою невиновность. – Ты меняешься. - Да. Призраки стареют, если они не уходят, хотя их ничего не держит. – Весьма «тонкий» намек. Тем не менее, он все еще здесь. - Тогда чего ты от меня хочешь? – Я не понимал. Как ни странно, я не верю в сверхъестественное, и меня не пугал призрак собственного лучшего друга. Но что-то было не так. - Я… хочу, чтобы ты испытал… все горести и ошибки, пока… я здесь. – Он стал говорить с паузами, словно задыхался. – Прости, на такие появления нужно очень много энергии. Все должно было заставить меня бояться, наверно. Но в моем положении это все равно, что танцевать безногому. - То есть, ты заботишься не о Фриде? – Поинтересовался я. Было весьма странно, потому что всю свою жизнь он беспокоился о ней и о ее состоянии. - Она… - Пустите меня к нему! Время посещений уже как час назад началось! – Кричал женский голосок, нарушавший местный покой. Он был на редкость знаком, и можно было без всяких раздумий догадаться, что это голос человека, который несмотря ни на что, остался рядом со мной, пытаясь помочь. Мейсон оглянулся на белоснежную дверь, и через секунду в палату ворвалась Фрида, позволившая мертвому братцу разорваться на миллиарды частиц. - Слава небесам, Мей… Вот черт. – Выругала себя она и стукнула по лбу. – Прости, Итан. Я очень рада, что ты жив и проснулся целым. Она забыла про невредимого. - Я тоже рад тебя видеть. – Я улыбнулся и сделал вид, что не заметил, что она назвала меня именем брата. Надеюсь, эта привычка пройдет у нее. - Прости меня, тысячу раз прости… Ты зря со мной связался… - Начала причитать она, все больше коря себя, садясь на стул. - Но ведь ты не подстраивала драку. – Улыбнулся я, пока она молчала и не сводила глаз с пола. – Ведь так? – Она улыбнулась, но чересчур горестно. - Нет, Итан. Не я. Но они – да. Они взялись и за тебя. С момента этого разговора прошел уже месяц. За весь этот месяц я понял, что моя жизнь от меня самого зависит очень мало. Почему? Вообще, я все время в больнице, по большей части, проводил один. Фрида иногда заходила – и это были редкие моменты жизни, когда я не замечал, как движется время. Тем не менее, мне все время стали приходить смс. Причем, не связанные с моей жизнью – да и что может измениться у меня? Они все говорили о Фриде. Как понимал я. Обычно в такие дни она меня не посещала, или даже несколько дней, а мне оставалось лишь переживать за нее. Да, как ни странно, я чувствую, что привязался к ней. Кстати, к слову, Фрида стала за этот месяц совершенно по-другому жить и рассуждать. Как-то раз она решила поговорить со мной о серьезных вещах, а не веселиться как обычно. Как сейчас помню, она сказала мне, что задумывается о том, что мы с Мейсоном очень похожи, долго извинялась, но сказала, что решает начать все заново, как бы ни преследовало ее прошлое… Сказать, что меня это задело – ничего не сказать. Как показалось мне – прошлым она называет и меня в том числе. Но так просто расставаться со всем я не хотел, и объяснил все это ей. Наверно, надо было говорить мягче, потому что я только сейчас, вспоминая, понял, что глаза ее и без того были сонные и заплаканные, и новые слезы она еле сдерживала, но я рассердился и даже не заметил этого. Она ответила мне, что уже все решила, голос погрубел и обезжизнел. Фрида, добавив, что желает мне удачи и скорейшего выздоровления, ушла. С тех самых пор она больше не приходила, и вряд ли заявится снова. По крайней мере, надежды такой нет. Завтра меня выпишут, зато я понял, что же такое – одиночество. Это даже не столько безысходность, которая видна на поверхности, одиночество лежит в тысячу раз глубже, в недрах самокопания. Когда ты уже не видишь различия между миром естественным и реальным и миром собственным, несуществующим. Если вы думаете, что у одиночества есть границы, то вы глубоко ошибаетесь, полагая так. Оно настолько необъятно, что его нельзя собрать в кучку и как-то сосредоточить свои мысли на чем-то другом, если ты уже одинок – любой клочок идей и мыслей, не взирая ни на что, будет нести в себе каплю твоего одиночества. Воздух в пустой палате на мгновение покрылся рябью, и передо мной снова возник мой лучший друг, он словно постарел еще немного – мне становилось его жаль с каждым днем все больше и больше. Фрида. Я не общалась с Итаном уже около полутора недель, и за это время жизнь моя немного, но изменилась – и я буду продолжать менять ее – скоро экзамены, а я желаю поступить в престижный ВУЗ. Я решила взяться за голову сразу после того случая, избиения… Фу, аж вспоминать противно. По крайней мере, у меня наладились отношения с мамой, чему я безумно рада. После случившейся драки я решила измениться. Мне надоело все – вечные ссоры с Элизабет, ненавистные мысли о брате, об Итане… мне стыдно признаваться, но я решила все просто бросить и забыть. Даже о нем. И теперь я старалась всячески его избегать – и это было легко, пока он был в больнице, но теперь его уже должны были выписать, и это будет сложнее, если он вдруг захочет поговорить. Что касаемо всего остального – то я, можно сказать, взялась за голову. Я стала учиться, но вся моя общительность сошла на нет, и сейчас в голове ничего нет, кроме уроков. Можно ли назвать это одиночеством? Пожалуй. Звонит будильник, будь он проклят. Выключаю его и резко сажусь на кровати. Не хочется думать ни о чем, не хочется вставать, но последнее время я только и делаю, что прокручиваю в голове мысли о моей дальнейшей жизни. Поняла, что хочу в Колумбийский университет, стала больше уделять внимание гуманитарным наукам… Но туда берут только идеальных учеников с идеальными рекомендациями! До моего обычного подъема еще полчаса. Не знаю, зачем завожу будильник раньше – просто мания какая-то, да и спать спокойно я все равно не могу – мою душу постоянно что-то терзает. Однако – что странно – меня перестали донимать глупые сообщения, и это, признаюсь, меня радует как нельзя больше. Это означает, что я готова порвать с прошлым – и оно со мной тоже. Я чувствую себя свободной. Резко поднимаюсь с кровати, и перед глазами плывут круги, но я не останавливаюсь и все равно иду к окну вслепую. Открываю шторы – и взгляд проясняется. Сегодня светло и солнечно, даже не знаю, что и думать. День должен казаться легче и приятнее, но почему-то все только хуже. Не смотря на свою слабость, я иду в центр комнаты, тихо включаю проигрыватель и делаю наклоны: чем ниже согнутые в локтях руки – тем выше концентрация. Затем приседаю. Так мне легче снять нервные переживания, накопившиеся за весь прошлый день, чтобы в этот все начать заново – да уж, на самом деле теперь вся моя жизнь идет по замкнутому кругу. - Фрида, завтракать! – Как по расписанию. Сама мама сейчас уйдет на работу, поцеловав меня в макушку, как только я спущусь. В голове играет адреналин, потому что я чуть не упала с лестницы. Не знаю, почему на моем лице стоит улыбка, просто, наверно, так проще все пережить. Итак, все проходит по вышеописанному сценарию. Я уже более вяло приступаю к яичнице, а затем и хлопьям с апельсиновым соком. Сердце мерно отстукивает ритм, пока я делаю глотки. Мне кажется, что моя жизнь начинает превращаться в рутину. Но я это исправлю, потому что настроение поднялось до небес. И в школу я стала ездить на велосипеде. В общем, изменить в себе все оказалось не так уж и трудно. Просто не всегда берешься за это – с тобой должно произойти что-то невероятное. И только тогда, оставшись наедине с самим собой, ты понимаешь, что именно тебе нужно, что именно с тобой не так, чего ты хочешь. Вот и школа. Ловлю на себе странные взгляды и ускоряю шаг, потому что не желаю выслушивать ничего в свой адрес: ни старого, ни нового. - Ой! Простите, пожалуйста… - Я в кого-то врезалась, пока шла к своему шкафчику, по ходу дела уронив все то, что собиралась туда положить. Пока подбирала вещи, заметила, что это парень, вот черт. - Мисс Куперман, вы должны быть осмотрительнее. – Вдруг услышала я миссис Флокс. – Кстати, Джейсон, Фрида Куперман – очень способная девушка, репутация которой сейчас становится лучшей во всей школе… - Ох, не надо, профессор Флокс… - Мне становилось стыдно: так опозориться перед новеньким. Когда я подняла на него глаза – поняла, что опозориться перед ним было еще хуже: это был парень выше меня ростом, мускулистый, слегка небритый, с очень живым лицом… Словно лучик солнца посреди всей этой серой массы, в которую входила и я. Виновато улыбнувшись, я заметила, как смеются его глаза – о Боже, как же нелепо я выгляжу. - Нечего стесняться, Фрида! – Дружественно подтолкнула меня поближе заместитель директора. – Ты вовремя спохватилась и занялась учебой, это похвально! В школе Джейсона был совершен теракт, и поэтому доучиваться он будет здесь. Конечно, успешно сдав экзамены, ты сможешь поступить в хороший колледж, но, насколько я помню, в Колумбийский университет нужна особая рекомендация… - Услужливо заметила женщина. Я поражалась ее способности вовремя вставлять слова, которые доведут тебя до стыда. - На что вы намекаете, профессор Флокс? - Я предлагаю тебе взять шефство над Джейсоном до конца учебного года. И тогда с нашей стороны рекомендация будет тебе обеспечена. – Она дружественно улыбнулась, ожидая моего согласия. Что я могла ей ответить? - Да, конечно, я могу попробовать. – Кивнула я для пущей убедительности. – Только… что я должна делать? Джейсон снова улыбнулся, но не проронил ни слова, дав право высказаться миссис Флокс. - Ох, Фрида, все у тебя не как у людей. – Она вздохнула, но с каким-то еле различимым облегчением. Наверно, мне уже мерещится. – Покажи Джейсону школу, расскажи об основных предметах и принципах изучения, разъясни ему, если что-то будет непонятно – все-таки, экзамены ему сдавать по нашей системе. Я только сейчас поняла, что Джейсон все это время молчал, чему я удивилась, но, кивнув напоследок, проводила взглядом уходящую управляющую. - Эмм… Джейсон, правильно? – Уточнила я, а то мало ли. Я никогда ни над кем не брала шефство, и вот досталась мне участь под конец учебы! - Да, а ты, как я понял, Фрида? – Голос его был слегка приглушенным, но очень дружелюбным и вкрадчивым. Словом, этот парень не внушал бы доверия, увидь я его где-то кроме школы (он чем-то напоминал мужскую версию Элизабет – красив и точно завоюет внимание всех девушек). - Правильно понял. – Разговор не клеился, потому что я уже давно не разговаривала с парнями, тем более по делу. – Итак… это такая же обычная школа Лос-Анджелеса, как и все остальные. И я не хочу опоздать на урок, поэтому как можно быстрее уложу вещи в шкафчик и пойду в класс. – Я решила говорить строго и по делу. Пусть и не надеется ни на что, хотя внешность у него притягивающая, даже очень… Так, не отвлекаться. – Какой у тебя первый урок? - Испанский. – Он нахмурился, но все равно улыбался и пошел за мной. - Это хорошо. – Я укладывала яблоко и тетради в шкафчик, и очень удивилась, когда оказалось, что его шкафчик через один от моего. - Почему? – Он достал учебник испанского и закрыл дверцу. - Нам по пути. - Я тебя умоляю! Вам – и по пути? – Послышался раскатистый женский смех, Лиз подошла к своему шкафчику и встала как раз между нами. Кстати, о шкафчиках: Лиз использовала ситуацию с краской в свою пользу, и теперь на ее дверце красуется кислотно-зеленое пятно как арт-объект. – Вы же, как красавец и чудовище! – Теперь стал слышен смех ее подружек – ну как же, надо посмеяться над шуткой королевы. Открыв свою дверь, Элизабет подставила мне под нос свою кислотную дверь, загородив весь обзор, я и сказать ничего не успела. - Неправда. – Вдруг слышу тихий баритон я – и удивляюсь. – Фрида красивая. У меня упала бы челюсть, если могла быть. - Правда? – Лиз равнодушно закрывает дверь и осматривает меня свысока. – О, что-то ты исхудала. Наверно, только и сидишь за уроками, превращаешься в дистрофика? – Специально изогнув бровь, надменно спрашивает красавица. - Элизабет, не лезь в мою жизнь. – Резко помрачнев, я беру учебник испанского и закрываю дверцу. – Я тебя не трогаю, и ты, будь добра, поступай также. – Зачем она напомнила о моих переживаниях? - Ха, да ты и от разговоров стала убегать. – Она прищурилась и, сделав лицо похожим на лисье, ехидно добавила. – Слабачка. - Я просто не трачу время на пустых людей. – Парировала я и подошла к Джейсону. – Какой стала ты. – Притворно улыбнувшись, я посмотрела на Джейсона, переводившего взгляд то на меня, то на принцессу. – Пойдем, я покажу тебе класс. Или, может, хочешь остаться и поболтать с первой красавицей школы? Думаю, она одобрит! – Не знаю, почему, но я стала повышать тон. Однако я поняла, что надо продолжать разговор с легкой интригой, чтобы человеку было интересно, что же ты скажешь дальше. Джейсон жестом показал, что и не собирался здесь оставаться. Пока мы шли до класса, он успел спросить: - Она всегда так задирается? Хм, мне все больше нравится этот парень. Но в нем все равно что-то не то. Наша преподавательница испанского – молодая мисс Беррера – плохо выговаривала сочетание звуков «дж», но она заикалась и не успокаивалась до тех пор, пока не произнесет все верно. А еще у нее был очень красивый акцент, и ей невероятно он шел – мисс Беррера была моей любимой учительницей. Мы все сидели и наблюдали, как долго она выговаривала имя Джейсона. - Значит, новенький? Д… Дг… Др… Дг… Ж… - Джейсон. – Услужливо сказал парень, но учительница выставила вперед руку: - Не перебивайте, молодой человек. – Она выдохнула. – Джейсон Доул. Давайте, я буду звать Вас просто мистер Доул, хорошо? Парень только улыбнулся и кивнул. - Что ж, мистер Доул, садитесь за свободное место и вникайте в урок. Джейсон огляделся. Свободных мест было не так уж много – всего три. Осмотревшись, он подмигнул мне и – чему я совершенно не удивилась, – сел рядом с Элизабет, а не со мной. Что ж… Красивые мальчики гуляют с красивыми девочками? Как оказалось, программа нашей школы была сильнее, чем программа Джейсона – и поэтому теперь мне придется с ним заниматься. Это было понятно уже из испанского. - Как хорошо, Куперман, что именно тебе доверили этого новичка! – Вдруг всплыла передо мной Лиз. Вечно она появляется неожиданно! – Такого прохвоста только тебе и доверять! – Она брезгливо сморщила носик, а я перевела взгляд на парня – меня удивила реакция Бет. Сколько ее знаю, она всегда перехватывала красавчиков, да и ведет он себя лучше некуда. Что за..? После уроков мы с Доулом остались в библиотеке школы. - Значит, тебе нужно подтянуть испанский, естествознание, математику и химию. Правильно? – После того, как я занималась упражнениями для улучшения памяти, мне действительно стало проще запоминать такие вещи. – И кстати, что произошло между тобой и Элизабет? - Хм… Она тебя так нормально не крестит. – Нахмурился Джейсон, подыскивая нужные книги вместе со мной. - Правда? И что? – Я старалась выпалить это как можно равнодушнее и как можно быстрее одновременно. Плюс, я нервничала, потому что из-за своего невысокого роста не могла дотянуться до нужной полки. Приходилось подпрыгивать. Но в этот раз мне никак не удавалось достать. Доул, наконец решив, что стоит помочь, дотянулся и взял средних размеров сборник. - «Убить пересмешника»? – Лицо в тусклом свете, как мне показалось, излучало насмешку. – Мне это как-то поможет? - Нет, я давно планировала прочитать. Некоторые говорят, что Харпер Ли интересно пишет. – Я отобрала у Джейсона книгу и ревниво забрала к себе. – А ты имеешь что-то против? - Да нет, просто я недавно работал над… - Он почесал затылок, а потом продолжил. – Собой. Да, и вот на мой вкус, «Убить пересмешника» не оправдывает себя. - Ну, это уже мне судить. – Самодовольно улыбнулась и, развернувшись к нему со стопкой книг, подтолкнула его к читальному залу. Зал библиотеки был самым светлым местом здесь, ярко освещался лампами, сквозь прозрачные оранжевые занавески пробивалось солнце, роняя лучи на длинные столы из темного дерева, стулья с мягкими сиденьями располагались за ними – все было создано для удобства учеников. Число последних в библиотеке было мало – да и кому сейчас будет охота здесь сидеть – на дворе конец мая, как никак. - И все-таки, пока мы не начали. Что произошло между тобой и Элизабет? – Решила разузнать я, в этот раз надеясь на удачу. - А почему тебя это так интересует? – Доул хитро смотрел на меня так, что хотелось бросить все учебники и оставить его в полном одиночестве изучать все, но мне нужна рекомендация. - Не думай, что я зациклена на ее высоком самомнении. – Ответила я. Такое ощущение, что это я должна ему что-то объяснять, а не он мне рассказывать! – Просто наша мисс МакКоури нелестно отозвалась о тебе, Джейсон. – Я вопросительно подняла брови, требуя ответа. Юноша сел на стул, я оперлась на стол. Тот выдохнул и пожал плечами. - Я просто сказал ей, что она из себя представляет. – На его губах появилась горькая ухмылка. Ну, нет, парень, ты так просто не отвяжешься. Прежде чем задать вопрос, я почувствовала легкую головную боль и головокружение, но старалась не придавать этому значение – просто свет резко ударил в глаза. Я постаралась проморгаться и продолжила. - Что же ты ей сказал? - Что она похожа на шлюху. - Что?! – Я была в шоке, а Джейсон продолжал спокойно на меня смотреть. Библиотекарь из дальнего угла громко шикнула на меня, так что пришлось извиняться. – Вот такого я от тебя не ожидала, Джейсон Доул. В голове снова помутнело. Я оперлась о стол обеими руками, почувствовав жуткую слабость. - Фрида? С тобой все в порядке? – Джейсон говорил что-то еще, но я не разбирала слов. – Ты меня слышишь? Эй! – в полголоса говорил он. – Может, тебе нужно к врачу? - Нет, все в порядке. – Я отдышалась и выпрямилась. – Я сейчас приду. Я искала выход почти вслепую, ориентируясь на память, и вышла к, так сказать, ресепшену. Библиотекаря не было, но воздух здесь из-за более открытого и кондиционируемого пространства был свежее, что позволило мне отдышаться. Я смогла расслабиться и почувствовать легкость. - Para entender el futuro, deben prestar atención a esto. – Вдруг сказал кто-то, и от неожиданности я подпрыгнула. - Мисс Беррера, это Вы! – Облегченно сказала я. – К чему Вы это сказали? Высокая смуглая женщина ласково посмотрела на меня своими карими глазами. Она всегда ходила в официальном стиле: сегодня на ней были темно-синяя юбка, рубашка цвета хаки, а волосы собраны в пучок. Но почему-то мисс Беррера никогда не выглядела офисной крысой. - Все дело в том, моя дорогая. – Начала учительница испанского. – Что ты стремишься улучшить будущее. – Она положила книги на стойку и развернулась. – Но, чем больше ты о нем беспокоишься, тем сильнее оно разочаровывает тебя. Поверь мне, я сама через это прошла. – Она же такая молодая… а уже опытная. Впечатляет. – Так что, Фрида, просто наслаждайся тем, что происходит с тобой сейчас. Я знаю, ты пережила многое, но оставь это в прошлом. Живи настоящим. Она сделала паузу и отвела глаза. Ее лицо стало серьезнее, она как будто думала, чтобы сказать что-то еще, но сомневалась. Я не знаю, как это расценивать. - И еще кое-что. Фрида Куперман, я знаю, что ты собрала много усилий, чтобы начать все заново. Бросить все то, что тебя отягощало. Ты молодец, и ты взялась за учебу. Но, пожалуйста, не бросай Элизабет. Она еще с минуту постояла, смотря на меня, а затем потеребила за плечо и ушла восвояси. Мне предстояло вернуться в читальный зал и продолжить заниматься с Джейсоном, но мысли не давали сделать это спокойно. (Прим. Автора: Katy Perry – Roar Sunstroke Project – Walking In The Rain FIFA 2010 World Cup – гимн)