Forever young

Песня: Mat Kearney – Ships In the Night

Всё в это утро шло наперекосяк. Не сработал будильник, и хотя сегодня был выходной, он хотел встать пораньше, чтобы отправиться на пробежку. Мало того, что Скотт безбожно проспал, так ещё, проснувшись, почувствовал слабость и недомогание во всём теле. Болели кости, а руки и ноги словно налились свинцом - явный признак того, что он как минимум подхватил простуду. Раскалывалась голова и нос был заложен. Замечательно! И это в начале сентября! Митч еще спал. Обычно по выходным он спал очень долго, часов до двенадцати. Он мог бы, наверное, и дольше, если бы Скотт не брал на себя тяжёлый труд будить соседа. И несмотря на то, что в последнее время с этой задачей успешно справлялся Уайатт, Скотт все равно не мог отказать себе в удовольствии проникнуть в комнату Митча, распахнуть занавески, горланя "Доброе утро, Америка!", и крикнуть: "Подъем, Сэнди! Новый день уже наступил! Нас ждут великие де...". Как правило, на этом моменте в него летела подушка. Дива ругалась и проклинала Хоинга самыми страшными словами, а тот успевал еще и одеяло сдернуть с друга прежде, чем убежать в ванную. Это утро было отвратительным. За окном сияло солнце и в открытые окна лились звуки куда-то спешащего города. Скотт же, сидя за столом и ожидая, когда согреется чайник, чувствовал себя жалким студнем. Даже руку поднять было невероятно тяжело, до такой степени его одолела слабость. И как он умудрился за одну ночь так расклеиться? Ещё и платки бумажные кончились. В кармане домашних шорт завибрировал телефон. - Алло? - шмыгнув носом, прогнусавил парень в трубку. - Доброе утро, милый! А что с голосом? - Да я, кажется, простудился. Все хорошо, отлежусь сегодня, а завтра буду в порядке, - в носу внезапно засвербило. Скотт не успел ничего сделать и громко чихнул. - Скотти, солнце, как же так? Может, мне позвонить Лорен? Она приедет. У тебя есть лекарства? Скотт возвёл глаза к потолку и покачал головой. - Не нужно, мам, я в норме. Если что, Митч сходит в аптеку. Ты же знаешь, он не позволит мне спокойно умереть от гриппа. Только если в страшных муках с его непосредственным участием в инквизиции. - Скотт, - укоризненно протянула миссис Хоинг. - А где Митчелл, он рядом? - Дрыхнет еще, - промямлил блондин, чувствуя, как в голове пульсирует тупая, гадкая боль. Однако не успел он добавить что-нибудь ещё, как его пальцы, сжимающие телефон, обхватила холодная рука и ловко вытащила трубку из-под уха. - Доброе утро, миссис Хоинг. Я уже не дрыхну, как любезно заметил Ваш сын, - Митч так мило улыбнулся той особенной улыбкой, какой одаривал только маму своего лучшего друга, даже сейчас, когда они говорили по телефону. Скотт внимательно посмотрел на парня, пока тот любезничал с миссис Хоинг. Грасси явно только поднял свою драгоценную задницу с кровати, поскольку голос был ещё немного хриплый ото сна; он был одет в ночную футболку и пижамные штаны, волосы торчали в разные стороны, а под глазами были небольшие припухлости. И несмотря на всё это, Митч выглядел бодрым и полным энергии. Блондин же, подперев подбородок кулаком, стал уныло наблюдать за перемещениями соседа. Митчелл что-то щебетал в трубку, смеялся, при этом успевал доставать продукты из холодильника и даже налил в кружки кипяток. Скотт тяжело уронил голову на согнутые руки и уткнулся носом в сгиб локтя. Как же нехорошо... - Не беспокойтесь, я не дам ему помереть. Не сейчас, у нас турне через неделю, ему никак нельзя. Я позабочусь о нем. Да. Конечно! Да... Разумеется. Целую Вас, миссис Хоинг, всего хорошего! Митч сбросил звонок. Подбоченившись, он повернулся в сторону второго человека, безжизненной массой сидевшего за столом. - Ну что, симулянт? Как нехорошо врать маме. С тобой же еще вчера было всё хорошо, - шутливо бросил он, но увидев, что Скотт не смотрит в его сторону, а лишь что-то мычит в ответ, не поднимая головы, забеспокоился. - Генри, ты не пошутил? - немного растерявшись, спросил он, подходя ближе. - Нет, мисс Догадливость. Я бы хотел сказать что-нибудь едкое в ответ, но в голове всё звенит и ежесекундно разбивается, - глухо отозвался Скотт и, наконец, взглянул на брюнета. Митч тяжело вздохнул и, подойдя совсем близко к Хоингу, присел рядом, положив руки на его колени. Скотт потер переносицу и скосил глаза на его идеальные бледные пальцы на своих коленях. - Эх, ты, просил же вчера надеть свитер, - больше сочувственно, нежели укоризненно произнёс Митч. Дело в том, что прошлым вечером он, Скотт и Кирсти решили вечером прогуляться. Погода для сентября стояла прохладная. А Скотт заупрямился и отказался надеть что-то теплее рубашки. Шквалистый ветер и тонкая ткань на Хоинге, и вот сегодня Митч смотрит на побледневшего и обессилившего друга, сиюминутно шмыгающего носом. - Тыквенная башка, - снова улыбнулся Митчелл. Затем поднялся и, быстро порезав ветчину и сыр, поставил тарелку перед Скоттом. Следом приземлилась большая кружка с дымящимся чаем, от которого за версту пахло лимоном. Блондин скривил нос и демонстративно отодвинул напиток в сторону. - Не упрямься. Нужно выпить. У тебя температура есть? - Нет, - буркнул Скотт, беря кусочек сыра с большой квадратной тарелки. Но откусив маленький кусочек и еле прожевав его, вернул надкусанный ломтик на место. - Так, это никуда не годится. Сейчас ты съедаешь один бутерброд и выпиваешь чай. Потом топаешь в кровать. Я принесу аспирин. Ты ложишься и лежишь, как пай-мальчик. Я иду в аптеку и беру всё необходимое для усиленной борьбы с нехорошими клетками в твоём организме. И только попробуй возразить, я пообещал твоей матери поставить тебя на ноги! - У меня нет на это сил. Но... лимон, Сьюзи! Я не прикоснусь к этому мерзкому пойлу! - Хорошо, - мирно проговорил Митч, спокойно пожав плечами. - Тогда я заставлю тебя съесть целую. Головку. Чеснока. Будешь сопротивляться, позову Кевина. - Иди ты, Митчи, - засопел Скотт и, осторожно взяв кружку с "мерзким пойлом", словно это было какое-то опасное существо, ушёл в свою комнату. Когда Митч через пять минут заглянул к нему, Хоинг с головой лежал в ворохе двух одеял. Нетронутый чай стоял на тумбочке. - Ты как ребенок, честное слово! Ну чего ты нос воротишь. Это всего лишь лимон! - Грасси присел на край кровати и попытался заглянуть под одеяло, но услышал лишь, как Скотт прохныкал: - Мне плохо, Митч. - Держи, я принес аспирин. И бутерброд. Давай, Рональд, нужно немного поесть. Тебе правда так хреново? Ответом ему послужило невнятное бормотание. - Хорошо, выпей хотя бы таблетку. Я сейчас схожу в аптеку и куплю лекарства, - тут Скотт высунул голову из-под одеяла и красными глазами посмотрел на друга. Тому стало жалко блондина: выглядел он действительно весьма помятым. Скотт проглотил аспирин и откинулся на подушки, тяжело вздохнув. Прикрыв глаза, он в очередной раз шмыгнул заложенным носом. - Какой же ты всё-таки нелепый, - мягко, как бы между прочим заметил брюнет. - Ты меня и таким любишь, - отозвался Хоинг, а в груди что-то невесомо кольнуло. - Только таким и люблю, - парировал Митч, поднимаясь с постели. Он уже собрался отправиться к себе, чтобы переодеться и поспешить в аптеку, но остановился и, подойдя к другу еще ближе, протянул руку и погладил того по голове. Мягкие пряди легко прошли сквозь пальцы. - Только не вставай, я сам закрою дверь, - тихо сказал он и ушел. А Скотт всё еще чувствовал эти холодные пальцы в своих волосах. И несмотря на паршивое самочувствие, в животе всё равно что-то сладко тянуло. Спустя несколько минут входная дверь выпустила одного из хозяев и мягко закрылась следом.