Forever young

Митч, на удивление, почти не чувствовал усталости, хотя думал, что просто свалится, когда зайдёт за кулисы. Но вот шоу закончилось, они вымотанные, но счастливые завалились в гримёрку. Митч промочил горло спасительной водой и сразу почувствовал себя лучше. В комнатёнке было полно народу - вся гастрольная команда кинулась поздравлять группу с окончанием тура, кто-то открывал шампанское, ребята шумно галдели. Грасси плюхнулся на свободное место на небольшом диванчике в углу и утонул в его мягкости. Просидев с закрытыми глазами пару минут, он понял, что при надобности отработал бы и ещё один концерт. Настроение было отличным, он чувствовал небывалый душевный подъём и был рад предстоящему вечеру, который организовала Эстер для всех, кто трудился над концертами последний месяц. Сейчас нужно только переодеться, поехать в отель, принять душ и можно будет хорошенько оттянуться. Он не был уверен, что его запала хватит надолго, но действительно предвкушал хорошее развлечение. Кто-то сунул ему в руки бокал с игристым вином, парень улыбнулся и сразу немного пригубил. Он глядел на празднующих людей, перекинулся парой слов с сидящим рядом Кевином. А потом нашёл глазами высокую фигуру со светлой макушкой и задержал взгляд на широкой спине. Как и всегда, его гипноз сработал: Скотт обернулся и посмотрел в ответ, так искренне и радостно. Митч, наверное, в первые со днях их ссоры чуть улыбнулся Хоингу и отсалютовал бокалом. Скотт вроде бы немного замешкался, но всё-таки поднял и свой напиток, слегка кивнув. Как-то внезапно для них обоих первый маленький шажок был сделан. Митч вновь откинулся на спинку дивана и глубоко вздохнул. Сегодня абсолютно точно им предстояло поговорить и расставить, наконец, все точки над "i".

***

Обычно Кирсти была той самой типичной девушкой, которая долго собирается перед выходом: красится, тысячу раз заглядывает в зеркало и перебирает все свои украшения, чтобы выбрать подходящие серёжки вот к этому самому платью. Она на самом деле любила все эти милые женские штучки. Но сегодня все её мысли были заняты крайне важным и ответственным заданием, придуманным ей самой, которое она любыми способами должна была выполнить. Поэтому на небольшую вечеринку, устроенную в честь завершения европейского тура, девушка собиралась в спешке, стараясь как можно быстрее покончить с причёской и макияжем. Честно говоря, у неё не было чёткого плана. Она не знала, что скажет и сделает, когда нужно будет что-то сказать и сделать. Но почему-то Кирсти была уверена - у неё получится. В конце концов без неё эти два идиота ещё не скоро перестанут дуться друг на друга. Так что самое время брать дело в свои руки.

***

Скотт никак не мог найти свои любимые сникеры в куче барахла, что образовалась прямо на полу возле кровати. Он точно помнил, что закинул их примерно в это место, но сейчас отыскать не мог. Он заглянул и под кровать, и в чемодан, и в шкаф с остальной одеждой - те как сквозь землю провалились. Он пожаловался Ави, на что Каплан, застёгивая рубашку перед зеркалом, пробурчал: - Потому что вещи нужно не разбрасывать, а раскладывать по местам. Тогда и проблем не будет. Скотт только фыркнул на незлобное, но всё же недовольное замечание друга. Вот Митч никогда не попрекал его за бардак. Хотя, наверное, потому что у него самого был такой же хаос всякий раз, как они заселялись вместе. Хоинг постарался отогнать грустные мысли подальше. К тому же сегодня он твёрдо решил подойти к Митчу и попросить прощения за все несправедливые слова, что сказал ему в тот день. Грасси был последним человеком на Земле, который заслуживал подобного обращения. Нынешним вечером Скотт непременно намеревался всё исправить. У Каплана зазвонил телефон. По короткому разговору его сосед понял, что звонила Эстер и просила брата спуститься чуть раньше. Для чего именно Скотт так и не понял, да и не его это было дело. Поэтому через пару минут Ави, надев шапку и обувшись, вышел из комнаты, напоследок пожелав блондину найти несчастные кроссовки, на что Хоинг только криво улыбнулся. Раздался стук в дверь и Скотт крикнул "войдите". На пороге показалась Кирсти, уже собранная и готовая отправиться в гостиничный ресторан, в котором они и собрались отмечать. - Я не помешаю? - спросила она, остановившись в небольшом полуосвещённом коридорчике. - Нет, что ты, дорогая, проходи, - кивнул Скотт. Подруга огляделась и выбрала уютное кресло у окна, удобно устроившись. - Не хочу идти одна, - пояснила она на всякий случай, хотя Скотт ничего и не спрашивал. У него было куда более интересное занятие, и он уже начинал немного беситься оттого, что не может найти проклятую обувь. Ведь специально под них выбирал эту рубашку! А переодеваться совсем не хотелось, да и времени оставалось мало. - Что ты потерял на этот раз? - заметив метания друга, спросила Мальдонадо. - Чёртовы сникерсы! Зашвырнул куда-то, а теперь... - Скотт в очередной раз обследовал пространство под кроватью, но обнаружил только пыль и фантик от конфеты. Поднявшись, он ещё раз окинул взглядом комнату. Так происходило всегда, по закону вселенской подлости. Хоинг растерянно провёл рукой по голове. Ну вот! Еще и волосы после душа забыл уложить, тупица! И что теперь прикажете делать? На помощь пришла лучшая на свете Кирсти, которая сразу как-то оживилась, увидев затруднительное положение друга. - Давай, иди, наводи красоту. Поищу я твои ботинки, - сказала она, вставая. - Спасибо, Кирст! - засиял Скотт и, схватив гель для волос с тумбочки, бросился в ванную. - Как они выглядят? - услышал он голос из комнаты. - Коричневые, с белой подошвой! У Кирсти сердце забилось как сумасшедшее. Она и не думала, что выпадет такой идеальный шанс сделать то, что она собиралась. Действовать нужно было быстро. Она торопливо принялась перебирать вещи в чемодане, слыша возню Скотт через открытую дверь туалетной комнаты. Ничего. Решила обследовать тумбочку. Выдвинула все ящики, но снова потерпела неудачу. Осторожно заглянула в шкаф, но там вещей Скотта практически не было, только пара футболок и кепка. Среди них необходимого предмета точно быть не могло. Мальдонадо постаралась отогнать не прошенные мысли, как нечестно она поступает. Как говорится, в любви и на войне все средства хороши. Она действовала даже не ради собственных интересов. Ну куда же он мог деть его? Ведь не так много мест, куда можно спрятать такую маленькую... - Ну что? - услышала она внезапно и вздрогнула от неожиданности. Кроссовки на глаза не попадались тоже. - Может, ты не брал их со собой? - предположила она громко, пробегаясь взглядом по не заправленной постели. Вот, где нужно поискать. - Я надевал их вчера, они точно где-то здесь, - но Кирсти почти не услышала его, потому что, стоило едва откинуть в сторону подушку, как искомое обнаружилось. Кирсти едва ли не издала победный возглас, осторожно беря в руки вещицу. Осталось только незаметно утащить её прямо из-под носа Хоинга. А, может, всё-таки не стоит?.. Времени на колебания не было, поэтому она схватила свой трофей и направилась к выходу, прошмыгнув мимо дверного проема ванной. - Скотт, слушай, я забыла свой телефон в номере. Схожу за ним и вернусь, - соврала она, на всякий случай пряча за спиной украденное. Но парень в поле зрения не показался, только пробормотал что-то утвердительное. Уже выходя, она кинула взгляд на дорожную сумку, которая лежала у мини-холодильника в прихожей. Злосчастные сникеры аккуратно стояли рядом. Она со смехом сообщила об этом Скотту и успела услышать кучу проклятий, которые парень адресовал себе, самому неорганизованному человеку, которого он когда-либо знал.

***

Скотт решил немного выпить перед тем, как отправиться на разговор с другом. Он тихонько тянул виски с колой в стороне ото всех и выстраивал в голове фразы, которые мог бы сказать Митчу. К слову, ничего толкового он составить не мог, всё уже придуманное казалось ему слишком напыщенным и несерьёзным. Нужно было нечто такое, что заставило бы сердце Митча сразу оттаять. Хотя сегодняшняя улыбка после концерта, явно адресованная ему, Скотту, говорила о многом и давала надежду на лучший исход сегодняшнего вечера. Только сам Грасси куда-то запропастился. Как и внезапно убежавшая с вечеринки Кирсти, которая пробыла рядом с Хоингом совсем немного времени. Скотт не видел обоих уже больше часа, чему был рад и не рад одновременно. Хотелось поскорее покончить с этой ссорой, чтобы жизнь снова вошла в привычное русло, чтобы рядом был его лучший друг, который простил и принял его обратно. В то же время эта фора была ему необходима, чтобы привести совсем расшатанные нервы в порядок. Скотт не помнил, когда так волновался в последний раз. Разве что в финале "The Sing Оff". Пока он усердно придумывал жалобную примирительную речь, в голову то и дело без спроса лезли всякие дурацкие воспоминания. Начинались они с недавнего звонка Трэвиса и запускали своеобразную цепную реакцию. Последние слова Райта ни на шутку взбудоражили подсознательные ощущения Скотта, которые, кажется, вызревали в нём долгие-долгие годы. Он не до конца оформил их в полноценные чувства, но, что-то зудело в груди, не давая подолгу уснуть. Он часто стал вспоминать детство, проведённое бок о бок со смешливым черноволосым мальчишкой, среднюю школу, подростковый период в старшей школе. Почти все хорошие воспоминания в его жизни были связаны с Митчем. Это не удивляло, но было само собой разумеющимся. А ещё Скотт думал о том, что его желание видеть Митча постоянно рядом, его неприязнь к Трэвису и всем, кто уделял повышенное внимание Грасси, слишком явно смахивает на ревность. Причём такую, которую лучшие друзья друг к другу не испытывают. Но он не мог быть влюблён в Митча, верно? Он никогда не смотрел на Митча, как на потенциального партнёра. Скотт не хотел его целовать, держать за руку или... делать тому подобные вещи. Он просто... Всегда хотел радовать друга. Быть для него крепкой опорой, делать его счастливым, самому становиться лучше ради него. Он не замечал времени, которое летело рядом с Митчем. Мог сорваться с самых важных встреч лишь по одному звонку. Как ребёнок радовался каждому достижению Грасси. Ведь подобные отношения так и называются - дружба? Или всё-таки... Ну, даже если и так - шансов у Скотта всё равно не было никаких. Митчелл вполне чётко дал понять, что любит только Трэвиса и хочет быть только с ним. У Скотта снова в крови закипел сильнейший гнев. Да кто этот Райт такой, чтобы несуществующими чувствами привязывать Митча к себе?! Последние полгода Скотту и Митчу было так хорошо вместе, пусть в их отношениях и не было романтического подтекста. А что ожидало их сейчас? Митч наверняка съедет обратно к бойфренду, а Скотту придётся либо искать нового соседа, либо съезжать на другую квартиру. Всё его существо противилось этому. Он привык к их размеренной, как часто они шутили "супружеской" жизни с Митчем. Привык покупать два кофе в Старбаксе по утрам, совместным походам по магазинам и в кино, поеданию пиццы за вечерними видео-играми. Он знал наизусть ароматы любимых Митчем специй для выпечки, знал, что Грасси постоянно теряет в стирке носки и любил возвращать их ему. Привык даже к долгому ожиданию соседа из ванной, чтобы занять её самому. И что же теперь - обрубить это всё и выбросить за ненадобностью? В груди странно сжималось, когда Скотт представлял, как Митч пакует для переезда свои вещи в их квартире. В любом случае, первая и главная задача - вымолить треклятое прощение. А дальше всеми силами постараться удержать Митча от необдуманных поступков. Скотт попытался в который раз обнаружить Митча среди остальных людей, но Грасси его опередил. Он осторожно тронул Скотта за локоть, бесшумно подкравшись сзади. Скотт глубоко выдохнул, когда обернулся и наткнулся в полутьме на угольные глаза. Митч смотрел на него как-то испуганно, поражённо и в то же время с таким невероятным восторгом, что Хоинг пришёл в себя не сразу, а очнулся только, когда Митч что-то сказал. - Прости? - недоуменно переспросил Скотт. Грасси кивнул в сторону выхода. - Идём. Поговорим у меня в номере. Поднимались они в полном молчании. Даже то вступление к своей пламенной речи, которое Скотт успел придумать за последние полчаса, он смог каким-то образом позабыть. Митчи тоже не спешил заговорить первым и выглядел совершенно поражённым. Скотт терялся в догадках, что же могло вызвать такой шок у парня. Открыв их с Кевином номер картой-ключом, брюнет вошёл первым, кинув на ходу "проходи". Скотт закрыл за собой дверь, да так и замер на пороге. Сердце стучало очень тяжело, посылая нервную дрожь по всему телу, а в горле пересохло. Митч почти сразу скрылся за проёмом, который отделял непосредственно саму комнату от коридора. Хоинг потоптался пару секунд, сглотнул, задержал дыхание и всё-таки зашёл следом. Митч стоял к нему спиной около кровати, низко опустив голову. Блондин ощутил жуткое чувство дежавю и, чтобы больше не тянуть, негромко окликнул друга по имени. И когда тот повернулся, Скотт успел подумать, что прямо сейчас умрёт от стыда, злости и страха одновременно. Митч держал в руках его тетрадку - тот самый дневник, куда Скотт писал свои самые-самые ценные слова. Дневник, который мог рассказать всё самое сокровенное, хранившееся на протяжении целой жизни Скотта Ричарда Хоинга.