Drabble, from the series: What if?

Фэндом: Первородные, Дневники вампира Ночь потихоньку вступала в свои права, но улицы Нового Орлеана, города джаза, уличных карнавалов и бурбона, были освещены ярче, чем при свете полуденного солнца — причиной тому были красивые гирлянды, развешанные на исторических зданиях, и свет в людских сердцах, зажженный хорошим настроением людей в преддверии Рождественского чуда. Но в самом сердце Французского квартала, в старом шикарном особняке, богато украшенном праздничной иллюминацией, царила менее радужная атмосфера, буквально пропитанная гормонами. — Улыбаемся и машем, — еле шевеля губами выдохнул Клаус Майклсон, чтобы никто, кроме сестры, не услышал. К сожалению, дом был переполнен членами семьи, от малютки Хоуп-3-в-одном (ведьма, оборотень и вампир одновременно) до элегантного Элайджи, чьему чуткому слуху позавидовали бы даже ночные бабочки (ВНИМАНИЕ! Не девушки легкого поведения, а насекомые). — Она наблюдает... Стоящая рядом с братом у импровизированного костра, Ребекка бросила быстрый взгляд в сторону зазнобы гибрида, сверлящей их своим самым злобным взглядом: отберите у мимишного бельчонка орешек и получите именно такой взгляд. Ситуация могла бы оказаться забавной, ведь и сама Форбс у первородной семьи ассоциировалась с белочкой: энергичная, безобидная и до невозможного милая. Если бы не одно "но": в данный момент милая белочка превратилась в злобную беременную бельчиху! — Я, конечно, знала, что ты идиот, но не подозревала, что клинический, — следуя совету-приказу брата, также тихо ответила Ребекка. — И зачем только я осталась на открытие подарков? — сокрушалась древняя, опасливо косясь на блондинку. — А кто, интересно, купил ей этот подарок? — уточнил Клаус голосом символа факультета Слизерина. Вы когда-нибудь пробовали с шипением произнести слово "подарок"? У него получилось. — Что ты мне сказал, то я и купила, — отказалась от почетной роли крайней Ребекка. — Если бы ты предупредил, что Форбс превратилась в колобка, я бы отговорила тебя покупать ей дорогущее кольцо с бриллиантом, у которого не было ни единого шанса налезть на ее отекшие пальцы. — Думаешь, стоило подарить ей платье для беременных? — на всякий случай уточнил гибрид на будущее. Мало ли сумасшедшие ведьмы опять превратят его нимфу в инкубатор. — Лучше походную плащ-палатку с открыткой, в которой будет написано: "Любовь моя, это тебе на вырост", — огрызнулась Ребекка. Ей было обидно — о детях мечтала она, а достались они глупой выскочке, видящей в Клаусе что-то хорошее. По мнению Ребекки, Кэролайн нужно было провериться у окулиста и перестать читать фанфики по "Сумеркам". По мнению Кэролайн, двум первородным нужно было перестать изображать мадагаскарских пингвинов и наконец-то найти способ снять кольцо ее мечты с отекшего пальца, не отрезая его (что предложила Ребекка). — Клаус! Ради всего святого, сколько можно сжигать два маленьких клочка бумаги?! —возопила Форбс. — Тащи сюда свою высокомерную задницу и сними уже это чертово кольцо! Клаус и Ребекка синхронно заулыбались и начали ей махать. Из груди Кэролайн вырвался вопль, оповещая жителей Нового Орлеана о том, что кое-кто впал в бешенство.