Drabble, from the series: What if?

Фэндом: Дневники вампира Пэйринг или персонажи: Клаус/Кэролайн Рейтинг: G Она сидит во главе стола, небрежно поставив локти на скатерть. Триумфальная улыбка озаряет бледное лицо, в красивых голубых глазах пляшут опасные азартные огоньки, — прекрасная и жестокая королева Нового Орлеана любит играть жизнями своих придворных, как маленький ребенок с игрушками. Никто не смеет поднять на нее глаза. Реки крови проливаются по ее прихоти, а жизни угасают по щелчку тонких аристократических пальцев — в этом городе ей можно все, пока ОН стоит за ее спиной. Кэролайн приехала в Новый Орлеан четыре года назад, успев натворить много дел в Мистик Фоллс. Друзья отвернулись от нее, те из них, кто пережил ее игры. Спасая свою жизнь от гнева Джереми-охотника, Форбс надув розовые губки пришла за помощью к Клаусу. Больше ее благополучие никого не заботило. — Дорогие друзья, мы собрались сегодня, чтобы преподнести подарок нашей блистательной королеве, — гибрид поднял фужер шампанского, в котором пузырьки весело прокладывали себе дорогу наверх. — Джош, прошу… Кэролайн прикусила губу от предвкушения, бросив на Клауса многообещающий взгляд. Если подарок придётся ей по вкусу, она сполна отблагодарит Майклсона ночью. Молодой вампир ставит перед ней блюдо накрытое колпаком. — Что это? Клаус, ты же знаешь, я предпочитаю пить из вены, — недовольно хмурится Форбс. — Открой, — салютует ей бокалом гибрид. Его многообещающая ухмылка, предвещает нечто особенное. Пожав точеными плечами, Кэролайн снимает колпак и замирает, словно статуя — на круглом серебряном подносе в окружении лепестков роз лежит голова Джереми Гилберта. Клаус внимательно следит за ее реакцией, от него не ускользает, как дрогнула ее рука, как побелели костяшки пальцев. Гибрид не знает, какой реакции ожидать. Старая Кэролайн устроила бы ему скандал, попыталась нанести увечья и заставить почувствовать вину. Он скучал по своей солнечной девочке больше, чем был готов признать… — Надеюсь, мне не нужно ее есть? — надула губки Кэролайн. — Ты вольна делать все, что пожелаешь, любовь моя, — слегка склонил голову Майклсон. — Не зови меня так. Бедный, глупый Джереми Гилберт так и не смог мне простить превращение Бонни в вампира, — Кэролайн вернула крышку назад, чтобы не видеть остекленелый взгляд парня, что был ей когда-то как брат. Встав из-за стола, Форбс обвила руками шею гибрида, притянув его к себе для страстного поцелуя. На его языке остался привкус шампанского и крови. Кто знает, возможно она принадлежала Джереми? — Тебе понравился сюрприз, любовь моя? — крепко обняв ее, спросил Клаус. — Сколько раз я должна повторить, чтобы ты перестал меня так называть?! — попыталась оттолкнуть гибрида Кэролайн, но он был слишком силен, и ей пришлось смириться. Она ненавидела это обращение: любовь моя. Оно напоминало о той, кем она была, той, кого ОН любил, к кому она ревновала. Кэролайн было плевать, что это смахивало на раздвоение личности, она уже давно ассоциировала себя и старую Кэролайн, как двух разных людей. Она не собиралась когда-либо снова включать человечность. Кэролайн была не готова справиться с последствиями своих поступков, но что важнее, она не готова была потерять Его. Ведь Клаус Майклсон не достаточно хорош для человечной Кэролайн Форбс, к счастью, вот уже пять лет это не проблема.