Drabble, from the series: What if?

Фэндом: Первородные Кто для нее Клаус? Камилл наполняет полную ванну с пеной, небрежно собирает волосы вверх и опускается в горячую воду, взяла стоящий на бортике бокал красного вина и сделала маленький глоток уповая на то, что этот старый как мир способ поможет расслабиться и привести в порядок мысли. Человеку с дипломом психолога грех проводить самоанализ. О’Коннелл отставляет вино, облокачивается головой о борт и закрывает глаза. Мышцы медленно расслабляются и напряжение последних дней наконец-то покидает ее. Приглушенная музыка действует убаюкивающе, и Камилл проваливается в сладкую дремоту, но мелькнувший образ холодных серых глаз на осунувшемся от тревог лице Клауса сгоняя негу. Кто для Клауса она? — Проклятье! — ругательство слетает с языка, Ками раздраженно опустошает бокал до дна, но расслабиться вновь не выходит. — Будь ты проклят, Клаус, — желает О’Нилл от всего сердцу, но уже через секунду чувствует себя виноватой — Клаус не виноват, что она продолжает видеть в нем человека. Жестокого, коварного манипулятора с манией величия и комплексом нелюбимого ребенка, не способного доверять; маньяка, наслаждающегося страданиями своих жертв; отца, готового на все ради своей дочери; мужчину, которого она никак не может выкинуть из своей головы. Все было бы куда проще делись люди на «плохих» и «хороших». Почему не выходит разорвать их странную связь? На ум приходит благотворительный вечер устроенный Марселем почти два года назад, а кажется, что в другой жизни. Ребекка заманила ее на пафосную вечеринку чтобы отвлечь Жерара. Ками чувствовала себя не в своей тарелке и уже собиралась уходить, когда Майклсон нашла ее. — Привет, дорогая. Потрясающе выглядишь, — очаровательно улыбается Майклсон. — Это дурацкая вечеринка, но думаю, мне здесь понравится, — обводит задумчивым взглядом шикарно оформленный зал барменша. А потом ее взгляд встречается с холодными серыми глазами, которые, кажется видят ее на сквозь. — Это тот самый, о котором ты рассказывала? — спрашивает Ребекку не отводя от мужчины взгляда. А он будто услышал, что речь идет о нем, и пошел к ним. — Ее брат вообще-то, — поправляет он становясь плечом к плечу с Ребеккой, а Ками отвешивает себе мысленный подзатыльник — как она могла не заметить семейное сходство? — Мо\я сестра права: ты выглядишь потрясающе, — его голос завораживает настолько, что Ками на миг забывает о стоящей рядом Ребекке. — Ты тоже ничего, — отвешивает она комплимент стараясь вспомнить, когда флиртовала в последний раз. — Внешность обманчива, дорогуша, внутри я тот еще дьявол, — он задорно улыбается отчего на щеках появляются очаровательные ямочки, а в холодных серых глазах мелькают искорки веселья. Он никогда ей не врал. Даже в тот далекий вечер Клаус был искренним. Возможно поэтому связь между ними, возникшая с первой секунды знакомства становиться все крепче? Ведь несмотря на все ее усилия по воздвиганию барьеров между ними, она не может отказаться от присутствия Клауса в своей жизни, прикрываясь нелепой мыслью, что они всего лишь «врач-пациент». На той вечеринки он был Дьяволом, а она — Ангелом. Забавно, может вот он ответ на все мучащие ее вопросы. Добро и Зло, Инь и Янь — противоположности, образующие вместе единое целое.