Двойная звезда

В доме не жили всего лишь около месяца, а ощущение такое, как будто он стоит пустым несколько лет. Даже запах изменился. А еще я ничего не узнаю. Помню, но не узнаю: стены кажутся темнее, лестница ниже, комнаты меньше, мебель немного не на своих местах. Все чужое, как будто я здесь и не жил никогда... Или жил, но не я. Пугающее чувство. Конечно, я не был тут не так уж долго, чтобы перестать узнавать собственный дом, но за эти несколько недель произошло слишком многое, всё изменилось. Я изменился. Стал старше на целую жизнь. Странно, но дом не кажется брошенным внезапно, а скорее давно и надолго покинутым. Мы ведь с мамой оба уходили, чтобы вернуться вечером. Но такое ощущение, что уходили навсегда. Я не вижу ни одной неубранной вещи, неровно стоящих тапочек, невымытой чашки. Все чисто, аккуратно, все на своих местах. Как будто в доме и не жили вовсе, а только имитировали жизнь. Может так оно и было? Мы пришли забрать кое-какие мои вещи и учебники. У меня ведь ничего нет, только то, в чем я был в школе в тот день, когда мама попала в больницу. Конечно, никакие две недели постельного режима Соби не выдержал, все ограничилось тремя днями и то с боем. Ну да, конечно, за наше отсутствие накопилось множество дел, да и учиться надо обоим, и так много пропустили. И мне в особенности надо учиться, Соби говорит, ладно, он-то мол нагонит, а вот мне в школу надо как можно скорее идти, и тем более не повод еще пропускать школу из-за него. Ну хорошо, и пошел бы я в школу, зачем провожать и встречать меня? Лежал бы спокойно дома, приходил в себя. Но с Соби совершенно невозможно спорить, когда ему что-то такое втемяшивается. Попытаться переспорить выйдет себе дороже, потому что в итоге он согласится, потом извинится, потом перестанет смотреть в глаза и все равно сделает по-своему. Так что я соглашаюсь. Соби улыбается, и говорит, что все хорошо, но я же вижу, что ничего ему не хорошо... - Рицка, если тебе трудно, то давай ты скажешь, что надо забрать из твоих вещей, и я отведу тебя к Юйко. Не сомневаюсь, что она будет рада. И пока ты побудешь у нее в гостях, я все соберу и закрою дом. Ох. Это я так и стою посреди прихожей? И вот, опять. Если мне трудно. А ты сам как будто и не считаешься. - Я просто задумался о том, что дом кажется нежилым. Это и отсюда чувствуется, ты не замечаешь? Неуютно. - Уютным дом делают люди, а тут людей не было уже давно. - Угу, а когда были об уюте тоже речь не шла. - Рицка, дому осталось подождать совсем немного, и все наладится. - Наверное. Но сейчас в это трудно поверить. - А ты попытайся, хорошо? - вот только не надо на меня смотреть с таким сочувствием, я ж не знаю куда деваться!.. - Может все же к Юйко? - Да. Нет, - ой, что я несу… - В смысле, да, я попытаюсь, и нет, мы все сделаем вместе. Вещи я быстро заберу, это пара минут! Ну и чего ты так улыбаешься? - Парой минут мы точно не обойдемся. - Это почему? - Надо еще проверить дом. - Что тут проверять? - Закрыть все окна и черный ход. Отключить газ, электричество и воду. Убрать все, что может испортиться, и, судя по запаху, помыть кухню. Собрать и вынести мусор. Ты перечисляешь, и я тут же удивляюсь, как сам не догадался? Это же все очевидно. И да, с кухни действительно тянет чем-то испортившимся. Поэтому сначала идем на кухню. И обнаруживаем, что дом все же покинули внезапно. На плите так и стоит приготовленный мамой ужин, никто его в холодильник не убирал. Он-то и пахнет. В основном. Фруктам на столе тоже одна дорога — в помойку. Впрочем, нас не было слишком долго, холодильник не факт, что спас бы. В чем мы и убеждаемся, когда его открываем. Да, работы много. И ты тут же предлагаешь разделиться. Пока ты приводишь в порядок кухню, я собираю вещи. Ну конечно, опять тебе вся тяжелая и грязная работа! Смеешься, говоришь, что наоборот будет значительно неудобнее, вещи-то мои. Не поспоришь. Иду к себе. И честно говоря, не знаю, за что браться. Складываю на кровать учебники и тетради. Потом диски с фотографиями. Выкладываю рядом белье и одежду. Потом убираю половину обратно, так много не надо. Да и все равно придется сюда приходить, поливать мамины цветы, так что могу потом еще что-то забрать. Решаю взять ветровку и вторую пару обуви, спускаюсь за ними вниз. Прохожу мимо кухни. Ты заканчиваешь протирать нижние полки холодильника, и я вижу, как ты поднимаешься на ноги, тяжело опершись на край стола. Так, надо чемодан найти, он хоть с колесами, вот тебе сейчас только тяжести таскать не хватало! Складываю вещи, большую часть чемодана заняли учебники. Чемодан маленький, но у нас их оказывается несколько, и его я взял специально. Все равно тяжелый получится, а так хоть немного меньше. Прислушиваюсь, как ты внизу гремишь посудой, потом включаешь воду. Надо поскорее все сложить и идти тебе помогать. Вытаскиваю обратно учебники, чтобы сложить их покомпактнее. Оглядываю комнату, взгляд останавливается на доске с фотографиями. Там снимок с нашей первой встречи, в парке, перед первым боем. Как ты тогда меня потряс и напугал! Знал бы я тогда что рядом со мной самый надежный человек на свете... И вдруг мне приходит ужасная мысль. Тебя тогда прислал Сеймей. Приказал прийти ко мне. Приказал служить мне. А сейчас? Сейчас тебя ведь больше ничего не связывает, а значит... Это ведь может значить, что... Это оно и должно значить.... - Рицка, внизу, кажется, все, — я вздрагиваю, как ты тихо вошел. - Цветы правда на грани, но, думаю, выживут. Газ и воду я отключил. А вот электрический щиток так и не нашел, ты случайно не знаешь, где он? Рицка, а еще... Я оборачиваюсь, и ты осекаешься. - Рицка? У меня что до такой степени все на лице написано? - Щиток кажется на улице, у черного хода. Это такая железная коробка на замке, да? - Скорее всего. Рицка, что случи... - Только я, наверное, не знаю, где от нее ключ! - не смотри на меня так!! - Рицка? - ты подходишь и садишься рядом на корточки. - Что случилось? - Ничего не случилось! С чего ты взял?! - У тебя было такое выражение лица, что мне показалось... - Тебе показалось!! - зачем я на тебя кричу? - Как скажешь Рицка, извини, - ты встаешь и направляешься к двери. - Попробую поискать ключ от щитка. Может он где-то на видном месте. Ну вот. Обиделся. И правильно сделал. Веду себя как капризный ребенок. - Может не надо ничего закрывать? - Надо, так будет безопаснее. - Я имел ввиду, что может мне не надо переезжать? - Ты хочешь остаться тут до возвращения мамы? Хорошо Рицка, если тебе так будет лучше... - Я не об этом!! - А о чем? Прости, я тогда не понимаю, что ты имеешь ввиду. - Что меня может взять Кацуко-сенсей. Или кто ни будь еще... Да и в социальном приюте действительно хорошие специалисты. Тебе не обязательно... - я вижу, как ты застываешь в дверях. Но я ведь прав! - Тебе больше не обязательно заботиться обо мне! И ты можешь уйти и жить своей жизнью! - Рицка... - Ты что, до сих пор не понял? Ты свободен!! Ты же можешь уйти! Тебя больше ничего со мной не удерживает! Ни-че-го!!! - Ты хочешь, чтобы я ушел? - что у тебя с голосом? - Я хочу, чтобы ты пошел и жил как все нормальные люди! Потому что ты свободен, понимаешь? Ты, наконец, поворачиваешься, и я вздрагиваю. У тебя такой вид, как будто я тебя ударил. Ты что? - Соби? Ты с болью смотришь на меня, собираешься что-то сказать, потом трясешь головой. - Нет, погоди... - ты на секунду закрываешь лицо руками, и снова смотришь на меня. — Рицка, а я? - Что - ты? - Моё желание как-то учитывается? - Какое твое желание? - Рицка... Ты что, всерьез думаешь, что я только из-за приказа?! Что все было только... Рицка! Я не знаю, что я думаю. Я этого боюсь. А еще я не хочу тебя ни к чему принуждать. - Соби, послушай. Это надо решить сейчас. Пока все не зашло слишком далеко. Когда ты меня взял, мы были связаны из-за... Из-за всего. А теперь ведь все изменилось, и я не хочу тебя принуждать и... Ты снимаешь очки, устало прикрываешь глаза и трешь переносицу. Потом возвращаешься ко мне и садишься рядом. - Стоп, Рицка. Давай разберемся с самого начала. Ты тянешься было взять меня за руку, но в последний момент не решаешься. Тогда я сам беру тебя за руку. Ну и что? Мне надо до тебя дотронуться. Мне вообще теперь постоянно надо до тебя дотрагиваться. Это так странно... И тебе, кстати, тоже надо, я же вижу. А сейчас ты не замечаешь, как переплетаешь пальцы с моими. Ну и хорошо. - Рицка, пожалуйста, расскажи с самого начала, почему ты завел этот разговор? С самого начала? Киваю в сторону доски с фотографиями. - Подумал, что ты пришел тогда ко мне потому, что тебе приказал Сеймей, а я теперь так... к тебе привязался. А ты теперь ничем ведь не связан... И.. Ну и... - И что? - И я подумал, что не имею права продолжать тебя использовать, как бы мне этого ни хотелось. Тебя же все... А я... - да что ж такое, двух слов связать не могу, и горло перехватывает! - Рицка... Ох, Рицка! Где твоя логика? - и в самом деле, где? - я с тобой уже очень давно не поэтому. - А почему? Почему, Соби? - что я хочу услышать? - Что ты хочешь услышать? Ты помнится, ругал меня за эти слова. - Кто я тебе, Соби? - Я не знаю. Знаю только, что никого ближе тебя у меня нет, и не было никогда. И еще знаю, что люблю тебя, Рицка. Просто так, - ты заглядываешь мне в лицо и улыбаешься. - И знаешь, что, Рицка? Извини, но я не уйду, даже если ты прикажешь. Зачем ты это сказал? Чтобы я разревелся, да? - Можно я тебя обниму? - не узнаю собственного голоса. Ты сам меня обнимаешь. Вот что мне в голову взбрело? Как я вообще додумался? Ты ведь и когда была связь, шел наперекор приказам, ты жизнь за меня чуть не отдал, а я... Ну я и дурак! - Я никогда тебе не прикажу, вообще никогда не буду тебе приказывать! - все же всхлипываю. - Просто понимаешь... Соби, я хочу, чтобы ты был счастлив. И жил нормальной жизнью, наконец. - Это ты что, обо мне заботишься? - вот чему ты так улыбаешься?! - Угу... С такими друзьями и враги не нужны, да? - Рицка, я для тебя хочу того же самого. Счастья и нормальной жизни. Я этого вообще больше всего хочу. Все, не могу больше! Обнимаю тебя в ответ. - Соби, простишь меня? - Не за что, Рицка. Я дал тебе множество поводов в себе сомневаться. - Неправда! Ни одного! - Просто ты умеешь видеть хорошее, даже когда его нет, находить, и прощать тоже умеешь. - Не надо, я не заслужил, чтобы обо мне так хорошо... - Во-первых, это не надо заслуживать. А во-вторых, ты как раз заслужил, и еще как. - Значит, я тебе нужен? - вот что я несу?! - Да. Абсолютно необходим. Как воздух. - И что ты будешь со мной делать? - какой-то я отравленный воздух, все порчу... - Мм... Дай подумать. - У тебя делается такой строгий голос, ты наверное еще и хмуришься. - Придумал. Буду тебя баловать, баловать, и еще баловать! Ай! Щекотать не надо! Соби, ты что, маленький что ли?! И хвост пусти! Ах так!! В итоге я валю тебя на пол, ты как обычно поддаешься, и тут на нас сыпятся с кровати все мои учебники... Спасибо, Соби. …Вечером дома мы разобрали чемодан, потом поспорили, я победил, и ужин мы приготовили вместе. Напробовались по ходу, есть пока не хотим, так что валяемся на кровати, оба с учебниками. Я полусижу, опираясь спиной о подушку, а ты лежишь ниже, касаясь затылком моего бока. Я все еще чувствую себя виноватым за сцену, которую устроил тебе днем. Не умею доверять, это трудно. И трудно, особенно после всего, поверить, что я кому-то нужен. Но тебе ведь как минимум не легче. А ты справляешься. А я ведь сделал тебе больно... Кажется даже больнее, чем сам думаю. А если я попробую... - Соби? - Да, Рицка? - Я хочу тебе сказать спасибо. - За что? - За то, что был со мной терпелив сегодня. Мы ведь чудом не разругались. На меня нашло, и я уперся в свои домыслы, и ты тоже мог. Это как будто не я говорил, а кто-то очень недоверчивый и обиженный. И маленький. А ты не обиделся, а вернул меня. - Ох, Рицка... Зря благодаришь. Я тоже почти... - Что? - Во мне тоже живет кто-то маленький, недоверчивый и обиженный. И он, наверное, постоянно ждет нападения. А еще он эгоист, и думает только о себе. Поэтому сначала я принял все на свой счет. - Соби, я сделал тебе больно... - Дело не в тебе. Я ведь сразу подумал, что меня опять выбрасывают. Что даже в этой ситуации ты предпочтешь кого-то другого, даже приют, но только не меня. - ты качаешь головой, - Не смотря на то, что это ты, и у меня нет ни малейшего повода настолько тебе не доверять, я все равно первым делом подумал именно так. Так что это я должен извиняться. - Соби... Не вздумай! Ты запрокидываешь голову и смотришь на меня. Наклоняюсь и тянусь к губам. Мне кажется на долю секунды, что ты собирался увернуться? Но потом улыбнулся и поцеловал меня в ответ. Такое легкое прикосновение, как дыхание. Все, хватит на сегодня душевынимательных разговоров! И так тебя уже измучил, дальше некуда. Утыкаюсь в учебник. И как ни странно довольно быстро втягиваюсь. Закончив главу, смотрю на тебя, и обнаруживаю, что ты спишь, уютно уткнувшись мне в бок. Очень устал, да? Вон какой бледный... Осторожно, стараясь не разбудить, снимаю с тебя очки, вытаскиваю из рук книгу и тянусь за пледом. Я очень аккуратен, а ты крепко уснул, так что ура, не бужу. Укрываю, и сползаю пониже, чтобы улечься рядом. Вот я просто пять минут полежу, послушаю, как ты ровно и тихо дышишь, я после больницы так люблю слушать твое легкое дыхание, прислушиваться и смотреть. Чуть-чуть полежу рядом, и потом еще почитаю. Так мы и просыпаемся утром, на не разобранной постели, в обнимку и одетые. И проспавшие учебу. Хорошо как!