J2IsReal 2: Все будет... хорошо

Подъезжая к аптеке, Дженсен попытался вспомнить, когда курил марихуану в последний раз. Память услужливо подсказала, что после смерти Кима Мэннэрса. А переход на никотиновые сигареты был лишь способом избавиться от вредной привычки, которая плохо влияла на работу - вызывала забывчивость и апатию. Для нервов это, может, и было полезно, но не для запоминание текста, да и энтузиазм начинал хромать на обе ноги. А без энтузиазма выдержать дикий режим съемок оказалось просто невозможным. Надо было выбирать. К слову, никотин принес свои проблемы, пришлось постепенно кончать и с этой зависимостью, но теперь уже за счет канабиса… Джареду он соврал, семейный терапевт четы Эклзов выписал этот рецепт ему, Дженсену, Коллинз был тут не при чем. - Как дела, Стив? Убедившись, что в аптеке нет других посетителей, подходя к знакомому фармацевту приподнял кепку. Взгляд парня начал подниматься от стопки бумаг, губы презрительно поджались - да, одежду Дженсен выбрал не самую презентабельную - но вот блеснуло узнавание и веснушчатое лицо разгладилось, на губах заиграла улыбка. - Прекрасно, мистер Эклз! Вам как всегда? - Как всегда, - кивнул снисходительно. Не будь он набирающим известность актером, никто бы ему так не улыбался. Хоть и одет не как бомж, но насколько же красноречивыми были эти искривленные презрением, еще по-детски пухлые губы. Получив бумажный пакет без опознавательных знаков, еще раз кивнул и вышел. Вернулся к машине. Воздух в салоне показался чужим, странным, но обдумать это обстоятельство Дженсен не успел - шорох на заднем сиденье заставил обернуться и едва не напороться на лезвие ножа. - Тихо, тихо, мистер Эклз. Опасно так резко дергаться. Незнакомый голос со знакомым акцентом. И без того узкие глаза – две щелочки из-за прищура. Загорелая кожа, черные волосы. - Кто ты? Дженсен попытался расслабиться, но тело прикинулось деревянным, а горло стиснуло спазмом. - Не имеет значения, кто я, мистер Эклз. Всего лишь посредник. У меня для вас послание от Мишима-доно. Господин Киеши передает привет и сообщает, что если ему вдруг захочется вас убить, он сможет это сделать в любой момент. Хорошо быть героем боевика. Бесстрашным. С пачкой острых словечек в кармане. Дженсен же был актером, хорошим актером, но со своими недостатками: например, сейчас у него не было сценария, в который можно было бы подсмотреть. А для импровизации требовалась передышка. Таймаут. Чтобы собраться с мыслями. Дверь хлопнула, выводя из состояния транса. Лезвие, отбрасывающее блики прямо в глаза, исчезло, а запах незнакомца в машине остался. Ненавязчивый, совсем немного резковатый. Интересно, чем он пользуется после бритья? Хотя, говорят, у японцев с растительностью на лице туго. За совсем короткий промежуток времени плечи успели окаменеть, так что разворачивался Дженсен, чувствуя себя не смазанной шестеренкой. Его оглушило, и никак не удавалось выцепить из свернувшегося клубка мыслей самое важное. Здесь – не Токио. Это Канада, Ванкувер, «Олимпийская деревня», проехать чуть дальше и будет «Даун-таун», практически центр города. Здесь не может быть людей, забравшихся в вашу машину и приставивших нож к вашему горлу. Или может? Если вы завели себе врага. И этот враг не поленился проделать путь в половину земного шара следом за вами. Там, на заброшенной стройке, ему не было так страшно. Должно быть, сказалось напряжение предыдущих дней, какая-то нереальность происходящего, чужая страна. А здесь – здесь был, практически, дом. Унылая повседневность, где есть место работе, жене и Джареду. Наконец-то, Джареду. Не Джареду-коллеге и не Джареду-другу. Хотя это тоже пока не совсем укладывалось в голове, поэтому и мучил его молчанием, но это… этому не было места, только не здесь и не сейчас. Фотографии, подброшенные в почтовый ящик. Слежка. Это послание и этот посредник. Травля. Ему дали понять, что охотник рядом, обложил по всем направлениям и просто ждет чего-то. Или наслаждается происходящим. А как поступить ему? Положив руки на руль, почувствовал, какие они скользкие. Вытер ладони об джинсы. Перед глазами всплыло связанное тело внука якудзы и Коллинз, расстегивающий ремень. Что-то между ними там произошло, но неужели в итоге именно его, Дженсена, Киеши ненавидит больше всего? Взяв телефон, задумчиво уставился на экран - шансов, что Коллинз на этот раз возьмет трубку, почти не было. Зато мысль о нем привела к мысли о другом человеке, японце, выручавшем их несколько месяцев назад. Быть может, не стоило быть с ним таким неблагодарным? Простить проникновения в свой трейлер? Ну уж нет. А вдруг он мерил его одежду на немытое тело? Почему-то воспоминания о Мизуки не вызывали ничего, кроме раздражения и брезгливости. А если и так - пусть винит своего брата. Но сейчас... Сейчас Дженсен вынужден обратиться к нему. Часы давно отмерили два часа, а мотор машины все еще молчал. Оставить Джареда в безызвестности, а самому броситься на поиски нелегального эмигранта? Где он там сейчас, в итальянском ресторане? В безымянном баре на окраине? Или отплясывает румбу в каком-нибудь гей-клубе? Хотя, в это время – вряд ли. - Клиф? Это Дженсен. У меня к тебе просьба, ты не мог бы проверить наши с Джаредом дома на предмет жучков?.. Да, что-то подозрительные личности вокруг вертятся… не знаю… найми толковых ребят, хорошо?.. Ок, ключи от моего дома у тебя есть, а я буду ждать у Падалеки. Пока говорил, не отводил взгляда от собственного отражения в зеркале заднего вида. Глаза блестят, губы дрожат. Весь вид как у побитой собаки. Нет, такое Джареду показывать нельзя, сразу просечет, что с ним что-то не так. Оторвав от бумажного пакета приличный кусок, свернул косяк и торопливо затянулся, наполняя салон машины удушливым, горьким дымом. Закашлялся, едва не выронив самодельную сигарету. Запрокинул лицо к потолку и медленно выпустил вторую затяжку, чувствуя, как дым заполняет вены и телом начинает овладевать неестественная расслабленность. К дому Падалеки он приехал с саднящим горлом и провонявшим салоном авто. Толпящихся писак у забора не заметил и, оставив машину, позвонил в домофон. - Загоняй машину во двор, не позорь меня перед соседями, - заявил с порога Джаред, едва увидел развалюху, припаркованную перед самым домом. Дженсен пожал плечами и вернулся к старенькому ниссану. - Где Женевьев? Где папарацци, которых ты так испугался? – спросил старательно весело, едва переступил порог дома. Оглянулся на закрывающего дверь Джареда. И оказался захвачен в плен. Было что-то неестественно странное и приятное в том, чтобы почувствовать себя мелким и незначительным. Искушение оставить все как есть заставило помедлить, но Дженсен все же высвободился из объятий и отступил, пряча глаза. - Эй, мы же не подростки, чтобы набрасываться друг на друга у входа и устилать дорогу к кровати лоскутами срываемой одежды… - поднял взгляд. - Так где твоя жена? Судя по лицу Джареда, он только что получил ответ, которого ждал. И который не думал, что так просто получит. Дженсен едва увернулся от повторного мощного захвата и, продолжая пятиться, оказался в гостиной. - Какой-то ты молчаливый… Тревоги отступили, очень захотелось забыть о том, что произошло около получаса назад и о фотографиях. Захотелось просто притвориться, что ему восемнадцать. Забыться, растаять в этом самом приятном за всю жизнь моменте. Показалось, что все, что он до сих пор делал, было ради этого приезда к Джареду домой, ради этого лица, на котором все никак не расцветет улыбка, ради этих губ, что все никак не произнесут ни слова. «Вот ты, какое, счастье. Не в сексе. Не в признаниях в любви. Ты было рядом, оказывается… незримо. Надо было только протянуть руку…» Звонок телефона не дал мгновенью продлиться дольше. Дженсен так и не узнал, что все-таки собирался сказать Джаред – а все спасибо Клифу, решившему уточнить, стоит ли проверять на наличие жучков спальню и Дэннил тоже. Вернув смартфон в карман, наткнулся на посерьезневший взгляд. - Я все объясню! - Да не надо, - Джаред махнул рукой и отвернулся. - Я все понимаю. - В чем дело? Дженсен правда не понял, что произошло - обошел хозяина дома по кругу и заглянул в опущенное лицо. - Ай-ай-ай, как не хорошо… Значит, упоминание об осаждающих твой дом папарацци было ради того, чтобы заманить меня сюда? И жену сплавил… Но скоро приедет Клиф с приятелями и твоим коварным планам – эротическим фантазиям - не суждено свершиться, так? - Только не надо этих речей - «тебе от меня нужен только секс», - Джаред дернул плечом. – Ок? - А тебе от меня нужен только секс? Пытаясь сдержать усмешку, шагнул ближе и потянул с себя куртку. А ведь когда-то его бесила эта разница в росте - рядом с Джаредом он всегда выглядел недомерком. Да и сейчас выглядит. Вот если бы еще можно было положиться на этого великана, как на каменную стену, переложить ношу на его плечи и расслабиться. Только вот, кто знает, не решит ли эта стена пойти на попятный. Так он думал до того, как получил привет от Киеши. Теперь-то стало ясно, что речь не о банальном шантаже или угрозе разоблачения. Разоблачение им еще, конечно, грозит, но, кажется, цель якудзы не в нем. - Не знаю. Подкрепив слова пожатием плеч, Джаред увел взгляд в сторону, но не отступил, хотя Дженсен подошел так близко, что едва не касался его тела своим. Две футболки и пара дюймов – вот и все, что было между ними. - Я вообще ничего не знаю. Чем занимаются геи, когда проводят время вместе? - Сексом, - не моргнув и глазом, тут же ответил Дженсен, позволив себе увлечься рассматриванием щетины на скуле Джареда, все еще сверлящего взглядом стену. - Я серьезно. Это было несколько неожиданно, когда Джаред все-таки посмотрел на него. Взгляды встретились, слова растворились на языке. Дженсен сглотнул, облизал губы и отвернулся. Подобрал с пола куртку. Повесил на спинку дивана. Если бы он только знал. - Если бы я только знал. Со своими любовниками Дженсен занимался именно этим. Ради этого он их и заводил. Вызывал на дом. Знакомился там, где его не узнают. На то это и одноразовые партнеры. Собственно, с Дэвидом и теми, с кем он был на постоянной основе, выходило так же – но по другой причине. Редкие встречи из-за занятости, да профессиональные разговоры. Если подумать – он хоть с кем-то просто так проводил время? Разве что с Кимом… только вот любовниками они так и не стали. Джаред ждал продолжения, а Дженсен не знал, как ему объяснить все так, чтобы не выставить себя блядью. - Ты ни с кем не встречался? - Скорее, я никогда не встречался с тем, с кем хотел бы проводить время… «… как-то иначе», - закончил про себя. Так они и застыли: одному за тридцать, другому немного до тридцати. С одной стороны – это тот возраст, когда многое можно не произносить вслух, обходясь без реверансов и избыточных ухаживаний, с другой – Дженсен почувствовал себя неопытным подростком, дорвавшимся до мечты, но понятия не имеющим, какое поведение будет считаться нормальным. - Можем посмотреть хоккей, - выдал. Джаред тоже подошел к дивану, зачем-то взял его куртку и, повертев в руках, вопросительно уставился. - А как же планы по превращению меня в плохого мальчика? Ты обещал канабис. - Ах, да-а-а... Сейчас. В машине оставил. Через пятнадцать минут, десять из которых занял спор, стоит или не стоит делать Женевьев сюрприз новым запахом в доме, они закрылись во взятой напрокат машине. Джаред с самой несчастной миной на лице поджал колени к подбородку, хотя действительной необходимости в этом не было. Ну упирается приборная доска ему в ноги, подумаешь… Окна подняты. Косяк скручен. - Похоже, ты тут без меня уже надымил, - раздул ноздри Джаред, принюхиваясь. Дженсен затянулся первым, показывая знаками, что не надо торопиться выдыхать, и протянул скрученную бумагу с забитой туда коноплей. Джаред поджал губы, скривился - брезгует - но взял. Поднес к губам. Втянул дым – щеки надулись как у хомяка, глаза стремительно покраснели, брызнули слезы. Не выдержал - клуб дыма вырвался изо рта вместе с оглушающим кашлем. Вся машина затряслась в такт, а Дженсен хмыкнул и отобрал косяк, его глаза тоже заслезились. И ему было абсолютно наплевать, что подумает Кортезе, если вдруг вернется и застанет их. Или что подумает Клиф. Или весь мир.