Противостояние

***

«Фух! Это было близко», - наконец выдохнула Лина, когда нашла подходящее место для того, чтобы притаиться и переждать нагнетавшуюся бурю. «Но меня никто не заметил», - еще раз проверив все свои ощущения, произнесла про себя девушка, прижавшись к противоположной стене конюшни. С этой стороны располагались какие-то давным-давно заброшенные вспомогательные постройки, прилегавшие к самой таверне. Никаким человеческим духом поблизости и не пахло, поэтому Лина немного успокоилась, хотя ее еще продолжало охватывать беспокойство, по этой причине она держала наготове все свои прекрасные органы чувств, чтобы ничего не пропустить. «Каково?.. Это еще что…», - внезапно послышалось чье-то низкое и хриплое рычание, безумно близко, размашистые прыжки незнакомца создавали такие сильные колебания воздуха, что легко было представить, насколько огромным было то, что стремительно приближалось по направлению к недавнему побоищу. «Какая сильная жажда крови», - на доли секунды девушка словно оказалась парализованной, сглотнув, никогда прежде ей не приходилось на собственной шкуре ощущать нечто подобное, это низменное чувство насыщения в таких масштабах. «Плохо!» - она вспомнила того паренька и напавших на него мужланов, которые до сих пор остались на прежнем месте. В данной ситуации они выступали отличной добычей для этого обезумевшего от голода зверя, выскочившего из ночного мрака и показавшегося в непосредственной близости от предместья трактира. Это был крупный оборотень с косматой шерстью черного цвета, светящимися дьявольскими глазами, налитыми кровью, гигантской, широко раскрытой пастью, оснащенной смертоносными клыками, готовыми приступить к долгожданной трапезе. Волкоподобному потребовалось короткое мгновение, чтобы оценить происходящее, его трепещущие от наслаждения ноздри втягивали будоражащий аромат пролитой человеческой крови, животное естество ликовало, перед ним оказалось пятеро беспомощных людишек. «Он готовится к броску», - Лина превосходно понимала особенности поведения оборотня, с одним из таких ей часто приходилось бороться. Однако это был иной случай, никогда прежде ей не приходилось связываться с неконтролируемым образцом. Но все же был шанс что-либо предпринять, потому что перед атакой охотник присматривается к своей жертве, выбирая среди них наиболее уязвимую. Не теряя времени, девушка мгновенно бросилась назад, за теми людьми. «Проклятая сука! - все продолжал браниться один из мужчин, потирая свою травмированную руку, - Как ей удалось это? – обдумывал он, вспоминая детали того поединка, - Томас, ты там как, живой?» «Да, - вяло ответил второй, держась за живот и продолжая корчиться от боли, - Моя печенка…» Третий вообще не подавал признаков жизни, он лежал ничком, поэтому первый перевернул его, оказалось, что тот вообще не мог произнести ничего связного, удар пришелся ему четко в челюсть. «Томас, блять, хватит ныть! Поднимайся давай! Надо сваливать отсюда! - крикнул мужчина, помогая подняться на ноги другому, - Эй, пошевеливайся! Сюда народ идет! Ты чего застыл? Хочешь получить от трактирщика?» «Там… Там кто-то есть…» - бормотал о чем-то второй, полными ужаса глазами уставившись на дерево, которое как-то неестественно раскачивалось. «Это ЗОРГ!» - послышался громкий крик, послуживший сигналом для нападения оборотня. Его мощный прыжок с легкостью покрыл расстояние, отделявшее хищника от лакомого куска плоти, и клыки склацали с поразительной быстротой как отлаженный механизм, так что оторванная голова человека пала под ноги этим ошарашенным двоим. Внезапно звероподобный отскочил назад, словно в последний момент уклонился от чего-то, и это было действительно так. В том месте, где он только что стоял, из земли торчал охотничий нож средних размеров, изготовленный из того самого невероятно прочного металла, тиберия, открытого людьми и используемого ими. «Остановись!» - голова монстра резко повернулась в сторону, где находился объект, которому оборотень не придавал значения с самого начала, но после того как его пиршеству помешали, на его окровавленной морде появился хищный оскал с выражением некоторой ухмылки. За считанные секунды нападения волкоподобного Лина перенесла мальчишку, наиболее безопасным местом было оставить его подле себя. Единственно правильное решение в той ситуации, однако ей не было безразлично то, что произойдет с оставшимися двумя. «Бегите! Живо!» - закричала девушка, чтобы остолбеневшие от страха мужчины сдвинулись с места и бросились за помощью. Но это было бесполезно, потому что в последующие несколько секунд они пали, растерзанные до смерти. Лина пришла в бешенство, впервые она видела сородича, который запросто убил этих людей только потому, что прекрасно знал, что она не сможет ничего предпринять. «Ублюдок!!!» - еще один нож девушки, выхваченный из-за пояса, достигнул бедренной артерии, отчего звероподобный издал безумный болезненный рев. Он вынул этот причиняющий адскую боль кусок металла и решил отмстить, швырнув его обратно в девушку. Однако Лине не было равных в этом умении, в Общине больше всего ей нравилось изучать военное дело, пришлось подружиться со всеми видами человеческого оружия. Но природный талант относился именно к метательному, так что она отразила этот удар таким образом, что этот самый нож угодил снова в плоть оборотня, его левое плечо. Звероподобный, полный ярости, бросился на нее, чтобы разорвать на части, больше всего ему хотелось изменить выражение этого устремленного на него взгляда: «ТЫ! Думаешь, что эти игрушки тебе помогут?» Удивительно, но Лина видела все его движения, все-таки неконтролируемые и правда весьма предсказуемы, встретившись с ним лицом к лицу, она поняла, о чем ей когда-то рассказал самый выдающийся воин, телохранитель, мастер шпионажа и убийства, известный не только внутри Общины, но и за ее пределами. …«Дядя!» - после этого как обычно ожидалась волна вопросов-стрел, которыми Лина выстреливала с поразительной скоростью и которые дико доставали пантероподобного, возвращавшегося в Общину, чтобы время от времени встречаться с основателем, докладывать о совершенном и получать следующие задания. «Почему учитель говорит, что неконтролируемые не имеют будущего, что они непременно станут жертвами своего собственного зверя?» - недовольное, немного уставшее, остававшееся суровым и неподвижным, но снисходительное по отношению к девочке выражение лица Роберта изменилось, было неожиданно, что именно это интересовало Лину в данный момент, хотя ей не было двенадцать. «Поговаривают, что они невероятно сильные, используют весь свой первобытный потенциал, но почему они не способны справиться с людьми?» - конечно, ее попытки рассуждать на подобные темы, на этом этапе развития запретные, были смехотворны. Девчонка еще не была обучена основам, но то, с какой серьезностью и любознательностью она это делала, превосходно действовало на Роберта, привыкшего восстанавливаться под деревом в одиночестве. «Скажи, ДЯДЯ, РОБ!» - создавалось такое ощущение, что если Лина не получит ответа на этот вопрос, то ее голова взорвется, точно вулкан, она по-детски надулась, потому что не могла разобраться сама, да и допрашиваемый постоянно был крайне немногословен. Но в конце эта ее вопрошающая улыбка и сияющие глаза, смотрящие в упор, кого угодно могли бы сразить, даже такого прославленного бойца. «Ты опять сбежала от учителя этики, Лойса?» - все это время пантер не сводил своего пристального кошачьего взора от очаровательного зеленого платья: «Тебе идет это платье». Да, этот звероподобный прекрасно знал характер этой рыжей бестии и как парировать удар ее нескончаемого напора. Слова Роберта, но больше всего его взгляд вызвал нотки некоторого смущения, меньше стыда и еще больше гнева, не ожидала она услышать нечто подобное от своего любимого дяди, именно так она называла пантера с самого первого дня их встречи. «Лина, если ты, правда, хочешь знать», - как обычно издалека начал он, больше всего желавший, чтобы это платье стало символом ее будущего пути, пути мира, не войны, не оружие, к которому она так тянулась. Все то, с чем пантероподобный сталкивался каждый день, было таким темным по сравнению с ее светом. Роберт хотел, чтобы эта внутренняя чистота была сохранена нетронутой, с другой стороны понимал, что она требуется в защите, которую он не мог давать ей ежесекундно, хотя был бы рад, но на его плечах лежала обязанность карателя. «Неконтролируемые слабы по той причине, что полностью подчинили сознание зверю, полагаясь на одни лишь инстинкты, они обречены на смерть, потому что не пользуются разумом»… Последняя фраза из воспоминания отчетливо отобразилась в мыслях девушки, вместе с тем она представила перед собой еще одного, дорогого ей как брата, волкоподобного Грэя, постоянного ее партнера по спаррингу: «Такой как ты никогда не сравнится с ним!» Лина проскользила под нависшей над ней когтистой лапой, оставившей гигантский след на стене конюшни, в результате удар оборотня оказался слишком размашистым. Однако на близкое расстояние подпускать к себе этого клыкастого тяжеловеса было нельзя, позади был парнишка, девушка, не мешкая, ударила оборотня в незащищенную бочину, отчего последний был несколько отброшен назад, но выстоял и ринулся в нападение. Обычно оборотни перемещаются быстрыми, незаметными для глаз движениями из стороны в сторону, чтобы сбить с толку человека и не дать ему возможность определить конечное направление для атаки. Этот экземпляр кинулся таким образом, чтобы в первую очередь сбить Лину с того места, с которого она так рьяно не пыталась сходить, после чего распотрошить своими когтями. Его ожидал сюрприз, Лина была готова к такому повороту, она оттолкнула парнишку, сама вывернулась из-под нависшей над ней волчьей туши, отчего оборотень несколько удивился. Казалось, вот-вот он вцепиться в ее тело и вонзит клыки в шею, напьется сполна ее кровью, но девушки впереди не оказалось. «Что за?!» - выкрикнул звероподобный, но было поздно, в момент приземления она нанесла ему удар со спины своим главным оружием в арсенале для самообороны – коротким мечом, после чего мгновенно его вытащив. «Ударить и отступить», этим правилом множество воинов пользуются. Несомненно, это было больно, и еще более страшное рычание вырвалось за груди монстра, он с феноменальной скоростью развернулся, едва не задев вовремя отпрянувшую от него Лину, вставшую на защиту мальчишки и державшую перед собой меч. В ее движении чувствовалось что-то нечто иное, то не была обыкновенная рука, что удерживала рукоять. Попросту женщина не была способна на такое, это самая настоящая лапа, покрытая темно-бурой шерстью и оснащенная тонкими острыми коготками. «Ты, одна из НАС?!» - до сего момента звероподобный не ощущал ничего схожего в Лине, слишком поздно к нему пришло осознание этого, но боль, говорившая в нем, усиливаемая гневом, заставила его снова бездумно двинуться на нее. Они стали крутиться друг подле друга, эти безумные непрекращающиеся удары когтей и смена направлений встречали сопротивление, отчего слышался лязг металла. При помощи меча ей удавалось обороняться и контратаковать своей второй нечеловеческой рукой, однако эта клыкастая пасть постоянно щелкала рядом, всякий раз напоминая о себе. Сдерживать такую махину и не подпускать близко к мальчишке было далеко непросто. В последний раз звероподобному это почти удалось, до чего везучий парнишка. Лина спасла его снова, оттолкнув и заслонив собой. Но эта тварь воспользовалась моментом и рванула девушку за ногу, опрокинув навзничь. «Я не прощу тебя! Я не прошу таких как ты!» - в смешанных с болью чувствах Ангелина, которую оборотень чуть было не подмял под себя, прижав своими когтями, расцарапала ему морду, едва не впившуюся девушке в шею. Из-за боли в глазу зверь резко отступил назад, и Лина оказалась спасена, пусть и изранена нога и пострадали оба плеча. Но не только это заставило звероподобного так поступить. «Черт! Люди!» - выругалась про себя Лина, с трудом поднимаясь. Она бросилась назад, используя все свои оставшиеся силы, скрылась между стенами. Все-таки замечательно иметь лисьи уши, они вовремя уловили приближающуюся толпу зевак, повыскакивавших из таверны, кто в надежде поучаствовать в расправе над зоргом, желавших продолжить всегда немало найдется, кто удовлетворить собственное любопытство, интересно же знать, что произошло в непосредственной близости. Трактирщику не позавидуешь, ночка выдалась крайне беспокойная, даже для такого местечка с его известной дурной репутацией это было слишком. Сначала эти двое из Отряда устроили балаган, не прошло и получасу, как вуаля, обрушилась новая напасть, кое-кто даже не успел подсчитать выручку за день. В который раз что-то отрывало его от любимого, единственно приятного дела, тем инициаторам побоища следовало знать, что трактирщик бывает по-настоящему зол. «Сколько можно?!» - выражало лицо владельца, когда он, страшно сердитый, расталкивая попадавшихся на его пути неуклюжих мужиков, разинувших рты, пробирался к эпицентру событий. Хотел было только хозяин таверны начать свою пламенную речь, но резко остановился, заметив изувеченные тела. Используя свое положение, он велел всем расходиться как можно скорее, не без использования всегда работающего предлога выселения и закрытия кабака. Трактирщик не вмешивался в то, во что ни следовало, такую политику он проводил в своем заведении, при упоминании звероподобных этот доселе непробиваемый мужчина испытывал страх. Охранники вместе с некоторыми наемниками из числа тех, кто оказался в кабаке, отправились обследовать окрестности, еще была надежда напороться на убийцу. Что касается членов Ордена, то за ними давным-давно послали, как только все невооруженным взглядом поняли, с кем имеют дело. Владелец трактира немного не понимал, что движет этими людьми, которые в любой момент могут лишиться жизни, конечно, нынешний правитель хорошенько поощряет крестоносцев, но это ли единственное, только безумцы пойдут на такое – охотиться на зоргов, но в такие моменты ни на кого другого нельзя было положиться как на этих бравых ребят.