"Дезидерата" капитана Джека

Что бы жизнь тебе ни предложила, рутину или разбитые мечты, она все же прекрасный мир. Искренне стремись быть счастливым. При всем лицемерии, страданиях, при всех развеянных мечтах этот мир все еще прекрасен. ("Дезидерата")

Опустив голову, Джек проследовал за мужчиной в халате в комнату. Личный кабинет хозяина плантации не отличался особой роскошью. Мебель и окружающие мелочи казались дороже лишь потому, что их окрашивало в золотой цвет падающее за горизонт солнце. Джек с любопытством оглядел помещение и нашёл его всё-таки интересным: по углам стояли высокие шкафы из красного дерева, за дверцами шкафов покоились книги в красивых переплётах с золочёными буквами. К длинной стене был придвинут потёртый и немного продавленный кожаный диван на гнутых ножках. Перед диваном на почтительном расстоянии стоял маленький круглый столик со стопкой пожелтевших газет. На стопке была кофейная чашка. Серебряная ложка, некогда составлявшая чашке компанию, валялась под столом на вылизанном дочиста ковре. Рабочий стол, занимавший больше всего места, бумагами завален не был. На его поверхности лежало несколько чистых листов, чернильница с обкусанным пером и старые счёты. Как-то совсем уныло для такого известного дельца, каким был плантатор. Окна не были зашторены, и из комнаты был прекрасный вид на пышные пальмы, возвышающиеся над садом. Пели птицы, вызывая ощущение умиротворения, если бы только не компания, в которой приходилось находиться. Где-то вдалеке раздавался насмешливый крик чаек. Чайки... чья-то свобода. От этой краткой мысли на душе стало кисло, и юный Воробей поморщился, шаркая ногой по полу. Кабинет быстро перестал быть интересным. Секунды тишины, которую прервал владелец плантации своим подозрительно бодрым тоном: - Ну, молодой человек, присаживайтесь! Ага. Молодой человек. Как громко сказано! Джек отнёсся к этому обращению крайне скептически и просто недоверчиво, поэтому не сдвинулся с места. Зато теперь он не сводил взгляда со своего хозяина. А тот меж тем уселся в громоздкое кресло и потянулся, отчего подол халата приподнялся, обнажая толстые белые и весьма волосатые икры. Джеку это зрелище не понравилось, но он постарался придержать эмоции при себе. Но если быть честным, то его малость подташнивало. Или тому виной была слишком жирная еда на ужин? Чёрт знает. Просто тошно. - Спасибо, сэр. - Джек скорчил более-менее вежливую мину и тряхнул головой. Чёрная чёлка непослушно легла на скулы. - Я постою, мне скоро идти. - Скоро? - Хозяин фыркнул, потянувшись рукой к своей ляжке и проведя по ней ногтями. Грязи под ними Джек не приметил, что и было нормой для всех состоятельных людей этих краёв. - Москиты! - пояснил он мальчишке с улыбкой и снова почесал ногу несколько раз, от наслаждения даже зашипев. - Так ты, говоришь, идти тебе скоро? Джек кивнул, поправляя тонкими пальцами музыканта чёлку, заводя её за ухо. Свалить уже хотелось. Он уже горел этим желанием ещё тогда, когда только увидел дверь, ведущую в кабинет! Тем более что его ждала такая уютная новая мягкая постель в личной комнате. А это, между прочим, дорогого стоит. Плантатор сильно расчесал ногу и теперь стал стирать носовым платком кровь. - Сколько ты здесь находишься? Не надо подавать виду, что тебе тут плохо! Джек поморщился, стараясь как можно более небрежно - с видом заправского фермера - ответить: - Три года, сэр. Джек цокнул языком, решив, что это придаст его виду ещё большей уверенности. - По тебе и не скажешь... - хмыкнул хозяин. Как Воробей понял, это был своего рода комплимент: многие из его сверстников либо пропадали неизвестно куда, либо умирали в разгар рабочего дня. А те, что выживали, выглядели хуже самого последнего голодающего бродяги. И всё равно медленно гасли под палящим солнцем, собирая в корзины дорогие кофейные зёрна. Хозяин потёр пальцами небритый подбородок. Джека передёрнуло: звук был такой, словно плантатор чесал щетину щётки для чистки ботинок. Тот оглядел парнишку, пристально вглядываясь в черты лица, и негромко отдал приказ: - Ближе подойди. Пришлось повиноваться и остановиться напротив плантатора, который скользил взглядом своих поросячьих глазок по всей ладной фигурке Воробья. В чистой и довольно опрятной одежде он выглядел почти как сынок приличного человека. Ну, уж явно не пирата, каким бы тот ни был. - Встань на колени вот тут. И тут парнишка беспрекословно подчинился странному приказу, вставая коленями на ковёр. Предчувствия у него были самые нехорошие, но что можно было ждать от хозяина?.. Джек терялся в догадках. - Дай свою руку. Вот так. Хорошо. Положи её сюда... Всё понял? Всё происходило как-то слишком быстро. Сердце Воробья билось в бешеном темпе от испуга. Джек непонимающе смотрел на свою руку, многозначительно лежащую на промежности хозяина. Пусть и через ткань халата, мальчишка всё равно чувствовал лёгкое возбуждение мужчины. Не то чтобы это пугало, просто вызывало нешуточное недоумение. От этого немного не по себе. Или много не по себе. - Э-э-эм... сэр?.. Хозяин приоткрыл глаза. - Ну, чего ты медлишь, паршивец? Работай рукой. - Сэр... Поймите меня верно, - старался как можно вежливее и мягче начать Джек, сглотнув. - Но этим занимаются женщины. Я видел. Не надейтесь, что я ничего не знаю. Плантатор рассмеялся, накрыв своей большой рукой маленькую руку мальчишки и двинув ею тесно по своему паху. - Для начала поработай вот так. Понял? Ох, всему-то вас учить надо! Джек стиснул зубы, помотав головой. - Но я не хочу! - На секунду задумался и добавил... - Сэр. - Хочу я. А ты, пигалица, всего лишь мелкий раб. Таких, как ты, у меня сотни. Заткнись и делай то, что тебе говорят! На столе у хозяина лежал маленький дамский пистолет. Вычищенный и прекрасно украшенный растительными узорами. Но вот заряжен он был или нет - это Джек проверять на своей шкуре не желал. - Да. - Да, _сэр_. - Да, сэр, - вздохнул Джек, одарив хозяина волчьим взглядом. Наступила тишина, в которой Воробей вдруг почувствовал себя крайне неловко. Дело в том, что он, что бы там ни говорил, попросту не зал, что нужно делать. Поднимая затравленный взгляд на хозяина и продолжая пока водить тесно своей смуглой рукой по достоинству хозяина, он зло признавал, что нужны подсказки. Только вместо подсказок плантатор развязал одной рукой узел на халате, обнажая небольшое пузико и, кхм, всё то, что было ниже. Что пузико почти что скрывало, пока хозяин не расставил свои белые ноги пошире, показывая мальчишке то, что его в общем-то не удивляло. В бараках при плантации и не такое увидишь, но, конечно, только краем глаза... и то если подглядывать. - Рот открой. Джек нахмурился. - Зачем, сэр? Плантатор не стал объяснять, потянувшись рукой к лицу юного Воробья и зажав пальцами его нос. Джек хотел отпрянуть, но хозяин не дал ему это сделать, свободной рукой обхватив за шею и притянув к своим бёдрам. От нехватки воздуха мальчишка открыл рот, судорожно вдыхая, и в этот момент с нечеловеческой яростью хозяин наклонил голову Джека, ртом насаживая на своё возбуждённое достоинство. Джек старался отбрыкиваться, его начало тошнить, но держали его крепко. Да и было чревато вырываться. Сделаешь что не так... сдохнешь. Не иначе. Поэтому первое, что Джеку так хотелось сделать - стиснуть зубы! - он себе сделать и не дал. Чёрт знает, откуда в нём вдруг взялось такое невероятное самообладание. Хозяин держал уже не за шею, он переместил руку на затылок и до ощутимой боли сжал пальцами волосы. Джек сдавленно замычал, но пытка, казавшаяся ему страшной и ужасно непонятной, длилась недолго. Плантатор был слишком возбуждён, потому через ещё парочку невыносимых для мальчишки инстинктивных движений он кончил, издавая хрипловатый стон. Если бы Джек видел, то непременно отметил бы, как противно задёргалась при этом тошнотворном стоне козлиная бородка хозяина. Но было не до того. Плантатор удержал мальчишку у своих бёдер, и пришлось глотать то горячее и непонятно странное, что появилось во рту после стона. И уже после этого отстраниться. Джек, бешеным и напуганным взглядом одарив плантатора, словно обессиленно рухнул на пол. Он эхом слышал противный лошадиный смех. Приподнимаясь, мальчишка почувствовал, что подступает тошнота, и его вырвало прямо на красивую шёлковую розу на ковре. Вырвало чем-то непонятным белым и... всем ужином. В животе грустно заурчало. - Ну как, молодой человек, вам понравилось?.. Джек зашипел вместо ответа, скаля диким зверьком зубы. Броситься на хозяина он не решился, поэтому постарался как можно ловчее вскочить на ноги и, погрозив яростно кулаком, выпалить: - Идите к чёрту!!! Вы... вы сукин сын! - О-о-о!!! - рассмеялся весело плантатор, выглядя снова очень довольным и воодушевлённым, почти как в самом начале этого, хм, малоприятного вечера. Лёгким движением мужчина запахнул край халата, прежде вытерев своё достоинство тем же платком, каким стирал кровь с расчёсанного укуса. Этот платок он, скомкав, швырнул в Джека. - Всё, на сегодня хватит! Иди спи, - и словно пожурив, ласково добавил, - паршивец.