Осколки Силы. Часть 2: Бисерные дни.

На крыше никого не было. Ну и славненько. Лекс расправил плечи и закрыл глаза. Затем повёл рукой по воздуху. И в руке возникла флейта-сарисана. Старая, цевки в царапинах, с одной стороны – ожог. Лекс привычным жестом поднёс инструмент к губам. Родившаяся мелодия была грустной и нежной. Флейта плакала о погибшей Мирце. Вокруг Лекса волнами расходилась энергия Силы, заполняя собой всё пространство крыши, стремясь вверх, к клонившемуся к закату солнцу. На небо набежала тучка, ещё и ещё одна. И закапал дождик. Несильный, неуверенный, и тёплый. Потом он пошёл сильнее, и вдруг кончился. Тучки исчезли, словно их и не было, а в небе засияла радуга. Лекс опустил сарисану, мелодия затихла. Он открыл глаза и поднял голову вверх. «Прощай, Мирца, и пусть Небо будет благосклонно к тебе...» - Мои извинения, Лекс... - раздался негромкий голос из-за спины. - Немного погорячился. Призрак оглянулся и увидел Элкота, прислонившегося к стене. Наёмник выглядел спокойным и невозмутимым, как будто не он собирался пару минут назад распылить надоевшего призрака в клочья. - Давно ты здесь? - сухо поинтересовался Лекс. - Достаточно, - коротко ответил Лорд. - Я знал, что Ведьма собирается сделать. Но не думал, что зайдет так далеко и начнет перетягивать часть проклятья на себя. - Часть? - Не думаешь же ты, что оно само на нее переползло? - язвительно спросил Элкот. - Хочу тебя обрадовать - Кэл неплохо умеет справляться с подобной пакостью. Если не переутомляется. - Это неважно... - Важно, - покачал головой наёмник. - Ты считаешь, что избавился от него, потому что рана уменьшилась, кровь не идет и вообще ощущения хорошие... - Лекс молчал. - Можешь не отвечать. Я и так знаю, что прав. Так вот - это не простое проклятье. - Ты-то откуда знаешь? - наконец нарушил молчание ангел. - Я передаю слова Кэл. Она знает Керина... и стиль его работы. Жди неприятных сюрпризов, ситх. Ты еще не вылечился - ты просто снял симптомы болезни. - Если ты такой умный, бес, может знаешь, как его снять? - Догадываюсь. Но так далеко границы моей благодарности не распространяются. - Элкот развернулся, чтобы уйти... Потом остановился и оглянулся на ангела. - И последнее... Я бы порекомендовал некоторое время держаться от моей сестры подальше. Особенно в Сумеречной зоне. - Да ну? - За ней будут присматривать Стражи... по моей просьбе. Желаю скорейшего выздоровления, призрак. - Зачем? - Что? - Желать моего выздоровления? - Это останется моей маленькой странностью... - усмехнулся наёмник и ушел с крыши. Лекс оглянулся вслед Элкоту и хмыкнул. Желаю скорейшего выздоровления, призрак.… Надо же, забота-то какая… Это с какой же радости, а? Вслыли в памяти слова Кэл - Вот своими руками завалить - тут да, повод для гордости. Неужели Элкот действительно спит и видит, как с ним, Лексом, подраться? Да нет, не может быть. Ладно, это лирика. Лекс со вздохом убрал инструмент, вытащил сигариллу и прикурил. Пора возвращаться к делам. Да, планы придётся перекраивать в связи с некоторыми изменениями. Мирца погибла. Кроме того, что жалко Мирцу, порваны все связи. У кого теперь просить помощи для воплощения? Опять у Кэл? Не хотелось бы…. Лекс никак не мог определиться со своим отношением к Ведьме. Её брат – однозначно враг, ему спину подставлять не следует. А она? Зачем она ввязалась в эту историю с энергией? Зачем? Надо этот вопрос решить. Лекс спустился вниз, но обнаружил, что Кэл не одна, и не стал заходить. Хотя Лексу очень хотелось с ней попрощаться. Кто знает, сумеет ли он выжить в предстоящей схватке…. Будущее ещё не определено. Но воздержимся от театральных эффектов… В номер Кэл зашел задумчивый Элкот и улыбнулся Ашели: - Спасибо, что присмотрела за ней. Как она себя вела? - Упорно отказывалась лечиться. - наябедничала Ашель. - Вообще-то, она испытывает вполне резонные опасения, - заметил наёмник. И повернулся к Ведьме. - Как себя чувствуешь, сестренка? - Паршиво, - меланхолично заметила Кэл. - Думаю, это заметно по моему внешнему виду. - Еще как. У тебя татуировки поблёкли. - Ты еще скажи, что у меня тушь потекла и помада стёрлась... - хмыкнула Ведьма. - Ну и как с тобой лететь? - озабоченно спросил Элкот. - Тебе нужен постельный режим и всяческий отдых. - Если ты собираешься запереть меня в номере... Лучше придуши сразу - я тут от скуки умру. - Тогда наоборот - тебя надо как-то развлечь... - наёмник задумался. - Нужно посмотреть, что сегодня интересного есть. - Вы улетаете? - изумленно спросила Ашель, сумев вставить словечко. - Кхм... Ну, вообще-то, я собирался устроить ходовые испытания «Энраэну»... - ответил Лорд. - Посмотреть, за сколько он одолеет расстояние отсюда и до... ну, скажем, Кореллии. А потом обратно. Все-таки новый корабль. Ашель задумчиво вильнула кончиками лекку. Такое впечатление, что она хотела что-то спросить, но передумала. Вместо этого посмотрела на часы: - У меня сейчас встреча кое-с-кем… О, не волнуйтесь, это старый друг, он за мной сюда заедет… Так что, разрешите сдать дежурство, сэ-эр? – она по-военному вытянулась перед Элкотом. - Разрешаю!.. – голосом прошедшего огонь, воду и все кабаки Галактики генерала ответил Лорд. – Вольно, сержант! Тви'лека расслабилась и, снова взглянув на часы, заторопилась к выходу. - Если что – частоту комма знаете… Ну всё, я помчалась!.. «Проныра» уже ждал её, скромно припаркованный за углом комплекса. Ашель нырнула в его комфортабельную, так резко контрастирующую с внешним видом, утробу, и спидер тотчас взял с места в карьер. - Я заинтригован. – вместо приветствия, ибо виделись уже, сказал Боб, протягивая ей стакан сока. – О какой работе шла речь? - Надо кое-что узнать. Кое-о ком. Сможешь? - И всего-то? Смогу. Кто тебе понадобился? - Одного из них ты хорошо знаешь. Это Бралл’Гинн… Да, я хочу узнать, что стало с моим братом после истории с Таблицами. И – желательно, где он сейчас... если, конечно, жив. - Хм… - мандалорец потёр подбородок. – Зная натуру Бешеного Жаба, повозиться придётся, но, думаю, это выполнимо… Однако, ты сказала «одного из них»? Кто ещё? - Койн Таола, мой… наш отец… Ну, считай, что во мне взыграли родственные чувства, и я решила воссоединиться с семьёй. - Почему нет? – пожал плечами Найн. – Вполне разумное желание. - Я бы и сама попробовала о них узнать, но ведь мне скоро возвращаться на «Молот»… А потом – ты же профи… Вот, кстати: сколько это будет стоить? Мандалорец поперхнулся соком и осуждающе уставился на неё. - Ну ты даёшь, подруга… Брать плату с тебя?! - Боб, - терпеливо сказала тви'лека. – Всякий труд должен оплачиваться. Тем более – труд профессионалов своего дела!.. Так сколько это будет стоить? - Связался я с тви'леками… - пробормотал охотник за информацией, а потом надолго задумался. - Ладно. – спустя какое-то время подытожил он. – Раз тут собрались два отпетых профессионала… Ты ещё танцевать не разучилась? - Танцевать?! – изумилась Ашель. - Ага… Видишь ли, у меня сегодня прощальный концерт на Жестянке, потом я возвращаюсь домой - ну, по легенде я же кореллианин!.. Сможешь на паре песен выйти с нами? И будем считать, что мы в рассчёте. Тви'лека расплылась в счастливой улыбке: - А почему только на паре песен? Я могу хоть весь вечер… - Договорились. Концерт в восемь вечера по местному, репетиция в пять. Я за тобой заеду… Надеюсь, ты будешь без телохранителей от ИСБ? Ашель опустила голову. - Делвин погиб… - прошептала она. – Буквально через пару часов после возвращения в «Радугу»… - Вот оно что… - помолчав, проронил Боб. – Прости. Не знал. Он слегка пожал ей руку. Дженсаарайя ответила слабой улыбкой. - Наверно, тебе сейчас не до танцев? Тогда… - Танцевать я буду. – твёрдо сказала она. – Я обещала. Не беспокойся, всё будет хорошо. - Тогда я приеду в четыре. Концерт продлится где-то часов до трёх ночи, но ты не волнуйся, «Проныра» тебя доставит обратно в целости и сохранности. - А… может… Да нет, наверно, не стоит… - пробормотала Ашель и смутилась. - Что – не стоит? - Ну… ты сказал, что потом возвращаешься домой… На Кореллию, что ли? - На неё, родимую… А тебе что – тоже туда надо? Так давай со мной! - Боб! – поражённо выдохнула тви'лека, - Как ты догадался? - Интуиция, помноженная на опыт… - ухмыльнулся мандалорец, - плюс знание твоей привычки ходить вокруг да около и склонности к излишней деликатности… Значит, решим так: к моменту, когда я за тобой приеду, твои вещи должны быть собраны. - А чего их собирать? – пожала плечами Ашель. – Всё уже давно собрано. - Ну и ладушки. Тогда – в четыре. У входа. - В четыре. «Проныра» мягко подвалил к стоянке, пожелал «госпоже тви'леке» удачного дня и снова изчез в потоке транспорта. Ашель направилась к лифту. «Как хорошо, что я догадалась взять танцевальный костюм!» - думала она. – «Надо будет немного порепетировать – диск с записями есть… К Элкоту с Кэл забежать, попрощаться… Кстати, они ведь тоже на Кореллию собирались… Гм… Все дороги ведут на Кореллию…» Тви'лека открыла дверь номера - в комнате всё ещё плавал аромат белых цветов. Сладкий, даже приторный, но всё равно приятный. Ашель на мгновение пожалела, что избавилась от них. Пусть бы себе ещё постояли... Но что сделано - то сделано. Она стала собираться. Хоть и времени ещё предостаточно, но лучше быть заранее готовой. Рука наткнулась на памятную голографию. Тви'лека вытащила её и присела на кресло. Как давно это было, когда ей впервые подарил цветы Тьяр. Конечно, они были не столь красивы и совсем не пахли. Что ещё можно ожидать от растений, выращенных на гидропонике ИЗР… тем более, если это цветы баттана – «земляного хлеба» - банального корнеплода и отнюдь не декоративного! Но этот невзрачный букетик был ей в тысячу раз дороже того приснопамятного «снопа», с которым она когда-то – словно в прошлой жизни - ввалилась в кабинет Мохаммади... «… - Ты их что – ста… хм… взял в оранжерее?! - Не взял! – таирец оскорблённо поджимает губы. - И не стащил! Воровство – недостойное занятие для тэйгу!.. Я их добыл в честном бою! Так что, это – трофей. - Ма'а!.. Надеюсь, мессир Митако, смотритель оранжереи, не слишком пострадал? - За кого, интересно, ты меня принимаешь? Когда он узнал, что мне нужны цветы для дамы, то сам их и нарвал… Прости, это всё, что пока там цветёт. - Это самые лучшие цветы, Тьяр! Честно-честно!..» Запах плыл, окутывал, ласкал, навевал грёзы…. Захотелось прилечь. Тви’лека вдруг представила себе, что эти цветы ей дарит Любимый. Она даже словно воочию увидела его – вот он склоняется над ней, преподносит букет… Ашель откинулась на спинку кресла, правая рука прижала к груди голографию, левая безвольно повисла вдоль тела… Тви’лека уснула.