История Джигоку: Новый Эмма Дай-О

Прежде чем начать читать главу, нужно ознакомиться с некоторыми изменениями канона Блич. Предательство Ичимару Гина Айзен Соуске раскрыл гораздо раньше, до похода в лже-Каракуру, и убил его, как лжеца. Готтей-13 об этом не знает. *** «Мне одному кажется, что перед нами стоит шинигами-песец, одна из балерин Айзена? Ущипните меня», — прохрипел из внутреннего мира Хичиго, вытаращив глаза. «Меня тоже, пожалуй», — отозвался Ичиго, протирая глаза. Когда он куснул ладонь и видение экс-капитана не исчезло, Куросаки решился спросить:  — Ичимару Гин? Предатель Готтея-13? Ты как тут оказался? — Не поверишь, Ичиго-кун, но мне тоже интересно, — протянул бывший капитан, хитро прищуриваясь, — какими судьбами тебя занесло в самое опасное из измерений? Историю взамен на историю? Парень задумчиво покусал губы и согласился. Гин плюхнулся на песок и пригласил временного шинигами повторить действие, потому что в ногах, как известно, правды не было. «Зато в заднице правды — зашибись как много!» — прокомментировал Широсаки, удобнее усаживаясь на стекле в ожидании занимательного рассказа. — Я начну с того забавного момента, когда Айзен раскрыл все мои коварные планы. Особо вреда он от меня не видел, но всё-таки решил, что помехи в его гениальном плане быть не должно. И вуаля! — я оказываюсь в Джигоку, чему рад был безмерно! — саркастично рассмеялся мужчина. — Греть седалище на сковородке, скажу тебе, не самое приятное занятие было. А уж Стражи, — рассказчик закатил глаза, что из-за прищуренных век всё равно никто не увидел, — милашки такие, до крови из глаз. Сожрать им меня не удалось — меч по-прежнему при мне, — он похлопал по эфесу верного Шинсо. — Но через пару дней я очутился здесь, в компании очень милых лиц, которые поначалу чуть меня не прибили. Я даже не знаю за что! — Ичимару всплеснул руками, едко усмехаясь. «Не знает он, — фыркнул Пустой, с интересом слушая монолог капитана. — Змей подколодный!». — А потом я встретился с весьма отличающейся ото всех грешников личностью. Красивая, невысокая девушка с длинными чёрными волосами и тёмно-серыми глазами, одетая в прекрасное синее платье по колено. Она стояла на такой жаре с распущенными волосами, — в голосе Ичимару звучали отголоски удивления. — И на высоких шпильках. Это была плохая идея, учитывая песок, но девушка и этого не замечала. Она внимательно посмотрела на меня, жутко ухмыльнулась и поманила к себе. Как я мог отказать такой очаровательной особе? — Гин усмехнулся. — Девушка представилась Чумой, — и. о. шинигами вздрогнул: демонессу он ещё не встречал, но по рассказам Смерти знал, что она сравнима со Старшим Жнецом по могуществу, потому что расположилась на первой ступени. — Она была знакома мне по чертам лица. Но по чьим именно, сказать не могу. Девушка поведала многое о Джигоку. Как оказалось, знания шинигами об этом месте поразительно мизерны. Хотя кому охота связываться с Адом? Тут своя атмосфера. Так вот, что-то я отвлекся, — он откинулся на оранжево-алый песок. — Чума предложила мне сделку. Знаешь. Ичиго-кун, цепи грешников очень болезненны и практически не дают свободно передвигаться, что меня очень тяготило, поэтому я, не раздумывая, согласился. — Что за сделка? — встревоженно спросил Вайзард, отодвигая маску в сторону, чтобы собеседник видел сосредоточенность на его лице. — Моя свобода взамен на становление демоном, — серьёзно ответил экс-капитан, приоткрывая глаза. Будущий Эмма вздрогнул: ранее глаза Ичимару были ярко-голубыми, а теперь — тёмно-красными, цвета зрелой вишни. — Поэтому, Ичиго-кун, доброй ночи. Приятно познакомиться — демон Уныние к вашим услугам! «Вот это поворот!» — воскликнул Хичиго, роняя челюсть. У временного шинигами не было слов, поэтому он лихорадочно выдал, немного подумав: — Но я не видел тебя на собрании демонов в Коко Генрё Ринью! — вспомнил маленькую деталь парень, ткнув пальцем в расслабленную тушку Ичимару. — Ты был на сходке демонов? Молодец, Ичиго-кун, ты такой же шустрый, как и раньше, — усмехнулся Гин. — Но я стал Унынием позже этого. А теперь не поведаешь мне, как ты тут очутился? Следующий час Ичиго тренировался в ораторстве, описывая всё, что произошло, начиная с предательства Готтея-13 и заканчивая встречей с предателем Общества Душ и Айзена с маленькой армией арранкаров. Новоиспечённый демон внимательно слушал, иногда вставляя уточняющие вопросы и ремарки, а в конце истории восхищённо свистнул, когда Ичиго материализовал огненные крылья. О том, что это мог быть козырь в битве с Ичимару, Куросаки не думал, считая, что эффект неожиданности не продлился бы долго. — Да и твоя реатсу резко возросла после нашей последней встречи, когда я в жёлтых софитах вместе с двумя напарниками сказал «пока-пока» Сейретею, — заметил мужчина. — Если обучить тебя Кидо, то ты легко переплюнешь в этом даже Соуске! — он резко замолчал, а потом вкрадчиво спросил: — Ичиго-кун, ты ведь должен победить всех демонов, пройдя их испытания? — Да, — Ичиго насторожился. Тон, которым спросил собеседник, не понравился. — А что? — Моё испытание будет интересным, — растянул губы в гаденькой улыбке Гин. — Я приму тебя как нового Эмму Дай-О только после того, как ты обучишься у меня всем Хадо и Бакудо. Хорошо, Ичиго-кун? — А у меня есть выбор? — безнадёжно ответил вопросом на вопрос и. о. шинигами. — Нет, — довольно произнёс экс-тайчо. — Начнём с основ. Сверху парил каменный лотос, на котором восседали две девушки, которые, удовлетворённо кивнув друг другу, довольно улыбнулись, глядя на то, как новый демон начинает вбивать в будущего Эмму азы контроля реатсу. Куросаки был способным, но тут понадобился более опытный учитель, чтобы развиваться дальше. *** — Зачем мне играть в шахматы, которыми я пользоваться научился совсем недавно? — нервно спросил Ичиго, рассматривая то, как Ичимару с усмешкой расставляет фигуры. — Это великая игра, которая тренирует мозги, мой юный ученик, которых тебе так не хватает, — ответил Гин, потирая ладошки в предвкушении интересной партии. — Вчера я объяснил тебе правила, а также рассказал о первом в твоей жизни Хадо, которое ты мне и продемонстрировал, — перед внутренним взором пронеслось чудное видение, где невидимая разрушающая волна реатсу смела всё на пути. Глядя на впадину, ранее бывшую чудесным песчаным барханом, мужчина хмыкнул и закатил ещё одну многочасовую лекцию о Кидо и о контроле непутёвой реатсу Куросаки. А потом новый демон нехорошо улыбнулся и сказал о смене тактики. Что проводник душ и наблюдал сейчас в виде новой техники сенсея. — Принцип первого Хадо помнишь? Про заклинание я даже не заикался. — Да — кивнул парень. — Выставить руку вперёд и выпустить небольшое количество реатсу в виде невидимой духовной волны. — Молодец. И помни — небольшое количество энергии, — напомнил шинигами, пакостно усмехнувшись. — А зачем мне это было вспоминать? — насторожился будущий Эмма, нутром чувствуя подвох. — Двигать фигуры в шахматах мы будем с помощью этого Хадо, — челюсть временного шинигами поприветствовала песок под ногами. — А если собьёшь доску — будешь собирать всё заново и ставить в порядке, в котором они стояли до этого. Белые или чёрные? — с любопытством поинтересовался экс-капитан, наблюдая постную мину ученика. — Чёрные, — вздохнул он, мысленно проклиная мир за то, что Ичимару выбрал такую странную тренировку. «Хоть раз в жизни совместишь два дела, полезных для твоего развития, — одобрительно отозвался Хичиго. — Поначалу с шахматами помогу, так и быть. Но реатсу — твоя забота, понял, Король?». — Белые ходят первыми, — Ичимару выставил руку перед светлой пешкой и произнёс: — Хадо 1: Шью[1], — фигурка плавно сдвинулась на две клетки вперёд. — Твой ход, Ичиго-кун. «Ходи тоже пешкой, любой, на одну или две клетки вперёд», — подсказал Широсаки, лениво разглядывая ситуацию на поле. Вайзард вытянул руку перед пешкой и сосредоточился изо всех сил: — Хадо 1: Шью! Выстрел духовной волной. Песок взметнулся вверх вместе с доской и шахматами. Фигурки разлетелись во все стороны, от которых Ичимару с лёгкостью увернулся. — Тренировка будет интересной, — прошептал под нос Гин, угорая из-за нерадивого ученика, ползающего на карачках в поисках несчастных шахмат. *** — Хадо 1: Шью, — мужчина сдвинул тура с места, а потом с дьявольской улыбкой заключил: — Тебе мат, Ичиго-кун, — на что Куросаки в облегчении откинулся на спину. Несмотря на то, что он проиграл первую партию, парень был искренне рад, что несчастная духовная волна стала получаться не такой разрушительной. Хотя только под конец партии доска с фигурками перестала летать над вечно пригибающимся учителем, который раз за разом заставлял искать злополучные шахматы и продолжать играть. — Наконец-то, — простонал и. о. шинигами, разминая затёкшие плечи. — Ичиго-кун, — позвал экс-капитан, — как у тебя с меткостью? Под ложечкой опять неприятно засвербело, после чего он сглотнул и ответил: — Посредственно, если честно. Улыбка предателя Готтея-13 стала только шире, после чего он вытянул перед собой один палец и, едко усмехнувшись, медленно и с расстановкой произнёс: — Хадо 2: Ароенайи[2], — появившаяся стрела из реатсу устремилась вдаль, метко сбивая одну из установленных ранее мишеней, которые будущий Эмма не заметил: — Будем тренировать. Ичиго оставалось лишь молиться. И то, неизвестно кому. *** В день Куросаки изучал одно Кидо и одно Бакудо. По нехитрым подсчётам оказалось, что здесь он застрял на сто дней, потому что, как оказалось, самое сложное Бакудо делится на три песни. Пока он рвал волосы от такого количества дней, за которые он смог бы победить много демонов, Ичимару пытался объяснить, что он может приходить сюда только на тренировки, а в остальное время — свободен, как ветер. Когда до воспалённого мозга парня дошёл глас Гина, он так обрадовался, что спонтанный Бьякурай[3], четвёртое Хадо, попал точно в цель. Ичимару приоткрыл один глаз вишнёвого цвета и удивлённо присвистнул от причуды Ичиго. Новый демон до этого бессовестно ржал на пару с Пустым во внутреннем мире от кривых рук временного шинигами, поскольку меткость поражала обоих зрителей промахов феноменальной неточностью. Гин не знал, почему проводник душ внезапно сошёл с ума, когда он сказал об этом, но парень сначала по непонятной причине снял один варадзи, а потом скрылся из виду с криками: «Добби подарили носок! Добби теперь свободен![4]» Экс-капитан подумал, что измерение немного однообразно, раз даже непривередливый Куросаки тут повеситься хотел. И повесился бы, если бы было на чём. И если бы не комментарии Уныния. «Засиделся я что-то!» — посетовал Вайзард, сбежав в шунпо от нового учителя. — Надо бы к Смерти заглянуть, новости узнать».