Серпантин

Притормозив на перекрестке, Уле остановился у загоревшегося красным светофора и взглянул на жену. Натали была бледна, а залегшие под глазами круги красноречивее слов говорили о проведенной ночи без сна. Угрызения совести не заставили себя ждать. Его способность к быстрому засыпанию практически в любых обстоятельствах чаще всего была неоценимым благом, особенно в соревновательный период, но сейчас явно оказалась некстати. - Не переживай так, все будет нормально, - стараясь придать своему голосу уверенность, сказал он, снова нажимая на газ. - Угу… - неопределенно ответила Натали, смотря куда-то вдаль. - Любимая, перестань, ведь это всего лишь предварительные результаты обследования. Почему ты так негативно настроена? - А какие шансы, что финальные будут другими? - Даже если и не будут… Ничего страшного же у тебя не нашли! - Господи, и чем я провинилась? – покачала головой Натали, открывая сумку и вытаскивая какие-то бумажки. Полистав их несколько минут, она сказала: - Ты, конечно, извини, что я так прямо, но мы с тобой сегодня должны заняться сексом. До овуляции два дня. Лучшего времени не придумать. - Слушай, я как бы и так собирался, учитывая, что мы месяц не виделись. Соскучился же! - рассмеялся Уле. - Видно не очень соскучился, раз по приезду вчера сразу завалился спать. Раньше после месяца без секса ты бы мне устроил ту еще феерию. А тут… Стареешь что ли? - Нат, остановись. Ты сейчас наговоришь мне гадостей, а потом сама же будешь жалеть. Я лег спать, потому что было поздно, да и дорога меня вымотала. К чему спешка? Сейчас приедем и все устроим. С делом, толком и расстановкой, м? – улыбнулся он ей. - Ты очень изменился… - покачала в ответ головой Натали. Уле вздохнул и повернул к дому. Остаток дня был посвящен тому, чтобы помириться и сделать возможным секс вечером. К счастью, Натали тоже прекрасно понимала необходимость хорошего, положительного настроя, а потому взяла себя в руки и даже принялась шутить, рассказывая об очередном приключении своей сестры Саскии. Активная, предприимчивая женщина, та имела просто дар вляпываться во всяческие истории. К наступлению вечера они уже вполне помирились, и неприятный утренний разговор был забыт. Натали приготовила вкусный ужин, еще более настроивший их на романтический лад. - Не знаю, конечно, насколько эффективнее будет использование этой новой техники лыжного хода, но почему бы не попробовать? До Олимпиады еще три сезона. Можно поэкспериментировать, - увлеченно размахивал Уле вилкой, вещая Натали о том, что занимало его ум. Ее же ум занимало нечто иное: - Да, попробуй конечно. Слушай, уже пять часов… - И что? – не понял он. - Ну, врач говорил, что это лучшее время для зачатия… - О! – Уле осекся и как будто даже смутился. – Что ж, труба зовет, да? Натали сконфуженно улыбнулась. Очарование вечера было разрушено. Они встали и, не зная, куда деть руки, глаза, мысли, молча направились в спальню. Там все тоже происходило как-то скомкано. Понимая, что они, а в первую очередь он сам, близки к краху, Уле решил перехватить инициативу. - А давай у стенки? Мы еще так не пробовали… - заговорщицки прошептал он на ухо жене в промежутке между поцелуями. - Что? Господи, Уле, откуда в тебе это берется? Нет-нет, лучше в другой раз, сейчас надо лежа, - категорически не согласилась Натали и увлекла мужа к кровати. Там все тоже не пошло, как по маслу. Напряжение и стресс сказывались. Таких долгих прелюдий, как за последние несколько месяцев, у них еще не бывало. Это не могло не нервировать. - Нет-нет, ты что! – спохватилась Натали и уперлась руками мужу в грудь, когда тот попытался перевернуться на спину. – Так нельзя! - Да почему? – пытаясь унять раздражение, удержал ее Уле. – Ты же так любишь. - Так любишь ты, а не я. А для зачатия нужна только эта поза. Она все же высвободилась из его рук и, перевернувшись на спину, ожидающе посмотрела на него. Уле вернул ее взгляд на несколько секунд и, поняв, что она серьезно, встал с кровати и направился в ванную. - Ты куда? – воскликнула Натали. - Прости, но я так не могу. - Что значит не можешь? - Совершенно естественно. Не могу. - Ты не шутишь? - Какие уж тут шутки. Так и до комплексов недалеко… Любимая, тебе не кажется, что ты слишком заморачиваешься? - Я не могу не заморачиваться, - встала с постели и Натали и пошла следом за ним в ванную. – Вспомни, сколько мне лет. - Ты не даешь мне забыть. Только мне почти столько же, а я почему-то проблемы в этом не вижу. - Я женщина! А ты мужчина, - она подошла сзади и положила свои руки ему на плечи. – Так что сделай, пожалуйста, то, что должен. И если я тебя не возбуждаю, то можешь представить на моем месте… не знаю, да хоть Анджелину Джоли. Некоторое время он пристально смотрел на нее, будто не узнавая, а потом взял за руку и повел обратно в спальню. Он все же сделал то, что должен был сделать мужчина. Но какой ценой. Для самого себя, для нее, для их брака. - Даша… - выдохнул Уле в момент оргазма и ласково поцеловал жену. Она с удовольствием ему ответила и, дождавшись, когда он скатится на бок, быстро перевернулась и встала в позу березки, упершись ногами в стену. - Это что еще за акробатика? – рассеянно прошептал он, чувствуя, как накатывает сонливость. - Так надо, - улыбнулась Натали. – Что такое даша? Очередное норвежское ругательство? - А? О чем ты? - Ты во время оргазма сказал это новое слово – даша. Это по-норвежски? Что обозначает? - Да, это такое слово… - Уле повернулся на спину и посмотрел в потолок. – Обозначает… победу… восторг… красоту… Это хорошее слово. Спокойной ночи, Нат. И он выключил торшер.