Серпантин

- Я ждала тебя, так ждала, ты был мечтою моей хрустальноююююю…. Угнала тебя, угнала! Ну и что же здесь криминальногооооо?! – голосила Даша неувядаемый хит девяностых, стоя в ванной у зеркала и укладывая волосы. В дверь постучали, и она пулей бросилась открывать. Жили в этот раз на одном этаже с украинцами, надо было приложить максимум усилий, чтобы те остались непосвященными в ее маленький секрет. Если это вообще было актуально… - Привееет, - прошептала Даша и тут же повисла на шее у Уле, едва за ним закрылась дверь. - Ну здравствуй, - поцеловал он ее. – У меня плохая новость. Цыбульский видел, как я заходил в вашу гостиницу. Судя по его взгляду, он о чем-то догадывается. - Угу, может быть, но он не расколется. Не в его интересах, - продолжала шептать ему в губы Даша. – Забей… Поцелуй… Слава Богу, он послушался. Видимо два золота в эстафетах немного сгладили дурное расположение духа после не сложившегося, с точки зрения личных амбиций, главного турнира сезона. Да, Чемпионат мира-2011 остался позади, и Даша выиграла в нем серебро масс-старта и эстафетную бронзу. Не золото, но тоже неплохо. Тем более в эстафете. Ей точно было, что праздновать. И она точно знала, КАК хотела отпраздновать, о чем и написала Уле в смс. В подробностях. Соревновательное воздержание давало о себе знать. На долгие прелюдии не было ни сил, ни желания. С первых же секунд наслаждение накатило мурашками, тугим напряжением внизу живота, колотящимся сердцем, немеющими ногами, полностью потопило в себе. Через пару минут Даша уже ритмично стонала, то комкая руками простынь, то крепко, до немеющих пальцев, хватаясь за изголовье кровати. - Шшшшш, - выдохнул Уле, накрывая ртом ее дрожащие губы и замедляя движения, когда стоны стали переходить в крики. Разбуженные украинцы были, конечно, ни к чему. Cтараясь быть тише, Даша выдыхала рывками ему в губы, целовала, забывала вдохнуть, крепко цеплялась за его мокрые сильные плечи, а пальцы ехали по влажной коже, соскальзывая через локти, к мощным запястьям, и простыни уже липли к спине, резали сбитыми складками… - Перевернись, - сипло прошептала она, крепко упираясь руками ему в грудь. Он послушался, и вот она уже сверху, выпрямляется, встряхивает липнущими к шее влажными волосами, давая ему возможность зарыться в них руками. И они продолжают. Даша стонет, захлебываясь воздухом, а колени разъезжаются на сбитых простынях, дрожат сладкой обессиливающей дрожью, заставляя снова прижиматься к нему, тяжело дыша, слипаясь грудь к груди… - Боооже, о Бо-же, - прошептала она по-русски, когда все было кончено, и тут же обессиленно рассмеялась ему в ухо, ощущая кожей, как и его губы растягиваются в улыбке. - Ну ты и выдала, - хрипло сказал он с явным одобрением в голосе. Отдышавшись, она скатилась с него и, с удовольствием потянувшись, заявила: - Да, мы сегодня крутыыыые. - Мы всегда крутые, разве нет? – усмехнулся он, удовлетворенно и слегка самодовольно выдыхая. Ну чисто кот, объевшийся сметаны! - Сегодня ваще улет! – рассмеялась Даша, рассматривая потолок. - Я рад, что тебе понравилось… В комнате воцарилась тишина, и можно было бы уже идти в душ, а потом засыпать, как вдруг он спросил: - Ты считаешь, я старый? Даша даже привстала на локте от изумления: - Что? Нет, конечно! С чего вообще эти мысли? Тем более после такого секса… - хихикнула она, но, не увидев на его лице улыбки, продолжила серьезнее. – Я так не думаю и никогда не думала. - А вот Натали, видимо, думает… Даша вздрогнула. Он практически никогда не упоминал имя жены, когда они были вместе. Будто бы ее вообще не существовало. Это казалось не то чтобы странным, но слегка неестественным и все больше напрягало. Такое поведение можно было бы понять в начале их отношений, когда на серьезность они не претендовали. Сейчас же все обстояло не совершенно, но все же несколько иначе, и Даша вот уже месяц пыталась собраться с духом, чтобы завести этот самый “сложный” разговор. Потому что ну сколько можно? Пора бы расставить точки над i. Конечно, она очень боялась поднимать тему брака Уле, боялась его реакции. Потому то, что он сам завел этот разговор, несказанно ее обрадовало. Призывая в помощь Бога, ангела-хранителя и свой собственный ум, Даша издала тихий звук, говорящий о том, что она готова слушать дальше, и он продолжил: -Она считает, что мне пора заканчивать со спортом. Что мои результаты уже не те, что пора утихомириться и все в таком духе. Уле замолчал, и Даша поняла, что нужно что-то сказать. - Я не согласна с твоей женой, - заявила она. - Правда? Почему? – явный интерес в его голосе вселял надежду. Теперь главное было не ошибиться, постараться найти нужные слова… - Все эти неудачи – они временные. Просто нужно что-то поменять в подготовке. - И я так думаю, но знала бы ты, что пишут норвежские журналисты... - Милый, это участь великих спортсменов. Относительные неудачи и спады воспринимаются как нечто немыслимое и не имеющее право на существование. Абсолютно у всех бывают функциональные и стрелковые провалы. Но стоило произойти спаду именно у тебя, как весь околобиатлонный мир бьется в каких-то истериках. Кажется, журналисты просто не способны ни о чем больше думать, а тем более спрашивать и писать. Твоя беда в том, что ты слушаешь этих самых журналистов. Не самый лучший сезон – это лишь повод разобраться в себе и придумать что-то новое. А если бы не люди, придумывающие что-то новое, мы бы все до сих пор ходили в шкурах медведей и ели подножный корм… И вообще, может быть в твоей нынешней форме есть отчасти и моя вина… -Нда? Чем же ты провинилась? Вопрос Уле носил явно несерьезный характер, а значит его настроение УЖЕ ощутимо улучшилось после ее заурядных в принципе слов, и Даша поняла, что попала туда, куда надо, а потому тоже позволила себе легкий флирт: - Ну…. Сам знаешь, - пару раз хлопнула она ресницами. - Глупости, дорогая, ты здесь точно не при чем, - улыбнулся он. Несмотря на нынешний статус отношений, с недавних пор они вовсю называли друг друга ласковыми словами. Отсутствовали среди них лишь заветные “любимый/любимая”. - В любом случае, я с твоей женой не согласна. Ты сейчас в таком положении, когда можно позволить себе забыть о результатах и поэкспериментировать с формой. Да каждый мечтает о таком! Кроме того… я не хочу, чтобы ты заканчивал! Потому что… как же тогда я? Как же МЫ? - Ты моя хорошая… - усмехнулся Уле, обнимая и прижимая к себе девушку, целуя ее в висок. – Не закончу, не волнуйся. И МЫ с тобой в полном порядке. Еще повоюем и в Сочи медалей нагребем! Дашино сердце пело. О да! Это был правильный ответ с ее стороны. Натали, неужели ты настолько глупа, что говоришь своему мужу такое, неужели не видишь, что для него подобные слова хуже любого оскорбления?! Или просто настолько уверена в себе, в нем, в ваших чувствах, в вашем браке? Не стоит… Я здесь, и я только что поняла, что могу бороться с тобой.