Ярче солнца

И только когда я вышел на улицу, судорожно выдохнул, а затем глубоко вдохнул холодный воздух, чувствуя, как леденеет горло. Отойдя немного от многоэтажки, не оборачиваясь назад, я внезапно остановился, собираясь с духом, прокручивая в голове то, что сказал мальчишка. То, что подняло такие эмоции, которые все переворачивали на душе, словно выворачивая ее наизнанку, пытаясь обнажить то отрицательное, что было во мне. В груди защемило от обиды и какой-то досады. Посмотрев по сторонам, заметил, что на улице был один, и лишь снег мелкими хлопьями сыпал с неба, не торопясь, опускаясь на землю. Спрятав руки в карманы пальто, я сделал несколько медленных шагов, а затем, вновь остановившись, решительно направился домой, попутно пытаясь разобраться с тем, что произошло, так как в голове был полнейший сумбур, который вторил уязвимой в этот момент душе. Парень признался мне в симпатии… И это было действительно произнесено, так как со слухом у меня пока все в порядке, не то что с памятью. Ярослав… признался мне в том… что я ему нравлюсь… Это можно истолковывать по-разному, однако смысл останется все тем же. Ужасающим, неправдоподобным и каким-то… Противоречивые чувства не давали мне собраться, и я всего лишь за какие-то секунды почувствовал себя разбитым, ведь произнесенное так огорошило меня, внезапно ворвавшись в мою жизнь. Фыркнув, я покачал головой, не веря этим словам. Может, это было снова что-то из разряда его странных мыслей, сказанных вслух? Ведь до сегодняшнего дня, он не вел себя подозрительно и ничего не говорил касательно того, что случилось недавно. То, что он сказал, прозвучало для меня как-то ненормально, сродни какому-то ругательству. Однако Ярослав был серьезен, решителен, что указывало на то, что это не походило на его беззаботное поведение. Но он не должен был так поступать, не приняв во внимание мою реакцию. Нахмурившись, я плотно сжал губы, возвращаясь домой, а когда же пришел и зашел в свою комнату, ко мне сразу же наведалась Наташка, чтобы о чем-то рассказать, но когда она только хотела было поделиться со мной, я ей резко ответил, чтобы не приставала, а поэтому, замолчав, сестра покинула мою спальню, а я ощутил себя полнейшим идиотом, что сорвался на близкого человека, ведь ее вины в том, что произошло, не было совсем, но… Что же могло так повлиять на парня, что он такое мне сказал? Ведь не могло же простое общение со мной привести к такому, правда? А может, он просто-напросто запутался и как-то не так что-то воспринял? Возможно… сейчас у него был такой возраст, когда возникает подобный интерес, любопытство, так как он еще не совсем устоялся в своих каких-то взглядах, ведь они меняются с возрастом… Я не знал, что из всего этого, пришедшего в голову, могло хоть как-то оправдать, сказанное Ярославом. Ему всего шестнадцать лет, да и то не полных, но чтобы даже думать о таком… Я также не знал, как и реагировать на это, хотя и был наслышан о подобном. Я был весьма терпимым человеком, а поэтому моя реакция была сравнительно спокойной. Но одно дело, когда об этом где-то слышишь мимоходом, а совсем другое, когда такое происходит на глазах, да признаются не кому-то там, а именно тебе. Я не ожидал от Ярослава такого, да даже не подумал бы на него в этом плане, как он ошарашил меня, признавшись в своих чувствах. Однако думаю, это было вполне естественно с моей стороны, испытывать некое потрясение, удивление и озадаченность, да даже злиться. Я находился в смятении, а те слова, что так хотелось сказать, обратив в ругательства, рвались наружу, но я пытался их подавить, так как был не один дома и пугать никого не хотелось. Были ли эти чувства спонтанны или уже претерпели некоторое время? Когда у него подобное возникло по отношению ко мне? В какой день мальчишка осознал, что я для него больше, чем просто знакомый, да даже друг? Как он нашел в себе силы признаться мне в этом? Долго ли думал, прежде чем сказать? Бесчисленное количество вопросов враз навалились на меня, но, увы, на них я не мог найти ответа, так как мои предположения ровным счетом никакой правды не стоили, а написать ему или же позвонить я просто-напросто не мог, особенно после сегодняшнего вечера. Голова от всех размышлений разболелась не на шутку, а поэтому я позвонил в фирму. Отпросившись с подработки, так как работать в таком состоянии я совершенно не мог, весь вечер провел лежа на кровати, пытаясь ни о чем не думать, однако это получалось у меня весьма плохо, как бы я ни старался сосредоточиться на каких-то положительных моментах и воспоминаниях. Все было без толку, как и то, что в четвертом часу ночи я лежал с открытыми глазами, уже не предпринимая каких-то попыток заснуть, ведь понял, что ночь выдастся бессонной. А на следующее утро ничего не изменилось, кроме моего внутреннего состояния. Мне несвойственно длительное время думать о чем-то одном, ведь постоянно переключался на другое, а поэтому не отягощал себя лишним грузом раздумий. Однако после вчерашнего этот момент несколько поменялся. Дни пролетали за днями, и я не успел заметить, как за выходными началась следующая неделя и как она подошла к концу. Некоторое время я еще ощущал неприятный осадок после случая в четверг, однако, чем быстрее кончались сутки и начинались новые, тем больше я замечал, что сказанное мальчишкой было не больше, чем сон. Незначительное, но яркое, осознанное, но легкомысленное, этот вечер все дальше и дальше ускользал от меня, словно песок просачивался через пальцы. И вместе с этим блекли былые ощущения, поэтому я мог уже более трезво думать, не находясь под влиянием негатива и смешанных чувств. Но одно я уже осознал точно: виной тому, что парень перестал общаться со мной, было то, что он испытывал ко мне. Наверное, он просто-напросто испугался того, что обнаружил, однако вслух это было произнесено уверенно. Скорее всего, так и было, а поэтому он не мог видеться со мной, думая, что не сможет пока доверять себе в этом плане. Я не понимал Ярослава с одной стороны, но прекрасно понимал с другой. То, как бывает трудно порой прятать то, чему вообще бы не стоило потакать. Но он не стал себя оправдывать и сказал, как обстояли дела на самом деле, вероятно, посчитав, что будет лучше, если не станет тянуть с этой проблемой, ведь подобное может вылиться в нечто большее. Парень не хотел, чтобы это обратилось в боль, которую как-то нужно было бы лечить, либо же перебиваться временными заменителями. Он понимал все это, а поэтому сделал так, как посчитал нужным. Он не умел молчать. Было множество моментов, которые я не знал, как решить. Наверное, стоило попробовать пообщаться с мальчишкой и разъяснить, что я могу быть только его другом, не больше, так как его предпочтения меня не пугали, но отталкивало то, что это было направлено на меня. А может, нужно было бы разорвать с ним связь и больше не общаться? Это тоже было неким выходом, а поэтому я противоречил сам себе. Я хотел сохранить подобие нашей дружбы, однако для него, думаю, это будет недостаточно. — Костя, с тобой все в порядке? — внезапный голос девушки вырвал меня из своих размышлений, которые уже не казались столь навязчивыми. Я сидел один в столовой, так как сильно опоздал на первую пару, а поэтому решил остаток времени провести здесь и выполнить задания по курсам, что у меня не очень-то и получалось, так как все время отвлекался. — Да, все хорошо, — улыбнувшись, я отложил в сторону распечатки и уставился на Надю, которая присела напротив. — Да? Что-то как-то не заметно… Выглядишь мрачнее тучи, — та засмеялась и, откусив кусочек от выпечки, которую взяла вместе с чаем, обратила свой взгляд на людей в помещении, а затем вновь на меня. — А где Женька? — внезапно она перевела разговор на другую тему, чему я был только рад, так как уже думал насчет того, что бы ей такого сказать. — А он… — тяжело вздохнул я, — спит, и… навряд ли приедет на первые пары, раз сразу не встал, — спрятав распечатки и тетради в сумку, я попытался сделать более беззаботный вид и быть проще, хотя и немного загрузился произошедшим. Прошло достаточно времени, чтобы все обдумать как следует, но ничего не приходило в голову. — Понятно… — девушка допила чай и доела булочку, но продолжала сидеть со мной. Но я молчал, смотря по сторонам, да и одногруппница более не тревожила меня, просто составив компанию. Когда же подошло время следующего предмета, мы с девушкой направились в другой корпус, попутно болтая об учебе. Раздумья, которые меня одолевали, плавно начали отпускать. На произошедшее я решил забить, а поэтому больше не заморачивался на этот счет, ведь с Ярославом я не намеревался больше общаться. Думать так было легче, чем претворить мысли в реальность.