«Заяц»

31 Декабря «— Все мы люди, - развела руками женщина депутат, обращаясь к ведущим информационно-аналитической программы. - Не надо забывать, что многие работают в сфере обслуживания и... — Простите, - перебил ведущий. - Но ведь можно работать сверхурочные часы за дополнительную оплату». Нормунд находился в кафетерии железнодорожного вокзала. Двадцатипятилетний парень с короткой стрижкой в коричневом свитере с продольной жёлтой полосой, идущей от плеча к поясу, попивал кофе и смотрел телевизор. Вокруг стоял шум. Чтобы услышать речь ведущих и депутата, приглашённую в качестве гостя, приходилось напрягать слух. Нормунд сделал глоток и, слегка прищурившись, вновь уставился в экран. «— Безусловно, - согласилась политик с выдвинутым мнением. - Но, по большому счёту, это распространяется на частные компании. Там имеются руководители, которые выдвигают свои требования. Что же до государственных организаций, то тут дела обстоят немного иначе... — К примеру? — Частные организации, - поясняла она ведущим и телезрителям, - принимают на работу исключительно тех людей, которые проживают в непосредственной близости. Им невыгодно нанимать человека, который проживает в другом городе. Увы, это факт, и тут мы бессильны. Государственные же организации не отбирают рабочую силу по данному критерию. Мы должны учитывать интересы наших работников, среди которых полицейские, врачи, пожарные... — Работники транспорта, - поддержала ведущая дискуссию. - Скажите, пожалуйста, вот вы и ваши коллеги в Комитете по делам сообщения и транспорта Рижской думы утвердили поправку к правилам пользования общественным транспортом, предусматривающую ограничения его работы в праздничные дни. Получается так, что государственные организации сейчас будут работать неполный рабочий день? Как сообщает служба новостей нашего канала, на железнодорожных и автовокзалах творится хаос. Многие оставляют свои авто в гаражах. И это не только в Риге. Люди спешат уехать, потому как после восьми вечера транспорт курсировать уже не будет. Получается: «Кто не успел, тот остался?». — Городской транспорт курсировать будет вплоть до десяти вечера. Кто вам сказал, что до восьми? — Ну как. Ведь говорилось... — Слышим звон, да не знаем, где он, - недовольно перебила женщина-депутат. - Данные ограничения наложены лишь на междугородние и международные поездки. Тем более, как вы правильно заметили, поправки были приняты уже неделю назад. — Да, но большинство тридцатого числа ещё находились на рабочих местах. — Мы тоже работали тридцатого, - политик подчеркнула это высказывание. - Но это был сокращённый день во всех государственных учреждениях. — Мы работали полный день, - улыбаясь, пояснил ведущий. — Как уже говорилось ранее, - отвечала депутат в строгом костюме, никак не отреагировав на юмор. - Частные организации контролировать мы не в состоянии. Вы же являетесь именно таковой. Поэтому тут всё зависит от вашего работодателя и непосредственно вашего согласия. Тридцатого числа поезда и автобусы работали в усиленном режиме вплоть до одиннадцати вечера. Сегодня транспортное сообщение так же работает в усиленном режиме. Автобусные компании удвоили рейсы по всем направлениям страны и за её пределы. Железнодорожная ассоциация так же пошла навстречу и ввела дополнительные поезда. По нашим данным, сегодня отменены любые грузоперевозки по железнодорожным путям. От нашего решения пострадало множество компаний распространителей и поставщиков, потому как товар не попадёт в нужные сроки к месту назначения. Мы жертвуем этим для того, чтоб люди смогли попасть к родным и близким на праздники. — Как мы с вами наблюдаем из сводки новостей, они не успевают. — Пора бы уже научиться планировать, а не отодвигать всё на самый последний момент, - сухо отвечала депутат. - То же самое и с покупками в магазинах. Отовариваться нужно ранее. Всем известно, что цены в канун праздника стремительно возрастают, хотя это личное дело. Другое дело люди, работающие на транспорте. Чем они хуже других? Разве они не заслуживают встретить праздники в кругу семьи? Машинисты отвозят вас в одну сторону, но им ещё нужно вернуться обратно, а вернуться они смогут, в лучшем случае, лишь после боя курантов или к утру. Давайте будем уважать друг друга. Временами следует подумать не только о себе, но и о враче, который лечит вас в больнице. Подумаем о кассире, который продаёт билет на транспорт. О шофёре транспортного средства, который везёт вас в пункт назначения. Все они так же заслуживают быть в кругу семьи в канун Нового года. Если мы будем эгоистичны, то это нам ничего не даст, и мы так и не научимся понимать друг друга. — Я с вами полностью согласен. Спасибо, что выделили нам своё время. Уважаемые телезрители, напоминаем вам, что сегодня введены ограничения на междугородние и международные поездки. Авто и железнодорожные вокзалы по всей стране работают до восьми вечера. На экранах ваших телевизоров вы видите номера горячей линии. Звоните и интересуйтесь расписанием поездов и автобусов. Через пару минут к нам присоединится метеоролог, который поведает о надвигающемся снегопаде. Одевайтесь теплее, выходя на улицу». Раздался писк, который отвлёк Нормунда от экрана. Парень слегка задрал свитер кверху и глянул на пейджер. Прочитанное его не обрадовало: — Да-да, - бубня про себя, выключил он «пищалку» и спрятал обратно. - Уже иду. Поднявшись с места, он допил кофе и вернул чашку на столик. — Яна! - подняв руку, выкрикнул девушке примерно его лет. Яна работала менеджером в кафетерии, но сегодня из-за большого потока посетителей ей приходилось маневрировать между столиками с подносом в руках. Вместе с ней работали ещё шесть девушек и бармен Рик. Они не успевали обслуживать такой поток клиентов, который с семи утра лишь нарастал. Никогда ещё ранее вокзал не был столь оживлённым. — Иди! - выкрикнула она ему, собирая посуду на поднос с только что освободившегося столика. - Потом рассчитаешься. Я запишу, мне не до тебя сейчас. — Яна, - приблизилась к ней официантка Лейла. - На складе закончились салфетки. Посудомойка не успевает. На кухне гора грязной посуды. Нет кофейных чашек, и катастрофически не хватает столовых приборов. Что делать? — Чёрт, - устало выдохнула менеджер и поставила поднос на столик. - Я сейчас вызову кого-нибудь ей на помощь. Сообщу Мареку, чтоб прислал дополнительную посуду. Ты беги в магазин, что в конце вокзала, купи салфетки. Бери сразу оптом. Только чек не забудь, пусть пробьют на наше заведение. — Хорошо, - девушка поспешила выполнять поручение. Яна достала телефон и набрала номер. В одной руке она держала сотовый, прижимая его сильнее к уху, чтоб приглушить шум, доносящийся из зала, другой продолжала собирать посуду. — Лейла! - резко обернувшись, добавила вслед: - Печать не забудь! Пусть печать поставят на обратной стороне чека. — Хорошо, - выбежала та в зал вокзала. — Нормунд! - Яна приметила всё так же неподвижно стоящего парня. - Проваливай отсюда. Не нервируй меня. Потом сочтёмся. — Ладно, - парень понял, что лучше прислушаться к её словам. Махнув рукой, он так же скрылся за дверью и вышел в холл. — О, боже, - тихо прошептал он, увидев, что тут и яблоку упасть негде. - Полный дурдом. Люди в куртках и меховых пальто пробегали мимо него. Слышался плач малышей. Дополнял этот хаос голос из динамиков, который то и дело напоминал о принятой поправке и сообщал об отбытии поездов. Глянув на вокзальные часы, украшенные гирляндами и лампочками, парень вспомнил про сообщение на пейджере и ускорил шаг. Приходилось буквально протискиваться, чтоб дойти до служебного входа, который находился у эскалатора. Нечаянно парень столкнулся с девушкой. — Простите, - не останавливаясь, извинился он перед ней. — Ничего, - та, оставаясь на месте, продолжила смотреть вверх. Девушка невысокого роста, примерно двадцати двух лет, в светло-бежевом пальто стояла посреди холла вокзала и смотрела на большое табло. Длинные русые волосы ложились на её хрупкие плечи. Быстро одно название остановки сменялось другим. Помещение центрального холла вокзала было украшено всевозможной мишурой. С потолка свисали громадные цветные шары, бумажные поделки ручной работы, разноцветные звёзды и мигающие гирлянды из лампочек. У эскалатора, за которым скрылся Нормунд, стояла белая и пушистая искусственная ёлка. Её окружали «подарки». По виду можно было догадаться, что это обычные продуктовые коробки в обёрточной бумаге с изображением снеговиков, снежинок и прочих новогодних персонажей. Девушка продолжала стоять в самом центре и уже любоваться переливом лампочек, которые молниеносно бегали по стене, изображая Деда мороза в санях. Не обошлось и без Рудольфа. У сказочного персонажа вместо носа крепилась красная лампочка. С интервалом в три секунда она мигала. — «Уважаемые пассажиры и встречающие, - вновь разнёсся по всему залу голос из динамиков. - Информируем вас, что сегодня, согласно принятой поправке - сокращённый рабочий день. В связи с этим вокзал работает до 20:00. Последнее отправление поезда №224 на Вентспилс в 19:15. Последнее отправление поезда №114 на Ригу в 19:35. Убедительная просьба: следите за своим багажом. Администрация вокзала не несёт ответственности за утерянные вещи. Уважаемые пассажиры: поезд №634 с маршрутом Тукумс-Рига отправляется с первого перрона второй платформы через пять минут. Поезд №242 с маршрутом Тукумс-Вентспилс отправляется со второго перрона первой платформы через десять минут». Голос в динамиках замолк. Девушка продолжала разглядывать помещение. Сильный толчок пошатнул её. Она обернулась, уводя взгляд от Рудольфа. — Простите, - извинился интеллигентного вида мужчина. Не сбавляя ход, он поспешил к кассам. Девушка натянуто улыбнулась. — Милая, - раздался нежный и тихий голос за спиной. Та никак не отреагировала, не слыша ничего и никого в этой суматохе. — Синди! - громче позвал её голос. — Жора, - обернувшись, тихо произнесла она, поглядывая по сторонам. - Что мы тут делаем? Ты сказал, что будет что-то романтичное, но, кроме хаоса и шума, пока ничего не наблюдаю. — Секундочку, - парень просунул руку в карман. - Всё это поправимо. Светловолосый кудрявый юноша, одетый в коричневую дублёнку, улыбался своей подруге. Девушка заинтриговано наблюдала за ним. Тот достал небольшую коробочку синеватого цвета и открыл её. — Жора, - глаза Синди округлились, увидев золотое колечко. - Ты... Ты... — Милая, - не обращая ни на кого внимания, парень встал перед ней на одно колено. Смутившись, она мельком посмотрела по сторонам, но никто не обращал на парочку внимания. — Быстрее, - донёсся издали глухой женский голос. - Мы не успеем на поезд. — Синди, - юноша не сводил глаз со своей спутницы. - Ты станешь моей... — Живее, - раздалось уже совсем близко. Из толпы показалась весьма полная женщина. Она не шла, а с трудом переваливалась. За руку полная дама вела маленькую девочку. Позади них шёл худощавый мужчина вместе с юношей. На лице парня читалось явное недовольство. — Станешь моей... - Жора продолжал зачарованно смотреть на Синди. - Ау! Громкий выкрик пронёсся по залу вокзала. — Ау? - с непониманием переспросила Синди. — Коза! - коробочка выпала из рук, и парень схватился за ногу. - Она мне на ногу наступила. — Живее, - не останавливалась дама с двумя подбородками, держа курс к кассе. - Опоздаем. — Папа, - сказал юноша, проходя мимо стонущего Жоры. - Мама уже третьему ногу отдавила. Мужчина с сожалением посмотрел на скорчившегося парня, затем на сына и обречённо вздохнул. Оба старались не отставать. — Жора, - перепуганная девушка присела на корточки. - Она тебе ничего не сломала? Ты идти можешь? — Корова жирная, - грозно прошипел парень. Синди видела, как тот пытается сдерживать боль, стиснув со всей силы зубы. — Это плохая затея, - помотала она головой и подняла коробочку с кольцом. - Нужно вызывать скорую. Ты можешь подняться? — Скорую? - тяжело произнёс юноша, вставая на ноги. — Нужно ехать в больницу. — Нет. Новый год я не собираюсь встречать в больничной койке. Я хочу слышать бой курантов, а не писк какого-нибудь медицинского аппарата. — Жора, - решила девушка помочь своему возлюбленному. - Обопрись на меня. Пойдём на выход, пока нас вовсе не раздавили. — Чёрт возьми, - не успокаивался парень. - Люди озверели. Что это с ними такое? — Жора, это Новый год. Разочарованная парочка не спеша направилась к выходу. — Кольцо, - опомнился парень и посмотрел назад. — У меня, - поспешила Синди успокоить его. - Я подняла. Оно у меня. Пошли отсюда. Почему вокзал? Было бы куда романтичнее в парке. Приедем домой, сделаешь мне предложение, лёжа в кровати с перебинтованной ногой. — Нет. От задуманного не отступаю. Они вышли через главные двери на улицу. — «Уважаемые пассажиры: Поезд №634, следующий по маршруту...». — Это наш, - прибавила полная дама шаг. У кассы выстроилась живая очередь. — Мама, - сын так же приметил длинное «препятствие». - Говорил ведь, что не успеем. Это не последний поезд на сегодня. Куда мы так несёмся? У меня уже ноги гудят. — Вы оба, - несмотря на свою полноту, резко обернулась та. - Спешите на перрон. Если поезд тронется, тормозите, как хотите. А ты, милая, - повела она дочку к кассе, - поможешь маме. Непонимающим взглядом парень проводил мать и сестрёнку, затем повернулся к отцу: — Папа, она ведь это несерьёзно - тормозить поезд. — Автобус, - вздохнул устало мужчина, держа сумки в руках, - приходилось. Но чтоб поезд... Это нечто новое. — Интересно, - повернулся юноша в сторону кассы. - Как она намеревается миновать очередь? — Женщина с ребёнком! - раздался громкий выкрик. - Пропустите, женщина с ребёнком! Отец с сыном озадаченно переглянулись. — Пропустите, прошу вас, - с дочерью на руках женщина пробивалась к кассе. Пассажиры давали ей дорогу, то ли понимая срочность дела, то ли просто побаиваясь перечить особе внушительных размеров. Через пару секунд «женщина с ребёнком» уже стояла у кассы. Впереди неё было лишь одно препятствие - пенсионерка. — Сынок, - обращалась пожилая женщина к молодому кассиру, - мне туда. — Бабушка, - отвечал парень сдержанно, - «туда» поезда не ходят. Как называется остановка? Куда путь держите, бабушка? Полная женщина с дочерью на руках терпеливо ожидала. Вероятно, проснулась совесть. Она в какой-то мере понимала, что пенсионерку отодвигать в сторону - это уже сверхнаглость. — Кемери? - переспросил кассир у пожилой женщины. — Что? - нахмурилась старушка, не расслышав его слов. — Простите, - отбросив совесть, протиснулась полная женщина. - Мы опаздываем. Я мигом. Благодарю. Не успела старушка очухаться, как та уже обращалась к молодому кассиру: — Два взрослых и два льготных на Ригу. Юноша озадаченно смотрел то на бабушку, то на нетерпеливую дамочку. — Побыстрее, пожалуйста, - не успокаивалась та. - Мы опаздываем. — Почему вы без очереди? - возмутился парень. — Мы опаздываем, - стояла та на своём, затем посмотрела на бейджик с именем, прикреплённый к коричневому свитеру кассира. - Нормунд, пожалуйста, быстрее. — Мама, - устало проговорила девочка. - У меня голова бо-бо. — Так, - Нормунд легонько помотал головой. - Кому и куда пробивать? — Мне, - встряла полная женщина, не дав сказать старушке и слова. - Два взрослых и два льготных. — С вас 7.40. — Да, сейчас. Одной рукой пассажирка принялась доставать кошелёк. Девочка на руках явно мешала ей двигаться. — Простите, - обратилась она к пенсионерке и протянула ей дочку. - Подержите пару минут. У старушки рот открылся от удивления. — О, боже, - прошептал Нормунд, затем добавил вполголоса: - Поставьте девочку на ноги. — Верно, - опомнилась женщина и, достав кошелёк, обратилась к пенсионерке. - Простите. Совсем не подумала, что сказала. Быстро, как только могла, пассажирка выложила деньги. Парень протянул ей билеты и начал отсчитывать сдачу. — Спасибо, - схватила она в одну руку билеты, другой девочку. - Сдачу отдайте этой понимающей бабушке. Быстрым шагом женщина направилась в сторону раздвижных дверей, которые выходили на платформы. Девочка чуть ли не бежала позади. — Я вам что сказала? - недовольно встретила она сына с мужем. - Живее. Поезд сейчас уедет. Семья безмолвно поспешила к выходу. Спешили и другие пассажиры. Раздался протяжной гудок поезда на Ригу. — Кемери? - громко переспросил Нормунд у пенсионерки. — Да, сынок, - кивнула она ему. — Точно? - парень убеждался, что именно туда ей нужно. — Да. — Психбольница, - позади старушки недовольно пробормотал мужчина. — 2.20, - начал кассир пробивать билет. — Сынок, - пенсионерка принялась копаться в сумке. - Подожди, у меня удостоверение есть. Раздался недовольный стон людей, ожидавших свою очередь. — Заранее, бабушка, - вполголоса проговорил Нормунд. - Заранее готовить надо. — Сейчас найду, - продолжала она копошиться в сумке. — 1.10, - решил не дожидаться парень её удостоверения. - Давайте 1.10, бабушка. Перестаньте копаться, не нужно мне ничего показывать. Давайте мне 1.10. И счастливого пути. — Хорошо, - прекратив поиски, протянула она пятёрку одной купюрой. Нормунд пробил билет и протянул ей со всей сдачей. — Сынок, - непонимающим взглядом та осматривала сдачу. - Тут больше, чем надо. — Благодарите ту великодушную даму, что была перед вами. — Сынок... — Бабуля, - прервал он её. - Хочется поговорить, ступайте в информационный центр. Это прямо и сразу налево. Кто там следующий? — Слока, - мужчина сразу выложил нужную сумму. Нормунд пробил билет, но отдавать мужчине его не спешил. Пенсионерка по одной монете складывала сдачу в потрёпанный кошелёк. — Вам помочь? - мужчина горел желанием быстрее получить свой билет. — Не надо, - не отрывалась та от своего занятия. - Я сама. Молодой кассир мельком глянул на часы. Стрелки показывали уже 10:28. С самого утра поток людей не прекращался. Несмотря на приближение праздника, для него, как и его коллег, это был самый тяжёлый день. Люди злились, ругались. Вместо радостных улыбок у пассажиров на лицах читалась агрессия и недовольство. — Это полный дебилизм, - услышал он возмущённый голос женщины в элегантном пальто. Очередь закивала, поддерживая высказывание. — В канун праздников, - продолжала возмущаться та. - Люди уезжают, а тут это столь нелепое ограничение. Я уже полчаса как в очереди стою. Нужно было продлить время работы, а не сокращать его до минимума. Вновь Нормунд посмотрел на часы. Стрелки словно застыли на 10:28. Устало парень потёр одной рукой лоб. — Вокзалы должны закрываться самыми последними, - подхватил другой пассажир. - Видно же, что люди не успевают никуда. Не правительство, а чёрт знает что. Придумывают... — Могу закрываться?! - громко произнёс Нормунд, когда наконец-то бабушка забрала своё, и он отдал билет мужчине. - Никому больше никуда не надо? — Буду жаловаться, - приблизилась возмущённая женщина. — Такой остановки не имеется, - ответил он пассажирке без эмоций. — Рига! - бросила та недовольно и кратко. — Я слышу, - начал пробивать кассир. - Не глухой пока ещё. — Какой грубиян. Где я могу получить бланк, чтоб оформить жалобу? — Это туда, - вернул он сдачу, а следом и билет. - Прямо, затем сразу повернёте налево и увидите значок «i». Следующий. — Как вас зовут? - спрятала та деньги с билетом в кошелёк. Нормунд указал ей на бейджик с именем. — Отсюда плохо вижу, - прищурилась дама. — Напишите номер кассы, - указал он куда-то наверх. - Пропустите других, не задерживайте очередь. Подняв голову, женщина увидела номер «4». Помотав головой и недовольно бормоча себе под нос, она направилась в информационный центр. Парень обслуживал за четвёртой кассой. Всего их было двенадцать. Возле каждой выстроилась очередь из двадцати-тридцати человек и постоянно держалась в этом пределе. Вновь Нормунд глянул на часы. Время томительно тянулось - 11:02. Несмотря на надвигающийся такой позитивный праздник, пассажиры были озлоблены. Каждый по-разному выражал своё недовольство. Часть, не переставая, бубнила себе под нос. Некоторые умудрялись переходить на повышенные тона, доходя до оскорблений и унижений. Полиция в холле то и дело разнимала драчунов, которые что-то не поделили или же, вероятнее всего, когда кто-то кому-то наступил в этой неразберихе на ногу. Сквозь весь этот шум отчётливо слышался мелодичный звон колокольчика. Дед Мороз со Снегурочкой ходили по залу и поздравляли всех присутствующих с наступающим. Каждый находившийся на вокзале желал лишь одного - быстрее покинуть его. Этого желал и Нормунд, поэтому вновь посмотрел на часы. Секундная стрелка с 11:04 перескочила на 11:05. — Привет, - раздался за спиной парня усталый голос. Нормунд обернулся. Невысокого роста девушка с тёмными волосами улыбнулась ему. — Клара, привет, - вернулся он к работе. - Сдачу не забудьте. — Меллужи, - назвал остановку следующий пассажир. — Ты уже на обед? - поинтересовался он, выбивая очередной билет. — Нет. Зашла тебя проведать. — Что происходит? - не оборачивался он к ней. - Откуда столько народу? Конец света, что ли? Армагеддон? Если да, то тоже хочу успеть смотаться. — Магистраль засыпана, - отвечала она ему тихо. - Снегоуборочной техники катастрофически не хватает. Три автобуса съехали с дороги: один на Вентспилс и два на Ригу. Ещё три легковушки в двадцати километрах от нас выбросило в кювет, и две умудрились «поцеловаться лбами». Слава богу, пострадавших в ДТП нет. Клара огляделась и остановилась на выключенном радиоприёмнике: — Ты не слушаешь радио? Там всё сообщают. — У меня и без этого голова гудит. Продолжая стоять в стороне, она наблюдала за коллегой. Приблизившись к столу, словно опасаясь чего-то, положила коробку конфет с открыткой. Парень застыл с выбитым билетом в руках, с непониманием глянул на «подарок», затем поднял глаза на коллегу. — Простите, - встрял пассажир, - можно мне получить свой билет? — Извините, - парень живо развернулся лицом к стеклу и продолжил работу. Очередной посетитель назвал остановку и протянул деньги. — Что это? - спросил кассир у девушки, не оборачиваясь. — Подарок, - отошла она к стене и прислонилась спиной к ней. — Я вижу. А в честь чего? — Дык, - усмехнулась она. - Так ведь Новый год. Парень повернулся к ней лицом и прищурился: — Да ты что? А я-то думаю, чего этот бородатый ходит с внучкой и без остановки трезвонит своим дебиловатым колокольчиком? — Ну ладно, - отмахнулась она устало. - Ты ведь и так всё понял. Ничего не ответив, Нормунд отвернулся и продолжил обслуживать пассажиров. Девушка смотрела ему в затылок и ожидала. Опустив голову, почесала указательным пальцем лоб и направилась к дверям. — Во сколько? - вопрос остановил её в дверях. Девушка повернулась к нему: — В 16:12 на Вентспилс. — Бог свидетель, - устало проговорил он и повернулся к ней, - у меня нет желания и минуты больше находиться в этом дурдоме. — Всё нормально, - Клара натянуто улыбнулась. - Без обид. Я всё прекрасно понимаю. — Молодой человек? - позвал пассажир. — Да, сейчас! - перешёл тот на повышенный тон. - Пять секунд подождать уже не можете? — У меня поезд, - клиент раздражённо бил пальцем по наручным часам. — Да мне поср... - и внезапно замолк. Закрыв глаза, он сделал глубокий вздох и потёр ладонями лицо. — Ладно… Езжай. Так и быть, заменю. Какая касса? — Восьмая. Ты просто анге… — Не надо, - перебил её и отвернулся. - Ничего не говори. Могу передумать так же внезапно, как и согласился. — Молчу. Я твоя должница, - довольная вышла из кабинки. — Можно мне получить свой билет? - напомнил о себе пассажир. — Нужно. *** 16:12 Раздался громкий протяжной гудок. Нормунд понял, что Клара отбыла на поезде в Вентспилс. Он уже сидел на её рабочем месте за кассой под номером «8». Наконец-то шум потихоньку начинал стихать. Народ продолжал прибывать, но длинных очередей у кассы уже не выстраивалось. Все поспешили уехать ещё в первой половине дня. Большинство направлялось в сторону Риги. Из-за сильного снегопада дороги оказались засыпанными. Многие пассажиры с автобусов пересаживались на поезда. *** 19:00 Нормунд уже автоматом пробивал билеты. Голова невыносимо гудела. Искоса, с ненавистью, он поглядывал на Дедушку Мороза, который ходил по залу и продолжал звенеть в свой колокольчик. Этот звук раздражал парня. Ему хотелось выскочить в зал и отобрать у сказочного персонажа его «побрякушку», затем выбежать на улицу и швырнуть её так далеко, насколько сил хватит. — Нормунд, - женский голос за спиной выдернул парня из зловещих раздумий. — Да? - устало повернулся он и увидел начальницу в строгом костюме. — Ты с десяти утра не вставал, - приблизилась она к нему. - Давай я тебя заменю на полчаса. Иди, прогуляйся. — Спасибо, - еле выдавил он из себя и освободил своё рабочее место. — Куда? - усевшись, переспросила начальница у пассажира. - Хорошо, с вас 3.40. Нормунд вышел в коридор. На стульях вдоль стены сидели две девушки. Сказать, что сидели, было бы неправильно, - они словно лежали на них, растопырив ноги. Увидев их выражение лиц, парень непроизвольно улыбнулся. — Чего ржёшь? - устало простонала одна. - Мой парень меня так не трахает, как сегодня эти пассажиры. Вторая девушка захихикала. — А если бы на вас юбки были вместо брюк, - Нормунд потешался над их видом, - тоже ноги бы так раздвинули? — Да не вопрос, - лениво махнули обе руками. - Иногда наступает момент, когда тебе всё до лампочки. — Через час домой, - облегчённо вздохнул парень. - Невероятно. Вот это самый настоящий праздник. — Точно, - в один голос согласились коллеги. — Пойду в кафешку, - указал он на дверь. - Хотите чего-нибудь? — Не-е, нам уже ничего не надо. Мы удовлетворены... — И оплодотворены, - следом добавила другая. Девушки залились смехом. Нормунд улыбнулся и направился к дверям.