we were just like glue

Дело в том, что Луи никогда не состоял в длительных отношениях с кем-либо. У него всегда не хватало времени или сил для этого из-за карьеры. Последние несколько лет были ужасно сложными, Луи даже не задумывался о чем-то подобном, если уж быть честным с самим собой. Нет, было несколько партнеров на одну ночь, когда ему становилось слишком одиноко, но это совершенно другое, вовсе не то, что нужно. И Луи по-прежнему не верит в любовь, чего уж греха таить. Он видел, как его мать перенесла два развода, и это в целом отбивает у него какое бы то ни было желание. Луи даже не думает когда-либо жениться. Особенно на данном этапе жизни. Не то что бы он не встречал любви, он встречал ее, но он не верит, что все получают ее. Какие-то люди обретают свои хэппи-энды, а какие-то нет. Должно быть, это иронично, потому что большинство сюжетов его книг закручены вокруг любви, а Луи даже ничего толком о ней не знает. У него накопились истории, где он пишет о чувствах, которых никогда не испытывал, но Луи считает, что в этом весь и смысл. Не обязательно испытывать любовь чтобы писать о ней. Он не может обладать любовью, но это не означает, что и другие не могут — люди находят любовь в словах Луи и проживают все вместе с его персонажами. Луи не верит в хэппи-энды или любовь, и именно поэтому Гарри Стайлс немного загадочен для него. Гарри Стайлс, который является героем самого себя. Парень определенно прекрасен, словно с картинки, и у него улыбка, которая без сомнений завоевывает сердца. И, как Луи смог заметить, он достаточно-таки скромный и приличный. И именно из-за этого Луи удивляется, почему Гарри им заинтересован. По какой-то необъяснимой причине у Гарри дикая симпатия к нему, а Луи даже не знает, что ему думать по этому поводу. Гарри распространяет свое сияние куда бы ни шел, и Луи прекрасно понимает, что он не сможет соответствовать этому, и не важно как сильно он будет стараться. Хотя он и не пытался, вот в чем причина. Луи просто наблюдает за Гарри отстраненным взглядом и каждый раз ощущает улыбку на губах, стоит лишь ему отвернуться, и это странно, потому что Луи даже не привык часто улыбаться. Это чувство кажется незнакомым, именно поэтому Лу пытается держать его при себе, но Гарри настолько нелеп и мил, что Луи даже не может ничего поделать с этим. Гарри улыбается, и улыбка предназначена ему. Луи думает, что это и заставляет его улыбаться больше всего. Луи нравится думать, что и у него есть особенная улыбка, от которой глаза Гарри искрятся теплом, а ямочки буквально тонут где-то в розовых щеках. И едва ли видно зубы, и поэтому Луи начал считать, что окончательно потерял рассудок. Луи знает, что его жизнь — это вовсе не то, чего от него все ждут. Он знает, что слишком скрытен, но пытается быть нормальным, но все это лишь потому, что он надеется: однажды кто-то появится и перевернет все с ног на голову, и больше ему не нужно будет писать о несуществующей любви. Страницы будут писаться сами собой, без его участия. Он — Луи Томлинсон, у него слишком много денег, дерьмовая квартирка, кошка по имени Джамия и работа в библиотеке. Он — один из самых известных писателей в мире, и пишет он о хэппи-эндах. Когда на самом деле все, чего он хочет, так это собственного счастья.

*****

Ночью пятницы в три часа утра Луи реально забеспокоился о Джамие. Он действительно растерян из-за сбоев в расписании сна кошки и переживает. Но не очень сильно. Луи осознает, что если будет писать посреди ночи, а у него не будет кого-то рядом, то он, должно быть, лопнет под давлением одиночества. Это одна из тех ночей, когда он вновь должен поблагодарить Лиама за его подарок. Он так и делает. Луи достает телефон, печатает текст с благодарностью и отправляет сообщение. Потом Луи чешет Джамию за ушками, и та начинает успокаивающе мурлыкать. Он смотрит на свой ноутбук, в котором печатает уже несколько часов об истории любви Натаниэля и Айзека, и замирает, смотря вновь на Джами. - Думаешь, ненормально, что я пишу о нем? - спрашивает он Джамию, которая продолжает таращиться на него словно хочет, чтобы он лопнул. - Он действительно милый, Джами. У него кудряшки и все такое. А еще он красивый. Думаю, он мог бы стать чьим-нибудь хэппи-эндом, - Луи продолжает легко царапать за ее ушками. Он не знает, влияет ли это как-то на кошку, но даже и не думает останавливаться. - Он словно книжный персонаж. Сто процентов он мог бы сделать кого-нибудь действительно счастливым. Думаю, уже сделал. Ты тоже считаешь, что он уже осчастливил кого-то, Джами? - кошка растягивается у него на животе, и Луи мягко улыбается, поглаживая ее бок. - Да, вероятно уже осчастливил. Но это ничего. В этой истории он сможет сделать счастливым Натаниэля. И ему кажется, что Джамия понимает его лучше, чем многие люди, потому что она уютно урчит перед тем как поднять голову и столкнуться с грустным выражением лица Луи. - Да, Джами, все в порядке. Я ведь все равно не верю в хэппи-энды. Ты будешь моим хэппи-эндом. Ты — все, что мне нужно. Моя маленькая кошечка Джами, - он мягко целует ее в лоб, стараясь не захватить в рот себе шерсти, и кошка в подтверждение мяукает. Луи вздыхает и пишет до пяти часов утра, потому что в это время ему уже действительно нужно вставать, он перекладывает Джамию на свою постель вместо специальной корзинки и идет на кухню, чтобы приготовить себе кофе. У него через пару часов работа, но он уверен, что все равно поспит. Он выспится после работы, зависая на кровати с Джамией, которая навсегда останется его самым любимым существом. Наверное, Луи и правда превращается в семидесяти двухлетнюю мадам с кучей кошек и ничего кроме. Когда он думает об этом, то сразу же впадает в уныние. Спустя несколько часов Луи сидит, распластавшись за столом со слишком широко открытыми глазами из-за всего выпитого им кофеина, который теперь циркулирует у него по венам. А он ведь даже не любит кофе. Он всегда был фанатиком чая. Но на столе по-прежнему стоит кофе, и Луи старается не зевнуть, когда делает очередной глоток. Найл несколько раз просто проходит мимо, но он давно давно уже понял, что Луи лучше не беспокоить. Луи даже не волнуют утра наподобие этого, но он и не ненавидит их, потому что для Луи такие утра означают то, что он делает свою работу, что он выкладывается на свои книги. К моменту, когда рядом с Луи кто-то ставит стул, он уже довольно давно калякает что-то на листке бумаги. Библиотекарь даже не знает кто это может быть, но какая-то часть его надеется, что может быть это тот самый каждодневный кудрявый посетитель. Но это не он. Это Зейн. Луи не замечает присутствия темноволосого парня до тех пор, пока Зейн не прочищает горло. Луи медленно поворачивает голову, чтобы посмотреть на Зейна, который наблюдает за ним, подняв брови. - Что, - спрашивает Луи, но он спрашивает так безэмоционально, что можно принять это за утверждение. - Ты писал, - Зейн упирается локтем в стол, а Луи удивляется: почему его и Найла до сих пор не уволили, они же ведь такие непрофессиональные. Наверное это потому, что они оба нравятся заведующей, а еще она подозревает Луи в том, что тот — Остин Уильямс. Он проклинает Найла за то, что блондин каждый раз нахваливает его как только выходит новая книга. Плюс ко всему, они неплохо справляются с работой, управляя библиотекой. Когда Луи только начинал, была куча работников, но прошло время, и остался только он и Найл. Ему кажется, что так даже лучше. Конечно, есть и другие работники, но они больше похожи на призраков, слоняющихся тут и там на заднем плане. И если бы Луи не видел подписей на сменной карте, он реально мог бы думать, что в библиотеке только он и Найл. - Ты говоришь это с каким-то волшебством и придыханием, - сухо отвечает Луи прежде чем сделать очередной глоток кофе и попытаться проигнорировать горькое послевкусие во рту. - На прошлой неделе, насколько я помню, у тебя был писательский кризис, - отвечает в той же интонации Зейн; Луи кажется, что это одна из причин по которой они являются лучшими друзьями. Он может ответить ему, какое бы дерьмо Луи не выплеснул на него независимо от дня недели. Он и Лиам — вот это совершенно другая история, потому что Пейн не мирится со всеми замашками Луи — и не то что бы Луи не мог выпендриваться с ним рядом, но все дело в том, что Лиам так заботится о нем, словно он его старший брат, а на самом деле младше Томлинсона. - И что ты думаешь по этому поводу? - шикает Луи даже не понимая, почему они решили устроить разборки. Луи ведет себя, как кусок дерьма, честное слово. У него даже нет оправдания — ни трагических опытов, ни ужасных смертей, никаких происшествий. Он просто вот такой. Он иногда так много рассказывает Джамие, что ему кажется, если бы кошки умели закатывать глаза, она бы так именно и сделала. Луи это не специально. Его просто легко вывести из себя, а люди даже не знают в какой именно момент его лучше оставить одного. Это не отговорка, но что есть, то есть. Зейн снисходительно улыбается ему, а Луи просто смотрит на него безэмоциональным взглядом. И это говорит о многом: например о том, что друзья уже свыклись с его сволочными манерами. - Луи, мне казалось, что у тебя даже не было сюжета на прошлой неделе, - проясняет Зейн с растерянным лицом. - Да. Ладно. Уже прошла целая неделя, - защищается Луи, оттягивая край своего свитера. - Ради бога, просвети меня что же такого случилось на прошлой неделе, что подкинуло тебе сюжет и несколько тысяч слов в процессе написания, Луи, - ухмылка не сходит с лица Зейна, и Луи просто пялится на него. - Обстоятельства, - говорит Луи, отворачиваясь, чтобы сделать очередной глоток противного кофе, потому что он не знает, что Зейн сможет прочитать у него на лице. - Обстоятельства? Какие обстоятельства? - и это просто чудо какое-то, если Зейн не удивлен. - Обстоятельства. - Обстоятельства вроде тех, что проходят сейчас в дверь? - Какие обстоятельства проходят сейчас в— Луи замолкает, обернувшись, чтобы посмотреть на вход, и замечает кудрявую голову, показавшуюся перед ним, и в этот момент он просто не может ждать, серьезно. Все всегда не на его стороне. Все действительно выглядит так, словно против него весь мир. Брови Зейна убегают под челку, и каким-то образом его улыбка становится еще нахальнее. - Так вот какое обстоятельство. - Господи, помоги мне не перерезать ему глотку, - угрожает Луи, мрачно глядя на Зейна, который, как только подходит Гарри, моментально убирает с лица улыбку. - Привет! - радостно говорит Гарри, и его взгляд перемещается на Зейна. Писателю кажется, что лицо Гарри сразу же становится не таким ярким. - И тебе привет, - отвечает Луи и вновь отпивает кофе. - Ищешь что-то конкретное? Гарри смотрит на него взглядом, который Луи должен был бы понять, но он не понимает и ждет прямого ответа, буквально ощущая как Зейн смеется над ним. Гарри ждет пару мгновений, а потом отрицательно трясет головой. - Нет, ничего такого. Думаю, я просто просмотрю дальние секции, - тихо мямлит он, а потом опускает глаза в пол и отходит от переднего стола. Луи в недоумении смотрит ему в след, потом поднимает глаза на Зейна и видит, что тот еле сдерживает себя лишь бы не рассмеяться. - Что? - воинственно спрашивает Луи. - Ты слепой. Вот честно, - бормочет Зейн с широченной улыбкой на лице, а потом поднимается и идет к полкам. Проходит примерно минута, прежде чем до Луи доходит, что он смотрит прямо в том направлении, куда и ушел Гарри. - Черт, - возмущается Луи на выдохе. И именно в этот момент ему хочется, чтобы в библиотеке работало больше людей, потому что он не может просто так выйти из-за своего рабочего стола. Найл в компьютерном кабинете и разбирает новые поступления, а где все остальные, Луи и не знает. Черт.