Run away

- Ты уверен? – спокойно выдал Шесть-Два, но на его лице явно отпечаталась тревога. Сообщение было послано прямо из дома, который, по идее, должен быть самым безопасным местом для парня, которого он защищает, а сейчас превратился…во что? В ловушку? Самый эпицентр опасности? Как он смог это допустить? Чего он не заметил? Или…кого? - Ну…все данные говорят сами за себя, - ответил Шон, указывая на экран ноутбука, на котором пульсирующей точкой мигало место, откуда было отправлено смс. Шесть-Два внимательно посмотрел на дисплей. Ошибки быть не могло. - Ясно, - Том перевел взгляд на коллегу, - Шон, я должен осмотреть дом и приглядеться к прислуге внимательнее. Ты поможешь мне в этом? - Да, конечно, без проблем. Я могу привезти еще несколько человек, если необходимо, - с готовностью ответил парень. - Нет, не стоит, лишние уши и глаза нам не нужны, - Шесть-Два снова посмотрел в сторону, где находилась комната Билла. Парень сомневался в том, что хочет волновать его сегодня, но и скрывать что-либо не имеет смысла. – Слушай, ты не мог бы пока заказать пиццу? – вдруг спросил боец напарника, на что тот удивленно вскинул брови. – Пиццу? Эм...могу, конечно...а какую? - Без разницы, я полагаюсь на твой вкус. Билл хотел отдохнуть вечером, так что, возьми еще немного вина. А я пока займусь домом. Как освободишься, будем шерстить прислугу. В случае хоть малейшего намека на опасность – едем в «Дом». Шон кивнул и взялся за телефон, а Том направился в комнату к «бойфренду», который сидел на полу с Рафом на коленях и копался в телефоне. Телевизор в комнате был включен, но, кажется, только для фона. Как только Шесть-Два зашел в комнату, Билл тут же оживился. - Ну что там с пиццей? - Скоро будет, - с улыбкой ответил Том, усаживаясь рядом с парнем и проводя по голове дремлющего пса рукой. - А что насчет сообщения? Том ничего не ответил и только посмотрел перед собой. Спустя какое-то время он все же повернулся к Биллу. - Мне нужно еще кое-что проверить. Не вижу смысла беспокоить тебя лишний раз. - Ладно, - тут же ответил парень, - сколько это займет времени? - Надеюсь, не так много, как ты думаешь. День, может, два. Вообще, я хотел бы покончить с этим сегодня, но мне нужно опросить всю прислугу и осмотреть их вещи. А на это мне необходимо разрешение твоего отца. То есть, еще, как минимум… - Я могу дать тебе разрешение, - вдруг перебил парня Билл. - Что? В смысле? - В прямом. Мне уже есть восемнадцать, а значит, я полноправный хозяин дома, соответственно, и прислуги тоже. Я могу дать тебе разрешение на осмотр. Таковы наши правила. - Это меняет дело. - Только нужно подписать несколько бумаг. - Их много? - Достаточно. - Ммм…мне сходить за ними? – спрашивает Том, на что Билл поспешно мотает головой. - Не сегодня, прошу. Шесть-Два понимающе кивнул и улыбнулся. - Конечно. Отдыхай. Том и сам не понимал, почему ему вдруг стало небезразличны желания парня и его состояние. Просто хотелось, чтобы этот человек, и так перенесший и перетерпевший в своей жизни многое, хоть на какое-то время чувствовал себя в безопасности. Том предпочел бы, чтобы Билл видел в нем не только того, кем он был для него в самый первый день их знакомства, ему хотелось стать ему хотя бы…другом? Как бы по идиотски это не звучало. Ведь может быть, хотя бы тогда этот парень откроется ему по-настоящему. Без масок и фальши, так умело используемыми его прочими «друзьями». Брюнет с улыбкой кивнул и задержал взгляд на парне, который продолжал ласкать питомца. Разве по нему сейчас можно сказать, что он когда-то убивал людей? Разве можно было поверить в то, что это лицо было когда-то искажено гримасой невыносимой боли или наоборот, прикрыто маской хладнокровия и безразличия? Нет, сейчас этот так часто хмурый и задумчивый парень искренне улыбался, и хоть в его глазах и мелькал след какого-то напряжения и волнения, он был совершенно спокоен и открыт. - Какой у тебя любимый цвет? – вдруг спросил Билл, на что Том в каком-то ступоре посмотрел на парня. Этот, казалось бы, простейший вопрос вдруг поставил бойца в тупик. А действительно, какой? - Эм…не знаю даже. Я никогда не думал об этом, если честно. А почему ты спрашиваешь? – парень удобно устроился рядом с собеседником так, чтобы его лицо было прямо напротив него. Билл улыбнулся. - Не знаю. Просто вдруг захотелось узнать. Я тут подумал, что у меня вообще никогда особо не спрашивали о каких-то моих предпочтениях. И тут мне пришло в голову спросить у тебя любимый цвет. Брюнет это говорил настолько честно и непосредственно, что Том на секунду опешил, но тут же взял себя в руки и решил поддержать разговор. - Ну, значит, будем узнавать. Я же, как-никак, парень твой, - Шесть-Два подмигнул немного смутившемуся подростку. От прежней самоуверенности и какой-то напыщенности Билла не осталось и следа. - А какой любимый цвет у тебя? - Я люблю все цвета. В разное время мне нравятся разные. В прошлом месяце я скупал вещи красного цвета, а сейчас мне очень нравится серый, например, - подросток потянул себя за серую толстовку, больше смахивающую на теплый плед, в который было завернуто это хрупкое тело, настолько просторной она была. - Понял, - с улыбкой ответил Том и в следующую секунду повернул голову на звук открывающейся двери, в проеме которой виднелась рыжеволосая моська Шона. - Пицца прибыла, голубки, - хихикнув, произнес парень, после чего уже серьезно добавил, - Том, можно тебя на секунду? - Иду, - Шесть-Два тут же кивнул, вставая с пола и выходя в коридор. Получив пиццу от доставщика, он тут же закинул ее в комнату, где сидел Билл и вышел в столовую, куда позвал его Шон. - Я проглядел прислугу примерно, - понизив голос, проговорил напарник, - как я понял, у них здесь нет мобильных телефонов, по крайней мере, на видном месте, так что, нужно просматривать все вещи, скорее всего, - Шон обернулся на какой-то звук, оглянулся и снова наклонился к Тому, - но я думаю, пока ты здесь, им нет смысла как-то проявлять активность, тем более, учитывая то, что и я начал тут копаться. - Да, я тоже так думаю. Но зачем тогда писать про угрозу на улице? - Просто сбить с толку. - В любом случае, нужно предпринять все меры предосторожности. Как насчет камер? Шон тут же оживился. - Отличная идея. К полудню завтрашнего дня все будет готово. - Договорились, - Том едва заметно улыбнулся, - жду тебя рано утром. - Буду часов в семь-восемь, - подмигнув, ответил парень и выпрямился, - До завтра, Шесть-Два. - Буду ждать, - кивнув, ответил боец. Шон взял с крючка куртку и быстрым движением накинул ее на свои плечи, после чего направился к выходу. На полпути парень на секунду замер и бросил через плечо: - Только будь осторожен, Том. Не заходи слишком далеко. – После этих слов рыжая макушка скрылась в дверном проеме, оставляя за собой лишь тонкий шлейф какого-то дешевого парфюма. Том, поморщившись, закрыл дверь и шумно выдохнул, прислонившись руками к двери. Ему не хотелось размышлять о том, что имел в виду напарник. Точнее, он просто не мог себе того позволить. Не мог признаться себе в том, что человечность уже навсегда стала для него приоритетом, и он уже никогда не сможет быть прежним Томом. Томом, который без зазрения совести мог пойти на жертву в лице хорошего знакомого или бывшего друга, если только это требовалось для дела. Томом, которому было нечего терять, и который, кажется, не боялся ничего, ведь собственная жизнь не являлась для него той вещью, которую следует ценить. Он не мог снова стать прежним бойцом Шесть-Два, образ которого, как ему казалось, был им самим. Он не мог снова стать тем, кто готов пережить еще одну потерю. Потерю, которая открыла ему глаза на него самого. *** - Та-а-а-к, мне кажется, или кому-то хватит, - со смехом произнес Том, видя, как Билл пытается попасть пальцами по клавишам в телефоне, желая заказать «еще чего-нибудь горячительного». - Я отдыхаю, отстань, - пробормотал явно захмелевший подросток, в итоге бросая телефон и укладываясь головой на колени Тома. Боец не смог сдержать хихиканье, глядя на опьяневшего парня, у которого не только развязался язык, но и, по ходу дела, прибавилось смелости, раз уж он позволил себе такие «вольности». - Неплохо устроился, я смотрю? – с улыбкой поинтересовался Шесть-Два. - А тебе жалко, что ли? – надув губы, проворчал брюнет, пытаясь сложить руки на груди. - Да лежи уже, дурень, - миролюбиво отмахнулся Том. - Ты мой парень вообще, так что… - едва слышно буркнул подросток, поворачиваясь на бок, - Какое шикарное было вино! – вдруг громко добавил Билл, отчего Шесть-Два едва сдержал приступ смеха. Мало ли, обидится еще, что с ним потом делать? Поэтому «парень» просто добавил: - Да-да, очень классное. - Ты даже не пробовал его! - воскликнул парень, резко вставая и тут же хватаясь за голову, - Ох, черт… - Ну, ты балда, кто же так делает-то, - тут же среагировал Том, - иди сюда, ребенок. Шесть-Два, сам не понимая зачем, вдруг притянул Билла к себе, отчего тот тут же затих. - Я слышу, как бьется твое сердце, - почти шепотом проговорил брюнет. - Быстро? – так же тихо спросил Том. - Да. Почему? - Не задавай глупых вопросов. - Из-за меня? - … - Не молчи. Том немного отпрянул от парня, заглядывая в его глаза, которые были немного уставшими, но даже алкоголь не смог погасить тот яркий блеск, которому Шесть-Два всегда поражался. - У тебя глаза блестят. - Ты не умеешь переводить тему. Губы Тома дрогнули в едва заметной улыбке. - А ты не умеешь пить. - Еще чего, умею! – дернулся Билл, но Том лишь крепче сдержал его в своих руках. - Не будь таким вредным. Не нужно мне ничего доказывать, я и так все по тебе вижу. - Ничего ты не видишь, - буркнул подросток, опуская голову вниз, - и никто не видит. - Неправда, - вдруг едва слышно произнес Том, аккуратно поднимая лицо брюнета за подбородок, - я вижу. После этих слов Шесть-Два невесомо коснулся своими губами губ парня, чувствуя привкус сладкого вина. Билл, сначала замер, а потом несмело ответил, буквально вцепившись пальцами в руки Тома. Бойцу невероятно хотелось углубить поцелуй, но он не мог торопиться, осознавая, что так он только спугнет подростка, давно привыкшего к тому, что для окружающих он лишь тот, кем можно воспользоваться, прикрываясь дружбой и хорошим отношением. Поэтому он лишь еще раз коснулся теплых губ, после чего легонько чмокнул парня в нос и снова крепко обнял. Билл ничего не говорил. Просто крепче прижался к Тому, будто благодаря его за все, без слов.