Я просто должна быть

      Когда земные феи ощутили присутствие Рокси, других сильных фей и Белого Круга королевы настолько близко, их мучительное ожидание перешло все границы. Конечно, королевский замок был не самой худшей тюрьмой, но не иметь возможности куда-либо уйти и что-либо сделать... А ещё крылья. В тот день, когда они почувствовали странное зудящее тепло в районе лопаток, феи были просто поражены. Они и не надеялись, что однажды вновь получат обратно свои крылья и магию. Крылья отрастали очень медленно и довольно-таки неприятно, несмотря на то, что были нематериальными. К ним пришлось заново привыкать после полного восстановления, практически заново учиться летать. Ноющая боль не покидала их, будто полёты бередили старые раны. Теперь феи не могли быть по-настоящему единым целым со своими крыльями, потому что знали: их легко можно отделить. Но как бы там ни было, магия вернулась, и феи ждали своего часа. Сами они не могли сделать абсолютно ничего. О последнем Белом Круге, который сохранился где-то на Земле, знала только Моргана, поэтому у остальных почти не осталось надежды.       Эти века, что прошли в заточении, не то чтобы изменили фат, а скорее, вскрыли то, что и так было ясно. Сибилла почти каждую минуту своего времени посвящала подданным, причём, не только своим. Разговоры с фатой справедливости, её мягкий голос и лёгкая улыбка дарили феям ещё немного сил в этой непростой ситуации. Ну а тоску в глазах цвета молочного шоколада, которую женщина старательно прятала, никто не замечал. Никто, кроме Авроры. Она понимала, что подруга тоскует по любимому мужчине. Да, вот так просто и банально. Ей было практически плевать на потерянные крылья, на заточение, на всё. Сердце болело только за него, за Думана. Для фаты Севера это было чуждо чуть больше, чем полностью, но она понимала. Сама она предпочла попросту не общаться ни с кем и погрузиться в свои мысли. Думать обо всём, но в то же время ни о чём — единственное, что хоть немного спасало женщину здесь. Она вновь отстранилась от внешнего мира, что не составляло труда, и почти не покидала предоставленных ей покоев.       Очень тяжело было справляться с этим всем Диане, которая так привыкла к буйным просторам Амазонии и безграничной свободе... Агрессивная и конфликтная по натуре, неспокойная и взрывная, она сначала пыталась перессориться со всеми фатами, желая сбросить таким образом напряжение, от которого она уже изнывала. Не находя необходимого отклика, а встречая только безразличие, сочувствие или насмешку, амазонка бросила это гиблое дело. С обычными феями было бесполезно затевать нечто подобное, ведь своих подданных она любила, а остальные буквально дрожали от страха и благоговения перед ней. В любой другой обстановке это льстило бы женщине, но только не здесь. Она замкнулась и стала ещё более нелюдимой, чем была раньше. Ко всему прочему, фата начала сильнее ощущать боль природы, которую мучили люди. Планета страдала от их жестокости и глупости всё больше, с каждым десятилетием. У Дианы участились приступы головокружения и обмороки, ведь она была отрезана от прямого источника своей силы, и она уже не могла даже прогонять Сибиллу, которая пыталась хоть как-то помочь остатками своего целительского дара. Женщине было стыдно вспоминать их последний разговор перед появлением магов, а глаза подруги излучали только тепло и ни единой капли обиды или разочарования.       Но хуже всего, по крайней мере, так было видно, приходилось Небуле. Никто не мог понять причин её состояния, но очень быстро психика фаты пошатнулась. Она почти не спала, не реагировала ни на слова, ни на прикосновения, сидела на полу возле кровати в своих покоях, обхватив руками колени, и медленно раскачивалась из стороны в сторону. Женщина судорожно дрожала и тихо бормотала что-то бессвязное, а взгляд полуприкрытых глаз, направленный вникуда, пугал её подруг. Если Аврора просто ничего никому не говорила, то Небула была действительно скрытной. Поговорить с ней по душам было невозможно. Но и секреты она хранила отлично, так что ей можно было доверять. А сейчас с фатой мира творилось что-то странное. Она будто сходила с ума, с каждым новым веком остальные убеждались в этом всё больше. И к моменту освобождения она уже стала фатой войны, поклявшись отомстить рыцарям Чёрного Круга за их мерзкий поступок.       Моргана смотрела с болью на свою подругу, ей очень хотелось как-то помочь, исправить всё это, сделать хоть что-нибудь. О последнем Белом Круге она никому не рассказала, просто ждала определённого момента, отчаянно надеясь, что всё получится, как надо. Боясь провала, королева не хотела заранее обнадёживать фей. Женщина была готова мстить, она вздрагивала, вспоминая полный безумия взгляд тёмно-синих глаз, наполненных слезами, с которым Небула умоляла её пообещать, что феи будут мстить магам и людям. Ей тогда ничего не оставалось, как дать слово.       Обнаружение Белого Круга последней земной феей стало переломным моментом в истории заточения. Надежда вспыхнула с новой силой, а фата войны будто взбесилась. Но всё прошло благополучно, и после долгожданного освобождения три фаты мгновенно покинули замок, отправляясь в свои владения. Небула рвалась в бой, мечтая свершить месть, но Моргана успокаивала её, говорила, что ещё не время, что ей нужно прийти в себя и подготовиться к бою. Когда женщина обиженно обвинила королеву в бездействии и нарушении обещания, та даже не разгневалась, а пристыдилась. Она ментально связалась с Дианой, которая уже вдоволь насладилась джунглями Амазонии, и предложила отправиться за Рокси и Белым Кругом. Фата с радостью согласилась и тут же перенеслась в Гардению.       В пляжном баре «Фрутти-Мьюзик» Винкс выступали на сцене, а посетители танцевали и веселились. Вдруг, помещение заполнили ярко-салатовые лучи и в салатовом шаре, сверкающем белыми молниями, появилась Диана. Её необычный тропический наряд тоже привлёк внимание людей: лиловый топ-лиф, зелёная юбка на бёдрах и до середины бедра со вторым слоем под низом и синим узорчатым пояском, топ и юбку соединяет широкая полоса салатовой ткани, идущая от середины пояса за шею и крепящаяся со стороны правой груди. Белый полупрозрачный шифон, крепящийся тремя синими полосками от плеча и до локтя, лежащий двумя фонариками и чуть расходящийся внизу, синяя шейная лента. На ногах — тонкие зелёные верёвочные босоножки чуть ниже колен с клочком лилового шифона и высоким розовым каблуком. Большие салатово-зелёные крылья красивой формы напоминали экзотическую бабочку. Светлые пурпурно-лиловые волосы подняты на макушке в пышный хвост до пояса, украшенный лиловой розой с бирюзовыми и салатовыми листьями. Длинные пряди чёлки слегка приподняты, закреплены салатовыми лентами с крупными цветками и спускаются до середины бедра, завязанные широкими лиловыми лентами в районе пояса и вьющиеся на концах, один такой «хвостик» лежит сзади, а второй уложен наперёд.       Возникшую тишину постепенно нарушили восхищённые и изумлённые возгласы людей, настороженными взглядами Винкс осматривали прибывшую волшебницу. Она взмахнула рукой, и бар заполнила зелёная пыльца, превратившаяся в стебли и лианы, обвившие всё вокруг, а после — салатовый газ усыпил всех, кроме фей. Женщина прошла мимо лежащих на полу людей ближе к девушкам, грациозно переступая через тела и обводя всё вокруг самодовольным взглядом:       — Хорошо, так определённо лучше, — голос был твёрдым, но чуть «треснувшим», а иногда лился довольно мягко, будто обволакивая тех, кто её слышал. — Это касается только фей, — оливковые глаза предупреждающе сверкнули.       — Что ты сделала с моим отцом?! — сзади к ней подошла Рокси, которая не смогла привести Клауса в чувство, и он лежал грудью на барной стойке.       — Он просто спит, — снисходительно обронила Диана, закрывая глаза и даже не оборачиваясь. — Наша королева Моргана хочет поближе познакомиться с тобой, Рокси, — она поднялась над землёй и подлетела к девушке. — Позвольте представиться, я Диана, старшая фея природы, земная фата.       Но тут Рокси закрыла собой Блум, уже примерившая на себя роль «старшей сестры» и желающая защищать фею животных, во что бы то ни стало:       — Мы уже знаем, чего хочет Моргана. Ты зря тратишь время, Рокси никогда не присоединится к вам! — принцесса Домино больше не собиралась церемониться с фатами, предпочитая использовать все свои возможности и изъясняться свободно, пусть и дерзко.       — Последняя земная фея присоединится к своим сёстрам в борьбе против Огрона и людей, — женщина балансировала на грани потери терпения, но сдержалась и просто вскинула бровь, усмехаясь: — Это её судьба.       Удерживать злость и все остальные сильные эмоции ей помогало предвкушение того, что она сможет сделать для спасения планеты от губительного влияния людей. Только это сейчас занимало её мысли, а разговор с девчонкой, вызволившей их, — простая формальность, необходимая королеве.       — Я понимаю вашу обиду, но почему вы так настроены против людей? Они не запирали вас! Это сделали охотники за феями, — рыжей огнёвке и правда сложно было понять эту взаимосвязь энергии и отношений, ведь она даже не представляет, через что прошли земные феи.       — Ты смеешь защищать землян?! — гнев исказил лицо Дианы и вырвался наружу, впервые за столько времени. — Они мучают этот мир ненавистью, войнами и экологическими катастрофами много веков! — пульсирующий шар энергии вновь возник вокруг неё, сверкая молниями. — Они виновны! И теперь они заплатят, — фата взмахнула рукой, и из земли вырвались мощные стебли, которые коконами опутали шесть фей.       — Я не могу превратиться, они высасывают энергию! — с отчаянием крикнула Стелла, и стебли закрыли ей рот.       — Прекрати, Диана... Перестань, пожалуйста! — закричала Рокси, но та сжала кулак, и стебли принялись сильнее сжимать фей, так, что Блум на несколько мгновений даже потеряла сознание. — Отпусти их, они тут ни при чём!       Девушке было страшно видеть, на что способна фата, и представлять, что ещё она может сделать. К тому же, фея чувствовала себя виноватой во всём происходящем, ведь именно она выпустила земных фей из заключения. Благодаря ей у них есть возможность творить всё это.       — Ты должна сделать выбор, Рокси, — голос дрожал от торжествующей ярости, которой больше не нужно было спать глубоко внутри, терзая душу. — Или ты служишь нашей королеве Моргане, или присоединяешься к людям и разделишь их судьбу! — и Диана исчезла в яркой зелёной вспышке.       У неё было много дел на этой несчастной планете, и первым делом фата превратила Гардению в джунгли: все дома, дороги, везде выросли деревья, стебли и лианы. Машины были опутаны ими и подняты в воздух, многие люди тоже висели на деревьях, опутанные лианами. Из нескольких лиан золотыми вспышками были созданы огромные травяные монстры с головой в форме цветка, огромными клыками, фиолетовыми языками и длинными когтями на лапах. Двери и окна почти всех домов были плотно заперты ветвями. Оставив живую, в буквальном смысле, природу действовать на своё усмотрение, Диана стояла у входа в парк и через полупрозрачный салатовый шар наблюдала за городом, продолжая наполнять его растениями. Главным плюсом её дара было то, что создание природы не отнимало у неё сил, а наоборот, делало намного сильнее. Наслаждаясь этой магией, что текла по её жилам, она никак не отреагировала на появление пяти парней в странной форме и ещё одного с волшебным посохом.       — Диана, я приказываю тебе освободить землян! — с нажимом заявил блондин.       Если бы не сила, наполняющая тело женщины почти экстазом, наглец уже был бы мёртв. Как же она ненавидела мужчин, их самоуверенность и упрямство!.. Этот сопляк, похоже, слабо понимает, с кем говорит, если в его голубых глазах нет и намёка на страх. По какому праву он смеет ей... приказывать? Глупый мальчишка, благодари небо за то, что фата сейчас занята.       — Да, кто позаботится о твоих цветочках, когда ты уйдёшь? — добавил парень с бордовыми волосами, и в голосе его была насмешка.       А вот это уже очень грубая ошибка, за которую этот дерзкий глупец позже обязательно поплатится жизнью. Обязательно... Но потом. Нужно закончить начатое, дел ещё слишком много, чтобы отвлекаться на идиотов, ничего не смыслящих в природе.       — Мои питомцы скоро размножатся, — Диана спокойно обернулась, погладила красивый крупный розовый цветок на лиане, опутавшей дерево. — Вам не кажется, что этой скучной бетонной тюрьме нужен свет и цвет?       — Ну, я не знаю... Что скажешь, Скай? — протянул тот же сорванец, явно испытывая терпение женщины, играя на её нервах.       — Я думаю, мы отпустим её, только если она снимет своё заклинание, — блондин выглядел более серьёзным, будто это была некая официальная церемония.       — Ты слышала, Диана? Верни всё, как было, пока мы не разозлились, — его небрежный тон и ухмылка окончательно взбесили фату и сорвали все предохранители её терпения.       — Я не потерплю такого неуважения! — гневно сдвинув брови, она создала лиану, опутавшую ноги наглеца и повалившую его на землю. — Я вернула в город жизнь, я чувствую, что он дышит! — окружающее пространство и правда было благодарно хозяйке природы.       Парни попятились, а из земли вырывались всё новые лианы. Названный Скаем просто отпрыгивал от них, шатен рубил широким зелёным мечом, а смуглый волшебник рассекал крутящимся посохом и своей магией остановил те, которые почти схватили парня с длинными пепельно-чёрными волосами. Рыжего очкарика, который почти обречённо звал на помощь, уже носили вниз головой лианы, и волшебник побежал к нему. Диана метнула в него зелёную сферу, но он увернулся, и та попала в Ская и Брендона, которого друг окликнул слишком поздно. Их скрутила одна лиана, на ней тоже распустились розовые цветы, пыльца которых заставила парней закашляться. Лиана отпустила их, и они упали, выронив мечи. Вскоре все парни задыхались от кашля.       — Мои глаза, нет! — блондин схватился руками за лицо. — Нет!       — Особая пыльца этих цветов помогает мне обезвредить таких насекомых, как вы, — презрительно сказала Диана. — Не волнуйтесь, это временно. Но даже растения должны защищать себя, — она вскинула руку, и парни закрылись плащами от яркой салатовой вспышки, а когда та погасла, они обессиленно упали.       — Не заставляй нас делать тебе больно! — волшебник, который стоял у неё за спиной вместе с брюнетом, сжал кулак.       — Мне уже больно! — закричала фата, не оборачиваясь. — Многие годы я чувствовала боль природы, которую уничтожали те же люди, которых вы защищаете! — она зажмурилась от гнева.       — Но Земля — это дом для многих замечательных людей, — возразил ей брюнет, и она распахнула глаза. — Эти мужчины и женщины могут её спасти! Но ты всё равно хочешь уничтожить их! — он кричал, пытаясь достучаться и поражаясь, какими разными могут быть феи природы.       Эта женщина ни капли не похожа на его девушку, но кто знает, может, и Флора изменилась бы после таких же испытаний, что выпали на долю фаты. Дрожа от гнева, она создала огромный салатовый шар и подняла дымку:       — Духи природы, восстаньте!       Из земли вырвались ещё стебли, которые превратились в тех же монстров, что бродили по городу. Их лапы бесконечно удлинялись, пытаясь поймать парней, но волшебник просто отпрыгнул, а потом создал щит, о который они ударились, и монстр упал. А «красноречивый» брюнет побежал по этим стеблям, опутал их своими золотистыми нитями и потянул на себя, но монстр был сильнее него, перчатка слетела с руки парня, и он приземлился, спружинив.       — Назад, Гелия! Оставь его мне! — волшебник крутил свой посох, а Гелия отпрыгнул в сторону.       На спине монстра открылись огромные чёрные глаза, и чудовище попыталось схватить смулого мага, но тот довольно легко увернулся. Лианы сплелись в узел, магией тот заставил его корни врасти в землю. Сзади подобрался ещё один монстр, парень вновь отпрыгнул, а стебли вырвались из земли и понеслись за ним, но он схватил их руками и превратил в камень.       — Неплохо, я недооценивала ваше волшебство, — бросила Диана, наблюдая за этим поединком.       Новый шар энергии окутал женщину, и мощная зелёная вспышка отбросила Гелию. Волшебник создал щит вокруг себя, и фата закричала от напряжения, пытаясь его пробить. Парень был довольно сильным, но уж точно не сильнее земной феи. Когда он потерял сознание, Диана заключила остальных парней в энергетические шары и перенеслась в свой храм в Амазонии, оставив мага дожидаться Винкс. В том, что они были как-то связаны, фата даже не сомневалась, она доверяла своей интуиции. Помимо прочего, ей просто было нужно вернуться домой, к источнику силы, перед тем, как она продолжит спасать Землю.

***

Х век. Храм Дианы в Амазонии. За две недели до решения отнимать у фей крылья

      Анаган проснулся, но не хотел открывать глаза. Боялся, что лёгкий запах сирени окажется всего лишь галлюцинацией, отголоском ночи. Слишком хорошо ему было, чтобы сейчас вот так просто всё испортить. Но продолжать лежать с закрытыми глазами — тоже не выход. Мужчина тихонько вздохнул и осторожно потянулся левой рукой, натыкаясь на что-то тёплое. На кого-то тёплого... Теперь маг больше не сомневался, открыл глаза и осторожно повернулся на левый бок, любуясь этой прекрасной женщиной. Его женщиной, как бы там ни было. Его жадным, знойным летом. Да... Он бы и рад называть Диану своей девочкой-лето, но инстинкт самосохранения подсказывал, что не стоит переводить эту фразу из мыслей в реальное обращение.       Обычно фата прогоняла любовника из своего храма ещё ночью, чтобы никто из амазонок его не заметил. Но сейчас уже светало, а грозная богиня крепко спала, и Анаган получил уникальную возможность хорошенько рассмотреть её такой: спокойной, безмятежной, тихой. Лицо разгладилось, на нём не было ни гнева, ни злости, ни чего-либо ещё. Она даже слегка улыбалась, и эта улыбка на чуть пухлых нежно-пурпурных губах была просто очаровательной. Жаль, что Диана так редко улыбается во время бодрствования... Длинные пурпурно-лиловые волосы очень мягкого оттенка распущены и разметались по постели, а редкие золотистые пряди в них будто сверкали солнечными нитями. Глядя на неё спящую, сложно было поверить, что эта невероятная женщина — предводительница амазонок, которая просто ненавидит мужчин. Особенно, если учесть несколько встреч известного характера, которые были у неё с магом.       За эти отношения Анаган был безумно благодарен Гантлосу, который убедил его признаться в своих чувствах, несмотря на все опасения. Это оказалось гораздо проще, чем он считал. Да, приём был довольно жарким, и амазонки схватили мужчину, как только он ступил на территорию владений фаты. Добиться аудиенции без присутствия свиты из земных фей природы он тоже смог быстрее, чем ожидал. Диана его не боялась, потому что была сильнее, и ей, кажется, стало любопытно, что могло понадобиться от неё этому рыцарю. Когда они остались вдвоём, маг решил не ходить вокруг да около, а сказать всё, как есть. Мысли путались в голове, сердце колотилось, а слова выходили несколько сумбурными и, может, не совсем правильными. После его признания женщина только вскинула бровь, медленно отвернулась и, неожиданно для себя самой, задумалась.       Она уже давно решила посвятить себя целиком и полностью природе, а от любви и отношений отказалась. И чувствовала себя вполне неплохо, ей не нужны мужчины, чтобы справляться с жизненными трудностями, или ещё для чего-то... Просто не нужны. Такое ведь бывает? И нет, отношения с женщинами её тоже не интересовали. Абсолютно. Вообще, фата считала, что в жизни есть два способа распоряжаться своей внутренней энергией: любовь (то есть, секс) и ненависть (с сопутствующим гневом). Как хранительница природы на всей планете, она предпочла гнев. Он даже делал её сильнее, время от времени. Недаром среди валькирий и других дев-воительниц ходили слухи о том, что физическая близость с мужчиной делает их более слабыми. Найдя достаточно аргументов, Диана успокоилась, и решение было принято.       Но тут... Было в Анагане что-то такое, от чего где-то глубоко внутри неё просыпалось нечто животное, забытое и необычное. Возможно, виной тому были тёмные глаза цвета горького шоколада, а может, сильный аромат кофе, которым так маняще пах мужчина. Неужели нашёлся тот, кто сможет покорить неприступную фату? Да нет, чепуха какая-то! При чём тут физические желания и сама её суть? Это абсолютно разное. И женщина сама толком не заметила, как её уже обнимали сильные руки, а поцелуй был таким сладким из-за вкуса шоколада на губах мага... А ведь инициатива принадлежала именно ей, и она запоздало вспомнила об этом, отвечая на поцелуй и думая, что всё под контролем. Потом они начали встречаться в её покоях в храме, иногда, не каждую ночь.       И теперь Анаган смотрел на эту дикую львицу и не хотел, чтобы она просыпалась так скоро. Он хотел насладиться этим редким зрелищем, которое недоступно больше никому. Под шёлковым зелёным покрывалом скрывалось обнажённое тело, и голова у мужчины вновь закружилась, как от крепкого вина. Он вспомнил прошедшую ночь и улыбнулся, желая провести пальцами по бархатной коже, однако не стал этого делать, увидев, как дрогнули длинные ресницы Дианы. Она никогда не давала ему одержать над собой «победу», предпочитая быть главной и здесь, доминировать во всём. А маг и не сопротивлялся, легко подчиняясь властной женщине. Сегодня он аккуратно попытался перехватить инициативу ради эксперимента, поэтому страстно набросился на фату, как только дымка телепортации рассеялась. Но не тут-то было. Только Анаган успел отстегнуть плащ и хотел прижать любовницу к себе, как в дело вступила её магия. Они оба мгновенно были избавлены от одежды, и Диана повалила его на кровать, нависая сверху.       Губы с пьянящим вкусом винограда накрыли его собственные и поцеловали жадно, глубоко, отнимая саму возможность, да и потребность дышать. Сильные женские руки вцепились в плечи мага, она удобно устроилась на нём, и уже через мгновение он полностью вошёл в неё (не считая того, что она всё делала сама). Фата начала плавно и медленно двигаться, заводя его ещё сильнее своей дикой грацией. Мужчина схватил её за широкие бёдра, помогая поддерживать ритм. Буквально через пару секунд терпение женщины лопнуло, и движения стали быстрее, не потеряв, однако, определённой ритмичности. Теряясь в охватывающем его наслаждении, задыхаясь от жара их тел, Анаган ясно ощущал где-то на грани разума, что не она отдаётся ему, а он ей. Диана просто позволяет быть с ней, но его это устраивает. В этот момент над ним хотя бы не властны миндалевидные оливковые глаза, крепко закрытые от избытка ощущений, когда-то ненужных и нежеланных, а сейчас таких сладких и манящих.       Они сливались в едином ритме быстрых, сильных движений, а в помещении становилось всё жарче, и даже прохлада ночи не спасала. Тяжёлое дыхание, глухие стоны, которые оба старательно сдерживали, раскалённая кожа... Так не могло продолжаться долго, и спустя пару минут мужчина излился в неё, прошептав единственное для себя имя. Она откинула голову назад, слегка приоткрыв рот, и мелко задрожала, ощущая тепло внизу живота и поддаваясь волне удовольствия. Магу безумно нравилось смотреть на оргазм Дианы, она полностью отпускала себя и ни о чём не думала, тело было расслаблено, грудь мерно вздымалась от глубокого дыхания, а пряди длинных волос, которые прилипли к её лицу, дополняли образ свободной хищницы. После нескольких вдохов, которыми женщина восстанавливала дыхание, она открывала глаза, затуманенные удовольствием и, кажется, даже немного пьяные. Вдохнув и выдохнув ещё раз, она медленно скатилась с мужчины и удобно устроилась слева от него.       Придя в себя через пару минут, Анаган мягко перевернул её на живот, слыша слабый звук, видимо, означающий недовольство. Он не обратил на это внимания, сел на неё и, опережая какую-либо реакцию, сжал руками женские плечи. Фата, хоть и собиралась возмутиться, но быстро передумала, расслабилась и позволила магу сделать ей массаж. Его руки аккуратно массировали плечи и спину женщины, и её мышцы даже слегка ныли от приятных ощущений, избавляясь от последнего напряжения, а он просто рассматривал её. Диана была среднего роста и обладала довольно спортивным телосложением: крепкое, немного мускулистое тело, сильные мышцы, будто готова в любой момент сорваться, как стрела охотничьего лука. Этим она была похожа на Анагана, среднюю фигуру которого формировал постоянный бег.       Чувствуя, что фата дышит уж чересчур спокойно, мужчина тихонько наклонился к её лицу и понял, что она уснула. Он улыбнулся, осторожно поцеловал её в шею, а после принялся покрывать мягкими поцелуями всю её спину. Сейчас он был главным, хоть и ненадолго, хоть и в малом. Убедившись, что женщина спит крепко, и не веря своему счастью, маг лёг рядом с ней, подложив одну руку себе под голову, а второй нежно гладя её тело кончиками пальцев. Он хотел дождаться, когда она проснётся, но вскоре и сам уснул — слишком уж хорошо было здесь, с любимой, пусть она и не любит его. А перед рассветом ему вновь повезло: он очнулся ото сна раньше Дианы и мог любоваться ею ещё.       Совсем скоро она немного зашевелилась и потянулась, жмурясь от солнечных лучей, которые уже успели проникнуть в покои. Открыв немного сонные глаза и увидев виновато улыбающегося Анагана в своей постели, женщина сначала даже опешила, но потом вспомнила, что провалилась в сон. Она пробурчала себе под нос что-то невнятное, смутно схожее с «добрым утром», и выскользнула из-под шёлковой ткани, поднимаясь с кровати. Благодаря этому для мага открылся ещё более замечательный вид на слегка смуглое женское тело, и он довольно ухмыльнулся, поспешно пряча ухмылку от зоркого прищура оливковых глаз. С помощью магии она за секунду вернула свою одежду, и теперь старательно собирала волосы в любимую причёску. Выражение её лица снова было настороженным и серьёзным, дымка сонной расслабленности быстро выветрилась.       — Ты должен был догадаться, что нужно уйти, как всегда, — произнесла фата, пряча эмоции.       — Я не смог не остаться... — улыбнулся мужчина и покачал головой, ни капли не обидевшись на её слова. — Ты ведь помнишь, что я люблю тебя? А цветов не дарю только потому, что у тебя есть они все, и это было бы глупо, — со смешком добавил он.       Плечи Дианы немного дрогнули, но она отогнала ненужные мысли и выпрямилась, снова глядя на него сверху вниз:       — Тебе пора.       В усмешке Анагана не было ни горечи, ни обиды, его всё устраивало. Он мог быть с женщиной своей мечты и заниматься с ней любовью, а больше ему и не надо. Мужчина поднялся с кровати, одним взмахом руки оделся и обернулся к фате, которая внимательно за ним следила:       — Ещё увидимся, Диана, — он подмигнул ей на прощание и растворился в чёрной вспышке.       Амазонка фыркнула, выбрасывая мага из головы до их следующей встречи. Как ни странно, ей было довольно легко разграничить секс и чувства. Не любя Анагана, она просто удовлетворяла с ним свои сексуальные потребности, и сердце оставалось незанятым. Конечно, привычка — тоже чувство, но это совсем другое. Женщина просто привыкла видеться с ним и проводить время с пользой для себя. Да, она знала о любви мага, но ей было всё равно. Это его дело. Пусть любит, если ему так хочется, пока фата не против. Их отношения прекратятся сразу же, как только она захочет. И это — главное условие её свободы и независимости. А остальные амазонки не то что не знают, они не смеют даже предположить, что у их правительницы есть мужчина, да ещё и тёмный колдун. И никому от этого хуже не будет, всё продумано и всё под контролем.

***

      Интуиция не подвела фату природы, и в тот же день четыре феи, вместе с волшебником, заявились в храм Дианы. В темнице было место для всех: Блум, Лейла, Муза и Флора прикованы волшебными цепями, отнимающими их силы и не дающими колдовать, а шесть парней лежат на полу без сознания. Феи пытаются вырваться, но это бесполезно. Открылась дверь, и в помещение влетели феи-амазонки и Диана. Винкс изменились, они выглядели немного не так, как их описывала королева. Скорее всего, это дело рук Эфирных Фей и их Софикса, дара мудрости, связанного с природой, ведь наряды и крылья девчонок теперь отдалённо напоминали саму Диану. Одежда стала более свободной и открытой, появилась ткань с мелкой гофрировкой, зелёная шнуровка, листья и цветы. В костюме каждой феи был оттенок зелёного цвета, а остальные цвета стали более пастельными и холодными. Крылья теперь были разделены продольными линиями, напоминающими прожилки в листьях, их покрывал неяркий узор из кругов и пузырьков.       — Что вы сделали с Набу?! — Лейла рвалась больше всех, неистово желая оказаться рядом с волшебником, который, судя по всему, был её возлюбленным.       — Всё, что он заслужил! — небрежно бросила Диана, всё ещё не понимая, как можно так привязываться к мужчинам.       Для неё мужчины всегда были и навсегда останутся тем единственным видом животных, который она терпеть не может. Все их качества заранее были отрицательными, а то хорошее, что иногда мелькало, — рассчётливой ложью, ведь они всегда преследуют какие-то свои эгоистичные цели. Мужчина — это просто ещё один источник боли для женщин, и всё. Так не лучше ли избавить себя от него?       — Он узнал, что никто не может противостоять силе Дианы, — фея с длинными тускло-коралловыми волосами подобострастно смотрела на фату.       Для всех амазонок женщина была примером: сильная, волевая, независимая. Каждая хотела быть такой, но не у всех получалось справляться с естественными желаниями и потребностями. А некоторые не могли искоренить в себе чувства, хотя и пытались.       — Я разберусь с вами позже, вы будете наказаны за сопротивление! — надменно произнесла Диана, и амазонки уже хотели улететь, но их остановила Блум.       — Пока вы держите нас взаперти, ваш лес рубят, и он может исчезнуть навсегда! — её голос был гневным, но в нём сквозило отчаяние.       Феи замерли и испуганно обернулись, а на лице фаты мешались гнев и удивление. Она уже какое-то время ощущала некий дискомфорт, но разобраться в этом ей мешало недавнее наслаждение возродившейся природой Гардении.       — Твоя жажда мести не даёт тебе спасти лес, который, как ты говоришь, ты любишь! — с болезненным возмущением крикнула Флора, которая чётко чувствовала, что сейчас происходит с Амазонией.       — Молчать! — в гневе женщина подняла парней в воздух в салатовых шарах, сверкающих молниями, и кандалы тоже заковали их, но тут она вздрогнула, вскрикнув и зажмурившись, и схватилась за голову. — Другие феи нашли Священный Бутон, я это чувствую! Мои силы в опасности, соберите команду и отправляйтесь на Водопад Нимф! Остановите их, сейчас же! — сквозь гнев был слышен страх, и феи-амазонки поспешно улетели.       — Наши подруги придут и спасут нас! — крикнула Муза вслед уходящей обеспокоенной фате.       — Ты так думаешь? — та медленно обернулась, раздражённо глядя на брюнетку, после сосредоточилась и вскинула руки. — Природа, слушай меня, это твоя хозяйка. Схвати самозванок, недостойных твоей силы! — салатовый шар вновь засверкал, призывая лес Амазонии ловить двух фей. — Пойдя против меня, вы совершили ошибку, большую ошибку, — прошипела она и вылетела наружу.

***

Примерно VIII век до нашей эры. Планета Земля

      В истории порой случаются такие совпадения, которые в итоге переворачивают всё, что было раньше. Причём, иногда поначалу и не скажешь, что то или иное событие — именно такое, судьбоносное. К примеру, на планете Земля, в нескольких её уголках, с разницей всего в пару лет родились пять девочек, которых ждала очень интересная и насыщенная жизнь, полная магии и приключений. Им было предначертано стать великими земными фатами, правительницами всех фей на Земле. У них было разное детство, в юношестве проявились разные силы, и разные мотивы привели их на старт, чтобы они, наконец, обрели себя и стали настоящей командой. Но когда-то давно они тоже были обычными детьми и не подозревали о своём нелёгком будущем.       Британский остров постепенно заселяли кельтские народы, которые образовывали племенные группы под управлением вождей. В одном из таких племён у вождя родилась дочь, названная Морганой. Девочка была слабенькой и, подрастая, всё равно оставалась худенькой. Она очень любила родителей, особенно отца, и они платили ей безграничной любовью. За скромность, доброту и улыбчивость дочь вождя получила признание у соплеменников, которые уважали её отца, ведь он был мудрым и справедливым. Моргана не стремилась познать важность и детали его положения, но вождь не хотел других детей, и наследницей называл её, вопреки осуждению некоторых членов племени. Слушаясь отца, девочка присутствовала на всех его встречах с другими вождями и при решении внутриплеменных проблем. Он готовил себе замену.       Моргана не отличалась ни физической силой, ни какими-либо талантами. Она не была красавицей, но что-то в её серых глазах цепляло за душу, как грозовое небо. Вот только взгляд был добрым и тёплым, и она всегда улыбалась. Девочка очень хотела найти друзей, но вот это как раз и не получалось, ведь очень малое количество людей может искренне дружить с дочерью вождя. Высокое положение отца мешало и в любви: многие парни хотели себе такую невесту только для того, чтобы сблизиться с вождём. Они даже не скрывали этого от самой Морганы, улыбка которой становилась всё более грустной с каждым днём. Она хотела сплотить всех, хотела быть той, кто изменит жизнь к лучшему, но сил для осуществления такой миссии не хватало. А после инцидента с внезапно пробудившейся магией её начали бояться, и девушка сама покинула родное поселение.       Когда в доимперском Китае образовалось государство Чжоу, а его столица была перенесена на восток, в Чэнчжоу, на территории начали формироваться различные уделы. Со временем, несколько сильных удельных княжеств перетянули власть на себя. Правители сражались, династии менялись, а где-то в столице пыталась выживать девочка-сирота, не знавшая своих родителей и выбравшая себе имя Небула, что означало — «туманность». Борясь с голодом при помощи воровства, а с холодами — поиском заброшенных жилищ, девочка с самых ранних лет поняла, что она чужая для этого мира, а мир чужой для неё. Чтобы жить, нужно бороться. Только так, и никак иначе. Если ты будешь сильнее, то сможешь урвать лучший кусок и вырваться из этой мерзкой клетки нищеты. Небула понимала, что сейчас она — никто, и всем сердцем желала это изменить, любой ценой.       Девочке очень повезло встретить странствующего колдуна, который согласился взять её с собой. Мужчина заботился о ней и научил её драться, так как владел несколькими боевыми искусствами. Небула была очень упрямой и оказалась довольно сильной, несмотря на тяжёлую судьбу и сложное детство. Она хотела тренироваться сутки напролёт и совсем не умела отдыхать, не знала, что такое отдых и зачем он нужен. Сиротка вполне сошла бы за мальчишку, если бы не тонкие, женственные черты лица. Всё изменилось, когда Небула и её наставник подверглись нападению разбойников. Во время сражения в ней проснулась магическая сила очень высокого уровня, которая в одно мгновение лишила обидчиков жизни. И это не испугало девчонку. Она, наоборот, обрадовалась и попросила колдуна обучать её и магии тоже. Тот сомневался, что это хорошая идея, но учить согласился.       Племена, предшествующие появлению викингов, обосновались в Скандинавии. И среди многих племён ходили слухи о прекрасной дочери рыбака, Авроре. Вьющиеся светлые волосы, яркие ультрамариновые глаза, поражающие своим холодным блеском, нежный розовый румянец на бледной коже... Девочка была слишком хрупкой, будто хрустальной, по сравнению с остальными женщинами скандинавских племён. Она словно была не отсюда родом, и не рыбак был её отцом. Аврора казалась принцессой, красивой, но отчуждённой. А младший брат, напротив, был весь в отца, и их небольшая семья из трёх человек считалась вполне счастливой, хотя и немного странной из-за девочки, которая никогда не выходила играть с другими детьми, а всё время сидела дома.       Она любила смотреть на океан. Наверное, любила, ведь бывала на берегу очень часто, всматриваясь куда-то за горизонт. А может, она смотрела на небо. Молчаливая, невесёлая, загадочная, она бы стала завидной невестой благодаря своей неземной красоте, если бы не та страшная зима. Снег занёс всё вокруг, а метель принесла жуткий холод. Несмотря на то, что здесь людям было не привыкать к морозам, эта зима явилась истинной катастрофой и унесла множество жизней. Аврора видела, как умирают отец и маленький брат, но не могла их спасти. К тому же, она сама не ощущала холода и не испытывала каких-либо чувств или эмоций. А когда девочка вышла из дома, буря вдруг прекратилась, а в руки к ней прыгнул светящийся ледяной шар. Он обжигал бы своим холодом любого, но не Аврору, которую больше никогда здесь не видели.       Совсем недавно был основан Рим, сейчас он занимал лишь небольшую область Апеннинского полуострова, но огонь амбиций и желание власти уже ковали будущую могущественную империю. В семье одного из воинов росло трое детей: сын и две дочери. И если сын мечтал быть похожим на своего отца и завоёвывать земли, а младшая дочь была ещё слишком мала, чтобы мечтать, то средняя, Сибилла, отличалась от большинства своих земляков мягким и покладистым характером. В глазах цвета молочного шоколада было только сострадание и желание помогать другим. Девочка с детства интересовалась различными лекарственными растениями, целебными травами, потому что хотела стать хорошим лекарем. Учитывая воинственность их народа, профессия очень нужная, так что родители даже поощряли дочь в этом увлечении.       Сибилла росла застенчивой и замкнутой, но не по годам мудрой. Мечты о настоящей любви пересекались с ясным видением суровой реальности. Девочка становилась всё тише и тише, а когда отец не вернулся с очередного похода... и вовсе ушла в себя. Прогулкам, встречам и разговорам она предпочитала книги и молитвы богам. Она молила о справедливости, о человеческой мудрости и милосердии. Её речи о мире и прекращении войн пугали мать настолько, что та запретила ей выходить из дома, чтобы не накликать беду. Тонкая чувствительная душа Сибиллы жаждала уединения и понимания, поэтому девочка решилась стать отшельницей. Мать горько заплакала, услышав просьбу отпустить и благословить, но не противилась. И начинающая целительница ушла в горы.       Буйные амазонские джунгли всегда таили много секретов. Здесь проживало множество различных племён, и в большинстве поселений главными были мужчины. Патриархальный строй сложился сам по себе: мужчины охотились и правили, а женщины растили детей и занимались хозяйством. В одном из поселений родилась девочка, которой такая жизнь пришлась не по нраву. Диана была четвёртым ребёнком в семье, а мать умерла при тяжёлых родах. Отец и три старших брата давали девочке жёсткое воспитание, и это привело к бунту. Диана не понимала, почему вдруг женщины должны унижаться перед мужчинами. Она слишком рано повзрослела, оливковые глаза подростка смотрели серьёзно, а нахмуренные брови даже немного пугали.       Однажды девчушка подслушала разговор старейшин об амазонках — девах-воительницах, которые живут отдельно от всех и ни от кого не зависят. Самым удивительным в слухах было то, что эти женщины обладали магией, а в боевом искусстве им не было равных даже среди мужчин. Это было похоже на сказку, и в тот же вечер Диана сбежала в поисках амазонок. Отсутствие плана и каких-либо достоверных знаний компенсировал искренний душевный порыв. То ли интуиция, то ли провидение, но что-то привело девчонку к водопаду, где её встретили несколько воительниц. После пылкого монолога, в котором она со слезами на глазах говорила о несправедливости этой жизни и своей мечте стать такой же сильной, как они, чтобы доказать, что женщины лучше мужчин, амазонки сменили гнев на милость. Они приняли в свои ряды новую деву и занялись её обучением, превращая многочисленными тренировками в истинного воина.       Земные феи... Открыв свои магические способности в неодинаковые годы, девушки по-разному учились ими пользоваться, а после узнали о первой фее во Вселенной. Аркадия набирала учениц со всех планет, и это был шанс. Для каждой из них он был особенным. Шанс найти себя и своё место в мире, стать королевой и воплотить свои мечты, обрести покой, получить возможность помогать огромному количеству живых существ, ну и доказать всем, на что способна фея. И они были избраны. Магия, мир и справедливость, холод и природа — всё это объединили пять колец имени Белого Круга. Мощный артефакт и уединённый волшебный остров помогли земным фатам не завершить, а начать своё приключение в этой роли. И правда, всё только начиналось...

***

      Вскоре Диана с четырьмя амазонками, вооружёнными золотыми скипетрами и щитами, влетела в темницу, где уже были все Винкс. Но феи освободились от цепей и помогли парням.       — Я пришла дать вам последний шанс присоединиться к нам! Но я вижу, что вы решили продолжить сопротивление! — она гневно сжала кулак и угрожающе прищурилась: — Теперь ваш конец близок, — фата направилась к ним, но вокруг неё сверкнул шар, она вскрикнула и упала.       — Диана! — к ней подбежала фея с длинными серо-лиловыми волосами, завязанными в низкий пышный хвост, и помогла привстать.       — Они уничтожают лес!.. — в глазах плескался страх, а голос дрожал, ведь она, наконец, ощутила страдания Амазонии. — Каждое дерево, которое падает, приносит мне страшную боль! Идите... Идите в лес, и остановите врагов, — женщина судорожно вдыхала воздух.       — Нет, прекратите насилие! Хватит мстить, Диана, — Блум вышла вперёд, с мольбой глядя на фату. — Мы должны спасти лес, Священный Бутон и твою жизнь.       — Молчать! — фея с тускло-коралловыми растрёпанными волосами рявкнула и скипетром преградила ей путь. — Как ты смеешь так говорить с нашей правительницей?!       — Месть земных фат не остановить, — упрямо ответила Диана. — Я отдала приказ, летите! — в голосе мелькнуло раздражение, и амазонки бросились из храма. — Охрана, ко мне! Следите за ними, — в темницу влетели ещё пять фей, а фате помогла уйти ещё одна.       Диана летела из последних сил, опираясь на двух амазонок, а деревья всё падали. Уже был вырублен довольно большой участок. Феи почти упали на землю, приземлившись на колени от слабости.       — Мы ослаблены, природа страдает, и я это слышу! — женщина подняла полный боли взгляд.       — Так-так! — к ним подошёл неприятный полный мужчина в очках с оранжевыми стёклами, голубой рубашке, коричневых сапогах, бежевом костюме и шляпе. — Туземцы заставили вас играть роли?       — Вы дорого за это заплатите! — Диана окружила себя сверкающим шаром, который быстро исчез. — Я Диана, фея природы! — она поднялась и посмотрела на него гордо и гневно.       — Правда? Природы? — протянул он противным голосом, издеваясь, с ним было ещё четверо мужчин помоложе, все они насмешливо смотрели на неё и её подданных.       — Мы феи-мстительницы! — остальные девушки подошли к своей фате.       — Поклонитесь нашей правительнице перед наказанием! — пыталась сохранять злое выражение лица фея с грязно-розовыми волосами каре.       — Что?! — мужчина расхохотался.       Диана попыталась атаковать этих невыносимых людей, но в этот миг упало ещё одно срубленное дерево, она попятилась, задрожала и упала с негромким стоном, как и её амазонки.       — Отличное наказание... — буркнул он со смешком. — Уберите этих мух, мне надоело тратить время и деньги, — мужчина небрежно махнул рукой.       К этому времени вокруг собрались и остальные лесорубы, которые связали всех амазонок, а через пару мгновений прилетели Винкс и парни на светящихся щитах. Похоже, им удалось выбраться из храма. Девушки гневно заговорили с главным мужчиной, а тот продолжал сыпать «искромётными» насмешками, а после приказал своим разобраться с незваными гостями. Парни приготовились сражаться, а феи побежали в другую сторону. Блум остановилась возле связанной Дианы и убрала верёвки взмахом руки, обеспокоенно глядя на неё.       — Вы снова сбежали? Пощады не ждите! — у фаты довольно плохо получалось скрывать своё самочувствие за напускным гневом, ведь на настоящий она сейчас была неспособна.       — Какая чёрная неблагодарность! — к женщине подошла и Стелла. — Мы пришли помочь вам!       — Диана, позволь мне излечить тебя. Если мы ничего не сделаем, ты умрёшь! — грустно сказала рыжая, и это вдруг напомнило фате Сибиллу, которая заботилась о ней в заточении.       Ну почему так сложно принимать помощь и заботу? Почему хочется быть сильной и не нуждаться ни в ком? И почему это желание, по итогу, становится главной слабостью, чёрт возьми?! Как же фата устала искать ответы, устала притворяться непобедимой.       — Ну и что? — из последних сил бросила она, едва удерживая маску отстранённости.       — Жизнь — самый ценный дар! — искренне улыбнулась девушка, и та отпрянула.       — Это не значит, что я прощу вас! — Диана продолжала спорить, скорее, по инерции, она была слишком удивлена и слаба.       Синяя дымка вокруг рук улыбающейся Блум переливалась золотыми и огненными искрами, а вспышка окутала фату незнакомым мягким теплом. Это было похоже на прикосновение самого Дракона, Диана точно ощутила его присутствие. Значит, эта девчонка — его аватара... Тогда понятно, откуда эта дерзость, уверенность в себе и желание всем помогать.       — Внутреннее пламя! Эта сила укрепляет душу любого существа, — в больших голубых глазах горел огонь, и огненно-золотая вспышка разнеслась вокруг, — не позволяет сдаваться и возрождает заново.       Женщина мгновенно почувствовала себя лучше, и её лицо стало более умиротворённым. Она всё ещё ощущала боль природы, но уже не так сильно. И почему фея ей помогает, если они враги?       — Блум, Священный Бутон! — Текна уже развязала амазонок. — Мы должны спасти его от бульдозеров, пока не поздно.       — Мы разберёмся с этим. Бутон будет жить, я обещаю, — девушка мягко улыбнулась, подмигнула Диане и они полетели к водопаду, находящемуся совсем неподалёку.       Большой белоснежный бутон с небесно-голубыми прожилками, который покоился посреди озера водопада на пышных зелёных листьях, и был окружён бирюзово-голубым сиянием, почти завял. Его лепестки быстро увядали, как и листья. Феи приземлились в воду и окружили его.       — Всё потеряно!.. — воскликнула Диана, подошла к Бутону и её дрожащие руки опустились.       — Нет, надежда есть, — Флора с упрямой уверенностью подошла к цветку и осторожно прикоснулась к нему, а он откликнулся слабым голубым мерцанием на её салатовую магию.       — Мы должны объединить силы Софикса и помочь ему ожить, — сказала Блум и все подошли ближе.       Винкс окружили цветок, взялись за руки и по очереди принялись выпускать свою магию, чтобы помочь Амазонии и Бутону.       — Внутреннее пламя! — Блум загорелась огненно-рыжим светом, и яркий Дракон, завившись в воздухе спиралью, впитался в землю, пробуждая её.       — Мы должны поверить в себя. Капля света! — Стелла засияла золотым, и солнечные искры упали на лес, возвращая к жизни крупные сиреневые цветы на лианах.       — Прислушайтесь... Сердце леса начинает биться, — Лейла с улыбкой прижала руки к груди. — Живительный ритм!       Полыхнула розовая вспышка, на небе появились облака, и пошёл проливной дождь, который напоил влагой весь лес. Феи мигом промокли, но продолжали улыбаться. Яркие птицы вылетели из крон деревьев, тут же выглянуло солнце и показалась радуга.       — Мелодия ветра, чистая гармония! — из груди Музы вырвалась мягкая красно-коралловая вспышка, и ветер пронёсся по лесу, зашевелив деревья.       — Каждое живое существо, даже самое маленькое, — это идеальный микрокосмос... Высший порядок! — Текна засверкала салатовыми лучами, которые быстро возвращали всё на круги своя.       — Природа начинает двигаться, почувствуйте её энергию! Дыхание природы! — силы окончательно вернулись к Флоре, и зелёная вспышка озарила её, рассыпавшись искрами, от которых из земли вырывались новые стебли, деревья и лианы.       Священный Бутон засиял с новой силой и стал прежним, обретая покой. Феи расступились, пропуская фату. Диана подошла к цветку, неверяще глядя на него и на девушек:       — Вы... вы могли его уничтожить! Я почувствовала вашу силу и вашу связь с природой, — она приложила руку к груди. — В этот момент казалось, что мы союзники!       — Разрушения — это не выход, мы должны защищать жизнь, — сказала Флора с тёплой улыбкой.       — Не позволяйте сердцу ослепнуть от мести, вместе мы сможем спасти природу! — глаза Блум будто светились уверенностью и силой.       — Это мой лес! — из зарослей к водопаду выбежал тот толстяк с лопатой в руках.       Он захохотал, замахнулся, но тут появились туземцы с раскрашенными лицами, перьями в волосах и набедренными повязками. Один из них копьём отразил удар и выбил лопату у мужчины из рук, заставив того икнуть от страха и поднять руки, сдаваясь.       — Мы тоже жертвы этих людей. Они уничтожили нашу деревню, — пояснил туземец.       — Что ж, видимо, не все люди злые, — задумчиво произнесла Диана.       — Да, не всё потеряно в этом мире, — Блум с надеждой взяла её за руки. — В нём много-много хорошего, — искренняя улыбка девушки обескураживала фату.       — Нам просто нужно просветить таких, как он, — Муза указала на толстяка, которого держали два туземца, — и показать, что они творят.       Эти девушки и правда были едины с природой. Возможно, в этом им помог дар мудрости от Эфирных Фей, а может, они всегда понимали, что действительно важно.       — Вы правы, насилие — не выход. Оно только всё усложняет. Спасибо, я знаю, что делать, — Диана решительно кивнула, положив руку на плечо Блум, и пошла к туземцам, но обернулась: — Я поговорю с Морганой, королевой фей, и постараюсь убедить её прекратить войну с людьми.       — Спасибо, Диана, — вновь улыбнулась рыжая фея.       Поддержка хотя бы одной фаты — это уже огромный прогресс, это шанс на успех. Если остальные фаты тоже поймут, что заблуждаются, то всё будет прекрасно и люди не пострадают. Вот только как их убедить? Как найти правильные слова? Остаётся полагаться на Диану.       — Отведите меня в своё поселение, я сделаю его лучше и красивее, чем оно было раньше, — обратилась женщина к туземцам.       — Спасибо, — поражённо выдохнул, видимо, вождь, и они поклонились ей. — Это честь — получить помощь от феи природы.       — Это я должна вас благодарить, — она положила руку ему на плечо. — Отныне я и мои феи будем защищать вас и этот лес так же, как это было раньше, когда-то давно. Мы больше не позволим заточить нас, — Диана уже была твёрдо уверена в своих решениях, ведь вспомнила свой главный долг перед природой.       Маги Чёрного Круга, их заклятие, длительное заточение и необузданное желание мести сбило её с толку. Она совсем позабыла, для чего вообще существует в магическом мире, для чего была выбрана давным-давно. Но она исправится.       — А как же Гардения? Она же превратилась в джунгли! — вдруг вспомнила Блум.       Фата обернулась к ней, закрыла глаза и сосредоточилась, нащупывая магией ауру этого города:       — Растения, лианы, лес, джунгли, уходите! — Диану окружил шар энергии, она открыла глаза: — Блум, я искренне надеюсь, что Моргана раскроет своё сердце так же, как и я. Удачи!       Девушка кивнула, тоже надеясь на благоприятный исход, и амазонки с туземцами ушли, уводя за собой и толстяка. Теперь их задача такая же, как много веков назад, — заботиться о планете и о людях, живущих на ней. Конечно, не все жители Земли вредят ей, а многие просто не понимают последствий своих действий. Именно этим и должны заняться феи.