"Евгенес"

Стайлзу нравится просыпаться рядом с Питером, когда тот почти демонстративно никуда не собирается. День после полнолуния - вообще стабильный ежемесячный выходной. Питер и так не был похож на человека, загруженного работой, но Стайлз прекрасно знал, как альфа иногда выматывается, засиживаясь с документами до глубокой ночи, и мотаясь по встречам целыми днями. Иногда, довольно часто, были дни затишья, но это не означало, что в квартире не раздастся телефонный звонок, после которого Хейл уедет на целый день. Такие звонки Стайлз особенно не любил - хоть Питер больше и не приходил с разодранной спиной, но мальчишка успевал иногда почувствовать под пальцами быстро разглаживающиеся шрамы, и видел по выражению глаз оборотня, как тот себя чувствовал, восстанавливаясь. Но день после полнолуния - день тишины и абсолютного спокойствия. Хейл даже просыпается в такие дни гораздо позже обычного, и как-то лениво, нехотя. Как сейчас. Мальчишка уже не первую минуту задумчиво оглаживает кончиками пальцев торс оборотня, не столько лаская, сколько утоляя жажду прикосновений, а Питер только сейчас приоткрывает глаза, глухо заурчав. Стайлз зажмуривается, чувствуя приятную тяжесть в паху от этого урчания, невольно вспоминая удовлетворенное урчание кончившего зверя, альфы, получившего желаемое. Убедившись, что мужчина не столько спит, сколько не хочет просыпаться, подросток забирается на него, оседлывая бедра, наклоняется к шее, начиная медленно выцеловывать каждый дюйм кожи, водит ладонями по груди и плечам, прижимается губами к челюсти, оцарапываясь о светлую щетину, улыбается, скорее почувствовав, чем увидев улыбку оборотня. - Тебе так не терпится меня разбудить? - Питер не очень правдоподобно ворчит, укладывая руки на бедра подростка. - Есть немного, - Стайлз приподнимается, наклоняя голову и выставляя на обозрение шею. - Посмотри. Красиво? - Очень, - Хейл улыбается, касаясь пальцами татуировки. - Красиво. Как и любое доказательство твоей мне принадлежности. Стайлз прикрывает глаза, обдумывая сказанное. - Ты же не будешь сейчас вопить, что ты не вещь, чтобы кому-то принадлежать? - Питер опускает ладонь на грудь мальчика, чуть сжимая пальцами маленький розовый сосок. - Я знаю, что ты не это имел в виду, - мальчишка невольно прикусывает нижнюю губу. - Просто тебе важно, чтобы были... осязаемые доказательства. - Эта татуировка - твоя защита. Ты - часть клана. - Я понимаю, - Стайлз снова открывает глаза, чтобы посмотреть на качающего головой альфу. - Нет, не понимаешь, - Питер усмехается, проводя теплой ладонью по пояснице подростка. - Послушай. Ты знаешь, чем отличается татуировка на бедре от татуировки на шее? - Знак клана на шее - разрешение не носить ошейника. - Многих ты видел людей с такой татуировкой? - сильные пальцы размеренно проходятся вдоль позвоночника к ягодицам, чуть массируют копчик, сильно отвлекая Стайлза от мыслительного процесса. - Я вообще не слишком многих видел. Я же нигде никогда не бывал. У Эрики татуировка на шее, - подросток слабо щурится от удовольствия, предвкушающе, тихо стонет, когда мужчина обводит пальцами края еще не сомкнувшихся с ночи мышц. - Потому что Дерек ей доверяет. Она вздорная, капризная девчонка, которая любит жаловаться на свою долю, но на самом деле она ему очень предана. - Почему он ее не обратит? - Стайлз тихонько скулит, когда ладонь Питера снова ложится на поясницу, а сам альфа чуть усмехается. - Это бессмысленно и жестоко обращать девушку, не найдя ей подходящей партии для замужества. Или не убедившись, что она нашла человека, который также согласится на обращение. - Поэтому Джексона обратили вместе с Лидией? Питер согласно мычит, наслаждаясь шелковистостью юношеской кожи под руками. - Чистокровные оборотни зачастую брезгуют браками с обращенными. Хотя, на мой взгляд, кровь нужно периодически разбавлять. И я рад, что мой племянник придерживается того же мнения. К сожалению, это не самая распространенная точка зрения, - альфа медленно соскальзывает ладонью на впалый живот мальчишки, поглаживая. - Но я не об этом с тобой говорю. Подумай. - Я не знаю, Питер... Я не очень хорошо разбираюсь во всем этом. Но могу предположить, что ошейник - это просто украшение, не приглядевшись к которому, невозможно разобрать, какому клану принадлежит человек. То есть он скорее как... документ, подтверждающий определенные права, - Стайлз действительно сосредотачивается, думая обо всем этом, несмотря на то, что Питер продолжает лениво поглаживать его по животу. - А вот знак клана - это уже скорее охранная грамота, да? - Ну, что-то вроде, - Питер усмехается. - Хотя ты оперируешь абсолютно древними понятиями, они верны. Это означает, что клан, и я лично, несем за тебя ответственность. За твои действия. За твои поступки. И я лично откушу тебе голову в случае чего, - альфа довольно усмехается, затем абсолютно серьезно продолжая, - или кому-то, кто тебя обидит. Стайлз зажмуривается, едва сдерживая довольную улыбку, но не выдерживает - широко улыбается, наклоняясь к оборотню, и тот мягко прижимается губами к уже едва заметному следу своего укуса. Мальчишка томно поскуливает, ритмично вскидывая ягодицы, притираясь к возбужденному члену мужчины. - Ты можешь меня... еще раз? - тонкие пальцы несмело проходятся по слабым отметинам чужих зубов на коже. - Чтобы ты в обморок грохнулся от удовольствия? - Питер усмехается, плавным движением подминая мальчишку под себя. - Угу, - Стайлз нагло улыбается, проходясь языком по все еще припухшим губам. Альфа прикрывает глаза, вспоминая, как эти губы размеренно скользили по его члену этой ночью, доводя полуобратившегося хищника до невероятного оргазма. - Тебе ночи мало? - Хейл довольно разглядывает молочно-белую кожу, задерживаясь взглядом на расцветающих то тут, то там следах укусов. Мальчишка тихо охает, а с напряженного члена срывается капля смазки, оседая на светлой коже. - Я подросток, у меня гормоны, - выпаливает скороговоркой, закусывая губы, когда альфа мягко толкается вперед, растягивая податливые горячие мышцы членом. - А у тебя какое оправдание? - стонет, запрокидывая голову, когда Питер, придерживая его за бедра, входит на всю длину. - Мне они не нужны, - мужчина прикрывает глаза, выпрямляясь, замирая, наслаждаясь тем, как юноша сжимается вокруг напряженной плоти. Стайлз протягивает обе руки, едва касаясь кончиками пальцев напряженного живота альфы, и Питер хрипловато взрыкивает, чувствуя приятную дрожь, расходящуюся по телу от этих прикосновений. - Красивый, - еле слышно проговаривает Стайлз, чуть царапая смугловатую кожу. - Ты такой... такой альфа... невероятный просто, - мальчишка скулит от удовольствия, когда оборотень делает одно глубокое движение и снова замирает, наслаждаясь видом распластанного на постели, абсолютно открытого для него мальчика. - "Такой альфа"? - оборотень усмехается, наклоняясь к человеку, прижимает его к себе, просовывая ладонь под выгнутую спину. - Что-то новенькое. Мальчишка возмущенно мычит, обеими руками обхватывая вервольфа за шею, и Питер усмехается, сильнее сжимая ладонями худощавые узкие бедра. Член легко и плавно скользит по растянутым шелковистым мышцам, и от каждого глубокого толчка подросток сладко стонет, прогибаясь, заводя руки за голову, чтобы вцепиться подрагивающими пальцами в подушку. Питер находит в себе силы сосредоточиться, удерживает себя от обращения, когда мягко, еще только подготавливая, сжимает зубы на плече мальчика, ближе к шее, и Стайлз отзывается благодарным хныканьем и предвкушающим, почти бессвязным бормотанием. - Пожалуйста... пожалуйста, Питер, - невнятно стонет, стараясь изогнуться, подставить шею укусу, и, предвкушая безумное удовольствие, еще туже сжимает гладкие мышцы вокруг двигающегося в нем члена. Хейл не собирается отказывать мальчишке в этой просьбе, тем более, что и он сам получает немереное удовольствие, помечая этого человека как свою собственность. Зубы сильнее сжимаются на коже, медленно продавливая до крови - Питер чувствует сладковатый металлический привкус, но не отстраняется, - и подросток замирает на несколько мгновений, болезненно жмурясь, сжимаясь так, что альфе приходится замереть следом, просто наслаждаясь пульсацией мышц вокруг напряженной, готовой излиться плоти. Стайлз делает глубокий вдох, а на выдохе стонет почти оглушительно, выгибается так, что Питеру приходится подхватить его под поясницу, придерживая, и кончает, так и не прикоснувшись к себе, сотрясаясь в сильном, почти болезненном от полноты ощущений, оргазме. Альфа осторожно отстраняется, проводя языком по месту укуса, а мальчишка все дрожит, закатывая глаза, приоткрывает рот в беззвучном стоне. Густая белая сперма толчками выплескивается на впалый живот, и стекает по коже, собираясь в ложбинке пупка. Оборотень делает несколько глубоких движений, доводя себя до пика, и изливается глубоко в подрагивающем от удовольствия теле. Стайлз хватает искусанными губами воздух, выгибаясь еще раз, и тонкие ладони соскальзывают с шеи оборотня, когда тот отстраняется. Хейл усмехается, разглядывая отключившегося мальчишку, но не отказывает себе в удовольствии полуобратившись тщательно обнюхать пахнущее теперь еще более привлекательно тело. Подросток открывает глаза через несколько минут, тихо ойкнув, и инстинктивно укладывая ладонь на затылок прижавшегося губами к его шее мужчины. - Ты чего? - сипло спрашивает с настороженной улыбкой, спуская ладонь на шею, и ниже, вдоль спины, чувствуя напряжение подрагивающих мышц. Оборотень как сжатая пружина, готов сорваться в любую секунду, вот только Стайлз совершенно не понимает из-за чего, и вообще - что происходит. - Мне нравится твой запах, - честно проговаривает альфа, мягко проводя ладонью по груди и по испачканному спермой животу мальчишки. Подросток тихо хмыкает, с удовольствием выгибаясь под ласками, тянет руки к оборотню, цепляясь пальцами за сильные плечи, нагло притягивая мужчину к себе для поцелуя. - Перевернись, - тихо рычит вервольф в губы мальчишки, и все тело юноши прошивает предвкушающая дрожь. - Ты обратишься? - Питеру остается только усмехнуться надежде и плохо скрываемому желанию, сквозящему в голосе человека. Хейл кивает, подтверждая слова довольным тихим рычанием. - А... - судя по всему мальчишка не знает как правильнее сформулировать последующий вопрос, и оборотень избавляет его от этой необходимости, вжимая в постель, несильно прикусывая холку. - Волком. С узлом, - ладонь сильно сжимает бедро, вынуждая распластавшегося мальчишку принять более удобную для хищника позу. Стайлз согласно мычит, предвкушающе подрагивая.