You can be the boss

Jack Daniel's Чунхон докуривает сигарету и тушит её, кинув в бокал с виски. У Ёндже пухлые, влажные губы, Чунхон выдыхает дым и целует её. Ёндже тихо кашляет и недовольно морщится, но не в силах оторваться от Чунхон. Костлявые пальцы Чунхон путаются в шоколадных прядях Ёндже. - ...Don't make me sad, don't make me cry... - шепчет Чунхон в один голос с Ланой. Ёндже улыбается, берет бутылку с остатками виски и за пару глотков осушает её. Чунхон слизывает алкогольную каплю с её губ и выключает радио. Комната заполняется городским шумом и темнотой. Ёндже просит открыть окно - жарко, а Чунхон смотрит в её глаза, и понимает, что да. Жарко. Ночь покрывает Нью-Йорк. Чунхон выходит из ванной, прикуривая сигарету, и останавливается около спальни. Ёндже борется с чулками, в попытке надеть их. Чунхон тоже борется. С желанием трахнуть её. На фотографии длинные чёрные волосы Чунхон и её белая кожа выглядят ярче, чем в жизни, поэтому Ёндже называет её девочкой из Звонка и ставит на заставку. Чунхон что-то шепчет и красит ногти в чёрный. В наушниках Лана поёт про Dark Paradise, Чунхон пьёт Джек Дэниэлс прямо из бутылки и смеётся. Ночью Центральный Нью-Йоркский парк особенно прекрасен. На небе то и дело зажигаются и гаснут звёзды. А Чунхон плачет. Плачет и смеётся. Совсем как сумасшедшая, говорит Ёндже и обнимает её. Белый порошок на носу Чунхон похож на сахарную пудру. Ёндже закуривает сигарету и ругает Чунхон, мол, почему она снова принялась за старое, обещала же бросить. Чунхон смотрит на неё и улыбается. Ёндже высыпает из баночки семь капсул успокоительного и запивает виски. Давление падает, на виски давит, Ёндже падает в кресло и засыпает. Ночью Чунхон накрывает её пледом, целует в лоб и допивает спиртное. Parliament В Сан-Франциско Ёндже почти забывает о таблетках, девчонки в школе многозначительно посмеиваются, когда узнают, что Ёндже из этих. Ёндже подходит к дому и закуривает сигарету, вытирая с брови кровь. Чунхон медленно, вальяжно подходит к Ёндже и целует её в губы. Грязно, влажно, страстно. Скользит руками по её стройному телу, касается попы и зажимает ягодицу. Чунхон не волнует, что на них смотрит вся школа. Чунхон вообще никогда ничего не волнует. Ёндже протягивает Чунхон сигарету и поджигает её. Чунхон выдыхает дым носом и подпевает голосу в наушниках. Down on the West Coast, I get this feeling like it all could happen. Ёндже снимает туфли и, улыбаясь, кружится. Солнце похоже на апельсин, волосы Ёндже блестят на нём золотистым отливом, парят в воздухе, следуя за ветром. Чунхон улыбается. I can see my baby swinging. Ёндже смеётся и тянет Чунхон за руку, чтобы та встала, отбирает у неё сигарету и глубоко затягивается. Чунхон обнимает её со спины и целует в шею. Закат напоминает Чунхон пролитый на скатерть томатный сок. Ёндже тихо спит, обнимая подушку. Чунхон докуривает сигарету и выкидывает пустую пачку в окно. Bloody Mary Ёндже красит губы в кроваво-красный и смотрит, как на экране Лана крутит пальцем у виска. You like your girls insane. Чунхон одевает ей на голову венок из роз и целует в нос. I got my red dress on tonight. Ёндже хорошо видно в толпе благодаря её короткому красному платью. В общем-то Чунхон по-любому её заметит, ведь это Ёндже. Из динамиков проливается тихая мелодия, на сцену выходит Лана Дель Рэй, у Чунхон замирает сердце, а Ёндже держит её за руку крепче. Red, white, blue’s in the sky. Чунхон поднимает вверх огромный американский флаг и плачет. Ёндже целует её в щеку и крепко обнимает. Ёндже допивает второй бокал Кровавой Мэри и закуривает сигарету. Чунхон, шатаясь, подходит к ней и нежно кусает за ухо. Чунхон с Ёндже засыпают на балконе, укрывшись тем самым американским флагом, на котором теперь есть автограф Ланы. I fall asleep in an American flag. Marlboro Reds Кофе без сахара, две сигареты и печенье — стандартный завтрак. Ёндже торопится в школу, а Чунхон лениво кидает учебники в сумку, надевает джинсы и огромный свитер. Ёндже полная противоположность Чунхон. Она милая, любит платья, по утрам старательно накручивает локоны, старается хорошо учится, застенчива и ранима. А Чунхон, она любит алкоголь, Лану Дель Рэй и джинсы. В школе день проходит как обычно: Ёндже получает "отлично" по математике, а Чунхон рисует на полях тетради дельфинов. Только Ёндже может при всём своем великолепии пить вино прямо из бутылки, громко смеяться и совершенно пошло целоваться. Такой она обычно бывает по ночам. А Чунхон обычно закуривает сигарету, называет её ненормальной и улыбается. Чунхон нравится курить сидя на балконе и, закутавшись в американский флаг, насвистывать "Ride". На небе звезды рисуют непонятные яркие фигуры, Чунхон посмеивается: прям как после ЛСД. Чунхон (почти) не ест, много курит, никогда не завязывает свои длинные черные волосы и любит мечтать. Её Американская мечта отчасти напоминает паранойю, но Чунхон всё равно. Если Чунхон одержима этой мечтой, так даже лучше. Ёндже уже давно не считает, сколько денег в месяц уходит на сигареты и выпивку, а Чунхон — сколько дней она прогуливает уроки. Они вообще ничего не считают, у них даже часов дома нет. (Только у Ёндже на телефоне всегда правильное время — в школу опаздывать нельзя.) Очередная пятница заканчивается походом в кино на поздний сеанс (сегодня они смотрели какой-то ужастик), а потом долгой прогулкой по ночному скверу. Последнюю сигарету из пачки они докуривают вместе. B-52 Чунхон забывает сегодняшнюю дату после Б-52 и отрубается прям на барной стойке. Ёндже вздыхает, оставляет деньги и забирает её домой. Проснувшись на несколько секунд, Чунхон понимает, что дома, а рядом спит Ёндже. Сегодня в клубе "Vessel" выступает Лана Дэль Рэй, и Чунхон даже сделала макияж. (Подвела глаза чёрным и накрасила губы бледно-розовым блеском). You're dynamite, I'm ready to blow. Чунхон теряется в музыке, из её закрытых век катятся слезы, размывая тушь по щекам. Ёндже поднимает руки и тоже закрывает глаза. Scary, my God, you’re divine. Людей уже почти не осталось. Ёндже засыпает, положив голову на колени Чунхон, а та допивает коктейль и думает. Только вот о чём она думает, она и сама толком не понимает. Пьяные мысли, прокуренные мечты. Чунхон уже почти проваливается в сон, когда к ней кто-то подсаживается и закуривает сигарету. Чунхон трёт глаза, а потом ещё раз, и ещё. Сердце отбивает "Hit And Run", пальцы трясутся, а в голове полнейший вакуум. Лана приветливо улыбается и предлагает сигарету, а Чунхон забывает, как говорить. Домой Чунхон идёт глупо улыбаясь и держась пальцами за щеку, на которой до сих пор горит след от поцелуя. Ёндже смешно икает, а Чунхон понимает, что Американские мечты сбываются.